Нечитаемый

      В январе Джеймс Поттер сдержал обещание, и Малфоя назначили констеблем с дополнительными должностными обязанностями, которых нет у других обыкновенных констеблей. В первую очередь — право на проведение и присутствие при допросах. Можно сделать вывод, что этим назначением Джеймс создал себе дополнительную поддержку. Иными словами, Драко стал его правой рукой. — Обалдеть, — протянул Гарри, развалившись на кровати Драко в кампусе. В руках у него было удостоверение констебля с фотографией Малфоя. Между прочим, он выглядел прекрасно на снимке, и Поттер не мог даже это опровергнуть. Драко облокотился о подоконник с прикрытыми глазами и легко улыбался. — Теперь у меня куда больше прав присутствовать при любых следственно-оперативных мероприятиях. — Это всё очень классно, Малфой, но… — Гарри вдруг сел, и Драко на него удивлённо взглянул. — Теперь ты, наверное, в ещё большей опасности, чем даже я. — Мм? С чего это ты вдруг заговорил об этом? — юноша выглядел слегка удивлённым, так как не ожидал, что Гарри заговорит о подобном. Поттер занервничал, ведь совершенно не знал, как ему правильно выразить свою мысль. — Тебя назначили на должность полицейского. Ты знаешь преступника в лицо, как и он тебя. Если так, то ты… Ну, можешь оказаться в какой-нибудь опасной ситуации. — Я тоже думал об этом, — начал Драко, задумчиво отведя взгляд в сторону окна. Гарри нахмурился. — Работа в полиции была моей целью. Я бы мог раскрывать самые сложные дела, искать справедливость. Но далеко не всегда всё бывает гладко. Каждое дело может оказаться для меня последним, даже сейчас не слишком-то легко, а я ещё даже не в штате. — Тебя ведь это не касается. Ты не был свидетелем, как я. Это не должно быть твоей головной болью, ради которой ты готов рискнуть своей жизнью, — воскликнул возмущённый Поттер, удивляя Драко пуще прежнего. Чего это он вдруг? — Я… Я не мог остаться в стороне. Сначала я видел его воспоминания, потом видел тебя после убийства ребёнка… Просто совести бы не хватило оставить тебя наедине с этим всем. Я не стану молчать, если могу как-то помочь.       Гарри замолчал. Он не ожидал, что Драко так сильно зацепила эта ситуация не просто из-за чувства справедливости, но и из-за самого Поттера. Глядя на удостоверение, Гарри задумчиво вздохнул и поджал губы. Драко внимательно за ним наблюдал. — Если ты пострадаешь из-за этого ублюдка, то я тебя убью, понял? — наконец возмутился Поттер, и Малфой усмехнулся. — Хорошо. Тогда у меня для тебя то же самое условие, — Драко склонил голову набок, глядя в зелёные глаза юноши. Тот заулыбался, коротко кивнув. — Договорились.       Что-то сильно изменилось. Драко толком не понимал, что именно, однако между ним с Гарри словно бы кирпичик за кирпичиком ломалась стена, выстроенная за всё время их неприязни. Более того, Поттер неустанно интересовался, в порядке ли Драко и не нужно ли ему что-нибудь. В начале это несколько пугало, но со временем Малфой смог практически смириться с такой неожиданной заботе.       В очередное утро они сидели в комнате Гарри вдвоём, пар и иных дел в тот день не планировалось, так как был выходной день. Малфой только недавно проснулся и сидел на смятой постели Поттера с чашкой горячего чая, укрытый своим пледом и задумчивый. — Отец сказал, что родители убитой девочки продолжают давить на них, угрожают обратиться в телевидение, если они не станут действовать открыто. Он ничего не может им сказать, — Гарри вздохнул, сидя на подоконнике со стаканчиком кофе из кофейни. Судя по всему, он уже был на улице. — Я бы мог их успокоить. Я знаю, как это сделать. — Правду обо всём им говорить не следует, ты же понимаешь? Они — убитые горем родители. Представь их чувства, если они узнают, что этот урод сделал с их ребёнком? — Гарри выглядел встревоженным, боясь представить, что именно на самом деле мог бы испытать на их месте. Драко же, тем временем, мельком вскинув брови, как бы выражая скептицизм, обернулся на Гарри. — Если бы мой ребёнок погиб таким