Love Hug

Надев маску, матадор посмотрел на пышный букет красных роз, которые лежали рядом с ним на сиденье, слегка покачиваясь от движения автомобиля. Цветы, очевидно, были куплены недавно, в точности как он приказал. Это было заметно по тому, как на некоторых лепестках остались небольшие капельки воды, которые создавали впечатление, будто эти бутоны были только недавно срезаны в каком-то саду. Оторвавшись от мыслей, Айноске с грустью отметил, что опаздывает. Как бы это ни было печально, встреча затянулась и вернуться пришлось на два часа позже, из-за чего не только покупку цветов пришлось поручить своему псу, но и опоздать на первое за долгое время свидание, на которое он действительно хотел попасть. Когда автомобиль остановился, Адам сразу нашёл взглядом свою Снежинку. Несмотря на внешнее безразличие, то и дело сжимающийся и разжимающийся кулак парня подсказывал, что тот не настолько спокоен, как хотел бы казаться. Искра от того, что возможно юноша также был в предвкушении перед сражением с ним, как и он, разожгла в нём огонь страсти, который мужчина даже не думал подавлять. Ни секунды не думая и подхватив букет с цветами, он подождал, когда его путь к Ланге будет проложен. Когда приготовления были завершены, не прошло и тридцати секунд, как политик вручил снежноволосому розы, которые так сильно контрастировали с ним. Радость была безмерна, когда парень взял цветы и пробормотал «спасибо». Не теряя времени, оба соперника уже стояли на линии старта. Матадор планировал насладиться зрелищем, как этот малыш будет пытаться проехать максимальное расстояние, чтобы между ними был максимальный отрыв. Звучит гудок. Толпа заходится в рёве. Когда он достаёт свой портсигар и зажимает сигарету между губ, то до него с небольшим запозданием доходит, что народ молчит, и вокруг них стоит оглушающая тишина. По крайней мере так было до тех пор, пока некоторые не начали перешёптываться: «чем этот новичок думает?» «Адам опять за своё». Посмотрев на юношу рядом с собой и извинившись, попутно убирая портсигар, он встал в стойку для старта. Ланга сделал тоже самое, начался отсчёт, и когда гудок повторился, они оба с невероятной скоростью погнались вперёд. - Отношения на расстоянии недолговечны! – громко сказал Адам, замечая, что парень позади него едет намного медленнее, чем может. Для него было очевидно, что не обошлось без вмешательства и наставлений Черри. Поэтому сложить два и два было несложно. Не успела в его голове промелькнуть мысль, чтобы закончить всё быстро, мужчина поражённо смог наблюдать, как светловолосая макушка в мгновении ока промелькнула рядом с ним. Нет, он всё-таки не ошибся насчёт этой снежинки, этот школьник действительно стоит его любви. - Ох, я влюблён, я влюблён! Сражен в самое сердце! – прокричал Айноске, танцуя на своей доске. Ему не составило труда догнать снежноволосого и положить руку ему на талию, этим самым втягивая его в свой танец. «Он, наверное, действительно снежинка,» - подумал мужчина, когда держал Лангу за руки, дабы тот не улетел и не травмировался. Ведь в отличие от остальных, с кем он когда-либо сражался, им он дорожил и не собирался его калечить. Сердце пропустило удар, а может и несколько, когда вместо страха на лице парня виднелась лишь небольшая напряженность, в то время как на губах была улыбка. Замешательство политика было понятно, когда парень притянул его к себе. Ведь в отличие от тех же остальных, он не только не плыл по течению, но и как в настоящем танце вёл свою партию. Воспользовавшись секундной заминкой со стороны противника, школьник перехватил инициативу, прижимаясь всем телом к мужчине максимально близко. Такие действия привели к тому, что вращаться они стали ещё быстрее, но вскоре каждый ехал на своём скейте. Увы, по своей натуре матадор был очень жадным, поэтому уже менее чем через минуту ему захотелось вновь почувствовать чужое тепло и громко колотящееся сердце в чужой груди. Это и послужило ему толчком к тому, чтобы прямо на повороте сделать, как всем казалось, невозможное. Став в свою стандартную стойку, уже через секунду он несся навстречу снежинке, широко расставив руки для объятий. - Растай в моих объятьях! ЛавХаг! – честно говоря, надежда, что парень действительно окажется в его объятьях, таяла с каждой секундой. Тех, кого он хотел обнять во время гонки были единицы, но все они в последний момент пытались сбежать от него, что приводило к травмам, иногда несовместимыми со скейтбордингом. Едва заметно, он грустно улыбнулся: - Ну же, мой милый Ланга, я верю в тебя, – прошептал мужчина перед тем, как закрыть глаза. В этот раз ему не хотелось видеть, как этот юноша тоже убегает от него. Боль от столкновения выбила весь воздух из его лёгких, на автомате он зажал возлюбленного в объятьях как в тисках. Проехав несколько секунд по инерции вперёд, даже отсюда матадор мог услышать недоуменные