Между сладким и горьким

Близился день рождения Нургюль, но актриса настолько погрузилась в съёмочный процесс и заботу о сыне, что не замечала приближающуюся дату. Весь каст актёров работал на полную. Иногда они не успевали даже перекусить. Исмаилу и Нургюль работать так было не в первой — они были достаточно опытными актёрами, хотя постепенная усталость и невысыпание  давали о себе знать. Актёры стали немного рассеянными, но их успокаивало то, что скоро у них будет возможность иметь больше свободного времени. 26 марта Ешилчай проснулась от звонка телефона. Не размыкая сонных глаз, она на ощупь взяла гаджет и приложила к уху. — Алло, — сонно протянула женщина. — С днём рождения, доченька, — по ту сторону послышались радостные голоса мужчины и женщины. Это были родители актрисы. Они каждый год звонили с самого утра, вдвоём, чтобы поздравить свою кровинушку с особым днём. — Спасибо, мои дорогие, — с улыбкой на лице протянула она. Дальше последовал целый ряд пожеланий, который с каждым годом становился всё больше и больше. — Спасибо, мама и папа. Спасибо за то, что подарили мне жизнь, — почти прошептала. — Доченька, не говори так. Мать уже тут рыдает в три ручья, — подшутил господин Орхан. — Я не плачу, — сразу оправдалась дрожащим голосом госпожа Фатьма. — Да-да, я слышу, мам, — пустив смешок, добавила актриса. — Папа, обними лучше её. — Уже обнял, дорогая, — ответил, улыбнувшись. — Вот и прекрасно. — Доченька, ты сегодня к нам заедешь? — Эмм, — Нургюль задумалась. — Если честно, я не знаю. На съёмках сейчас такая запара, что не знаю удастся ли вообще отпраздновать. — Как это? — возмутился мужчина. — Нур, у тебя день рождения. Ты имеешь право на отдых. — Такая у меня работа, папа. Тем более, я уже просила отгул, когда Осман заболел. — Кстати, как там наш внук? — перебила Фатьма. — Уже хорошо. Вон, подсматривает и думает, что я не вижу, — заметив ногу мальчика, с улыбкой на лице поговорила она. Он сразу же побежал к ней, запрыгивая на кровать, крепко обнимая. — С днём рождения, мамочка! — крикнул он так, что родители актрисы чуть не кинули телефон. — Слышим, он полностью здоровый! — заулыбались они. — Хорошо, не будем вам мешать. Ещё раз с днём рождения, дорогая. Мы всегда рады тебя увидеть, наша большая девочка, — ласково проговорил отец. — Ну, пааап, ты как всегда, — возмутилась. — Для нас всегда будешь маленькой, — добавила Фатьма. — Целуем тебя. — И я вас. Пока. — Пока. В комнате на минуту повисла тишина. Сын и мать смотрели друг другу в глаза и улыбались. Во взгляде Османа она видела лишь тепло, заботу и искреннюю детскую любовь. — И что теперь? — задала первой вопрос Нур. — Ну, пааап, ты как всегда, — спародировал её мальчишка, повторив точную интонацию и выражение лица. — Ах так значит, — женщина начала щекотать сына, от чего по комнате разлился искренний смех ребенка. — Ну всё, прекрати. Маааа, я уже не могу, — заливаясь смехом просил он. — Только если обнимешь и поцелуешь в щёку, — улыбнувшись, мальчик так и сделал. Высвободившись из объятий, Нур поговорила: — А теперь быстренько иди в ванную комнату, приводи себя в порядок, одевайся и спускайся вниз. А я пока что сделаю праздничный завтрак. — Тосты с шоколадной пастой и бананом? — радостно воскликнул мальчик. — Именно так, дорогой, — улыбнувшись, ответила. Несколько лет назад у них появилась маленькая традиция: по праздникам на завтрак делать вкусные тосты и обязательно съедать их вместе. Так и прошло их утро, за тёплыми разговорами. Осман сегодня захотел поехать в школу на автобусе. Нургюль, конечно же, была не против. Так у неё было полчаса дополнительного времени, которое, как она думала, сможет посветить полностью себе. Все планы изменились, когда она услышала звук открывающейся двери. Женщина подумала, что сын что-то забыл и решил вернуться, пока не поздно, но каково было её удивление когда перед собой она увидела своего мужа. — Хакан? — удивлённо спросила. — С днём рождения, любимая, — подходя к ней, держа в руках букет белых роз, проговорил он. Мужчина сразу же обнял актрису, целуя в губы. Нургюль всё ещё прибывала в шоке, поэтому не смогла сориентироваться что ей делать дальше. Спустя мгновение, она прекратила поцелуй, смотря