страшным образом, я бы хотел узнать, как это случилось. — Не все такие же, как ты, — возразил Гарри, заметив удивление в серых глазах. — И кто-то не сможет справиться с этими знаниями. Отец рассказывал, как в подобных ситуациях могут реагировать люди. И кто-то на себя накладывает руки. Не думаю, что в этом случае родители смогут смириться и справиться с горем. — Я понял тебя. Ну, я бы нашёл подходящие слова, не уточняя деталей. — Ладно, — кивнул Поттер, затем вдруг оживился. — Я звонил Сириусу вчера вечером, он сегодня нас ждёт у себя. Точнее, меня, но мы поедем туда вместе. Нужно будет всё обговорить с ним и узнать детали. — Почему ты сразу не сказал? — Драко встрепенулся, вдруг разволновавшись. Он не ожидал, что уже сейчас они должны будут собираться! Заметавшись по комнате, юноша едва смог взять себя в руки и, кашлянув, всё же поставил стакан на стол. Гарри за ним лишь улыбчиво наблюдал. Впервые в жизни он видит, как Малфой беспокоится и ведёт себя, как нормальный человек. Неосознанно залюбовавшись им, Гарри вдруг тряхнул головой и отвернулся к окну. Чего это он так пялится? — Господи, что мне говорить-то ему?! — То же самое, что и мне, — Гарри пожал плечами, понимая, что впервые выглядит более собранным и спокойным. Даже забавно. Драко наконец остановился, наконец сбрасывая с себя плед на кровать Гарри, затем обернулся на него. — Переоденусь, и поедем сразу. — Без проблем, — Гарри поднял руки в знак капитуляции с лёгкой улыбкой, затем и сам наконец поднялся с постели. Малфой без единого слова ушёл к себе в комнату, чтобы привести себя в порядок, пока брюнет задумчиво изучал шкаф и выбирал, какую из мятых кофт он наденет сегодня. Остановив свой выбор на черном свитере, он подумал, что в принципе за зимней курткой не будет заметно, потому расслабленно натянул тёмные джинсы и обувь, выходя из своей комнаты и запирая её на замок. Гарри поправил воротник куртки, накинутой наспех, и повернулся в сторону комнаты Драко. Удивительно, и как они раньше могли так негативно относиться друг к другу? А главное — почему? Что же такое случилось, заставив их возненавидеть друг друга? И вообще были ли изначально хоть какие-то причины, не считая того, что они лишь полные противоположности друг другу, даже внешне? Кажется, нет. Постучавшись к Малфою, он услышал короткое «иду», после чего наконец Драко вышел. Одетый в серый свитер с широким горлом, тёмные брюки, туфли и чёрное зимнее пальто, он причёсывался наспех. Удивительно роскошный на фоне помятого Поттера, который с сомнением посмотрел на свой непонятный свитер. Да уж, именно настолько они разные. Малфой смог одеться, словно с иголочки, ровно за пять минут и уже даже пах одеколоном. Кажется, Гарри мог уловить нотки лимона и чего-то древесного. — Вроде всё взял, — Малфой окинул беглым взором дневник у себя в руках и, убрав его в огромный карман пальто, обернулся на удивлённого и насколько задумчивого Гарри. — Всё нормально? О чём задумался? — Я… — вдруг вылетел из раздумий брюнет, стараясь не зацикливаться на том, что слишком долго рассматривал Драко. — Думаю, нам лучше поехать на моей машине. Сириус удивится, если я приеду на Порше. — Хорошо, — ровно отозвался белокурый парень. — Не очень люблю быть водителем.       Парни вышли, спокойно осматриваясь по сторонам. Никого из друзей не наблюдалось, и они смогли без лишних вопросов сесть в машину Поттера, который стал разгребать горы фантиков возле коробки передач, пряча их куда-то в дверь. Драко ощутил вишнёвый ароматический диффузор, свисающий на зеркале в небольшой колбочке. Кажется, даже не покупной, так как таких ему прежде не доводилось видеть. — Пардон за беспорядок, мы недавно ездили пить и вот… — Не парься, — Драко лишь молча пристегнулся, проверив время на экране мобильного. Конечно, мусор в машине мало кому понравится, и всё же приятный аромат в салоне компенсировал неприязнь юноши. Гарри кивнул, заводя автомобиль. Пока машина грелась в январском холоде, оба молчали, задумавшись каждый о своём.       