Магистр Куртизанского Ордена

Очнулись парни в незнакомом доме, на расписном восточном ковре, судя по обстановке, в чьем-то кабинете. Откуда-то снизу доносилась приглушённая клубная музыка и вульгарный смех, а вызывающе-красные обои помещения, где очутились юноши, лишь ещё больше добивали сознание и вызывали панику. - Твоего батю, мы где? - выпучил глаза Цзян Чэн, бешено вращая головой. - В пизде, - нервно отозвался Вэй У Сянь. - Это я понял, а конкретнее? - Похоже, мы на территории Вэней, - произнёс Вэй У Сянь, увидев на обоях характерный солярный символ. - Пиздец. Они одновременно осознали, что это за место. Всем известно, что красивых юношей похищают для определенных заведений, и отнюдь не для работы на мебельной фабрике. До этого самого момента они не знали, что на территории Ордена Вэнь тоже есть такое страшное заведение. Раньше они думали, что публичный дом есть только у Цзиней, где работает муж госпожи Цзинь ("Всё равно блядун, а так хоть на благо Ордена старается!"), но там, насколько им было известно, работали зрелые мужчины по трудовому договору, и юношей туда насильно не похищали. В этот момент за дверью послышались приближающиеся голоса, не предвещающие ничего хорошего. - Я же говорила, никого больше не привозить, - недовольно ворчала одна молодая женщина, - люди заметили, что много пропало... - Вай, хозяйка, но это прям такие пэрсики, мы не смогли устоять, они так и манили своей красотой! - твердила ей другая, с восточным акцентом. - Редкие красавцы! - Сейчас посмотрим, стоили они такого риска или нет, - отрезала третья. Дверь резко распахнулась, и в помещение в сопровождении смуглых похитительниц зашли незнакомые молодые женщины. Их одежда красных тонов с вышитыми солярными символами указывала на принадлежность к Ордену Вэнь, а на лицах застыло выражение уверенности и собственного превосходства. - Ага, хороши! - довольно произнесла высокая женщина с собранными в высокий хвост чёрными волосами, глядя на побледневших юношей сверху вниз. - Хороши? - переспросила монобровая спутница, одна из похитительниц. - Обижаешь! Хороши были те двое, которых ты вчера страпонила, а эти красавцы, вах! Пэрсики! - О, спящие красавчики очухались? - ухмыльнулась ещё одна бандитка, поправив очки и откинув назад распущенные волосы. - Это очень хорошо. - Да пошла ты... - выплюнул Цзян Чэн. Договорить он не успел, как его в тот же миг ударила по лицу ещё одна женщина, взметнув вверх буйные кудри. - Не трогайте его! - выкрикнул Вэй У Сянь, загораживая собой Цзян Чэна. - Эй, нельзя бить товар, кто же их купит? - окликнула подельницу главная бандитка. - Пф, подумаешь, наша лекарка их вылечит! - фыркнула её кудрявая подруга. - Мы не товар! - хором воскликнули юноши. Бандитка с высоким хвостом расплылась в недоброй ухмылке, от которой юношам стало не по себе. - И снова одно и то же... Ничего, скоро вы станете послушными мальчиками! Юноши не успели опомниться, как злоумышленницы схватили их и растащили по разным комнатам. Цзян Чэн оказался в каком-то кабинете вместе с женщиной в очках, её кудрявой коллегой и смуглыми бандитками. - Значит так, юноша, думаю, ты понимаешь, куда попал, - сурово обратилась к нему женщина в очках. - Если будешь хорошо себя вести... - Катись к хуям! - яростно выкрикнул Цзян Чэн. Его снова ударила кудрявая, на этот раз отвесив подзатыльник. Цзян Чэн ударил её в ответ, за что тут же получил удар под дых. - Какой борзый щенок, однако, - присвистнула обладательница очков. - И темпераментный, - заметила смуглая женщина восточной наружности. - Мальчик, если ты ещё ничего не понял, то для тупых объясняю - мы здесь власть, и в твоих интересах вести себя смирно, если не хочешь быть битым! - Вы мне никто, и слушаться Вэней я не буду! - выпалил Цзян Чэн. Тут же его снова ударили, схватив за