на его лицо. — Хакан, ты что здесь делаешь? — Вот это вопрос, — ухмыльнулся мужчина. — Ну, вообще-то, я тут тоже живу, дорогая. — Подожди, когда ты приехал? — всё так же немножко в шоке, спрашивала. — Сегодня приехал, Нургюль, — всё так же спокойно отвечал. — Решил сделать тебе сюрприз и приехать в твой день рождения. Это кстати тебе, — протянул букет. — Спасибо, — натянуто улыбнувшись, ответила, направляясь в гостиную. Чувствуя напряжённость между ними, Хакан решил исправить эту ситуацию. Ухмыльнувшись, он подошёл к женщине сзади, обнимая за талию, ведя носом по шее. — Что ты делаешь? — возмутилась Ешилчай, пытаясь высвободиться с объятий мужа. — Как же я скучал, — шептал, оставляя поцелуи на нежной коже. Почему-то сейчас ей были так противны его прикосновения. — Нет! — крикнула она, вырываясь и поворачивая лицом к нему. — Любимая, что случилось? — уже немного раздражённо спросил мужчина. — Что случилось? — громко спросила. — Хакан, тебя не было дома две недели! Две! Последние семь дней ты игнорировал все мои сообщения. Ты даже на то, что Осман заболел никак не среагировал. — Нургюль, солнышко, извини, — пытался отвечать спокойно. — У меня было очень много работы. Я видел твои сообщения, очень переживал. Но во время съёмок ответить не мог, а как только приходил в номер — сразу засыпал. Кстати, где Осман? — А где ему быть? В школе, — немножко спокойнее ответила. — Он болен, а ты его в школу отправляешь? — возмутился. — Неужели в тебе проснулся родитель, — съязвила актриса. — Нургюль, не начинай! — Прекрасно, я ещё и начинаю, — хмыкнула. — Я ещё раз спрошу, как ты отпустила сына больного в школу? — Во-первых, если бы ты читал мои сообщения, то знал бы, что он отравился почти неделю назад. Во-вторых, ты бы узнал, что с ним уже всё хорошо и он сам просился в школу. И в-третьих, — она вздохнула, — Хакан, он вчера сам тебе писал, что был очень рад видеть своих друзей. В глазах женщины вновь появилось разочарование. Все свои эмоции она старалась контролировать, держать в себе. Зачем показывать себя слабой перед мужчиной, который так подло поступил с тобой? Иногда голос срывался, но это лишь маленькая часть той боли и печали, которые скрывались в глубине её души. — На что ты намекаешь? — сразу же криком начал фотограф. — Дорогой мой, — съязвила, — я не вчера на свет родилась. И прекрасно знаю, что тебя заставило отвлечься от семьи настолько, что даже от Османа сообщения не читаешь. — Да, что ты знаешь? Я уже всё тебе объяснил! — продолжал кричать. — Скажи, чем она лучше? — спокойно продолжала. — Кто? — Не притворяйся! — крикнула. — Хакан, я знаю обо всех твоих изменах! Обо всех! Думаешь, Нургюль такая дурочка, что поверит в загруженный график? Дорогой, я знаю контакты твоей студии, — она наблюдала за имениями на его лице. Мужчина удивлялся её спокойствию, а она еле держалась, чтобы не заплакать. Руки сильно сжались в кулаках. — План съёмок выполнился на неделю раньше. А теперь вопрос, — она набрала воздуха. — Где ты шлялся ещё неделю?! — на минуту повисло молчание. Нур с огромным разочарованием смотрела в его глаза, а мужчина пытался избегать зрительного контакта с ней. — Нургюль, я... — Знаешь, что меня огорчает больше всего? — начала тихо. — Не то, что это не впервые. Не то, что ты пришёл в мой день рождения как ни в чём не бывало, а то, что Осман действительно тебя ждал, спрашивал, беспокоился. А ты так наплевал на чувства ребенка. — Нургюль, позволь мне всё объяснить, — подходя к ней, начал. Актриса, жестом Кёсем Султан, остановила мужчину. — Нет, — её голос звучал холодно и отдалено. В горле стоял ком, не дававший нормально ни дышать, ни говорить. — Убирайся. — Любимая... — Убирайся! — крикнула со всей силы, немножко срывая голос. Хакан, разозлившись, развернулся и ушёл, захлопнув за собой двери. Женщина же всё так же стояла посреди гостиной. На глазах появились слёзы. Снова предательство. — Идеальное день рождения, — съязвила. — Поздравляю тебя, Нургюль! — крикнула сама себе. На том же месте она провела ещё с пять минут, пока на телефон не пришло уведомление. — Чёрт! Я ещё и опаздываю, — протянула, быстро направляясь в спальню чтобы выбрать наряд, а так же чтобы скрыть красные глаза за макияжем.