Angel with a shotgun

      ― Ничего. ― Выносит приговор Кас, стоя у противоположной от выхода стены, неподвижным каменным изваянием.       ― Дерьмо. ― Дин уже размахивается, чтобы пнуть один из металлических углов, но вовремя передумывает, глухо топая по липкому полу.       ― Но как это возможно? Мы осмотрели здесь каждый сантиметр. Звук ведь шёл снизу, а это… это единственное подвальное помещение? ― Зачем-то задаёт вопрос он, на что андроид предсказуемо отмалчивается.       ― Дин, я бы порекомендовал поразмышлять об этом в более подходящем месте. Насколько мне известно, время сна началось около получаса назад, а это значит ― тем, кто не находится в своей комнате придётся хорошо обдумать причину своего отсутствия.       ― Думаешь, они пойдут проверять комнаты? ― Винчестер широко распахивает глаза в осознании. ― Неужели это так важно ― поймать и наказать?       ― Вопреки, человеческим суждениям, правила созданы не для того, чтобы их нарушать, Дин. И если не бороться с нарушителями, тогда ведь и правила не имеют смысла?       ― Я думаю, здесь есть что-то более значимое, чем кучка проводов. ― Дин кривится, глядя на приборную панель. ― Семь человек, Кас… они…       ― Дин. ― Перебивает Кас. Теперь он выглядит чуть более обеспокоенным, чем каменная статуя. Он слегка наклоняется вперёд и хмуро глядит на Винчестера. ― Нам. Нужно. Уходить.       Дин приподнимает одну бровь, с вызовом глядя на андроида. Самолюбие взывает разразиться возмущениями, от такого командного тона машины. Но здравый смысл всё ещё присутствует в его тяжёлой от усталости голове. Ему до сих пор хочется спать, хочется поверить, что сегодня он отдохнёт, а не познает всей радости бытия «нарушителей». Наверняка, его комнату станут проверять последней, но то, что она самая дальняя, может отнять время на путь не только у солдат.       ― Нас с тобой ждёт очень серьёзный разговор. ― Щурится Дин, направляясь к запертой двери.       ― Мне стоит начинать бояться? ― Кас подходит со спины, оттесняя Дина плечом и вновь прикладывает руку к считывающему устройству.       Он говорит это таким будничным тоном, который обычно использует, чтобы поинтересоваться об очередной странной человеческой привычке.       Но Дин не видит его лица, где в такие моменты ярко отображается эмоция непонимания и этот вопрос кажется больше похожим на издёвку. «О, ну конечно, мешок с костями решил поугрожать несокрушимой машине». Дина охватывает раздражение, и он даже почти дёргает Каса за плечо назад, желая высказать всё накипевшее прямо сейчас и желательно не в словесной форме.       Его пальцы не успевают коснуться расслабленного плеча, как дверь тихонько щёлкает. Кас слегка поворачивает голову к застывшей руке Дина.       ― Готово. ― Тихо говорит он, выскальзывая в тёмный коридор. И Дин ошарашенно застывает, до конца не уверенный, видел ли он самодовольную ухмылку, или то была лишь причудливая игра жёлто-синего света.       Винчестер автоматически двигается за спиной в плаще, всё ещё осознавая, что даже не дрогнул и не засомневался, что андроид не врубит сигнализацию вновь, когда тот приложил ладонь к двери. И тут выходило одно из двух: либо Дин доверился ему, либо был слишком увлечён своей злостью. Второй вариант явно напрашивался на статус истины, но и в первом что-то было…       Дин врезался в чью-то спину и даже на секунду растерялся, но быстро разглядел высокий бежевый воротник. Кас так плавно и непрерывно двигался по бункеру, что остановка стала неожиданной.        ― Что там? ― Дин попытался вглядеться в светлый проход напротив, но эта попытка лишь отозвалась тупой болью в глазах. Слишком яркий свет не позволял ничего увидеть, будучи в темноте.       ― Твой отец. ― Кас завёл руку назад, заталкивая Дина обратно за спину. ― И он идёт прямо сюда.       