Защищая воина

      С момента того задания в горах прошел почти год. Успешно выбравшись из леса в тот день, Марта надеялась на то, что их с Райнером отношения теперь станут более близкими, но, к ее удивлению и жалости, парень будто делал вид, что ничего не было. Он был все также мил и заботлив, но никогда не пытался даже поговорить на тему произошедшего.       Правда, кое-что в их отношениях все-таки изменилось. У них появился своеобразный ритуал: каждый вечер они уходили за территорию училища, подальше ото всех, и просто болтали, обсуждая события прошедшего дня или делясь друг с другом мечтами. В одной из таких вылазок Райнер рассказал, что до того, как стать солдатом, он мечтал работать учителем в школе.       — Как думаешь, мне бы подошла роль инструктора кадетского корпуса? Вместо Шадиса, — шутливо поинтересовался юноша, сидя на траве. Его локоть был всего в миллиметре от руки Марты, и это заставляло ее сердце биться чаще.       — Тогда мне придется стать твоим заместителем. Будем как добрый и злой полицейские, — усмехнулась она.       — Кажется, я знаю, кто из нас будет злым, — посмотрев на девушку выразительным взглядом ответил Райнер.       Но дальше таких посиделок никогда не заходило, хотя Марте невероятно хотелось снова почувствовать вкус его поцелуя на своих губах. Делать первый шаг она боялась, как и спросить, почему он притворяется, будто между ними ничего не было. А притворяется ли?       В какой-то момент Марте пришло в голову, будто тот поцелуй был лишь эмоциональной реакцией на стресс, что они пережили при встрече с разъяренным зверем. Недосказанность в итоге уверила ее в этом, и к началу третьего курса обучения девушка окончательно оставила надежду на полноценное выяснение этого вопроса.       Вот только сердце не обманешь, и довольно часто ей стали сниться очень красочные и невероятно реалистичные сны, в которых Райнер вновь целует ее, но, на этот раз, не останавливается и заходит чуть дальше. Просыпаясь по утрам, Марта не могла найти себе места от возбуждения — такими желанными были эти грёзы. И каждый вечер, после очередной встречи с Райнером, она стремилась поскорее заснуть, чтобы снова испытать все то, что в реальной жизни ей попробовать не удавалось.       Ужин курсантов был в самом разгаре, когда Эрен с Жаном в очередной раз разругались из-за святой убежденности Эрена в том, что глупо учиться сражаться с гигантами, чтобы, войдя в десятку лучших, отправиться от них как можно дальше.       — Как, по-твоему, мы сможем победить титанов, если все, кто хоть что-то в этом понимает, стремятся спрятаться за множеством стен? — кричал Эрен, подскочив на месте.       — Какого дьявола ты ко мне прицепился со своими титанами, суицидник ты этакий? — гневно отвечал Жан, двигаясь в сторону Эрена и закатывая рукава рубашки. — Кроме тебя тут никто в разведчики не метит и до других не докапывается! Отстань уже со своими нравоучениями!       — Чтобы ты понимал, морда лошадиная, мы с Мартой ещё в детстве решили пойти в Разведчики. В отличие от тебя, у нас хотя бы цели благородные.       Схватив Эрена за рубашку, Жан выкрикнул:       — В жопу твоё благородство, Йегер! Отвали от меня уже!       В намечающуюся драку быстро вмешался Райнер, разводя раскрасневшихся от очередного спора парней в разные стороны:       — Каждый день одно и то же! Сколько раз вам говорил: хватит уже кулаками мериться.       Другие курсанты поддержали Брауна, соглашаясь, что эти споры между парнями всем уже порядком надоели. Разгоряченный Жан уселся обратно за стол и, немного успокоившись, обратился к Марте:       — Ты что, всерьёз собираешься поступить в Разведкорпус?       Девушка была застигнута врасплох этим вопросом. Райнер теперь почти ежедневно капал ей на мозги, убеждая отказаться от своей безумной цели в пользу своей же безопасности. Марта каждый раз отмахивалась от него, но, тем не менее, прислушивалась к его доводам. А после того, как парень пообещал помочь ей войти в десятку лучших, чтобы девушка смогла попасть в Военную полицию, она всё-таки задумалась о том, насколько ее решение метить только в Разведку было правильным.       — Вообще-то, я ещё не решила этот вопрос. Может, и не стану поступать, — неуверенно ответила Марта, косясь на сидящего подле неё блондина. Он успешно делал вид, что ему все равно, но она знала, что Райнер внимательно слушает все и запоминает.       — Я бы на твоём месте не стал, как этот, — Жан покосился на выходящего из столовой Эрена, — смертный приговор себе подписывать. У тебя есть все шансы войти в десятку лучших, так воспользуйся этим.       — Ты совершенно прав, Жан, — бодро вмешался Райнер. — Я уже сто раз просил ее передумать. Может, хоть ты ее убедишь.       Лицо Жана тут же приняло хитрое выражение. Он откинулся на спинку стула и медленно произнёс:       — Марта, разве ты не хотела бы выйти замуж, например? С жизнью разведчика о семье мечтать не приходится. Тем более, если вы оба солдаты, да еще и из разных подразделений.       Почувствовав прямой намек на их с Райнером отношения, слухи о которых поползли после того, как однажды их за территорией училища поймали инструкторы, она быстро встала и, собрав посуду, раздраженно ответила:       — За непрошенные советы баллов не дают, Жан. Лучше тебе сосредоточиться на своих успехах в учебе, а то ты так озаботился чужой личной жизнью, что скоро уступишь место Эрену в первой десятке.       Выйдя из столовой, девушка пнула первый попавшийся камень и направилась в сторону казармы. Сегодня ей совсем не хотелось соблюдать их с Райнером ежевечерний ритуал. Ей нужно было подумать.       Пришлось признать, что правда была на стороне Жана. Семейная жизнь и погоня за местью, ставшая целью всей жизни, не совместимы. Девушка на секунду задумалась: что, если бы у них с Райнером все сложилось иначе? Если бы он тогда не притормозил, а тот поцелуй не стал бы наивысшей точкой их близости, как бы она поступила? Она всегда боялась того, что чувства могут помешать ее планам, но теперь уже и вовсе не была уверена в том, что эти планы так важны. В конце концов, Райнер был в чем-то прав: месть редко приносит настоящее облегчение. Откажись Марта от своей идеи, она могла бы обрести близкого человека, который излечил бы ее душу, помог бы забыть боль утраты близких. Если бы он только сделал первый шаг…       Дверь за спиной отворилась. Марта, уже сидевшая на кровати и готовящаяся ко сну, обернулась. Это был Райнер.       — Прогулка сегодня отменяется? — осторожно начал он.       Кивнув, Марта опустила взгляд и чуть отвернулась от блондина. Он, засунув руки в карманы светлых брюк и облокотившись на дверной косяк, продолжил:       — Не хочешь меня видеть?       Девушка обреченно вздохнула. «Хочу, но не так».       — Мне кажется, Жан сказал очень правильную вещь, — уверенно заявил Райнер, подходя к кровати девушки и присаживаясь на нее. — Ты имеешь шанс на счастливую долгую жизнь, но отталкиваешь его ради безумной цели, которая, будем честны, вряд ли когда-либо исполнится.       — Все зависит от тебя, — пробормотала девушка, сжав в пальцах одеяло.       — Что ты имеешь ввиду? — удивился Райнер.       Не сумев поднять на него вмиг наполнившиеся слезами глаза, Марта сдавленно прошептала:       — Я не понимаю, почему ты делаешь вид, будто ничего не было.       Она почувствовала, как тёплая рука Райнера коснулась ее подбородка. Подняв голову, девушка все же нашла в себе силы встретиться с ним взглядами. На лице его отпечаталась жалость. Марте вдруг стало стыдно и противно от самой себя. Когда же она стала такой слабой? Или всегда была, просто хотела казаться сильнее?       — Каждый раз, когда я вижу тебя, я вспоминаю тот день, — прошептал Райнер. — И это просто пытка — удерживаться от того, чтобы не поцеловать тебя снова.       Слёзы ещё сильнее брызнули из глаз. От этих его слов Марте стало лишь больнее. Печальная догадка посетила ее голову и тут же была озвучена:       — Ты жалеешь?       Чуть отстранившись, Райнер отвернулся и сжал кулаки.       — Это ты будешь жалеть, если я позволю этому случиться снова.       — Не тебе такое решать! — воскликнула Марта.       Истерику уже было не остановить. Она порывисто обняла юношу со спины. Он был таким тёплым и большим, что она с трудом могла обхватить его.       — Почему ты отталкиваешь меня?       Рука Райнера нежно коснулась ее ладоней. Сквозь его рубашку Марта чувствовала, как напряглись мышцы у него на животе. Ей хотелось водить по ним пальцами, изучить каждый сантиметр его тела. И в то же время она боялась, что юноша снова оттолкнёт ее, поэтому просто крепко прижималась к нему всем телом, желая, чтобы этот миг никогда не заканчивался.       В казарму вошло несколько курсанток, и блондин, воспользовавшись моментом, ловко вынырнул из объятий девушки и торопливо зашагал в сторону двери.       — Не смей уходить, Райнер Браун! — гневно крикнула Марта ему вслед, но юноша даже не обернулся.       Дверь за ним закрылась. Марта чувствовала себя униженной. Он отверг ее, даже не объяснив причину. Было так обидно и больно, что всю ночь девушке не давали заснуть мысли о том, что же она сделала не так.       На следующий день курсантов ждали занятия по рукопашному бою. Ребят разбили на пары и выдали деревянные ножи с указанием по очереди отыгрывать преступника и нападать. Марта оказалась в паре с Армином, который драться вообще почти не умел. Видя, как большинство курсантов несерьезно подходят к делу, Марта пыталась убедить друга приложить чуть больше усилий, чтобы освоить хоть какие-то приемы:       — Я правда пытаюсь, — оправдывался Армин. — Но из меня боец даже хуже, чем бегун. Может, тебе стоит выбрать кого-то другого в пару? Прости, что не могу стать для тебя подходящим соперником, но я правда совершенно неловкий в этом деле.       Желая успокоить друга, девушка рассказала, что тоже никогда не отличалась навыками ближнего боя, так как почти всегда вместо неё огребал Флорис.       — По твоим рассказам, он был очень похож на Эрена, — предположил Армин, вставая в позу для нападения. — Хотя Эрену часто доставалось из-за меня, но Микаса всегда приходила к нам на помощь, и вместе мы были сильны.       Эти слова напомнили Марте случай из детства, когда Флорис в очередной раз подрался из-за неё с детдомовскими мальчишками. В тот день ему неплохо досталось, а воспитатели наказали ребят уборкой в подвале. Помогая девочке поднять тяжелый ящик, чтобы протереть под ним пыль, Флорис вдруг сказал:       — Знаешь, я ведь не всегда смогу прийти на помощь. Тебе нужно становиться сильнее, учиться самой себя защищать.       Девочка надула губы и с обидой произнесла:       — Я думала, ты всегда будешь со мной.       Флорис подошёл к Марте и, потрепав вечно взъерошенные волосы, спешил успокоить:       — Конечно, буду! Но все же надо научить тебя драться, чтобы в следующий раз ты могла помочь мне надрать задницы этим говнюкам.       Глаза девочки засияли. Помочь брату она всегда была рада.       — Договорились, братик! Обещаю, что когда-нибудь стану такой же сильной, как ты!       Через два дня Флориса не стало, но Марта не забыла своё обещание. Она стремилась во что бы то ни стало превратиться из щуплой девчонки в настоящего, сильного солдата.       Легко отобрав нож у Армина и подножкой уронив его на землю, девушка разочарованно выдохнула:       — Так дело не пойдёт.       — Прости, — простонал парень, отряхиваясь от песка. — Может, лучше попросишь Райнера? Со мной ты драться точно не научишься.       Оглянувшись на спаррингующегося с Бертольдом Райнера, Марта передернула плечами. Она тут же вспомнила вчерашний унизительный разговор и скептически протянула:       — Тебе не кажется, что Райнер — слишком крупный соперник для меня?       Приложив руку к подбродку, как он всегда делал, размышляя над чем-то, Армин осмотрелся и бодро предложил:       — Как насчет Энни? Уверен, она не откажет тебе. Она как раз твоей комплекции и уже помогает Эрену.       Кивнув в сторону валяющегося вверх тормашками парня и что-то объясняющей ему Энни, Армин почему-то слегка смутился и тут же отвел от них взгляд.       