Залог спокойствия – в отсутствии души

30 июля Суббота Две чертовы недели за которые не произошло ничего. Вообще ничего. Кесси уже просто злился. Да он откровенно бесился, в который раз наблюдая, как альфа, возвращаясь с работы, ужинает в одиночестве, смотря новости на экране ноутбука, а потом заваливается на диван и что-то долго-долго печатает. До самой ночи. Не смотрит фильмы, не дрочит, не читает. Просто работает, судя по всему. Блять, может, он там мемуары пишет?! Потом идет в душ, ложится спать, и день начинается сначала. Утренний душ, завтрак, работа, ужин, ноутбук, вечерний душ. Еще сильнее Кесси бесился, когда в субботу Эверт приводил в дом омежек. Он даже не приглашал их на второй этаж, ебал прямо в гостиной по уже отработанной схеме. Кесси никогда не смотрел до конца. Очень хотелось, но он все равно отворачивался и занимался другими делами, лишь изредка кидая взгляд на экран. Закончили? Нет? Он объяснял свои собственные эмоции банальным недотрахом, а потому было решено купить в ближайшем магазине интимных товаров секс-игрушку с искусственно раздувающимся узлом. Правда, она пока лежала в шкафу и ждала своего часа. Ну, что ж, час настал. Того первого слащавого омежку и второго, темноволосого и высокого, Райт раскладывал прямо на столе, но этого, третьего «субботнего», как его окрестил Кесси, он решил уложить на диване. Прямо возле прослушки. Прямо перед объективом камеры. «Трахни меня, Эв…» — исступленно твердил мальчик, раздвигая ноги перед альфой. Кесси хотел снять наушники или вовсе выключить звук, но не стал. Он вообще не мог пошевелиться, оцепенело наблюдая, как Райт раскатывает презерватив по своему возбужденному члену и приставляет к наверняка блестящей от смазки дырке… Грубые пальцы вцепились омежке в кудрявые волосы, и Кес мотнул головой, будто это его схватили, и уже даже перетянул курсор на крестик, но Райт вдруг зарычал, и его голос вибрацией отозвался в теле Кесси, через наушники пронизывая его острым электрическим возбуждением… Это было невыносимо и несправедливо. Альфа на экране уже вовсю вколачивался в стонущего доступного мальчика, а Кесси подыхал в одиночестве, с досадой замечая, что его собственный член болезненно упирается в ширинку. Значит, время секс-игрушки пришло. Со злости захлопнув крышку ноутбука, он достал из коробки черный резиновый член на пульте управления. Смазав его лубрикантом, он поспешно стянул с себя домашние шорты и, удобнее устроившись на диване, осторожно ввел в себя немаленькую игрушку. Да уж, член Элли явно не мог доставить таких ощущений. И какого черта этот бездушный холодный кусок резины приносит несоизмеримо больше удовольствия, чем маленький омежий член Элли?! Кесси всхлипнул, уткнулся носом в подушку и, втолкнув игрушку до самого ограничителя, нажал на пульте управления кнопку «пуск». Игрушка пришла в движение. Завибрировала, зажужжала, раздуваясь у основания… До течки было еще далеко, но Кесси все равно выгнуло дугой. Он глухо выматерился и прижал колени к животу, борясь с желанием прикоснуться к своему члену. Нельзя кончать. Если кончить, то давление узла станет слишком неприятным, а так, продлевая удовольствие… Но чертова игрушка продолжала вибрировать, и Кесси не смог сдержаться. Оргазм подкрался незаметно, вышвырнул его из реальности на десяток секунд, а узел все давил и давил, растягивая нежные стеночки. — Чертов Райт! — безнадежно глядя на расплывающийся перед глазами закрытый ноутбук, прошептал он, выключая игрушку. Узел медленно спадал. Кесси надеялся, что после экспериментов с игрушкой станет легче, но легче не стало. Разом навалилась тоска и горькое сожаление, а еще иррациональная обида. Какой-то одноразовый омежка прямо сейчас нежится в теплых объятиях альфы, а он должен лежать на холодном диване с остывающим куском резины в заднице. И ведь никто не виноват, что он сам отказался от отношений с альфами. Никто не виноват.

