Нарцисс

Джоана умирает. По-другому это никак не назвать. Она умирает от неразделённой любви. Крис её не любит. Крис, мило улыбаясь, кивает на все её слова, чтобы потом, отвернувшись, избавиться от этой улыбки, как от вынужденной, нежеланной, лживой. Её Крис (на самом деле нет никакой её) любит повеселиться, бегает на вечеринки, смеётся над шутками любого, кто может купить ей алкогольный коктейль, насколько плоскими и идиотскими они бы ни были. У её Крис десятки друзей, и с каждым она успевает поболтать, а часто и погулять. Но почему на предложения Джоаны пройтись по парку она постоянно находит отговорки? Джо кашляет, отчаянно и сильно кашляет целыми днями, и всем прекрасно понятно, что долго она не протянет. Она кашляет, и ей на ладонь слетают лепестки нарциссов. Это так символично. Её подруги удивляются, почему с Джоаной это происходит. Ведь они с Крис вместе, они друг друга любят, они нашли то, что ищут миллионы человек по всему миру. Почему же Джоана чувствует себя так плохо? Почему на вопросы про их отношения она отвечает, что всё хорошо, но её хриплое, затруднённое дыхание говорит об обратном? Джоана сама ничего не понимает. Они с Крис вроде бы вместе, но в то же время так далеко. Они могут сидеть в комнате Джоаны рядом на её постели, могут переписываться (Крис отвечает с задержкой, хотя ничем не занята) или даже разговаривать, но находиться словно в разных вселенных. Когда Джоана только встретила Крис, мир для неё засиял новыми, яркими красками, будто какой-то безумный художник смешал на холсте все цвета, какие существуют в мире. Джоана не кашляла и постоянно улыбалась, считая себя самой счастливой девушкой на свете. Всё было хорошо, Крис обнимала её при встрече, крепко к ней прижимаясь и оставаясь так в течение нескольких секунд. Но потом… потом словно стало холоднее, тусклее. Крис начала отдаляться, откровенно скучая, когда они встречались, и всё больше зависая в телефоне, невпопад отвечая на вопросы или просто кивая вместо слов. Джоана начала кашлять. Сильно. И так продолжается уже несколько месяцев. И вот Крис снова где-то пропадает, совершенно забыв, что они договорились вместе пойти на ярмарку, которая приехала в Мадрид и о которой все говорили. Джоана идёт одна и неприкаянной тенью бродит среди бесконечных палаток с самыми разными вещами. Она не скучает, нет. Джо тоскует. Без Крис мир кажется ей пустым и неинтересным. Она ей так нужна, ей так плохо одной, но здесь ничего не поделаешь. В её лёгких распускаются цветы, мешают вдохнуть, теснятся в груди, заполняя её и отбирая у Джоаны единственное, что осталось. Жизнь. Уже, по сути, ненужную, потому что Крис не хочет быть её частью. Ей на ладони сыпятся целые цветки, нежные на ощупь, неотразимые в своей холодной, безразличной красоте. Так похожие на Крис, передающие её суть. Опять наступает ночь. Опять зажигаются звёзды, а Луна освещает мир своим тусклым, призрачным светом, и все предметы в нём кажутся иными. Словно это уже не они, а их отражения, злые и безжалостные двойники. Ночью ничто не кажется добрым, ярким или чистым. И в этом враждебном мире Джоана опять одна. Крис сейчас на очередной тусовке, куда совсем забыла, а может просто не захотела позвать её с собой. Танцует до судорог в ногах, пьёт так, будто решила оставить всё остальное в стороне и ей плевать на всё, что случится, на последствия своих пьяных, необдуманных решений. Может, она даже примет экстази. Ей ведь плевать. Джоана сидит на крыше и пьёт Джека. Не лучшее, что можно делать на такой высоте, откуда и трезвой легко навернуться, но Джоане всё равно. Ей уже безразлично, что с ней происходит или может произойти. Всё потеряло значение. Ей осталось недолго. Джоана задыхается. Кашляет, и цветы в лёгких словно бесконечны. Джоана не может жить без Крис. Крис любит только себя.