Набравшись смелости, девушка подошла к блондинке, которая в этот момент оттачивала на Эрене какой-то незнакомый Марте приём.       — Энни, можно тебя на минуту?       Блондинка в очередной раз легко отразила атаку Эрена и без особого интереса спросила:       — Чего тебе?       — Я тут подумала, может, ты покажешь мне пару своих приемов? Мне очень хочется научиться драться, но тут почти нет ребят, которые подходили бы к этому делу серьезно или хоть что-то умеют.       — Почему это ты решила, что я буду помогать такой слабачке, как ты? — с прищуром ответила Энни.       Девушку задели ее слова. Может, она и не самая сильная и умелая тут, но точно не слабачка. И все же, она попыталась объясниться:       — Но ты ведь помогаешь Эрену, — указав на парня, ответила девушка. — И я подумала, что могу присоединиться к вам. Я буду стараться, правда.       Энни звонко рассмеялась.       — Не думаю, что из тебя получится хороший боец. Не хочу тратить свое время на бесплодные попытки тебя расшевелить.       — Да ты ведь меня вообще почти не знаешь! — воскликнула Марта.       — О, правда? — ухмыльнулась Энни и развернулась обратно к Эрену, показывая, что разговор окончен.       Взбесившись из-за столь грубого отказа и очередного игнорирования ее персоны, Марта внезапно ощутила в себе огромную мощь. Может быть, она и не умеет драться, но этой зазнавшейся блондинке сейчас точно наваляет!       Сорвавшись с места, Марта набросилась на Энни, собираясь сбить ее с ног, но реакция девушки оказалась феноменально быстрой, и Марта сама не заметила, как уже через мгновение валялась на земле, зарывшись головой в песок. Ноги болели от удара, и она с трудом смогла понять где вообще находится.       — Ты ничем не отличаешься от этих сопляков, что играют в солдатиков, не проявляя при этом никакого интереса к настоящей битве, — гневно процедила Энни, садясь на корточки рядом с опешившей девушкой. — Слышала, ты хотела поступить на службу в Разведотряд, но позволь спросить: почему передумала?       Ничего не ответив, Марта попыталась встать, но Энни не дала ей этого сделать, прижав коленом ее руку к земле.       — Это Райнер тебя убедил? — она посмотрела в сторону блондина, который с тревогой наблюдал за развернувшейся сценой. — Думаешь, он добра тебе желает?       — А разве не так? — прокряхтела Марта. Рука ныла от боли.       — У тебя ведь была цель, да? Люди не идут в разведчики просто так, ими всегда движет какая-то мечта. Но ты так легко отказалась от неё, как только симпатичный парень замаячил на горизонте. И меня это бесит! — Энни сильнее надавила коленом, заставив Марту задохнуться от боли. — Зачем ты поступила в кадетский корпус?       — Хотела… отомстить, — с трудом процедила девушка, пытаясь вырваться из железной хватки блондинки. — Отомстить… за смерть брата.       Чуть ослабив захват, Энни продолжила:       — Тогда к чему сомнения? Твоя цель справедлива и благородна, и это единственное, чем ты, такая бесполезная, отличаешься от других!       Сказав все это, девушка отпустила Марту и та, потирая больную руку, медленно поднялась на ноги. Вглянув на соперницу, она пробормотала:       — Райнер говорил, что моя цель приведет лишь к разочарованию.       Закатив глаза, блондинка скрестила руки и приблизилась так, чтобы ее слышала только Марта.       — Мужчины всегда будут пытаться учить тебя, но это не значит, что они умнее. Посмотри на Эрена, — девушка чуть отодвинулась, чтобы Марта могла разглядеть парня позади нее, который с интересом наблюдал за происходящим. — Он вообще ни разу не солдат. Но бешеное желание добиться своего, граничащее с сумасшествием, заставляет его двигаться дальше. Ты талантливее него, но имеешь все шансы просрать свою жизнь зря, если будешь слушать тех, кто ничего в этом не понимает. Поэтому, когда в следующий раз парни будут пытаться убедить тебя в чем-то, пусть у тебя в одно ухо влетает, но поступай только так, как решила сама.       Глаза Энни не выражали ни ненависти, ни гнева. Лишь железная стойкость и уверенность стояли за ее убеждениями. Задумавшись о ее словах, Марта спросила:       — А что не так с Райнером?       Блондинка взглянула на Брауна, который стоял неподалеку, вслушиваясь в их разговор, и тихо ответила:       — Райнер — совсем не тот, кем хочет казаться.       — Это ты уже говорила, — напомнила Марта.       — Он трус и слабак, — гладя прямо девушке в глаза ответила Энни. — Не стоит полагаться на него. И уж тем более не стоит слушать его советов.       Наконец, блондинка отстранилась и направилась обратно к Эрену.       — Я не откажусь от своей цели, — крикнула Марта в спину удаляющейся девушки, — и вступлю в Разведкорпус, чего бы мне это ни стоило!       Энни остановилась и, не оборачиваясь, произнесла:       — Тогда я готова потренировать тебя. После Эрена.       Почувствовав, что девушка улыбается, Марта задумчиво обернулась в сторону Райнера. Парень стоял в напряженной позе, прожигая гневным взглядом спину Энни Леонхарт.       Проходя мимо него в сторону Армина, обеспокоенного недавней потасовкой, она почувствовала руку Райнера на своем плече.       — Что эта мегера тебе наговорила?       — Тебя это точно не касается, — уверенно заявила девушка, высвобождая руку из хватки парня.       — Так сложно ответить на вопрос?       — Так сложно не вести себя, как осел? — раздраженно проговорила Марта. Намереваясь вернуться к сидящему на лавочке Армину и продолжить тренировку, она обошла парня, слегка задев его плечом.       — Вечером. Где обычно, — прорычал Райнер ей вслед и, перекинув деревянный нож в левую руку, стремительно напал на Бертольда, уронив его на лопатки.       Весь оставшийся день Марта сидела как на иголках. На ужин Райнер не пришёл, и она уж было подумала, что встречи тоже не будет. Слегка опоздав из-за того, что долго собиралась с силами, девушка все же явилась на их постоянное место встречи. Приблизившись к деревянному частоколу, Марта легко нашла знакомый лаз и юркнула в него. Снаружи ее вдруг подхватили сильные руки.       — Думал, ты уже не придёшь, — тут же отозвался Райнер. Он выглядел немного подавленным, словно расстроился из-за того, что она всё-таки пришла.       — Мне нужны ответы, и я получу их сегодня, — уверенно объяснила девушка.       Кивнув, Райнер спрятал руки в карманы брюк и стал сосредоточенно изучать землю под ногами.       — Что ты хочешь знать?       — Ты издеваешься?! — воскликнула Марта, и Райнер тут же легонько зажал ей рот рукой.       Кадетам нельзя было выходить за территорию училища без разрешения, и, если бы их услышали, обоих бы наказали. Тем более, они за территорией одни, а неуставные отношения в корпусе также были запрещены (хотя многие этим запретом пренебрегали).       — Отпусти, — пробубнила девушка в руку Райнеру, и он медленно убрал ладонь от ее рта, но не лица.       Его пальцы остановились в сантиметре от ее губ, словно желая снова накрыть их. Он долго и жадно разглядывал ее лицо, пока сердце Марты яростно пыталось пробить грудную клетку.       Наконец, Райнер зажмурился и, сжав ладонь в кулак, медленно отстранился. Девушке показалось, будто это действие далось ему с огромным трудом. Уже через секунду от былого возбуждения на лице юноши не осталось и следа. Он вновь надел маску спокойствия и, спрятав руки в карманы брюк, побрел в сторону леса.       Какое-то время они шли молча, но в итоге Марта не выдержала и осторожно спросила:       — Почему ты считаешь, что я пожалею, если то, что было в лесу снова повторится?       — Потому что «долго и счастливо» нам с тобой не светит, и я не хочу, чтобы ты подумала, будто я тобой воспользовался, — выдохнул Райнер.       Чем глубже они заходили в лес, тем темнее в нем становилось. Луна почти не пробивалась сквозь плотные кроны деревьев, поэтому ребята притормозили и посмотрели друг на друга.       — Я помню, ты как-то сказал, что долгой и счастливой жизни тебе не видать. Ты поэтому не хочешь… — девушка не смогла договорить. Фраза: «Быть со мной» так и осталась висеть в воздухе. И все же, они друг друга поняли.       — У тебя хорошая память, — печально улыбнулся Райнер. — Да, поэтому.       — Но что это вообще значит? Ты же вроде собирался идти в Военную полицию, а это самые безопасные войска.       — Все не так просто, — зажмурившись, сказал юноша. Он сжал переносицу рукой. — У меня есть задача. Как твоя цель отомстить, только другая. И я обязан выполнить ее во что бы то ни стало.       — Если не выполнишь — умрешь? — догадалась Марта.       Кивнув, Райнер добавил:       — И если выполню — тоже, но чуть позже.       Девушка задумалась: что же это за цель такая, которая так или иначе ведёт в могилу? Она тут же озвучила свой вопрос.       — Это секрет, который я пока не могу тебе раскрыть. Но позже ты обязательно все поймешь.       Переваривая услышанное, Марта разглядывала свои ботинки. Он снова просил ее двериться ему, не задавая лишних вопросов. Выбор, от которого зависело все. Если сейчас она согласится на эти условия, то в будущем либо пожалеет об этом, либо нет.       Вглядевшись в чуть освещаемое луной лицо Райнера, Марта вдруг осознала, что уже давно сделала этот выбор. Еще в их первую встречу она доверила ему, незнакомому мальчишке, свою жизнь. И с тех пор каждый раз, сталкиваясь с тем, что он что-то не договаривает, лишь убеждала себя в том, что это, наверное, к лучшему.       «Райнер — совсем не тот, кем ты его себе представляешь».       «Не стоит полагаться на него».       В голове звучал бесстрастный голос Энни. Она так настойчиво пыталась убедить Марту в том, что Райнеру доверять не стоит, забывая при этом, что между ней и Энни доверия тоже не было.       — А что у вас с Энни? — спросила девушка.       Подняв голову, Райнер звонко рассмеялся.       — Так и знал, что она тебе про меня говорила, — улыбался он. — Ничего такого между нами нет и никогда не было. Мы жили в одной деревне, и с самого детства постоянно ссорились. Она меня считает трусом, я ее — стервой. Тебе беспокоиться не о чем, и слушать ее тоже не стоит. Она просто обиженная маленькая девочка, вот и все.       «Ну и кому из них мне верить?»       Честно говоря, Райнер будто знал, что именно она хотела услышать, и сказал именно это. Дело было только в личной неприязни бывших соседей друг к другу. Легко убедив себя в том, что это правда, Марта почувствовала себя спокойнее. Теперь у нее появилось оправдание собственному выбору, который, как она надеялась, принесет ей долгожданное облегчение.       Подняв на парня горящие уверенностью глаза, она сказала:       — Даже если тебе отведён всего лишь день, я хочу быть рядом, когда это случится.       Лицо юноши, который все это время внимательно следил за Мартой, мгновенно тронула тень удивления и надежды. Он приблизился и, заглянув ей прямо в глаза, спросил:       — Хочешь подарить мне себя впредь и до самой смерти?       Заворожённая его взглядом, девушка прошептала:       — Хочу.       В следующий миг Райнер приложил ладонь к ее груди — туда, где быстро билось юное сердце, и яростно впился в ее губы поцелуем. Другую руку он положил девушке на затылок, нежно запуская пальцы в ее волосы. Забывшись в этом сладостном моменте, Марта хваталась маленькими пальчиками за его рубашку, придвигаясь ещё ближе. Она чувствовала, как горит страстью его тело, как мышцы на торсе напрягаются от сдерживаемых желаний.       Время вокруг замерло, и вновь пошло когда Райнер медленно отстранился. В его глазах читалось желание целовать ее ещё и ещё и, может быть, зайти чуть дальше. Марта поняла, что была бы не против, случись это прямо здесь и сейчас. Но оба благоразумно сдерживали себя, тяжело дыша и глядя друг на друга. Ладонь юноши все ещё прижималась к ее грудной клетке: чуть вбок, и легла бы прямо на ее небольшую грудь. Заметив это, Райнер мгновенно убрал руку и снова приблизился. Но на этот раз он лишь осторожно приложился головой к ее лбу.       — Мне стоило бы отказаться от такого дара. Я его не заслужил, — прошептал он, зажмурившись.       — Это мой дар, и я вольна отдавать его кому захочу, — тепло ответила Марта.       Услышав это, Райнер снова поцеловал ее, словно благодаря за то, что она выбрала его.