Малфой искренне не понимал, почему ему оказалось так комфортно в компании Поттера, хотя он и в жизни бы не подумал, что найдётся некто более приятный, чем Блейз, его самый близкий друг. Рядом с Гарри было удивительно спокойно, и даже их общая проблема и секрет никак не могли помешать идиллии, когда парни сидели вечером в комнате одного из них и разговаривали обо всякой ерунде, потягивая пиво (Драко предпочитал эль). Но иной раз проскальзывали совершенно странные мысли: Малфою вдруг казалась привлекательной улыбка Поттера, его едва заметные ямочки на слегка смуглой коже. Иногда вьющиеся пряди чёрных смолистых волос спадали на лоб, закручиваясь кончиком на оправе очков, пока юноша смотрел в экран мобильного. И это тоже казалось привлекательным. Даже сейчас, пока Гарри выезжал с парковки, выруливая одной рукой и облокачиваясь о сиденье второй, выглядел удивительно привлекательно. Это вообще нормально — так всматриваться в другого парня? Одёрнув себя от непонятных мыслей, Малфой дёрнул ремень, проверяя его фиксацию, и заметно напряжённо выдохнул. Неудивительно, беспокойство закрадывалось в его душу с каждой минутой всё больше, ведь в скором времени он узнает всю правду о своих способностях.       Поездка длилась около полутора часов в сторону Лондона. По дороге парни обсуждали учёбу, пары и домашку, будто они совершенно не вляпались в полное дерьмо и не находятся в довольно пугающей ситуации. Возможно, так срабатывал их защитный механизм, оберегая рассудок от лишних потрясений, и лишь по прибытии они наконец замолчали. Малфой бегло осмотрел домик в тупике на Гарден Клоуз, белого цвета и вполне ухоженный. Возле входа небрежно припаркована Хонда, около которой Гарри постарался встать как можно аккуратнее. Оба юноши вышли из автомобиля, и из дома вдруг выскочил высокий черноволосый мужчина, счастливый и улыбчивый. Налетая на Гарри с разведёнными руками и заключая его в крепкие объятия, он воскликнул: — Гарри! Так давно не виделись! Как ты? Как папаня? — Привет, — улыбнулся Гарри, понимая, что предстоит довольно трудный разговор, и мельком оглянулся на спокойного и сдержанного Малфоя левее себя. Сириус наконец заметил и второго гостя, задумчиво его осматривая. — Это Драко Малфой, мой одногруппник и… Мы друзья.       Драко удивлённо вскинул брови, услышав подобное заявление, но препираться не стал, вежливо кивнув своему дяде, которого даже не знал никогда прежде. Сириус, кажется, некоторое время пытался сообразить, откуда мог слышать эту фамилию, затем вдруг изумление отразилось на его лице. — Малфой! Ты сын Нарциссы?! Как же тесен мир, — он улыбнулся, протянув руку, но Драко замер, уставившись на ладонь. Натянув рукав кофты по самые кончики пальцев, Малфой всё же пожал руку, замечая искренне изумление и огонёк паники во взгляде дяди. — Заходите, я уже заварил чаю.       Юноши вошли в просторный для одинокого мужчины дом, и блондин изумился. Видно было, что в помещениях только недавно убрались. Вероятно, прежде повсюду валялись вещи и в целом царил бардак, но к приходу гостей всё тщательно вылизали. Парни свернули на кухню, где Сириус стал спешно доставать посуду, разливая горячий чёрный чай по кружкам. Спросив, кому сколько сахара и требуется ли лимон, Блэк едва ли сводил взгляда со своего племянника. Прежде они никогда не виделись, и Драко в самом деле оказался очень похожим на мать, с её мягкими чертами лица, поистине благородными. Он даже вёл себя соответствующе: учтиво и вежливо, с прямой осанкой. Лишь когда все уселись за круглый стол для завтраков возле окна, Сириус изменился в лице и довольно серьёзно посмотрел на Гарри. — Если ты приехал без родителей, то стряслось что-то важное. К тому же, ты привёз моего племянника, которого я никогда не встречал прежде, а это уже похоже на неприятные новости. Моя семья со мной связывалась только в самые нехорошие для меня моменты, — мужчина задержался подальше взглядом на руках Малфоя, и тот поджал пальцы, оглядываясь на Гарри. Кому из них следует заговорить