Жертва с садистскими наклонностями

      Когда-то давно, кажется ещё в подростковом возрасте, Джилл где-то вычитал о людях, что причиняют боль объекту своей симпатии, будь то моральная или физическая. Ещё и слово было какое-то странное, японское, не отложившееся в памяти, из-за чего проверить свои мысли не представлялось возможным. Почему он вообще вспомнил об этом, поднимаясь на дрожащие, после сокрушительного оргазма, ноги и натягивая не менее трясущимися руками штаны? Зачем Джилл вообще согласился на всю эту стрёмную авантюру?       — Дерьмо, — тихо выругался парень, опираясь на грязную стену. К его локтю мягко прикоснулись, помогая принять вертикальное положение. Джилл скосил взгляд в сторону, натыкаясь на угрюмое, но при этом раскрасневшееся, лицо Георга.       — Я тебе, блядь, сказал его держать, — отдернув от приятеля руку и чуть покачнувшись, прошипел Джилл. На удивление, вместо ожидаемого стыда его переполняла ярость.       — Да ладно, чел, ты ж не сопротивлялся, — усмехнулся Георг, мгновенно отодвинувшись и очень вовремя. Кулак Джилл просвистел в сантиметре от его носа.       — Я чувствую себя блядской жертвой изнасилования! — выкрикнул агрессор, не справившись с ослабевшим телом и накренившись вслед за рукой. За секунду до позорного падения его поддержал третий участник действа, о котором парень благополучно успел забыть. Мэт как обычно выглядел спокойно. Возможно, причиной тому была железная выдержка парня, возможно смуглый оттенок кожи и глубоко расположенные капилляры от чего возбуждённый румянец на его лице заметен не был.       — Жертва… — беззвучно произнёс он, однако Джилл не обратил на это внимания, вырываясь из чужой хватки.       — Два мудака. С кем я, блядь, связался? — Джилл ринулся к двери, но внезапный вопрос заставил его замереть на месте.       — Как этого пацанчика звали то? — агрессор ошарашено обернулся, впечатывая разъяренный взгляд в Мэта.       — А что? Тоже хочешь себе секс-услугу выбить? — ухмыляясь поинтересовался Георг.       — Да не, — отмахнулся парень, игнорируя ненавидящий взгляд Джилл, — просто… Я его кажись, знал в прошлом…

***

      — Готов поклясться на крови, с утра ты выглядел хуже.       — Готов поклясться на крови, ты не поверишь, кого мне удалось уламать, — парировал реплику соседа по комнате Каил. Чувствовал он себя как никогда прекрасно. И инкуб надеялся что это «прекрасно» продлится подольше.       — Это девушка? — спросил Марк.       — Нет.       — Тогда, не интересует, — буркнул парень, возвращаясь к чтению. Каил саркастично усмехнулся на изречение соседа. Сейчас его куда более интересовала одна странная особенность, которая ни как не желала вписываться в его привычную картину мира. Полное отсутствие несварения, к которому он привык, находясь среди людей. Человеческие эмоции практически всегда были крайне неоднозначны. И впитывая в себя похоть, Каил периодически захватывал сомнения, страх и множество других совершенно ненужных ему чувств, что, растекаясь по телу, дарили не самые приятные ощущения. Сейчас же всё было иначе. Каил уже и не помнил, когда чувствовал себя настолько хорошо. Внезапная недо-сексуальная связь с лихвой утолила голод.       — Эй, Марк, — усевшись на свою кровать, обратился Каил, — ты антропологию в школе прогуливал?       — Я учился на дому, — буркнул сосед, явно недовольный тем, что его отвлекают от книги.       — Это значит «нет»? — склонив голову набок, издевательски протянул инкуб. Марк недовольно зыркнул в его сторону. Каил хитро сощурил глаза, но из-за длинной чёлки этого видно не было. Он прекрасно понимал, что ещё один вопрос и в него полетит что-нибудь тяжёлое.       — Нет, — отчеканил Марк, надеясь, что тема себя исчерпала.       — То есть, ты в ней шаришь? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс Каил, в мгновение ока поймав летящую в него настольную лампу. После энергетического насыщения рефлексы также восстановились.       — Ну, да, — перекрывая удивление безэмоциональной маской, ответил парень.       — Отлично, тогда мне нужна твоя консультация, — улыбнулся Каил, наблюдая, как соседская маска даёт трещину, демонстрируя откровенное непонимание своего хозяина.