***

      Десять лучших выпускников южного подразделения 104-го кадетского корпуса:       1. Микаса Аккерман       2. Райнер Браун       3. Бертольд Гувер       4. Энни Леонхарт       5. Эрен Йегер       6. Жан Кирштейн       7. Марко Ботт       8. Конни Спрингер       9. Саша Блауз       10. Марта Канвальд       Получив распределительный лист после последнего построения в качестве кадета, Марта с восторгом глядела на свое имя в списке лучших выпускников. Каким-то чудом (и стараниями Райнера Брауна) она добилась последнего места в десятке и теперь могла подать заявку на вступление в Военную полицию. На это сильно надеялся Райнер, который до последнего не оставлял своих попыток переубедить девушку в желании податься в разведчики.       Попрощавшись с кадетским училищем и инструкторами, ребята направились в Трост для проведения работ на стене Роза. Марта вела своего коня рядом с Райнером и Бертольдом. Вдыхая свежий летний воздух, она радовалась своему успеху и впервые за долгое время могла назвать себя действительно счастливой. Но спутники девушки не разделяли ее бодрого настроя. Бертольд всю дорогу был молчаливее, чем обычно, а Райнер о чем-то очень серьезно думал.       — Марта, у меня для тебя есть предложение, — подал, наконец, голос блондин.       — Я за любую идею, кроме криминала, — радостно ответила Марта. — Выкладывай.       — Мы с Бертольдом, возможно, скоро уедем отсюда. Отправимся домой.       От Марты не ускользнуло то, как Бертольд вскинул на друга взволнованный взгляд. Как-то странно. Кто же отпустит их домой сразу после распределения?       — Но… завтра ведь, — начала Марта, но юноша перебил ее:       — Я знаю, что нам никто не позволит уехать сейчас. Но у нас дома очень срочное дело, которое мы уже давно откладывали, — Райнер замолчал на секунду, а затем продолжил. — Я хотел предложить тебе поехать с нами. Если решишься, отправиться нужно будет сразу, как я скажу. Поэтому подумай хорошенько.       Его друг ошарашенно воскликнул:       — Райнер, что ты такое творишь?       — Что слышал, Бертольд. Я хочу взять Марту с собой, — серьезно ответил блондин.       Разговор теперь казался девушке еще более странным. Что за срочное дело ждет их дома? Связано ли оно как-то с той задачей, о которой Райнер вскользь упоминал с посылом, что она поймет все чуть позже? И почему ехать нужно будет немедленно? Необъяснимой ей казалась и реакция Бертольда на предложение друга. Мысли крутились в голове словно вихрь, не давая сосредоточиться на чем-то конкретном.       — Что именно за «дело» ждет вас там?       — Этого я тебе сказать не могу, — ответил Райнер. Ситуация казалась теперь еще более непонятной. — Но я объясню тебе все, как только мы выдвинемся в путь. Ну что, ты согласна?       Согласиться на кота в мешке? Снова довериться без всяких объяснений? Марта почувствовала, что начинает уставать от количества недомолвок. Недоумевая, девушка посмотрела сначала на Райнера, чье лицо выражало лишь железную уверенность, а затем на Бертольда, который нервно перебирал конную упряжку пальцами, опустив взгляд.       — Мне нужно подумать, — медленно ответила Марта.       Устало прикрыв глаза, Райнер выдохнул:       — Прости, но и дать тебе время на размышления я тоже не могу. Мне нужно знать ответ сегодня.       — Почему ты не можешь рассказать мне все сейчас? — раздраженно выпалила Марта.       — Прошу, просто доверься мне, — тихо проговорил юноша. — Ты ведь обещала быть со мной, а я обещал, что ты все поймешь.       Бертольд снова испуганно покосился на Райнера.       — Может хоть ты мне объяснишь? — обратилась к нему Марта, но парень лишь отрицательно покачал головой и отвернулся.       Понимая, что больше из них ничего не вытянуть, она задумалась. Перед девушкой стоял сложный выбор: довериться парню, который ей так дорог, но явно что-то недоговаривает, или отказаться, потеряв, возможно, навсегда, единственный шанс на то, чтобы разобраться в этом клубке из секретов Райнера Брауна.       Понимая, что решить сейчас будет сложно, Марта пообещала подумать до конца дня, и этот ответ Райнера удовлетворил. Остаток пути до Троста ребята преодолели молча. Блондин словно боялся заговорить с ней вновь, чтобы ненароком все не испортить. Марта заметила, как он поник, не услышав однозначный ответ, и ее уколола совесть. Она ведь действительно обещала ему быть рядом до самого конца, но, кажется, не готова была мириться с его тайнами.       Прибыв на стену Роза, новобранцы были распределены по нескольким отрядам. Марта попала в один отряд вместе с Энни, Райнером, Бертольдом, Жаном и Марко. В качестве командиров отряда были назначены опытные солдаты из Гарнизона. Познакомившись и узнав, что рослую брюнетку зовут Джилл Прауд, а ее напарника — Марсель Брикс, ребята быстро распределили обязанности и принялись за работу.       От них требовалось поднять на стену снаряды для пушек и поднести к каждой по два ящика. Марта, наблюдая за тем, как Жан расставляет ящики на платформу внизу, обсуждала с Марко его будущие планы на жизнь.       — Я всегда хотел податься в Военную полицию, — рассказывал он. — Вот только после вчерашней речи Эрена за ужином призадумался. Он ведь дело говорит. Если бы лучшие выпускники отправлялись сражаться с титанами, а не занимались защитой короля, мы, возможно, уже давно вернули бы земли за стеной Мария или даже смогли бы расширить наши территории.       — Ты все правильно понял, — соглашалась Марта. — Именно поэтому я и выбрала когда-то Разведкорпус. Хотела вернуть то, что у нас забрали титаны.       — А что же сейчас? — поинтересовался Марко.       — Сейчас все стало слишком сложно, — выдохнула Марта, вспоминая недавнее предложение Райнера.       — Уверен, ты скоро во всем разберешься, — юноша дружески похлопал ее по плечу. — В конце концов, ты попала в десятку лучших выпускников, а это уже многое говорит о твоих способностях. Я и сам знаю тебя как очень проницательную и разумную девушку, поэтому не переживаю, что ты потеряешься в этом множестве возможностей.       