Чат мультиверсума(и не только чат)

Польша просто бежал так быстро, как только мог. Преследователи не отставали, разрубая на ходу созданные преследуемым препятствия и периодически обгоняя друг друга. Для поляка это было тяжелейшим испытанием на выносливость, для охотников - лишь помехой. Шкет работал на износ, пытаясь оторваться от них, он пытался спрятаться, но его находили везде, и гонка возобновлялась. Каждый глоток воздуха давали со всë большим трудом, в мышцах чувствовалась тяжесть, а Польша продолжал бежать, уворачиваясь от оружия догнавшего его СССР. Рядом с Советом бежала Рейх с бензопилой, настроенная рубануть по поляку. Каждый раз Польша уворачивался, но это становилось всë труднее. Спереди на него вдруг вылетели ГИ и РИ, под шумок незаметно обогнавшие остальных. Польша пытался сопротивляться, но советская изолента оказалась крепче его панического страха, заставляющего его забыть об усталости. - Ну что, как поделим? - спросил РИ. - Чур мне половину! - Воскликнула Рейх. ГИ посмотрел на неë как на дуру. - Ну уж нет! Мне половину, а вам по одной шестой. Появился Рейхугольник, тонкий и высокий, как обычно в своëм чëрном пальто-плаще с огромным воротником. Высокая прямоугольная голова парила на чуть выше того места где должна была быть отсутствующая шея. Белые точки на нижней части чëрной секции светились неодобрением. Вздохнув, он сказал: - Вы четверо идиотов. Поделите его на четыре равные части, и дело с концом! - Тяжёлые подкованные сапоги прошлись по ногам всей четвëрки. Сам Рейхугольник отошëл в сторону, наблюдая, как Польшу разрезают. Появился автор, в сторону которого все повернули головы. - Да нет, продолжайте его делить. - Курфюст подошëл к ГИ и Рейхугольнику. - У меня вопрос: А чья Рейх вообще дочь? - Она дочь Рейхугольника и Австрийской Империи. А что? - А, ясно. - Проговорил автор, - Характер и изобретательность у неё от папы, сразу видно. А внешность - точно от мамы. Эй там, разделывайте быстрее! Когда четверо разделили Польшу, автор его воскресил. Впрочем, возражений не поступило. Поляк убежал. Новички пошли в общую гостиницу, где Норман допиливал Сэмми бензопилой. Знакомство, в принципе, прошло нормально, но через пятнадцать минут подошли Россия, Япония, ЯИ, Германия, Украина, Китай, Беларусь, Австрия, АИ, Канада, Америка, Великобритания и Франция, так что пришлось познакомить с остальным коллективом и их. Когда с этим разобрались, подошедший Элидий спросил: - А что делать с танками? Ты их не привез, если помнишь. - Ах да, точно. Так, у меня есть идея: Предлагаю хуманизировать их, так точно будет проще. Через час подъехали, собственно, очеловеченные танки. Левиафан Геранда, выглядищий как бледный, одетый в чëрную флиску и такого же цвета джинсы мужчина ростом под два метра с жëлтыми глазами и рогами, торчащими из чëрных волос, нервно оглядываясь шëл рядом с Дорой, выглядящей как красноглазая девушка ростом чуть больше Левиафана, одетая в тëмно-серую с жëлтыми молниями футболку и чуть более темные леггинсы. В двух метрах от них послышался шум. Т35, представляющий собой человека среднего роста с испещренным шрамами лицом, обрамленным чëрными отросшими волосами, украшенными комками спекшейся крови и обугленных ошметков плоти, умудрялся нависать над стоящим в полный рост двухметровым сыном Левиафана. - Ты считаешь это правильным? Ты убил мою семью! Ратте П (сын Левиафана) откровенно забавлялся, глядя на танк, ставший психом по его вине. - Знаешь, это был приказ, и жизни таких как вы никто ценить не будет. А ещë, это было весело. - По-твоему, вырезать всю деревню - развлечение?! - Тридцать пятый орал на оппонента, его глаза почернели, зрачки превратились в кроваво-красные точки, и черная жидкость начала стекать по его лицу, словно слезы. Рваная военная форма, которую он носил, оросилась чьей-то кровью. - Боль приносит удовольствие. - протянул Ратте П, улыбаясь. Его собеседник улыбнулся. - Любишь боль, значит? - прошипел он и прострелил сыну Левиафана колено. Убрав пистолет, он выхватил нож и начал полосовать оппонента. Через полторы секунды он согнулся от чувствительного удара в печень и отлетел к стене. Левиафан сел рядом с сыном, обняв его. - Я больше не брошу тебя. - сказал он, начиная читать заклинание лечения. Вставший тридцать пятый, пошатнувшись, подошëл к ним и включил огнемëт, обдавая отца и сына огненным валом. Левиафан, сумев в такой обстановке телепортироваться в безопасное место и отослав Ратте п с помощью портала, со всей своей силы ударил Менделеева в позвоночник, сводя старые счëты. Менделеев, хоть и был стариком, но стариком довольно крепким, так что ответка была болезненной. Левиафан, чудом успев восстановить баланс, схватил старика и отправил в полëт, закончившийся рядом со сбитым КВ44. Тот, в свою очередь, встал, отряхнул свою военную форму и привел в действие закреплëнные на его наплечниках и наручах роторные пулеметы, длинными очередями сбивавшие противников с ног и превращающие из в кровавое решето, и ракетные установки, добивавшие выживших. Рудольф, который решил под шумок свалить, был атакован Громобоем и Часовым. Относительно спокойная высадка обернулась местным филиалом Апокалипсиса: Ратте П боролся с Тридцать Пятым, окатывающим его жидким огнëм и пулями, но смог только верещать, медленно умирая в пламени. Левиафана, пытающегося пробиться к сыну или хотя бы к Доре, так же медленно и методично расстреливал КВ44, периодически рубя его топором, нанося таким образом страшнейшие ранения. Рудольф давно лежал на земле с вырванными рëбрами и лëгкими, сломанным позвоночником и порванным желудком, истекая кровью. По всей остановке оказались разбросаны ошмëтки мяса, кровавые брызги и обрывки ткани. Дора и Левиафан были едва живыми, так как Дору давно уже повалили на землю и прострелили сердце, а Левиафан выглядел скорее как попавший под поезд, столь много ранений и крови на нем было. Сквозь относительно успокоившуюся мясорубку пробился голос автора: - Да добейте вы их уже! Элидий, стоящий рядом, спросил: - Виталий, вы думаете, что это правильно? - Абсолютно. - Безразлично ответил автор. - Напомни, не ты ли убил миллиарды десептиконов? В любом случае, это естественная грызня. Просто наслаждайся видом. - Да, но на них хватало одного удара. Так что тебе следует их разнять. - А Я считаю, что не следует. Так что просто позволь им убивать друг друга. Добили противников быстро. Воскрешение погибших - на память об этом конфликте. - автор сделал крайне болезненной процедурой. Вдруг мимо них, уже сидящих в общей зале, сломав двери, прокатились сцепившиеся Норман и Сиреноголовый. Кто-то изрëк давно ожидаемую фразу: - Это пиздец, товарищи. Автор лишь кивнул, пытаясь вспомнить содержание несохраненных глав по дороге в лабораторию...