Blue eyes

Уже почти полная луна вскарабкалась на небо. В других обстоятельствах можно было бы насладиться красотой ночного леса, но стрелы, свистящие над головой, заставляли бежать все быстрее. Волчонок уже не обращал внимания на ветки, которые больно били по лицу, царапали руки. Его целью сейчас было найти хоть какое-нибудь укрытие, спасти собственную жизнь. Бежать становилось все тяжелее, сколько километров его уже гнали по лесу эти люди? Но инстинкт выживания брал свое, ноги сами несли дальше по лесу, хотя страх пробирался в самые потайные уголки его разума. Оборотень боялся, что свои так же оттолкнут его, не примут потому, что он теперь другой. И именно сомнения заставляли не звать на помощь, попытаться справится в одиночку. Над головой просвистела еще одна стрела, теперь задевая волосы, и вдруг его несущееся вперед тело перехватили сильные руки. На руках оборотня моментально удлинились когти – он не собирался просто так умирать, но его тут же успокоил мягкий тихий голос: - Айзек, не надо, это я, - парень, наконец, взглянул на «нападавшего» и увидел перед собой Питера. Всегда безупречная прическа дядюшки Хейла была растрепана, глаза горели полубезумным голубым огнем, словно он гнал по лесу, надеясь успеть куда-то. – Думаю нам надо бежать, - он дернул Лейхи за руку и погнал по лесу, заставляя мальчишку не отставать. Старший Хейл был, естественно, опытнее, чем молодые беты Дерека, если бы он могли превращаться на того зверя, на которого были похожи, Питер, без сомнения, был бы лисом. Успевая кое-как заметать за собой следы, он вывел Айзека к старому особняку Хейлов. Прятаться здесь было не слишком умно, но других вариантов в радиусе нескольких миль не наблюдалось. Айзек в принципе не очень доверял старшему Хейлу, но сейчас выбор был невелик. Оборотень бы не сдал своих охотникам, хотя и не практиковал спасать жизни других членов стаи, рискуя своей. Они спрятались на втором этаже, хотя и опасались, что в любой момент охотники могут найти их здесь. Прошло минут десять, пока стало понятно, что пока они в безопасности. Лейхи не сильно нравилась компания, и он хотел как можно быстрее выбраться из леса, но понимал, что лучше пока отсидеться в доме. - Что случилось, Айзек? – о, он надеялся, что не услышит этого вопроса, но ответить придется. Ведь рано или поздно все равно вся стая узнает правду. - Они погнались за мной. Охотники. Я никогда раньше их не видел, они новые в городе. - И они явно не намерены придерживаться кодекса, - подытожил Питер. – Ведь иначе они не начали бы охоту на тебя. Молодой волк молчал. Он подозревал, что охотники погнались за ним не просто так, что он виновен и должен отплатить за это, но… но он действительно не хотел. - Почему у тебя голубые глаза? – внезапно спросил Лейхи, поднимая взгляд на Хейла. Тот только улыбнулся. Да, парень правильно догадался, вот как люди знают, что на оборотня можно начать охоту. Его глаза скажут об этом. Вот только что-то в этой истории не сходилось. Тем не менее, дядюшка решил, что разузнает об этом потом, выменяет информацию на информацию. - У нас цвет глаз меняется, если оборотень заберет невинную жизнь, - спокойно ответил Питер. – А почему тебя это интересует? Айзек промолчал, только опустил глаза и несколько минут смотрел в пол. Он казался виноватым, этот худощавый волчонок с милыми кудрями, и у мужчины появилось иррациональное желание защитить парня от всего, что может только с ним случится. Когда Лейхи поднял на него взгляд, его глаза светились холодным голубым огнем, с них катились по светлым щекам крупные слезы, а сам он подрагивал то ли от страха, то ли от ощущения вины и жалости. - Я не хотел этого. Я убегал от них, а она вышла непонятно откуда… словно появилась передо мной. Я не заметил ее, она упала, скатился с обрыва. Я пытался помочь ей, но она умерла на месте. Это я виноват, но