Сгрузив последний ящик на платформу, Жан подал сигнал ребятам, чтобы те могли поднимать их на стену. Марта и Марко синхронно потянули за троссы лифта и стали медленно двигать платформу вверх. Справившись с этой задачей, ребята заблокировали тросы и стали выискивать на стене Райнера, Энни и Бертольда, которые должны были оттаскивать снаряды к пушкам. Но троицы нигде не было видно. К Марко и Марте подошли командиры.       — Курсант Ботт, почему остановились? — спросила Джилл Прауд.       — Лейтенант, мы, кажется, потеряли курсантов Брауна, Леонхарт и Гувера, — озадаченно отрапортовал Марко.       — Как это — потеряли? — удивился лейтенант Брикс.       Яркая вспышка озарила небо справа. Солдаты синхронно закрыли глаза руками, отгораживаясь от слепящего света. Яростными порывами ветра ребят стало выталкивать со стены. Марта успела зацепиться за нее тросами, вовремя выпущенными из УПМ, и остановилась чуть ниже парапета.       Вокруг происходила настоящая вакханалия. Мирные жители и солдаты внизу кричали, не понимая, что происходит. Ящики со снарядами падали со стены, а пушки стали угрожающе двигаться к ее краю. Кое-как увернувшись от летящих в нее пушечных ядер, Марта сумела вскарабкаться обратно на стену и увидела Марко, зацепившегося руками на парапет с наружной ее стороны.       — Марко! Что произошло? — отчаянно крикнула девушка.       — Я не знаю! По-моему, что-то случилось около ворот! — перекрикивая гул, ответил Марко.       Марта посмотрела в ту сторону, куда указал товарищ и задохнулась от ужаса. Гигантская, покрытая одними лишь мышцами голова Колоссального титана выглядывала из-за стены, источая пар и обнажая огромные белые зубы. Схватившись пальцами за стену, гигант занес ногу и одним мощным ударом пробил внешние ворота Троста.

***

      — Новобранцы! Где вас, черт возьми, носило?! — яростно крикнул лейтенант Брикс навстречу подоспевшим прямо к началу инструктажа Райнеру, Бертольду и Энни.       — Простите, сэр, мы немного потерялись после появления того титана, — отрапортовал Райнер. Он заметил, как запыхавшийся после превращения Бертольд обессиленно присел на пол штаба. — А потом Бертольду стало плохо, и мы приводили его в чувства.       — Так, новички, не расклеиваться, — скомандовал куратор. — Вы завершили курс тренировок и успешно сдали все экзамены. Теперь вы — полноправные солдаты. Постарайтесь не ударить лицом в грязь!       Райнер нашел глазами Марту и подбежал к ней сразу, как только построение закончилось. Девушка усердно пыталась заменить баллон с газом на своем УПМ, но трясущиеся руки мешали ей сделать это. Нежно прикоснувшись к ее ладони, блондин ловко закрепил баллон на нужном месте и посмотрел Марте в глаза. В них выражалось лишь одно чувство — страх, почти животный ужас от того, что их ждет.       — Все будет хорошо, — уверенно проговорил Райнер. — Держись рядом с товарищами и не геройствуй почем зря.       Сдавленно кивнув, Марта встала на цыпочки и обняла блондина. Райнер вдохнул запах ее волос и, немного отстранившись, поцеловал в лоб.       — Если мы переживем этот день, я согласна ехать, — уверенно сказала она. — С тобой и Бертольдом, в вашу родную деревню.       Глаза Райнера засияли, а сердце забилось так быстро, словно готово было выпрыгнуть из груди. Теперь он может не бояться, что, если сегодняшний их с Бертольдом и Энни план сработает как надо, он потеряет Марту навсегда. Счастье накрыло парня с головой. Он представил, как привозит девушку в родной Либерио, знакомит с семьей, помогает ей освоиться с жизнью в более развитом государстве.       Последние недели он всеми силами отгонял от себя навязчивые мысли о том, что Марта была с ним, не зная о нем всей правды, и что, когда наступит нужный момент, она наверняка попытается убить его. Ему хотелось верить, что девушка все простит, как только он ей объяснит причину своих поступков. Главное — убедить ее покинуть остров вместе с ним, а дальше он что-нибудь придумает.       Его определили в 32-й отряд вместе с Бертольдом, Энни и еще парой ребят, имени которых он не запомнил. Райнера назначили командиром группы, и первым его указанием было — не рисковать лишний раз. К счастью, титанов на их стратегической позиции оказалось не много, и Бертольд на пару с Энни даже сумели завалить одного пятиметрового.       Спустя несколько часов с начала эвакуации жителей Троста газ в баллонах кадетов почти закончился, и им пришлось направиться в штаб для дозаправки. Заметив по дороге большую группу ребят из других отрядов, Райнер скомандовал своим товарищам приземлиться около них. Среди кадетов он заметил Жана, командующего группой, в которую входила Марта. Самой девушки нигде не было видно.       Подавив в себе беспокойство, вызванное отсутствием Марты среди собравшихся, Райнер подошел к Жану, что не отрывал взволнованного взгляда от облепленного титанами здания штаба и нетерпеливо спросил:       — Жан, ты не видел Марту? Вы с ней, кажется, в одном отряде были.       Парень словно пробудился от кошмарного сна и посмотрел на него извиняющимся взглядом.       — Прости меня, Райнер, — начал он. Сердце блондина рухнуло в пятки. — Я… я не смог… Они прикрывали отступление, и что-то случилось. Я не знаю, где они. Кажется, — Жан прикрыл уши ладонями и опустился на колени, — их сожрал титан! Марту и Рут! Они мертвы, Райнер! Из-за меня они погибли!       Сотрясаясь всем телом, Жан не нашел в себе сил взглянуть на собеседника. Курсанты вокруг с ужасом наблюдали за разворачивающейся сценой. Райнер бесстрастно выслушал исповедь товарища. Лишь сжатые до белых костяшек кулаки выдавали его чувства.       — Я тебе не верю, — процедил он.       В следующую секунду, Райнер схватил Жана за куртку, поднял над крышей и встряхнул, будто намеревался выбить из парня всю душу. Блондин яростно заглянул в его мокрые от слез глаза и закричал:       — Она не умерла, слышишь ты, ублюдок! Где ты в последний раз ее видел?! Отвечай!       