первому? Благо, обсуждать вслух это не пришлось, Поттер взял на себя эту ответственность, вкратце поясняя о недавнем убийстве и о том, что в принципе происходит в Оксфорде. Сириус становился всё более мрачным с каждым словом, задумчиво изучая лимон, плавающий в его чашке. Лишь когда настала тишина, и Гарри закончил свою историю, Блэк обернулся на тихого племянника. Этот жест заметил и сам Поттер. — Ещё отец назначил Малфоя на должность констебля, поэтому мы теперь оба в это ввязаны. — Недоговариваешь, сынок, — Сириус с укором глянул в зелёные глаза, вновь оборачиваясь на блондина. — Расскажи-ка мне, дружок, почему руки прячешь?       Малфой посмотрел в ясные серые глаза мужчины, затем встал с места и направился к прихожей, где гости оставили верхнюю одежду. Не без тревоги он достал дневник Регулуса, возвращаясь на место и показывая книжку Сириусу. Кажется, мужчина и вовсе побелел, осознав, что именно находится в руках мальчишки. — Откуда это… — Мама нашла на чердаке, — сразу сказал Драко, бережно проводя ладонью по обложке с инициалами. — Это дневник дяди Регулуса, где он подробно описывал всё, что происходило с ним в связи с особым даром… Даром, который унаследовал я.       Сириус не мог поверить своим ушам, взгляд впился в лицо Малфоя. Тот лишь учтиво положил дневник на стол, подвигая ближе к Блэку, который дрожащими руками взял его. В уголках блеснули слёзы, но мужчина изо всех сил сдержал мимолётный порыв, наконец улыбаясь. Пролистав несколько страниц, он остановился на одной и, пробежавшись беглым взором по строчкам, выдохнул с усмешкой. — А я так долго искал его дневник. Думал, затерялся. Или Рег сжёг, прежде чем… А Нарцисса хранила его все эти годы! — До этого момента я не знал, что кто-то помимо меня тоже мог читать чужие мысли, — тихо заговорил Драко, опустив голову и привлекая к себе внимание всех. Гарри, кажется, тоже впервые слышит эту историю, потому сосредоточился. — И я очень страдал. Я чувствовал себя изгоем каждый день своей грёбаной жизни, ведь я не мог даже прикоснуться к близким людям, чтобы ненароком не влезть в их голову. Чёртово проклятье, от которого я хотел выстрелить себе в голову почти постоянно. И я… Когда я увидел мысли того психа, то вдруг подумал, что могу оказаться полезным. По-настоящему. Мистер Поттер помогал мне с осознанием своих сил, пока мама изучала нашу родословную. — Регулус повесился, — вдруг сказал вслух Сириус, и оба парня на него напряжённо посмотрели. — Он пытался учиться всему сам. Был убеждён, что всё можно контролировать. Что при должном умении он сможет спокойно обнимать близких и быть как все, но… — Мама говорила, что Блэки — довольно консервативная семья, — осторожно произнёс Малфой. — Знаешь, может быть предки Нарциссы был и не сильно мягче, но вот наша мать — дьявол во плоти. Ладно я был нелюбимым ребёнком, ведь пошёл учиться с отцом Гарри на право, а не медицину, как все в нашей семье. Но Регулус был послушнее, спокойнее. Лучшей версией меня, как часто выражалась мать. Представьте себе её лицо, когда она поняла, что её идеальный сыночек умеет читать мысли? Он выбивался из её концепта правильности. И с тех пор нам обоим стало не очень хорошо жить в этом доме. Мне было куда убежать: к Джиму, Ремусу. Куда угодно я мог сбежать от матери, но вот Рег… Слишком застенчивый, без друзей и в целом довольно одинокий. Как бы я ни пытался его вытащить, он лишь закрывался всё больше, забыв о своей первоначальной цели — научиться контролировать свои силы. И он… — Сириус, прежде говоривший словно на духу, замолчал и поджал губы. Видимо, он наконец дошёл до самого травмирующего воспоминания. Драко с Гарри догадывались, о чём сейчас пойдёт речь, мельком переглянувшись. — Я в очередной раз разругался с матерью и уехал жить к Ремусу, он тогда жил ещё в Саттоне, недалеко от Оксфорда. И спустя неделю собрался доехать домой, чтобы забрать оставшиеся вещи, пока дома никого не было. Решил заглянуть в комнату брата, попрощаться, а Рег там висит, уже весь синий и