возгласы толпы где-то не так далеко от них. Эту часть он не планировал показывать другим, и не только потому, что сомневался, что это произойдёт, но и потому, что этот момент принадлежит ему, а он явно не собирался делиться им. Сделав едва заметный жест рукой, Айноске уже знал, что камеры выключились, так как ещё в самом начале создания «S» они разработали данный жест, чтобы скрывать то, что зрителям было не положено видеть. - Почему ты не свернул? – прекратив думать о лишних вещах, мужчина решил сосредоточиться на теле в своих руках. Сердце парня напротив стучало также сильно, как и при первом контакте, спустя примерно две минуты дыхание снежноволосого восстановилось, и тот смог нормально ответить. - Это моя благодарность. За цветы, – парень несильно сжал красную ткань на спине Адама, пряча слегка поалевшее лицо в чужом плече. Ещё по прошествии нескольких минут, которые казались вечностью, парень добавил: - Ты сильный противник, и это заставляет меня восхищаться тобой. Удивительно, но сейчас обычно веселый и болтливый политик не смог выдавить из себя ни слова, только чуть сильнее сжать Лангу в своих стальных объятьях. Такой трогательный и приятный момент был нарушен неприятным звуком приближающихся полицейских машин. Словно из неоткуда, сзади подъехала черная машина, за рулём которой был Тадаши. Скрипнув зубами и неохотно отпустив юношу, мужчина подобрал свою доску, едва сдержавшись, чтобы не коснуться мягких на вид волос парня. Сжав крепче доску, он чуть не совершил необдуманный поступок, так как хотел пригласить его сесть к нему в машину под предлогом, что так снежинка не попадёт полиции в руки. Но эта идея быстро отпала, так как в зоне видимости появился Реки на скутере. - Увидимся снова, Снежок, – бросил он напоследок, прежде чем сесть в машину, после чего та сразу рванула с места, оставляя смущенного подростка ненадолго одного. Когда они отъехали немного от места проведения гонки, матадор устало снял маску со своего лица. Остатки тепла чужого тела прозрачно оседали на кончиках его пальцев, а то, что это был не сон, подтверждала тупая боль в районе рёбер, куда пришла основная сила удара. Эти ощущения ещё больше повысили уровень раздраженности Айноске. Посмотрев на водителя, он произнёс: - Соедини меня с начальником полиции Тем временем Реки, Ланга, Шэдоу и Мия собрались перед своим любимым местом, где в основном покупали вредную пищу. По крайней мере трое из них, так как самый младший среди них предпочитал есть только то, что поможет ему в спорте, но остальная троица не теряла надежды склонить его на свою холестериновую сторону. Немного обсудив произошедшее, они уже собирались расходиться, так как им нужно было в школу и на работу. Вдруг Шэдоу окликнул Лангу. - Эй, снежок, кажется, ты забыл букетик от своего СОПЕРНИКА, – выделив последнее слово, мужчина отдал другу его букет, и сев в машину, буркнул для Мии, чтобы тот пристегнулся, прежде чем выехать с парковки и направиться по домам. - Чувак, ты серьёзно собираешься сохранить этот букет? Я думал, что ты просто подыгрываешь ему, – удивленно сказал Реки - Моей маме нравятся цветы, но так как мы долгое время жили в горной местности, то возможностей увидеть их было не так много. Тем более, что букет красивый, – объяснил Ланга, прижимая букет к себе. За время поездки никто из них не сказал больше ни слова на эту тему. Все распросы о том, что же случилось после того, как выключились камеры, снежноволосый попросил оставить на потом, потому что слишком устал. На часах было около двух ночи, когда канадец вошёл в квартиру, где они с мамой жили. Сняв обувь, первым делом парень немного покопался в шкафчиках, где нашёл красивую белую вазу. Набрав воды, он поставил её на стол, куда секунду спустя опустил цветы. Контраст красного с белым, то, как они сочетались, почему-то сразу навело его на мысль о нём с Адамом. На самом деле, хоть он и не видел со стороны, как они выглядят вместе, но для других их танец больше был похож на ванильно-клубничное мороженое. Покраснев, юноша приложил руки к щекам и помотал головой, отгоняя все мысли. Немного успокоившись, он пришёл только к одному выводу: ему хотелось бы ещё раз испытать Лавхаг на себе, когда сильные руки сжали его в крепких объятьях, прижимая ближе и не позволяя отступить. Где-то на другом конце города, в большой спальне, на кровати Айноске думал о том же, поэтому вместо сна он думал над тем, как заново повторить гонку, чтобы снова почувствовать боль от столкновения, а потом робкие объятья. - Ланга… Мой милый Ланга… Ты будешь… - замолчав, мужчина посмотрел на потолок, вспоминая улыбку снежинки, прежде чем тот притянул его к себе поближе, перехватывая инициативу в их «танце». - Моей Евой… - тихо прорычал Адам в пустоту комнаты. Если он смог получить объятья в благодарность за цветы, то в следующий раз он, пожалуй, купит букет побольше.