волосы. - С первого раза не понимаешь, да? - прошипела женщина в очках. - Или мамка лупила и все мозги вышибла? - Было бы, что вышибать, интеллектом он явно не одарён! - презрительно отозвалась кудрявая. Цзян Чэн вырвался из рук бандитки и отскочил на другой конец комнаты к письменному столу, лихорадочно оглядывая помещение и пытаясь найти выход. У двери стояли крепкие смуглые женщины восточной наружности, перекрывая путь к спасению, у окна ещё одна понаехавшая и кучерявая. - Я так просто не сдамся! - с яростью крикнул Цзян Чэн. Он сделал взмах рукой, собираясь применить духовные силы и дать им вырваться наружу, но тут же осекся. Заклинательские способности не работали. Заметив его замешательство, женщины тихо усмехнулись и высокомерно воззрились на юношу. Их сочащиеся самодовольством лица неимоверно разозлили Цзян Чэна. - Ещё и смеётесь, паскуды, - злобно прошипел он. Тогда Цзян Чэн поступил, как обычно, принявшись делать то, что всегда у него отлично получалось, а именно - стал орать и крушить всё подряд. - Ты что творишь, паршивец?! - воскликнула кудрявая женщина. - Это ваза династии Сунь! - Да хоть Вынь! - орал Цзян Чэн, швыряя в бандитку расписную вазу с павлинами. - Вот ты путём "сунь-вынь" её стоимость и отработаешь! - А жаль, хорошая ваза была, с биографией... - флегматично протянула другая похитительница, глядя на осколки. - Не каждую вазу используют для особых утех... Цзян Чэн сдаваться без боя не собирался. - Да вы знаете, кто моя мама?! - выкрикнул он, швыряя в злоумышленниц кактус. - И кто же? - Госпожа Юй Цзы Юань! - выпалил Цзян Чэн, запустив в бандитов очередную вазу. Та пролетела через весь кабинет и, ударившись о шкаф, разбилась в оглушающей тишине. Бандитки замерли, затем пригляделись к нему. Он напрягся. - А ведь похож на Паучиху, - заметила кудрявая. - Даже очень. - Ну и что? Мало ли похожих людей! - отозвалась одна из смуглых женщин. - Она всё узнает и поквитается с вами! - воскликнул Цзян Чэн, пытаясь найти что-нибудь ещё, что можно было бы запустить в похитительниц. Женщина в очках задумалась. "А ведь сходится. У правящей семьи из пристани Лотоса трое детей - двое парней и одна девица. А с этими девка как раз какая-то была..." - Не, ну вы дуры - похищать детишек этой стервы! - протянула она, воззрившись на смуглых похитительниц, как на идиоток. - Она же мегера редкостная! Та ещё сука! - Как ты смеешь оскорблять мою маму?! - заверещал Цзян Чэн, запустив в неё книгой. - Да заткнись уже, - лениво махнула рукой очкастая. В тот же момент Цзян Чэн почувствовал, что не может говорить. Юноша ужаснулся. Против него применили заклинание, похожее на то, которым пользуются в Гу Су Лань в дисциплинарных целях. И почему она может использовать заклинания, а он нет? Возмутительно! - Даже если это реально её сынок, Паучиха не узнает, что он здесь, - обратилась обладательница очков к кудрявой коллеге. Та согласно кивнула. - Я не знаю, что за Паучиха, я в ваших заклинательских интригах Орденов не разбираюсь, - подала голос одна из смуглых женщин, - но парень похож на актёра из нашумевшего фильма, который сейчас крутят. Мы можем на этом охрененно заработать! - А ведь и вправду, - оживилась кудрявая, оценивающе вглядываясь в черты Цзян Чэна. - Разумная мысль! Персонаж-то популярный! Как сейчас модно, сильный и независимый с дебильным характером, и этот как раз под стать! - Надо заказать соответствующий костюмчик, косплей сейчас в моде! - живо отозвалась самая молодая из смуглых женщин. Обладательница очков пристально посмотрела посмотрела на опешившего от происходящего Цзян Чэна и строго погрозила ему пальцем: - А ты посиди тут, остынь да подумай. Будешь послушным мальчиком - получишь проценты! Свои деньги и эмпауэрмент! И, так же внезапно, как его притащили сюда, женщины покинули