***

      Джилл рассчитывал, что всё будет как обычно. По крайней мере, в моральном плане. Приятели врят ли разнесли бы слухи о его вчерашнем позоре по институту. Мэтт разговорчивостью не отличался, а Георга Джилл знал практически с рождения. Так что, гарантия его репутации была обеспечена.       Единственное, что беспокоило парня действительно сильно, это утренняя эякуляция, на крайне странный и откровенно ненормальный сон.

***

      Темная фигура с опущенной головой, что парень держал за грудки, была до боли знакома. Джилл уже и не помнил, в какой момент Каил превратился в его грушу для битья. Рядом с эти существом он всегда чувствовал себя как-то не очень хорошо, в моральном плане. И, казалось бы, подумаешь индивидуальная неприязнь, можно же было просто избегать эту стрёмную личность. Вот только его странным образом тянуло к Каилу, что в итоге запечатлялось ранениями на исхудалом теле. Но хуже всего в этой ситуации было то, что даже после сбитых костяшек и откровенно отрубившегося кровоточащего тела у ног, легче не становилось. И агрессор не понимал в чём причина этого паршивого состояния.       — Может, тогда попробуем по-другому? — предложила фигура. Тонкие бледные пальцы прикоснулись к разгоряченной щеке Джилл. Парень непроизвольно дернулся и хотел было врезать Каилу за такое, но с ужасом обнаружил, что двигаться не может. Руки сзади были плотно связаны веревками.       — Прекрати, — грозно, точнее Джилл так хотелось бы, произнёс он, пока уже обе руки его жертвы оглаживали скулы. Прохладные пальцы мягко обхватили подбородок, приподнимая голову наверх, позволяя парням поравняться взглядами.       — А то что? — усмехнувшись, спросил Каил. Он всегда говорил с Джилл так, с лёгкой усмешкой в голосе и полуулыбкой на тонких губах. Даже ярко голубые глаза поблескивали насмешливостью, изредка выглядывая из-под длинной чёлки. Ладони плавно опустились на шею, очертили сонную артерию, прошлись по ключицам, скользнули на грудь. Джилл внезапно осознал, что одежды на нём нет от слова совсем, словив очередной шок от ситуации. Тело же, вместо того чтобы напрячься и попробовать разорвать или хотя бы ослабить веревки на руках, расслабилось под прикосновениями, отдавая всё себя на растерзание Каилу.       Изящные пальцы очертили ореолы сосков, несильно сдавили затвердевшие кончики, посылая по телу электрические разряды. Джилл непроизвольно заерзал. Он так и не понял, как оказался в лежачем положении, а его, так называемая, жертва нависла над ним.       — Нравится? — лаская соски круговыми движениями, прошептал Каил. Ему пришлось сильно наклониться к уху агрессора, от чего длинные локоны волос принялись щекотать шею.       — Перестань, — только и смог выдавить из себя Джилл. Ему нравилось, чертовски нравилось и это пугало.       На Каила слова агрессора подействовали с точностью до наоборот. Отпустив соски, он прошёлся пальцами вдоль живота и опустил руки на сочащийся смазкой член.       — А так нравится? — обхватив кольцом вокруг ствола, вновь поинтересовался Каил. Джилл ничего не ответил, с силой закусив губу, лишь бы не стонать в голос.       Рука Каила медленно двигалась по всей длине, иногда размазывая по головке сочащийся предэякулят. Периодически пальцы сжимались возле кончика, и движения ускорялись именно так и тогда, когда Джилл этого хотелось. Агрессор кусал внутреннюю сторону щек, тихо мыча в сомкнутые губы. Хотелось двигать бедрами, потераясь о горячую ладонь и задавая собственный темп. Джилл так бы и поступил, если бы вторая рука Каила не покоилась на его ноге, удерживая на месте. Сам инкуб прижался к его боку, влажно дыша куда-то в районе шеи.       — Хочешь кончить? — горячий шопот обжёг чувствительную ушную раковину. Джилл даже не сразу сообразил, что от него ждут ответа. Он отрицательно мотнул головой. Уж чего-чего, а гордость была дороже сомнительного удовольствия. Где-то на затворках сознания проскользнула надежда на то, что Каил его не послушает и парень не разочаровал.       — Не можешь значит… — мягко произнёс он, отодвигаясь от пригретого бока, но рук не убирая, — ты и не сможешь, пока не получишь нечто большее. Чужое лицо вновь поравнялось с его. И снова эта полуулыбка и блестящие от возбуждения глаза. Джилл даже мог разглядеть собственное отражение в расширенных зрачках Каила.       