Шокированный реакцией Райнера, Жан стал бормотать себе под нос что-то невнятное. К ним тут же подскочил Бертольд и положил руку на плечо друга.       — Пожалуйста, отпусти его, Райнер, — осторожно попросил он, но Брауну было наплевать на его слова. Ему нужно было лишь одно — информация, и как можно скорее.       И все же, прислушавшись к другу, Райнер поставил нервно глотающего воздух Жана на ноги и снова, но уже намного слабее, встряхнул его за плечи. Тот, справившись, наконец, с нахлынувшими эмоциями, нашел в себе силы тихо ответить:       — Два квартала на юго-запад. Возле церкви.       Подбежав к краю крыши и выпустив тросы из УПМ, он сломя голову помчался туда, где, возможно, нуждалась в помощи Марта. О том, что она погибла не могло быть и речи — она отличный боец и не стала бы очередной закуской для титанов. Возможно, она ранена или у нее совсем закончился газ. Но она точно не умерла, он знал это, чувствовал.       Завидя вдалеке церковь Стен, Райнер чуть сбавил ход и осмотрелся. Около здания валялся труп небольшого гиганта с прорезанной шеей. А на одном из парапетов, глядя в сторону пробоины в стене, стояла маленькая фигура девушки, освещаемая солнцем. Сердце Райнера радостно затрепетало. Это была Марта.       Приземлившись на крышу церкви неподалеку от девушки, Райнер радостно побежал в ее сторону.       — Ты жива! — крикнул он, но Марта не обернулась.       Она продолжала завороженно глядеть на дыру в городской стене и даже не подала виду, что услышала его. Райнеру это показалось странным. Чуть сбавив ход, он осторожно приблизился к девушке.       — Марта, ты в порядке? — настороженно спросил он.       Сильный порыв ветра трепыхал плащ девушки с эмблемой кадетского корпуса. Окровавленными руками она сжимала рукоядки клинков, будто готовилась к нападению. Алые капли стекали с ее пальцев на крышу церкви.       — Рут Кляйн сожрал титан, — безэмоционально ответила Марта и медленно обернулась на приблизившегося парня. На ее лице появилась хищническая улыбка. — Но я отомстила за нее.       Посмотрев туда, где валялся труп поверженного гиганта, она полной грудью вдохнула теплый летний воздух. Райнер подумал, что никогда еще не слышал столько ненависти в ее голосе. С девушкой явно было что-то не так.       — Ты молодец, — осторожно начал юноша, кладя руку на плечо девушки. — Но нам нужно выбираться отсюда. Скоро дадут сигнал к отступлению.       Вздрогнув, Марта сначала медленно посмотрела на его ладонь, а затем прямо в глаза. Столкнувшись с горящим каким-то кровожадным огнем взглядом, Райнер убрал руку с ее плеча.       — Уходи без меня.       «Да что с ней такое?» — подумал юноша и снова попытался убедить девушку присоединиться к остальным:       — Ты меня вообще слышала? Город эвакуирован, нам надо отступать к штабу!       Раздраженно выдохнув, Марта серьезно ответила:       — У меня со слухом все в порядке. Говорю же, отправляйся один. А я останусь здесь и буду ждать.       Подумав, что Марта просто находится в сильном шоке после смерти товарища и первой битвы с гигантом, Райнер удивился:       — Ждать чего?       — Когда он появится, конечно же. Бронированный титан, — на последнем слове девушка сжала кулаки и лицо ее приняло яростное выражение. — Я чувствую, будто он уже где-то рядом, словно стоит у меня за спиной и готовится напасть.       Райнер попятился, а руки его затряслись. Будто непроницаемая ширма только что спала с его глаз, и он осознал, в какую ловушку загнал себя и ее. От былой радости из-за того, что девушка согласилась отправиться с ним на его родину, не осталось и следа. Наконец, он смог увидеть более реалистичное будущее их отношений: она узнает, кто он на самом деле и тут же возненавидит. Она попытается убить его и готова будет отдать свою жизнь за это. Ему придется помешать ей, и тогда все будет кончено. Его жизнь будет кончена.       Схватившись за голову, Райнер отвернулся от девушки и посмотрел на небо. Большая черная птица кружила над его головой, словно предвещая неизбежность трагического исхода. Внутренний голос, который он так долго заглушал и прятал на задворках сознания, вырывался наружу в желании захватить его разум.       Нет, он не сдастся. Он обязательно найдет выход, он сможет ей объяснить. Она ведь так ему дорога, и он был уверен, что тоже ей дорог. Сейчас не время и не место думать о том, что она сделает, когда все узнает. Его главная задача — вытащить девушку живой из этой мясорубки, а там уже видно будет.       Взяв себя в руки, Райнер решил вновь попробовать привести Марту в чувства. Приблизившись к ней, он резко схватил ее за плечи, повернув к себе, и воскликнул:       — Да послушай же меня! С чего ты вообще взяла, что он сегодня появится? И как ты собралась с ним бороться, если у тебя газ почти на нуле?!       Равнодушно взглянув на свой УПМ, Марта выдохнула:       — Что-нибудь придумаю.       — Что-нибудь придумаешь? — нервы Райнера не выдерживали. — Очнись ты уже, наконец! Даже если ты сможешь подобраться к нему, одной тебе его не одолеть! У него все тело покрытой броней, которую лезвиями не пробить!       — Откуда ты знаешь? — удивилась Марта. Хоть какая-то эмоция.       — На теоретических занятиях слышал, кажется, — поспешил оправдаться парень, поняв, что сболтнул лишнего. Девушка задумалась о его словах.       — Что-то я не припомню, чтобы инструктор нам о таком говорил, — медленно проговорила она.       Внезапный звон колокола, оповещающий об окончании эвакуации и начале отступления, взбудоражил пару. Они синхронно посмотрели в сторону стены Роза, а затем, устало прикрыв глаза и приложив ладонь ко лбу, Марта пробормотала:       — Чего это я… Совсем уже помешалась, — взгляд девушки стал более осмысленным и серьезным. — Ты прав, нужно выбираться отсюда. Поспешим скорее к остальным!       