помещение и заперли его. Цзян Чэн кинулся к окну, но оно было запечатано, а стекло - непробиваемо. Тогда он стал всё крушить с новой силой. Внезапно он услышал истерический крик Вэй У Сяня, от которого кровь застыла в жилах. "Что с ним вытворяют?!" - содрогнулся Цзян Чэн, выпучив глаза. - Я что угодно сделаю, только уберите собак! - с надрывом выкрикнул Вэй У Сянь. "Капец, теперь и он не сбежит, с его-то фобией!" - Хватит травить его собаками! - донёсся строгий голос незнакомой женщины. - Ещё заикой станет, а мне лечить потом! Вы разве не знаете, что психику хрен вылечишь, в отличие от тела? Лично я это не умею. Как потом психованного сдавать будете? - Аргумент. - У Вэнь Цин всегда железные аргументы. "Какого хрена они там вытворяют?! Он же умом тронется! Как сбежать с сумашедшим?" Он попытался применить силы заклинателя, но ничего не вышло. Словно что-то блокировало его энергию и не давало вырваться наружу за пределы тела яростным потоком. "Нет... Только не это..." Это было для него последней каплей. Сломленный, он медленно осел на пол, уткнувшись лбом в стену. Сил уже не было ни физических, ни моральных, всё ушло на оказавшийся бесполезным погром. Вскоре в комнату снова зашли бандитки. От одного взгляда на поникшего юношу их лица озарили торжествующие улыбки. Они были довольны его сломленным видом. К тому времени к юному заклинателю снова вернулась способность говорить, но смысла в ней уже не было, как и сил. Цзян Чэн даже не сопротивлялся, когда его схватили за руки и потащили по коридору. Бандитки притащили его в странную комнату, оказавшуюся гримерной. Туда же затолкнули Вэй У Сяня, а вслед за ним в помещение вошла ещё одна молодая женщина со строгим лицом - очевидно, упомянутая Вэнь Цин. Быстро залечив синяки потерявшим волю к сопротивлению парням, она направилась на выход. - Приведите себя в порядок, - велела им Вэнь Цин и вышла из гримёрной. Юноши с ужасом уставились на непонятные склянки. Когда они жили в пристани Лотоса, госпожа Юй категорически запрещала им, как и всем мужчинам в той местности, пользоваться косметикой, утверждая, что красятся только проституты и актёры, причём, между этими двумя профессиями она не видела никакой разницы. Она пристально следила, чтобы её сын и пасынок соблюдали целомудрие и благочестие, но, увы, это их от похищения не спасло. - Хайлайтер, консилер, шиммер, глиттер, праймер, база под базу... Что это вообще такое? - выпучил глаза Цзян Чэн. - Звучит как проклятие, - ошеломлённо отозвался Вэй У Сянь. - Я к этому дерьму не притронусь! - категорически заявил Цзян Чэн, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди. Вэй У Сянь решил немного развеселить названного брата, и потому густо нанёс на лицо белую пудру, а вокруг глаз намазал жирные красные круги. - Шиди, смотри! - потыкал он пальцем в Цзян Чэна. Тот кинул на него мимолётный взгляд, чуть не свалился со стула от увиденного и закатил глаза. - Ты явно умом тронулся, придурок! - Что сидим, кого ждём? - строго спросила Вэнь Цин, заходя в помещение. - О, Богиня, это что ещё за призрак висельника?! - отшатнулась она, увидев отражение Вэй У Сяня в боевом раскрасе. - Он и есть, - широко улыбнулся Вэй У Сянь. - Смой этот ужас, - велела Вэнь Цин. - Вэнь Нин, иди сюда! - позвала она кого-то, стоящего в коридоре. - Помоги этим двоим - они вообще не умеют краситься! В гримерную зашёл парнишка робкого вида, приблизительно такого же возраста, что и похищенные юноши, или чуть помладше. Лицом он был чем-то похож на Вэнь Цин - очевидно, являлся её младшим братом. - Давайте я помогу, начальство не стоит злить! - тихо произнёс Вэнь Нин. - Они избить могут или отдать извращенкам! Вначале он расчесал юношам волосы, уложил в причёску, а затем стал накладывать макияж, ловко орудуя двумя руками, то и дело меняя кисти