***

02 августа Вторник Так больше продолжаться не могло. Это Кесси понял ночью со вторника на среду, когда закрывал ноутбук после своего обычного ритуала слежения за инспектором Райтом. Тот по своему обыкновению печатал что-то до полуночи, а потом принял душ и лег спать, оставив ноутбук на столике. Вся жизнь Эверта явно спрятана на жестком диске, а значит, единственный способ узнать, чем же таким важным и интересным альфа занимается вечерами, это прокрасться в дом и… То ли булькал алкоголь в крови, то ли просто лопнуло терпение, но Кесси решил действовать немедленно. Одевшись, он сел за руль и погнал по ночному городу к дому проклятого Эверта Райта, который будто и вовсе никаким контрабандистом не был, а был самым обычным скучным человеком, который после работы писал статьи и студенческие научные работы на заказ. Ага, с них он и заработал себе и на машину, и на квартиру. Чудесный бизнес-план… — Блядство! — прошипел Кесси, когда, перелезая через забор, зацепился футболкой за ветку. Его немного пошатывало от выпитого виски, но мыслить здраво он еще был способен. А потому четко уяснил — шуметь нельзя. Если он разбудит Райта, тот его спросонья и пристрелить может… Да, он был осторожен. Вскрыл дверь, бесшумно прокрался в гостиную, открыл ноутбук… Он не учел только то, что ноутбук был запаролен. — Блядство, — шепотом повторил омега, отупевшим взглядом пялясь на строку для ввода пароля. Он не знал о Райте ничего. Что там обычно пишут? Кличку первой собаки? Или имя первой любви? Может, что-то, что первое попалось на глаза? Кесси окинул взглядом гостиную. Ввел «герань». Нихрена. Ввел «океан». Тоже нет. Осталась последняя попытка, и Кесси благоразумно решил не рисковать. Закрыл ноутбук и поднялся на ноги. Ну вот и все. Зря приехал только. Он уже направился к двери, но в полумраке зацепился ногой за провод зарядки. Грохот, раздавшийся в полнейшей тишине, оглушил. Кесси почувствовал, что его сердце сейчас выпрыгнет из груди, и рванулся к дверям, но алкоголь и здесь сыграл с ним злую шутку. Он запнулся о край ковра и едва не пропахал носом пол. Стер в кровь ладони, когда, пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться, выставил вперед руки, но напоролся лишь на неровную поверхность стен… Из-за гулко стучащего в груди сердца он даже не слышал приближающиеся шаги. Вскочил на ноги, толком не чувствуя боли в расцарапанных ладонях и ушибленных коленях, в полумраке двинулся прочь, но… Да, он не слышал звуки, кроме биения сердца и собственного загнанного дыхания, но вот запах… запах сшиб его с ног. Он упал во второй раз, на этот раз просто сполз на пол по стеночке, прижимая обе руки к своему животу. Внутри вспыхнула боль, которая быстро трансформировалась в невыносимое жжение, скручивающееся клубком ядовитых змей. Это гадкое чувство все расползалось по его телу, захватывало разум и не давало нормально вздохнуть. Кесси не понял нихрена. С ним такого не случалось, и он даже подумал, что, наверное, ударился об угол и повредил какой-то из внутренних органов, когда падал, но не сразу заметил, а теперь медленно умирает. Да, умирает, потому что как иначе объяснить дрожь по всему телу и невыносимую слабость? Но когда тесный коридор наполнил сладковатый запах течки… — Бля-ять, — прохрипел он, глядя на приоткрытую входную дверь. Вот он, выход, так близко, что можно рукой дотянуться. Но какой в этом смысл, ведь запах не уйдет вместе с ним? Да и Райт уже совсем близко… Кесси прижал колени к животу и обнял себя руками. Спрятал пылающее от стыда лицо, судорожно пытаясь придумать объяснение. Но объяснений от него никто не