просто… — Какой кошмар! — воскликнул Гарри, закрыв рот ладонями. Драко, кажется, воспринимал услышанное ещё острее, ведь он прекрасно понимал чувства Регулуса. Протянув ладонь Сириусу, Малфой с пониманием посмотрел в серые глаза: мужчина едва сдерживал слёзы. — Если позволите, я бы хотел увидеть… — Позволю, если это поможет тебе не закончить, как мой брат, — Сириус позволил блондину взяться за свою руку, и Малфой во всех красках увидел ту картину многолетней давности, испытывая одновременно ужас, страх и вместе с тем сожаление. Вероятно, первый Блэк, который попытался понять себя и свою сущность до него! Но, забравшись чуть глубже в воспоминания, он увидел лежащую на столе записку, которую Сириус взял тогда в руки. — Там было письмо? — с закрытыми глазами спросил Драко, задумчиво наблюдая за всеми действиями Сириуса в его воспоминании. — Где оно сейчас? — Эту записку брат написал перед смертью, я сжёг её после прочтения, — Блэк не убирал руку, позволяя Драко прочитать в его воспоминании то, что было написано на листе бумаги сбившимся и торопливым почерком. Не таким, какой был на страницах дневника, но всё же похожим завитушками букв.       Гарри сфокусировал всё своё внимание на Драко, изучая цепким взглядом каждую черту его лица. Он видел, как подрагивают ресницы, хмурятся тёмные брови. Малфой поджал губы, затем наконец отпустил ладонь своего дяди и опустил голову. Во время чтения мыслей он казался таким серьёзным и внимательным, это почему-то вызвало внутри Гарри довольно противоречивые чувства. Словно ему хотелось прикоснуться к Драко. — Мне так жаль, господи… Хочу оставить дневник Вам, как память о брате, — Драко вздохнул. Сириус с благодарностью улыбнулся, касаясь пальцами обложки. Наверное, это самое неожиданное и приятное событие за последнее время в жизни мужчины. Настолько же приятное, насколько и болезненное. — Я смотрю на тебя, Драко, и вижу в глазах всё то же, что видел в его. Такие же серые, понимающие. Он многое пережил, и я боюсь даже подумать о том, что именно. Если тебе вдруг понадобится поддержка, то можешь на меня расчитывать, — Сириус добродушно улыбнулся, и Гарри расплылся в удовлетворённой улыбке. Его крёстный всегда был добрым и искренним, потому все его слова звучали от души. Малфой смущённо кивнул. Он понимал, что это рвение идёт из сожаления, что старший брат вовремя не смог помочь младшему. — Буду рад общаться больше со своей семьёй, — ответил Малфой, понимая, что наконец многое смог понять и принять в себе.       После приятного обеда, проведённого в уже более приятных темах для обсуждения, парни решили наконец вернуться в кампус и заняться подготовкой к занятиям. Благо, экзамены подошли к концу уже как неделю, и теперь можно было переживать лишь за рефераты и задачи. Распрощавшись с Сириусом, они сели в Вольво и переглянулись. Время близилось к пяти вечера, а это значит, что они вернутся в кампус лишь около семи.       Долгое время в дороге парни молчали, думая каждый о своём после услышанного, но Гарри наконец заговорил, мельком повернувшись на задумчивого и мрачного Драко. — Что… Что ты прочитал в письме Регулуса? — Это была предсмертная записка, — пояснил Драко, заламывая пальцы. Гарри нахмурился, внимательно следя за дорогой. — Он писал о том, что ему жаль за то, каким родился. Что он не стал хорошим сыном для своих родителей, что не был достаточно близок с братом, и не может больше вынести тяжести бремени. Поэтому он… Регулус написал, что решил покончить с собой в связи с тем, что не может выдержать навалившейся ответственности. — Сириус сжёг письмо… — с печалью в голосе проговорил Поттер. Драко на него посмотрел, поджав губы. Кажется, он понимал всё больше с каждой новой минутой. — Потому что считал, что Регулус был лучшим братом, а эти строки никто из родителей не достоин читать.       Всю оставшуюся дорогу до кампуса парни проехали в полнейшей тишине, разойдясь по комнатам лишь с коротким пожеланием спокойной ночи. Им будет о чём подумать наедине с собой, это точно.