Серое пространство

      Гул, похожий на завывание сильного ветра, на мгновение стих, несколько мощных толчков заставили белоснежные стены трястись. Четверо вчерашних подростков вглядывались в непроглядную тьму дверного проёма, боясь что-то там разглядеть. В маленькой комнатке не было никакой мебели, молодые люди сидели на полу напротив единственного выхода.       Юноша нехотя поднялся, опираясь на деревянную вещицу похожую на зонт. Девушка, сидящая справа от него, покрепче обняла огромную книгу, предчувствуя, что её напарник скажет.       – Нужно продолжать движение, нас не будут ждать вечно, – он перевёл взгляд на юношу слева от себя. – Карта, нам ещё далеко? Где мы вообще находимся?       – Чёрт его знает, мы, словно вернулись, не вижу никаких путей. Половину точно уже прошли, – сказал Карта, вставая на ноги.       Он помог подняться девушке с квадратным фонарём на длинной палке.       – А если эта тварь нас всё ещё ждёт? – твёрдым, хорошо поставленным голосом произнесла девушка с книгой. Её скромный, напуганный вид совсем не вязался с такой манерой говорить.       – Нужно собраться и дойти, у нас нет сил прокладывать другой путь, – юноша подошёл к тьме проёма.       – Тогда вперёд, Зонт, я прямо за тобой, – произнесла девушка с фонарём.       Юноша несколько раз глубоко вздохнул, направил свою палку в проём и с выдохом шагнул вперёд. Тьма на мгновение обхватила его, а затем выплюнула в бесконечную серость. Позади не было никакой комнаты, никакой двери, отсутствовал свет, ни следа тьмы. Пустота окружала, абсолютная тишина, Зонт не слышал ни собственных шагов, ни шума от глубокого дыхания, он покрепче схватился за палку, почувствовал, как на неё что-то навалилось.       Наконец проявились звуки, легкие шаги, в любом другом месте слух не будет настолько чутким, чтобы это уловить. В серости появились очертания, свет наступал, отгонял безмятежную пустоту. Зонтик обволакивала тёмно-серая бесформенная масса. Белое глазное яблоко с чёрным зрачком выглянуло из-за купола снизу и начало внимательно разглядывать людей.       Сначала до юноши донёсся звук быстрого перелистывания, а затем твёрдый женский голос. Слова, не имевшие никакого значения, толкали голос то вверх, то вниз по октавам, сплетали шёпот с криком. Тёмно-серая масса с неприятным хрипом неровно округлялась, сглаживалась и большими каплями уплывала куда-то наверх, осветляясь, соединяясь с серостью окружения.       – Почти у цели, нам в ту сторону, – подошёл Карта и указал направление.       Зонт оглянулся назад, небольшая белая коробка с чёрным проходом явно выделялась, подсвеченная фонарём, казалось даже, будто стены источают свет, создавая небольшую ауру вокруг здания. Две девушки находились рядом, тоже оглядываясь назад. Опасно было заходить туда, неизвестно что произойдёт, если здание разрушится с людьми внутри.       Не имея больше никакого желания тут задерживаться, группа двинулась в том направлении, куда указывал Карта. Время от времени он изменял направление, иногда настолько круто, что казалось, они ходят кругами. Все проводники прекрасно знали, шаг в сторону не всегда значит искривление пути. Четвёрка уже убедилась на собственном опыте, только идя прямо по карте, они смогут куда-то прийти, их личное чувство пространства лишь запутывает.       В бесформенном небе проявились черты исполинского лица. Пара белоснежных глаз с грязно-красными радужками и чёрными зрачками уставилась на группку людей. У лица вместо носа красовалась зияющая тьма. Голова напоминала череп обтянутый кожей. Исполин открыл рот, обнажая ровный ряд человеческих зубов, тёмно-серый дым медленно выходил наружу, опускаясь вниз.       Карта наступил на какой-то бугорок, ступня продавила неизвестную материю. По его ноге заструились чёрные точки, как только они добрались до открытой кожи, юноша ощутил жгучую боль. Точки пропадали под кожей. Он взглянул на пустой лист, пути больше нет, неизвестно где они находятся, невозможно продолжать движение.       – Ах, дьявол! Они меня жрут! Жрут! Сделайте что-нибудь! – завопил Карта.       Девушка почувствовала, как ноги теряют опору, сердце сжалось, она падала в неизвестность.       Зонт осмотрелся по сторонам, тёмные полоски змеились вокруг, обвивали Карту. Не успел юноша двинуться на помощь, как услышал короткий вскрик.       – Фонарик! – испугался Зонт, хватая свободной рукой девушку.       Серость навалилась со всей силой, он потерял остальных членов, не слышал даже собственный вопль. Всё, что было перед ним – Фонарь, ему ни в коем случае нельзя её отпускать.       Девушка замерла, падение прекратилось. Она чувствовала лёгкий ветерок на своей коже. Ощутила, что на ней нет одежды. Форма пропала, она стоит абсолютно голая перед Зонтом.       – Фонарь! Зажги! Зажги его! – беззвучно кричал он и тряс девушку перед собой.       Её блуждающие глаза сфокусировались на нем, читали по губам. Юноша подрагивал, его лицо искажалось в жестокой улыбке. Фонарик всем своим естеством чувствовала, как Зонт хотел на неё наброситься. Повалить, подавить любые попытки сопротивления, овладеть этим обнажённым телом. Пальцы юноши разжались, его глаза вылезли из орбит, капилляры полопались, а затем его поглотила пустота. Девушка протянула к нему руку, но не смогла ничего нащупать. Если она зажжёт фонарь, то он вернётся, он набросится на неё. Карта заметит её, он тоже присоединится, и даже Книжка не будет стоять в стороне. Они изнасилуют её все вместе, растерзают в своём безумии.       Быстро взяв себя в руки, она снова зажгла фонарь. Свет оттолкнул бесформенность, открыв товарищей миру. Зонт стоял перед ней на коленях, хватая ртом воздух, будто рыба, выброшенная на сушу. Множество тёмно-серых клякс зашипело, бросая поваленных людей, капая вверх.       Книга почувствовала вкус крови, губы стягивала неприятная боль. Она коснулась пальцами рта. Нечто, напоминающее рыболовную леску, не давало разомкнуть губы. Она не могла произнести ни слова. Книга сделала несколько шагов назад, споткнулась о свою же ногу и свалилась.       Книга в её руках издала мокрый чавкающий звук. Девушка взглянула на неё. Руки почувствовали влагу. Страницы из человеческой кожи сочились кровью, стирая буквы, пачкая форму. Горло обжёг завтрак, но девушка сдержалась.       Юноша повернул голову и заметил тёмную массу, из которой тянутся полосы. Собрав всю волю в кулак, схватил свою палку так крепко, словно хотел её раздавить и бросился на эту кляксу. Почувствовал столкновение, масса растеклась по куполу зонта, оказывая сопротивление. Юноша взревел и оттолкнул мерзость дальше, щупальца потеряли возможность хвататься за людей, клякса попыталась уйти за пределы света фонаря, но Зонт её перенаправил, не давая возможности атаковать из засады ещё раз.       – Книжка, читай! Он не боится света! Он жрёт меня! – завопил юноша, чувствуя как страх просачивается через зонтик и разевает свою безразмерную пасть.       Девушка очнулась от безумного оцепенения, вскочила на ноги, зашелестели страницы и из глотки, наконец, полился бессмысленный стих, набрасываясь на мерзость, словно живой, окружая, вторгаясь в темноту, осветляя до серости мира, разглаживая и округляя, заставляя скатиться наверх, каплями упасть на невидимое небо.       – Карта! Карта, подъём! Уходим, быстро! – крикнул Зонт, подбежав к юноше.       – Туда, – указал направление Карта.       Группа быстрым шагом пошла в указанную сторону, Зонт выставил свою палку вперёд, расталкивая приближающуюся мерзость. Книга безостановочно читала, листая страницами, она не могла идти быстрее или бежать, ей нужно было всё внимание удерживать на собственном голосе. Фонарь старалась светить на максимум, а Карта быстро рассчитывал путь. В спину им смотрело лицо исполина, не покидающее бесцветно-серый небосвод, как бы далеко четвёрка не уходила. Его пристальный немигающий взгляд словно видел их насквозь, во всех возможных смыслах.       – Дверь там! – палец Карты указал на спасительную тьму немного правее от их направления.       Книга ушла первой, затем Карта. Зонт огляделся и, не заметив ничего подозрительного, исчез в темноте. Фонарик всегда замыкающее звено, без её света никто не сможет отсюда уйти. Не думая долго она спиной вперёд последовала за своей группой.       – Хорошо, – послышался хриплый голос. – Вы уложились, экзамен сдан, у вас есть три дня отдыха до следующего.       Зонт посмотрел на старика, сжимающего часы в руке. Силы начали стремительно покидать юношу, ноги подогнулись, но он устоял, взглянул на черноту дверного проёма, выпустил зонтик из руки и облокотился о шершавую обшарпанную стену.       – И почему с сопровождением профессоров такого не было, – пробормотал он.       – Разбор полётов будет завтра, если он вам нужен. Рекомендую записать всё, что с вами произошло, – ответил старик, перемещаясь к другому проёму, из которого вывалились четверо юношей.       – Бьюсь об заклад, в следующий раз будем уже с грузом, – произнёс Карта. – Пошли отсюда.       – Ну как, в этот раз никто не намочил штаны? – спросил Зонт, хватая своё орудие.       – Я надеюсь это пот, – Фонарик провела ладонью по внутренней стороне бедра.       Юноша заметил, как у неё дрожат руки. Он взглянул на свои ладони, кровь на них смешалась с потом. Только сейчас юноша заметил, что его целиком потряхивает. И как же неприятно щиплет свезённая кожа.       – Что вы там видели? – спросил Карта, открывая дверь.