я… я не хотел. - Признания прерывались всхлипами. Питер определенно не знал, что ему делать. Подчиняясь порыву, он обнял худое юношеское тело и прижал к себе, успокаивая. В его возрасте с Дереком произошло практически то же, и Талия приняла его таким, смогла убедить сына, что его вины в том нет. Айзек посмотрел Питеру в глаза и испуганно спросил. – Что со мной сделает Дерек? Хейл покачал головой – не такой уже хороший получился из его племянника Альфа. Молодого и неопытного Дерека беты боялись, а хуже этого быть не могло. Альфа должен вселять доверие и уважение, а не страх. И сейчас Лейхи не позвал на помощь только потому, что боялся гнева своего Альфы. - Ничего, - заверил его Питер. – Ты же не знал Дерека до того, как он стал Альфой? – парень покачал головой. – Раньше у него тоже были голубые глаза. То был несчастный случай, его девушка умирала, но смерть обещала быть долгой и болезненной. Спасения не было, и она попросила Дерека избавить ее от мучений. Айзек в его объятиях все еще дрожал, не только от страха, но и от осознания сделанного. Он убил, он УБИЛ человека! Хоть и не специально, но он причастен к смерти той девушки. А ведь у нее, наверное, есть родные и друзья. Через несколько дней кто-то найдет ее мертвой, в городе все будут сожалеть о ее смерти, а это он виноват в этом. Хейл заметил подступающую истерику и растерялся. Он не знал, как поступать с истеричными молодыми оборотнями, в жизни которых случилось подобное. В их семье Талия помогала волчатам справляться с психологическими проблемами, его в подобное не посвящали. Да и не собирался он… А теперь он держит в объятиях плачущего юношу, у которого вот-вот начнется истерика. И ему надо что-то, черт возьми, делать. - Тссс. Успокойся, Айзек. Все будет хорошо, - мысленно Питер отругал себя за банальную фразу, которой невозможно успокоить даже десятилетнего ребенка. Что может быть хорошо у мертвой девушки? – Стая – это семья, Айзек, тебя примут, каким бы ты ни был. Ты не хотел этой смерти, и это главное. Волчонок недоверчиво смотрел на мужчину заплаканными глазами. Чувство вины никуда не ушло, но вместе с ним появилось осознание того, что случилось, понимание. Он ведь действительно не хотел убивать ту девушку, если бы она не появилась так внезапно, то осталась бы жива. - Твои глаза изменили цвет, - продолжал Хейл. Сейчас он просто хотел говорить, до тех пор, пока парень не поверит ему, не доверится. – Но ты все равно прекрасный. И мы все это знаем. Ты не стал ни капли хуже, не сделал ничего плохого нарочно, и я это понимаю. И Дерек поймет, я уверен, вся стая поймет, - слов уже не было, и Питер решился на что-то, чего не совсем понимал, но его вел инстинкт. Он потянулся к Лейхи и легонько поцеловал его щеку, стирая влажные дорожки слез. Айзек широко распахнул глаза, явно не понимая, что происходит, но теплые и сухие губы коснулись его уха, а потом мягкие голос зашелестел. - Ты все такой же прекрасный, как был до этого, Айзек. И никто не должен причинять тебе вред. Ты не должен бояться потому, что я обещаю, что не дам тебя в обиду. Парню хотелось улыбнуться и спросить, означает ли это, что старший Хейл не будет больше применять в его сторону свою иронию и сарказм, но вместо этого повернул голову и сам нашел губы Питера. - Черт, - вдруг выругался молодой оборотень, отрываясь от мужчины. Брови дяди Хейла в удивлении поползли вверх, выдавая явное желание узнать, о чем таком важном вспомнил Лейхи. – Среди тех охотников была наша учительница, мисс Блек, - поспешил объяснить парень. Спустя несколько секунд Питер наконец вспомнил, о ком шла речь, и не смог сдержать смешок. - Вот племянничек, второй раз на те же грабли, - выдал он, но, поймав взволнованный взгляд Айзека, быстро добавил, - мы обязательно придумаем, что этим делать. Только завтра, - с хитрой улыбкой договорил мужчина, снова целуя парня.