Рука с члена исчезла, перемещаясь туда, где её совсем не ждали. Влажные от естественной смазки пальцы коснулись мгновенно сжавшегося заднего прохода.       — Шшш, не стоит бояться, — вновь на ухо прошептал Каил, поглаживая мышцы сфинктера, вызывая лёгкую щекотку, — больно не будет.       От этих слов легче совершенно не стало. Джилл сжался, как только смог, даже зажмурился.       — Понятно… — тихо прошелестели сверху. Свободная рука прикоснулась к члену, начиная ритмично надрачивать. Тело, что не могло напрягаться вечно, расслабилось, пропуская влажные пальцы внутрь и вновь напрягаясь, ощутив дискомфорт.       — Хватит… — всхлипнув, произнёс Джилл. Больно не было, но унижение, пробравшиеся под кожу, отдавалось тяжестью на сердце. Тело отказываясь подчиняться сознанию, мелко дорожало от того, что его ласкают изнутри. Член сочился смазкой, от чего движения рукой сопровождались пошлыми хлюпающими звуками.       — Я чувствую, как ты сжимаешься, — прошептал Каил, мягко коснувшись губами ушного хрящика и заставляя табун мурашек дружно отмаршировать по позвоночнику, — хочешь большего?       — Ннн… — протянул Джилл, явно собираясь всё отрицать, но собственной воли не хватило даже на то, чтобы сказать банальное «нет», сорвавшись на стон. Каил тихо усмехнулся, прикусив раскрасневшееся ушко, одновременно с этим надавив на что-то внутри.       Джилл чуть не изогнуло от ощущений. Сквозь него словно пропустили заряд тока, заставляя компульсивно дёргаться. Хотелось ощутить это ещё раз. Джилл даже готов был умолять об этом, забыв о гордости. В голове лишь осталось единственное желание получения удовольствий. Но вместо этого, руки Каила внезапно исчезли, перемещаясь под поясницу.       — Думаю, ты уже готов, — тихо произнёс парень, расположившись между разведёнными ногами Джилл. Агрессор не успел даже возмутиться образовавшейся внутри пустоте, как почувствовал давление чего-то влажного и горячего. Осознание пришло поздно, по крайней мере после того, как в него проникла головка, несколько болезненно растягивая стенки кишечника.       — Расслабься, — тихо произнёс Каил, закидывая чужие ноги себе на пояс, ради удобства и продвигаясь глубже. Ожидаемо сильной боли от проникновения по-прежнему не было, только чувство желанной заполненности, рассыпающееся искрами возбуждения по всему телу.       Джилл уже прекратил даже моральное сопротивление, решив плыть по течению. Немного влажные руки Каила придерживали его за бёдра, аккуратно насаживая на горячий, пульсирующий член. Даже слишком аккуратно, слишком медленно. Джилл хотелось больше, сильнее, быстрее. Желание ощутить то наслаждение, когда тело бесконтрольно изгибалось до хруста в позвоночнике, стало первостепенным. Парень согнул колени, обвивая ногами чужую талию, и резко потянул Каила на себя, самостоятельно насаживаясь. Тело вновь пробила дрожь, когда член уткнулся в простату, только теперь ощущения были куда ярче и острее. Джилл, пытаясь хотя бы голос удержать в узде, застонал в сомкнутые губы, изливаясь.

***

      Тело дорожало. Влажная от пота футболка прилипла к спине и немного задралась от ночного ворочания. Джилл так резко вскочил на кровати, что в голове зашумело. Спросонья парень ни как не мог понять, что произошло и где он находится.       — Херовый сон? — послышалось с соседней по комнате общежития кровати. Георг зевнул, разлепляя один глаз и устремляя его сквозь темноту на друга.       — Ты не представляешь, насколько херовый, — хриплым, то ли от успокаивающегося возбуждения, то ли от резкого пробуждения, голосом ответил Джилл. Его всё ещё потряхивало от пережитого. Влажное нижнее бельё неприятно холодило кожу, однако высовываться из кровати в таком состоянии агрессор не планировал. Поэтому, проигнорировал позывы организма отправиться в душевую, парень просто закутался потеплее в одеяло и развернулся к стене. Георг недолго думая последовал его примеру.       — Херовые сны, это конечно херово, только стони потише, — сквозь сон попросил он. Джилл резко распахнул глаза, сонливость от этих слов как рукой сняло. И, судя по всему, заснуть парень этой ночью более не смог бы.