Если первой фразы хватило для появления беспокойства, то второй, андроид, видимо, решил фатально добить самообладание Дина. Приближающиеся шаги, не добавляли оптимизма, но если он не мог увидеть Джона исключительно из-за боли в глазах, то для самого отца действовал другой закон, согласно которому из ярко освещённой комнаты, не получалось легко разглядеть, что творится в темноте.       Широкая ладонь грубо толкнула его к боковой стене, и Дин едва сдержал шумный вдох. Сам Кас быстро отстранился и уверенно шагнул вперёд. Приближающиеся шаги замерли, напоследок громко шаркнув и давая понять, что Джон явно не ожидал ночного гостя.       ― AKAS24? Что ты здесь делаешь?       ― Я заблудился. После дезинфекции мы с Дином разделились и мне не удалось найти путь к его комнате. ― Кастиэль не заикался, все слова легко складывались в предложения, словно отрепетированные заранее, но и не спешил, чем часто грешили люди выпаливая ложь.       ― Спальный отсек в совершенно другом крыле. ― Джон сделал паузу и Дин практически вживую увидел как он прищурился в подозревающем жесте. На Дина такой взгляд всегда действовал безупречно, и если старший Винчестер не распознавал ложь сам, подобный приём сразу выводил лжеца на чистую воду.       Сердце забилось быстрее. Хотелось сделать шаг назад, в интуитивной попытке сбежать. Дин был слишком близко. Настолько, что если бы Джон сделал ещё один шаг навстречу, то вся их ночная миссия полетела бы в тартарары. От этого шага их с отцом разделял всего один андроид, как вкопанный ставший посреди прохода.       ― Очевидно так. Вам виднее. ― Дин слышал идеально ровный голос и видел профиль не выразившего ни одной эмоции робота. Зрачки были направлены ровно вперёд, но отчего-то Дин чувствовал настойчивое внимание к себе.       ― В таком случае. ― Наконец заговорил Джон. ― Я проведу тебя. ― Эта фраза всё ещё сочилась недоверием, развевая все сомнения по поводу наличия благих намерений в помощи непутёвой железке.       Кас кивнул, уже двигаясь навстречу.       ― Стой. ― Прозвучало словно гром в нагнетающей тишине, разбиваемой лишь далёким стуком шагов и звуком электрических разрядов в старой проводке. ― Мне нужно забрать из кабинета ключи. Подожди здесь.       Джон быстро зашагал по направлению к Дину, на лбу которого стремительно выступал холодный пот. Всё. Всё кончено. Дин выпрямился готовый к вопрошающему взгляду, затем крику о том, как отец в нём разочарован, а после и…       Глухой удар. Андроид повалился на пол, вновь перегораживая проход. Он начал издавать странные звуки, похожие на сломанное радио, и Джон бросился к нему.       ― Хэй, ты чего? ― Вопрос выдавал панику, раздражающее шуршание и металлический голос полностью дополнял антураж серьёзности, даже Дин в укрытии напрягся и едва не ринулся вперёд.       ― Пока меня доставляли, заряд аккумулятора почти полностью был израсходован. Мне срочно нужна моя капсула. ― На гласных звуках синтезатор ломался, выдавая скрипы. Андроид сжал руками плащ где-то в районе сердца, и всё это действительно выглядело как приступ.       ― Ладно-ладно… приятель, давай поднимайся. ― Джон закинул его руку себе на плечо, подхватывая того под мышками за спину. Андроид тяжело поднялся, пошатываясь и хромая, когда они начали двигаться.       Скрипы становились всё глуше и глуше, пока вовсе не стихли, и Дин наконец позволил себе выйти на свет. Открытое пространство было слишком опасным, и хотя холл казался пустынным, его всё ещё могли поймать. Пустые угловые столы, нумерованные шкафчики вдоль всей левой стены, закрытые сейчас выходы к дезинфекционному отсеку. Шипящие длинные лампы-экономки, сейчас работали в каком-то ещё более экономном режиме, освещая большое помещение бледно-жёлтым светом. Дин на секунду замер, наслаждаясь этим ощущением одиночества в месте, где ты по определению не имел возможности остаться один. Не маленькая комната, с противно яркой лампой, не толчок, где почти не бывает свободных кабинок, не душевая, с отсутствием дверей. Один маленький человек и целая огромная комната, что по иронии судьбы находилась ближе всего к желанной Дином свободе.       