требовал. Пока что. — Майерс? Эверт понял всё по запаху, определенно. Он даже не стал включать свет, и хорошо, и спасибо ему за это. Штаны-то Кесси наверняка уже мокрые от активно выделяющейся смазки! — Кес? — снова позвал альфа, присаживаясь рядом, окутывая своим запахом с ног до головы. Сдержать стон не получалось, организм работал на пределе возможностей, вырабатывая такое количество феромонов, что дурно стало обоим. — Боже, да что происходит?! — зарычал Эверт, хватая омегу за плечо, заставляя поднять голову. — Вставай, парень, давай… Но Кесси не мог встать. Вязкое оцепенение охватило все тело, превратило руки и ноги в безвольные и бесполезные конечности. Попытка поставить его ровно закончилась лишь тем, что Кесси едва ли не рухнул в объятия альфы, уткнулся носом ему в шею, глубоко вдыхая пронзительный аромат. — Черт, что ты творишь?.. — прошипел Эверт, осторожно опускаясь на колени, продолжая заботливо обнимать ничего уже не соображающего омегу. — Ты пьешь какие-нибудь таблетки, подавители, хоть что-нибудь? Кесси даже не обратил внимание на вопрос. Он мог только жадно дышать и хвататься пальцами за обнаженные плечи Райта в поисках поддержки. А еще смог прошептать в беспамятстве: — Сделай что-нибудь. Больно. — Что сделать?! Будь Кесси в чуть более адекватном состоянии, он бы различил панические нотки в голосе альфы и очень им удивился, но не сейчас, когда тело плавилось от нестерпимого жара и билось в агонии, а инстинкты приказывали раздвинуть ноги. Просто раздвинуть ноги и довериться. — Майерс, ты меня потом убьешь… — прошипел Райт, стягивая с него мокрые штаны. — Блядство, да что же это… Кесси растекся лужицей по полу, раскинув руки в стороны. Он физически не мог сопротивляться, не мог даже помочь раздеть себя, только ждал, пока альфа все сделает за него. И когда раскрытого и скользкого входа коснулась упругая головка члена, жалобно заскулил, подаваясь бедрами навстречу. Крупный красивый член со вздувшимися венами и уже намечающимся узлом вошел единым слитным движением, так что Кесси задохнулся от острых ощущений и долгожданного облегчения. Наконец-то. Так правильно, так должно быть. Его омежья сущность ликовала, взбесившийся организм толкал на безумства, и он… неосознанно откинул голову, подставляя шею. Эверт оскалился, неотрывно глядя на пульсирующую под тонкой загорелой кожей венку, наклонился ниже, коснулся губами, царапнул острыми клыками, но быстро отстранился… И Кесси всхлипнул, оцепенело глядя на его белые зубы. У альф клыки были чуть более острые, чем у бет и омег. Такими, что способны прокусить кожу, оставляя метку. И он будто наяву ощутил, как эти клыки вгрызаются в его шею, пусть даже в реальности Райт старался на него даже не смотреть, чтобы не соблазниться и не переступить грани дозволенного. Кесси часто задышал, поморщился, конвульсивно сжимаясь вокруг члена Эверта, что двигался в нем с постоянной интенсивностью и глубиной. Идеально… Получивший желаемое организм наконец-то позволил здравым мыслям пробраться в голову, всего на секунду кидая в котел осознания происходящего. На секунду, потому что альфа вдруг хрипло зарычал и втиснул увеличивающийся узел в пульсирующую дырку, сцепляя их. Узел расширялся быстрее, чем омежье тело могло привыкнуть, и это было слишком даже для Кесси. Он задушено всхлипнул, попытался отползти, но колечко мышц опасно натянулось, и он испуганно замер, чтобы не причинить себе еще больше боли. — Что ты наделал?! — истерично вскрикнул он, хватаясь за плечи Райта. Было ослепительно больно и дьявольски приятно, узел давил, растягивал, размывая иллюзорную границу между «невыносимо много» и «катастрофически мало». Он кончил почти без удовольствия. Да, это было слишком. — Тише, — сдавленно процедил Эверт, до синяков впиваясь пальцами ему в бедра, не позволяя пошевелиться. — Тише, Кес, тебе это надо. — Откуда ты вообще знаешь, что мне надо, а что не надо? — отчаянно прошептал омега и, скользнув рукой между их прижатыми друг к другу телами, коснулся обхватившего член альфы припухшего кольца мышц. Вытащить не получится, слишком большой. Гораздо больше, чем та резиновая фальшивка… …А чего он еще ожидал? Что Эверт сдержится, когда течной омега сам предлагает взять его прямо в прихожей на коврике?! Спасибо еще, что не укусил! Он провел ладонью по своей шее, чтобы убедиться в отсутствии крови, но альфа перехватил его руку, до боли сжимая запястье. — Я же не совсем идиот, — прорычал он, тяжело опускаясь на локти, чтобы не навалиться всем весом. — Давай перевернемся, и ты ляжешь на меня? Нам еще минут десять тут торчать. — Нам бы не пришлось тут торчать, если бы ты вовремя вытаскивал член! — рявкнул Кесси, крепко зажмурившись. — К тому же я не намного легче. — Пожалуйста, — тихо и довольно миролюбиво попросил Райт, прижимая омегу ближе к себе. — Давай, обхвати меня ногами. — Хватит указывать! — огрызнулся Кес, но все равно приподнял ноги выше, прижимая колени к бедрам альфы. Какая же унизительная поза… Он был почти уверен, что, когда узел немного спадет, и они наконец-то расцепятся, вернется способность мыслить трезво. Только вот узел все не спадал, да и желание двигаться, потираясь внутренними стенками о твердый член альфы, никуда не пропало. Кесси пошевелился, приподнялся, потому что дышать феромонами альфы и ничего не делать — слишком мучительная пытка, да и явно не способствовало здравомыслию, но Эверт обнял его поперек спины, не позволяя отодвинуться. Он вообще выглядел достаточно расслабленным. Глаза закрыты, грудь мерно вздымается… Могло показаться, что он спит. — Эй, отпусти, — шепотом попросил Кесси упираясь ладонями в пол. По рукам прошелся холодок сквозняка, и он догадался, что Эверт настоял на смене позы не столько из-за разницы в весе, сколько ради того, чтобы омега не лежал на холодном полу… Неожиданное осознание больно резануло по нервам, всколыхнуло совсем ненужные воспоминания о бывшем муже, которого, кажется, совсем не заботило, насколько Кесси холодно, голодно или тяжело. Однажды во время ссоры он просто высадил его посреди дороги без денег и уехал, и Кесси пришлось добираться пешком. Он шел всю ночь, пока Ник сладко спал в кровати. Потом, правда, муж извинялся, задаривал подарками, но… — Отпусти! — уже чуть более раздраженно повторил омега и болезненно зашипел, когда узел сдвинулся. — Да сколько можно, Райт?! Мы уже пятнадцать минут лежим! — Не ерзай, — хрипло попросил Эверт, по-прежнему не открывая глаза. — Чем больше ты вертишься, тем приятнее мне делаешь. У меня от твоего запаха и так едва ли гон не начался. Я прям чувствую… А ты ведь даже не в моем вкусе. Это почему-то сильно разозлило, и Кесси возмущенно воскликнул:  — Не в твоем вкусе?! А вот твой член считает иначе! Альфа только вздохнул и насилу притянул его к себе, укладывая голову на грудь. Кес замер, прислушиваясь к биению его сердца. — Мне нравятся милые утонченные омежки, а ты… Это чистая физиология, что уж тут сказать. Ты здоровый и сильный омега, способный выносить хорошее потомство… То ли Кесси действительно еще не до конца протрезвел, то ли всплеск гормонов на него так повлиял, но он истерически неконтролируемо рассмеялся: — Вот тут ты ошибаешься! Я ни на что не годен! Не способен даже ребенка выносить. Ник