Исповедь

      ...Я встретился с ним в маленьком городке на севере Скандинавии, Оленн или Фоленн, или что-то там, не помню... Волею судьбы был занесён в это захолустье у моря, точнее сам в него попал, из-за своей горячей страсти к путешествиям и исследованию всех мест на земле. Меня так и притягивали к себе эти фьорды, северные моря, вся эта мифическая природа. Ветер там холодный, настолько, что пробирает до костей. Однако лето тёплое, совсем не такое как дома, что было для меня непривычно, ведь я не ожидал, что будет так тепло. Трава же в тех местах нежная, ярко-зелёная и приятно щекочет ноги, когда ходишь по ней босиком. Под снегом её, конечно же, совсем не было видно. Я и сам даже не догадывался про всё это великолепие, которое я так нещадно топтал зимой. Запахи цветов просто врываются в нос, одаривая целым букетом различных ароматов: от нежных и еле уловимых, до резких и постоянно витающих в воздухе. Многие описали бы всё это «Альпийскими лугами», и были бы правы. Такая же неповторимая красота. Молодость — лишь такое определение я бы мог подобрать для этого момента...       Остановился я у мужчины в старом домике на краю деревеньки. Днём он постоянно сидел в своей хижине, затворив окна. Там у него не было зеркал, вообще, хотя толстые шторы висели на каждом окне. От этого складывалось впечатление, что он до жути не любил солнечный свет, что так и норовил бы проникнуть внутрь помещения и придать ему новых красок, если бы не «занавес». Жил он также на втором этаже, никогда не спускаясь вниз, по крайней мере, на моей памяти. Даже не здоровался, хотя точно меня видел, чёрт старый. Общался он на русском, что меня очень удивило... Если быть точным, то на странном русском, старом дореволюционном. Хоть он и выглядел лет на тридцать, ощущался совсем уж дедом старым, да и вёл себя подобающе. Передвигался он очень медленно, дом был весь в пыли и... кажется, в прахе? Ну, или же в какой-то золе, хотя печь он не топил, так что её наличие было довольно странным явлением. Из-за этого дома было постоянно мертвецки холодно. На все мои расспросы он чаще всего просто отнекивался, либо же вообще уходил от меня, запираясь в своей комнатушке. Также в некоторые периоды он сидел там по несколько дней с запертой дверью.       Но в один прекрасный день, я, студент, наконец-то выбил из него рассказ, объясняющий все эти странности. Этот мужчина поведал мне фантастическую историю, будто из какого-то фильма. Его зовут Генрих и ему около 350 лет, он сам точно не знает и перестал считать лета ещё давно. По его словам, он «перестал бросать тень» ещё в 1760 году, на тот момент ему было тридцать или сорок лет и он был смертельно болен... Я долго слушал его, и передам эту историю Вам, мой читатель.