Он вновь нырнул в обходные коридоры, слишком узкие и неудобные, чтобы там кто-то ходил, да и может, это были вовсе не коридоры, а опустошённые ныне углубления для различной техники. Главное, боком здесь можно было пролезть, клаустрофобией Дин не страдал и медленно, но верно двигался к цели. Ему оставалось лишь надеяться, что андроид вновь придумает уловку, чтобы не пустить отца внутрь. Дин опасливо выглянул из-за угла, возле двери никого не было ― это уже немного успокаивало.       Младший Винчестер заскочил в открытую дверь, опять слишком поздно озаботившись данным фактом, мышцы напряглись в ожидании ― как содрать пластырь.       Пусто. Заправленная кровать. Одинокая тумбочка у стены и никого.       Дверь за его спиной захлопнулась.       ― Ты в порядке, Дин?       ― Сцука!** ― Охотник едва сдержался, чтобы не взвизгнуть как пятилетняя девчонка. ― Блять, Кас! Не делай так!       ― Прости. ― Андроид впервые опустил глаза, выглядя при этом как провинившийся щенок.       Дин внезапно почувствовал прилив вины.       ― Забей, Кас. Как твоя батарея? Как ты? ― Винчестер положил руку тому на плечо.       ― С ней всё прекрасно, Дин. ― Андроид удивлённо раскрыл глаза.       ― Но, твой заряд…       ― Он бесконечен. Мой насос работает на бесконечном двигателе.       ― Воу, Кас… это было убедительно. ― Дин подошёл к кровати, растирая плечи. Казалось, и в техотсеке, находившемся под землёй было теплее, чем здесь. Он сел на край ледяного одеяла и принялся расшнуровывать обувь. Затем замер, будто что-то вспомнил и поднял голову на всё ещё стоящего у двери андроида.       ― Спасибо, Кас. Ты очень помог мне. ― Приложив большое усилие, выдохнул он.       ― Это мой долг, помогать тебе. Ты меня разблокировал и стал первым существом, которого я увидел. ― Кастиэль медленно подошёл ближе, наверняка, боясь в очередной раз напугать мнительного человека.       ― Ах… Да… точно… ― Слишком рано Дин начал забывать, кем являлся Кас, и что именно, диктовало все его действия. От этого стало странно грустно.       На этот раз Дин сам дважды хлопнул, потушив свет и посильнее укутался в одеяло. Он пошевелил пальцами ног и рук в надежде вернуть им чувствительность, надежда как известно умирает последней, как и нервные клетки Дина, потому что Кас в очередной раз тихо подкрался к кровати. Теперь он не светил в темноте жуткими глазами, и его выдавал лишь диод.       Голубое кольцо обозначило присутствие Каса у ног, когда матрас послушно прогнулся под чужим весом.       ― Кас, если сильно невтерпёж прилечь, наверху имеется вторая кровать. ― Ответа не приходило слишком долго, отчего Дин устал выворачивать шею и перевернулся на другой бок. Подложил руку под голову и теперь в очередной раз свободно наблюдал акт посягательства на его личное пространство.       ― Кас… ― Не выдержав, прорычал Дин. Когда андроид перестал копошиться в одеялах и простынях, то улёгся с краю, своей спиной оттесняя Винчестера к холодной каменной стене.       ― Тебе ведь холодно, я просто пытаюсь помочь. ― Сообщила неподвижная спина.       ― О… Ну спасибо, Кас, теперь ты прижал меня к ледяной стенке и мне всего лишь стало в три раза холоднее! ― Дин продолжал рычать, но, кажется, его угроза звучала чуть менее внушительно, будучи заглушённой чужими лопатками.       Кастиэль заворочался на мгновение ещё сильнее прижимая Дина, мешая ему дышать и тот едва не взорвался, с силой пиная нежелательного соседа в бок. Ожидаемых последствий усилие не возымело. Зато Кас повернулся к нему лицом, освобождая больше пространства. Больше, но всё ещё недостаточно.       Кас не дышал, зато дыхания Дина вполне хватало, чтобы задержавшись между ними, отнимать кислород и одновременно образовывать самую тёплую точку. Дину было душно… и тепло… и он не мог понять это больше раздражает или привлекает.       ― Кас, какого чёрта, разве ты не должен меня слушаться? ― Нехотя ворочает языком Дин, пытаясь выбрать оптимальное положение, чтобы быть подальше от андроида и при этом не касаться обжигающей холодом стены.       ― Я слушаю тебя, Дин.       ― Тогда свали из моей постели.       ― У меня есть такой протокол, при котором если пациент отказывается от лечения, нужно всё равно сделать это, даже если он сопротивляется, ради большего блага.       ― Я не болен и не являюсь твоим пациентом.       ― Ты отказываешься от большего блага.       ― Ты обязан подчиняться мне, пока я не являюсь твоим пациентом.       ― Так и есть, Дин. Я подчиняюсь тебе.       ― Свали. Из. Моей. Кровати. ― Дин чётко разделяет слова, но теперь словно рычит и скалится уже на автомате. Он так чертовски устал, он толком не спал уже несколько суток, и чёрт подери, когда он наконец добрался до своей кровати, вынужден устраивать дебаты с непослушной железякой, где заведомо имел проигрышный билет по силе.       ― Фактически. ― Бодро продолжает Кастиэль виртуозно игнорируя последовавший мучительный вздох. ― Если ты переохладишься, то станешь моим пациентом. Так что, подобно коту Шрёдингера* ты одновременно мой пациент и им не являешься.       ― Это уловка! ― Возмущается Дин, вырывая из ладоней андроида свои собственные.       ― Это недочёты прошивки новых моделей. ― Он всё-таки отваёвывает у Дина одну руку и накрывает её своими с двух сторон. ― Лазейки. ― Слишком низким голосом произносит Кас последнее слово, и это наводит жути.       Дин продолжает брыкаться и пинать чужие ноги своими, пока не замирает под расползающимся по ладони теплом. Оно такое яркое, что почти горячо, но всё ещё до ужаса приятно. Окоченевшие пальцы покалывает мелкими иголочками, а затем они вновь обретают чувствительность.       ― Просто представь, что я обогреватель. ― Шёпот Каса можно было бы почти посчитать томным, если бы не смысл сказанных слов.       Дина пробирает на смех, фантазия опять делает всё за него и Кас представляется теперь просто огромной батареей, занявшей половину кровати и методично втирающей ему какую-то чушь про кота Шрёдингера.       Эта фантазия быстро развеивается, когда он осмелев, в темноте тянется наугад второй рукой к Касу, желая нащупать ладони. Нащупывает другое ― мягкий живот под рубашкой, и почти отдергивает руку, как запястье перехватывают и прижимают обратно. Прямо под пальцами Дина разливается такая же волна жара, как и в первый раз.       Винчестер прикрывает глаза от удовольствия и почти стонет блаженно улыбаясь. Вовремя осознав, что подобные откровения для человекоподобной грелки всё-таки не предназначены.       Он, не открывая глаз, двигает свои холодные ступни вперёд, надеясь найти ещё один источник тепла. Чужие ноги приветливо тянутся в ответ, переплетаясь, прижимая колено к колену, а ниже… ступни у Каса тоже голые и тёплые. Дин медленно разгибает спину, вытягивает ноги и руки, касаясь пальцами ног лодыжек андроида.       Кас перемещает его ладони, прижимая их к собственной груди, а Дин послушно поддаётся на каждое прикосновение. Он уже почти спит, всё его тело из жёсткого и оледенелого, превращается во что-то гибкое, мягкое и тягучее.       Дин чувствует ритмичные удары имитирующие биение сердца под пальцами, чувствует как сухие ладони соскальзывают с его собственных и ложатся на спину притягивая ближе, увеличивая контакт с кожей. Это всепоглощающее тепло, теперь и на его животе, ощущающему выступ чужих рёбер, и на ногах, зажатых между чужими коленками, и на плечах со спиной, которые бережно обхватывают чужие руки, и даже на шее, куда утыкается чужой длинный нос. Нет. Это всё не чужое… оно Каса… обогревателя… ангела… ― Мысли уже давно начинают путаться, выдавая лишь случайные слова, смутно имеющие смысл в расслабленном мозге.       «Ангел… Почему его назвали ангел?» ― думает Дин, но уже не слишком заботится о поиске ответа.