разной формы. - Лёгкий нюдовый макияж, чтобы подчеркнуть свежий цвет лица и скрыть покраснения... - Какой смысл краситься, если макияж не видно? - хмыкнул Вэй У Сянь. - Такая сейчас мода, - ответил Вэнь Нин. - И конкретно вам яркие цвета не подойдут, они будут смотреться вульгарно. - Смешно это слышать, находясь в борделе! - горько усмехнулся Цзян Чэн. Осознание того, что им предстоит пережить, навалилось с новой силой. Казалось, похищенные вот-вот расплачутся. Вэнь Нину было нестерпимо больно на них смотреть. - П-пожалуйста, не плачьте, у вас макияж потечёт, придётся будет накладывать заново, ещё и огребёте, что так долго. Цзян Чэн издал невесёлый смешок. - Так это ты долго копаешься, - сочась ядом, произнёс он. - Шиди! - предостерегающе шикнул на него Вэй У Сянь. Вэнь Нин тихо вздохнул. - Мне ничего не будет, у меня сестра здесь целительницей работает, вы её уже видели, а вот за вас я переживаю. С вашими характерами вам здесь будет тяжко! - Зашибись, - буркнул Цзян Чэн, в который раз закатывая глаза - лишь бы не видеть своё накрашенное отражение в зеркале. Тем временем, работа Вэнь Нина подошла к концу. - Вот, всё готово, - объявил он, явно довольный результатом своего труда. Юноши, однако, его мнения не разделяли. - Как раскрашенный фазан, - бросил Цзян Чэн. - Это нюд, - поправил его Вэнь Нин. - Фазан выглядит иначе. - Боюсь представить как, - пробормотал Вэй У Сянь, рассеянно глядя на себя в зеркало. - Радуйтесь, что сейчас не в моде смоки айс, - сказал им Вэнь Нин, чуть склонив голову набок и разглядывая Вэй У Сяня, поправив ему красную ленту в волосах - видимо, любуясь результатом своей работы. Цзян Чэн, надувшись, с подозрением наблюдал за действиями юного гримёра. Дверь распахнулась, и в помещение заглянула Вэнь Цин. - Долго ещё? А, вы уже? Отлично. - Ведите их! - велела ещё одна женщина за её спиной. Не успели юноши опомниться, как рослые охранницы схватил их и потащили куда-то по коридору.

***

Поздно вечером Вэнь Нин привёл Вэй У Сяня в комнату, в которой ему отныне предстояло жить. У того после аукциона юнственности и её лишения не было никаких сил, и он позволил новому знакомому вести себя за руку. В комнате стояли две кровати, платяной шкаф, небольшой стол и два стула. Скромный интерьер в бежевых тонах мог бы навести на мысли о хостеле, и лишь странное, пугающее пятно на полу отрезвляло и возвращало в неприглядную реальность, беспощадно напоминая измученному разуму, где он находится. - Это что, кровь? - уставился Вэй У Сянь на въевшееся в линолеум бурое пятно. - Юноши, жившие до вас в этой комнате, наложили на себя руки, - печально ответил Вэнь Нин. - Один выбросился из окна, другой вскрылся прямо здесь. - И потому ручки из оконных рам выкручены, - заметил Вэй У Сянь. - Не все выдерживают такой жизни, - вздохнул Вэнь Нин, а затем с мольбой в глазах посмотрел на Вэй У Сяня. - Пожалуйста, не идите по их стопам! "Легко сказать, - горько подумал Вэй У Сянь, будто в тумане укладываясь на кровать и пустыми глазами глядя в потолок, - шиди так запросто может. Как он там? Что с ним делают? Как он это переживёт?" Вэнь Нин с болью наблюдал за ним. По нему было видно, что он очень хотел как-то помочь и поддержать, но не знал, как. - Я принесу чай, хорошо? - обратился он к новому знакомому. - Прости, это всё, что я могу сделать. Вэй У Сянь устало кивнул. Сил не было ни на что, на душе было пусто, будто выжали досуха. "В каком-то смысле так и было!" - нервно усмехнулся он, не зная, плакать ему или смеяться - в любом случае, он был сейчас не в состоянии делать ни то, ни другое, и вопрос, как скоро его накроет, оставался открытым. Вскоре вернулся Вэнь Нин с электрическим чайником, двумя чашками и чайными пакетиками. Вэй У Сянь не сопротивлялся, когда новый знакомый помог ему подняться на