был прав… — он нервно всхлипнул и крепко зажмурился, всем телом прижимаясь к теплому альфе. Широкая горячая ладонь, лежащая у него на плече, вдруг робко, будто спрашивая разрешения, коснулась затылка, взъерошила волосы, и Кесси замер, совсем не готовый к подобной ласке. Он уже и забыл, как это, нежиться после секса. Пусть даже в такой необычной обстановке и со столь неподходящим человеком. — У меня было четыре выкидыша, — прошептал он, ни к кому конкретно не обращаясь. Наверное, он и сам не хотел говорить это, но сказал. Да Эверт все равно наверняка знал. Знал, что после четвертого выкидыша муж Майерса подал на развод на вполне законных основаниях. — Даже несмотря на то, что мы были истинными, мое тело отвергало плод. Последняя, четвертая беременность… — он хотел бы заткнуться, закрыть себе рот руками, чтобы не болтать лишнего, но Эверт слушал и, кажется, слушал внимательно. — Я доносил до пятого месяца. У меня уже был большой живот, и я чувствовал, как шевелится мой ребенок. Я разговаривал с ним, я… боже, я читал ему сказки, представляешь? А потом он умер. Прямо во мне умер. Кесси неосознанно потянулся рукой к своему животу, но Эверт перехватил его запястье и, крепко сжав, поднес к своим губам… — Почему ты так уверен, что проблема в тебе? — целуя тонкие пальцы, поинтересовался альфа. — Что?.. — Ну, ты не допускаешь мысли, что проблема была в альфе? — Нет, — Кес отрицательно покачал головой, из-под ресниц наблюдая, как ласково мужчина перебирает его пальцы, касается губами каждого, опаляя дыханием ладонь. — Я же беременел, просто потом случались выкидыши. Даже несмотря на нашу совместимость. Эверт хмыкнул. — Что смешного? — осторожно спросил омега, взглядом изучая его расслабленное лицо, острую линию покрытых темной щетиной скул, прямого носа, черных бровей… — Вы сдавали тест на совместимость? — Райт впервые за время их разговора открыл глаза и посмотрел на него прямо. — Нет, но… — Тогда вы не были истинными. Альфа никогда не откажется от своего омеги. Это невозможно. Даже ради потомства. Кесси нахмурился, снова чувствуя, как начинает злиться. Да что этот инспектор вообще может знать?! — Тебе-то откуда это известно? Но вместо ответа Эверт вдруг двинул немного бедрами, проезжаясь все еще раздутым узлом по гладким чувствительным стеночкам, и Кесси несдержанно застонал, кусая губы. Невыносимо хотелось двигаться, и он подался назад, до предела насаживаясь на член альфы. Раз, второй, третий… Много времени не потребовалось, чтобы довести их обоих до пика. Еще пять минут, и им удалось расцепиться. — Останься на ночь, — придерживая обессиленного Кесси за талию, чтобы не упал, прошептал Эверт и, не заметив активного сопротивления, повел к лестнице. — Примем душ, а потом еще раз повяжемся, но уже на кровати. Тебе это поможет расслабиться… Протестовать не было никакого смысла, да и желания, собственно, тоже. Кесси чувствовал себя безвольным желеобразным существом, что послушно принимало ту форму, которую возжелал видеть альфа. В душ, значит в душ, в кровать, значит в кровать. Но он был несомненно прав. Лежать в сцепке после тягучего секса было гораздо удобнее на кровати и под одеялом, чем на холодном и твердом полу. На этот раз Кесси лежал на боку, а Эверт прижимался к нему со спины, оплетая руками и ногами, будто боялся, что омега куда-то убежит. Они оба уже почти спали, когда Райт вдруг лениво и сонно прошептал, шевеля горячим дыханием слипшиеся от пота волосы на затылке омеги. — Твой бывший просто придурок, если отказался от тебя. Кесси ухмыльнулся, утыкаясь носом в подушку. Ну вот, а говорил, не в его вкусе…