кровати и всунул в руку чашку с горячим чаем. Судя по вкусу, с мятой и сахаром. - Говорят, мята успокаивает, - сказал ему Вэнь Нин. - Я твоему брату тоже чашку принёс. Прости, я не нашёл печенье! Вэй У Сянь улыбнулся измученной улыбкой. - Спасибо, ты и так много сделал. Из коридора послышался голос Вэнь Цин, зовущей брата. Тот вздрогнул и напряжённо посмотрел на дверь, а затем перевёл обеспокоенный взгляд на Вэй У Сяня. - Только не делайте ничего с собой, пожалуйста! - умоляюще обратился он к нему. - Не беспокойся, всё будет хорошо, - пообещал ему Вэй У Сянь. - Иди к сестре. Вэнь Нин ушёл, и Вэй У Сянь остался один наедине с оглушающей пустотой, давящей со всех сторон, как в помещении, так и в душе. А угасающий день за окном будто смеялся над ним, словно издевательски бросая в комнату пронзительно-оранжевые лучи. Будто изо всех сил храбрясь перед надвигающейся и набирающей силы тьмой. Через некоторое время пришёл Цзян Чэн и, не говоря ни слова, лёг на кровать и уткнулся лицом в подушку. Вэй У Сянь в тот момент стоял у шкафа, распахнув дверцу, и смотрел на себя в зеркало, оттянув воротник и обнажая засосы на теле. Дева Ло Цин Ян была милой и нежной, но он прекрасно понимал, что так ему повезло лишь в этот раз, а дальше редко какая клиентка будет приятной. Вот ему названному брату, похоже, повезло гораздо меньше. Цзян Чэн лежал, уткнувшись лицом в подушку. Судя по трясущимся плечам и неровному дыханию, он плакал, и лишь остатки растоптанной гордости не давали ему орать во весь голос. Вэй У Сянь знал, что это ненадолго. "Его уже накрыло, - печально констатировал Вэй У Сянь. - Он всегда был очень чувствительным." Вэй У Сянь сел на кровать и принялся расчёсывать свои чёрные волосы. Они были гораздо длиннее, чем у Цзян Чэна, доходя до пятой точки, и требовали большего ухода. Вот только попытка отвлечься была тщетной. Время будто застыло, как и тьма за окном, словно в ожидании чего-то. Через некоторое время Цзян Чэн заговорил. - Это была тучная женщина с монобровью, - хриплым голосом поведал он, нарушая затянувшееся молчание. - Я не мог ничего сделать. Моё тело меня предало. Ему определённо было очень плохо, раз он признался в своей слабости и отчаянии. Тишина давила, надо было что-то сказать. - Мы выберемся отсюда, - произнёс Вэй У Сянь. - Обязательно. Я что-нибудь придумаю и вытащу нас отсюда. Цзян Чэн оторвался от подушки и, шмыгнув носом, саркастически произнёс: - Как ты выберешься, если тут всё охраняется собаками, а ты их до усрачкм боишься? - Значит, сбежишь ты один, - просто отозвался Вэй У Сянь. Цзян Чэн истерически рассмеялся. - О да, я такая важная персона, что ты благородно пожертвуешь собой! - Я тебе говорю, я что-нибудь придумаю. Цзян Чэн резко вскинул голову, устремив на Вэй У Сяня покрасневшие глаза. - Что ты придумаешь?! - с надрывом выпалил он. - Что ты можешь сделать?! Нам заблокировали силы, отобрали мобилы и паспорта, что ты можешь сделать?! - Блять, заткнись, истеричник! - донеслось из-за стены. - Сам истеричник! - выкрикнул Цзян Чэн, ударив кулаком по стене. - Да вы оба придурки, дайте поспать! - донеслось из-за другой стены. - Заткнулись все, а то обездвижу и раком поставлю! - раздался в коридоре раздражённый голос Вэнь Цин. В комнатах сразу стало тихо. - Вот так-то, - довольно хмыкнула Вэнь Цин. - И чтоб ни звука! Цзян Чэн хотел было что-то сказать, но Вэй У Сянь заткнул ему рот рукой. Тот затрясся всем телом в новом витке истерики. Вэй У Сянь крепко прижал его к себе, поглаживая по голове. Надо было как-то помочь, успокоить, но как, если он сам нуждается в помощи и успокоении? Кто поможет ему? Слёзы сами собой потекли из его глаз. Так они сидели и беззвучно плакали, пока не отрубились от стресса и усталости, а за окном не занялся холодный, безжалостный розовый рассвет.