Удивившись столь резкой смене настроения подруги, Райнер сконфуженно проследил за тем, как она выпускает тросы из УПМ и последовал за ней в сторону квартала, где сосредоточились другие выжившие курсанты 104-го кадетского корпуса. Ребята все так же стояли на крышах и обдумывали возможные варианты отступления.       Пара была встречена радостными возгласами товарищей. Пораженный до глубины души Жан тут же принялся обнимать Марту и даже поцеловал ее в щеку — настолько рад он был видеть ее живой и невредимой. Игнорируя в себе легкий укол ревности, Райнер стал осматриваться, изучая ситуацию вокруг.       Судя по всему, в штаб сейчас было не пробраться — титаны окружили его со всех сторон и наверняка заполонили нижние этажи. Других хранилищ в городе больше не было, а на то, чтобы добраться до стены, многим не хватит запасов газа. Казалось, надежды на спасение нет.       На крышу легко опустилась Микаса, которую изначально назначили в группу опытных солдат для помощи в организации эвакуации мирных жителей, Райнер прислушался, о чем она разговаривала с Армином. Мальчишка сидел в углу и трясся всем телом. Внезапно он закричал:       — В команде стажеров номер тридцать четыре, в нашей команде… Томас Вагнер, Нак Тиас, Миллиус Зельмски, Мина Каролина и Эрен Йегер. Эти пятеро… геройски погибли, исполняя свой долг!       Лицо Армина было залито слезами. Все вокруг ошарашенно глядели на него. Паренек продолжил рассказывать о том, что произошло, извинялся перед Микасой, не в силах унять истерику, а Райнер не мог поверить тому, что услышал. За три года учебы он успел подружился с Эреном и искренне верил, что этот парень крепче, чем кажется. Он так жадно цеплялся за свою безумную мечту истребить всех титанов и стать свободным, что просто невозможно было поверить словам Армина. Неужели Эрен Йегер и правда мертв?       Около Райнера послышался тяжелый вздох. Марта яростно смотрела на Армина и Микасу и сжимала все еще красные от титанической крови кулаки. В эту секунду он понял: она не отступит, теперь уже точно. У них двоих никогда не было будущего.

***

      Было решено выдвинуться в сторону штаба и попытаться пробиться через полчища титанов. Потеряв нескольких товарищей, курсанты все же чудом сумели добраться до газохранилища. Не обошлось тут без помощи странного гиганта, который, совершенно не обращая внимания на людей, убивал других титанов, что было необъяснимо, но очень к месту.       Очистив хранилище от трехметровых особей, выжившие ребята стали заправлять свои баллоны и обсуждали будущий план действий. Но Марта в обсуждении не участвовала. Ее мысли занимал тот необычный титан, что помог им прорваться в штаб и отвлек на себя других монстров. Что-то удивительное и знакомое было в нем, особенно в его глазах. Слишком уж человеческими они были.       — Как думаете, тот титан еще жив? — осторожно спросила Саша, закручивая вентель на своем баллоне. — Не похож он был на обычных.       — Как по мне, так он просто поехавший какой-то, — отозвался Конни. — Может он просто тупой, раз его люди не интересуют?       — Вы вообще, ребята, что-нибудь про этого титана знаете? — раздался настороженный голос Райнера, который уже заправил свои баллоны газом и дожидался, пока остальные закончат. Курсанты переглянулись. Никто из них никогда прежде не видел этого титана.       Закончив заправлять свои баллоны, выжившие курсанты все вместе ринулись в сторону стены Роза, чтобы покинуть осажденный титанами город. Но далеко не все не спешили уходить так быстро. Микаса стояла на крыше здания у штаба и с трепетом что-то разглядывала. Некоторые ребята, включая Марту, направились к ней, чтобы узнать, за чем она так пристально наблюдает. Оказалось, что ее внимание было целиком поглощено довольно жуткой картиной: того странного титана пожирали свои же сородичи, накинувшись на него толпой.       Микаса предположила, что, узнав тайну этого титана, они могли бы найти выход из их безнадежного положения. Райнер тут же положительно отозвался об ее идее, предложив ему помочь и убить гигантов вокруг него, в то время как Жан запротестовал, мечтая поскорее оказаться в безопасности. Но Марта будто и не слышала их бурных обсуждений. Воспоминания из детства стояли перед ее мысленным взором. Голова заболела от напряжения. Девушка инстинктивно приложила ладонь ко лбу и попятилась.       Она бежит. Нет, он бежит. Мальчик с волосами цвета пшеницы несет ее на своих плечах, пока она из последних сил старается не отпустить его шею. Ей безумно хотелось в последний раз заглянуть в лицо своему ужасу. Марта медленно оборачивается и видит, как огромного, покрытого броней титана пытаются сожрать другие, обычные особи. Она знала, что он отличается. Она видела его секрет.       Сильные руки подхватили потерявшую равновесие Марту. Она открыла глаза и сквозь слепящее солнце увидела усыпанное веснушками лицо Марко.       — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он, помогая девушке встать.       — Да… кажется, — пробормотала Марта. Она вновь взглянула на того странного титана.       Он одним яростным движением вырвался из окружения пожирающих его сородичей и с отчаянным ревом помчался в сторону другого приближающегося гиганта. Лишившийся рук, он схватил соперника за шею зубами и, подняв над землей, бросил в сторону титанов, преследовавших его. Издав свой последний исступленный крик, он упал на живот и застыл.       — Похоже, он выбился из сил, — предположил Жан, собираясь уходить и призвав остальных последовать его примеру.       Но остальные ребята не могли оторвать удивленного взгяда от девианта. Над его шеей клубился пар, а из того места, которое обычно солдаты прорезали, чтобы убить, медленно поднялось тело юноши. Это был Эрен Йегер.       Зажав рот рукой, Марта потеряла дар речи. Неужели то, что она видела в детстве — как из Бронированного титана выбирался живой человек, было правдой? Ей не показалось, не приснилось в бреду из-за травм. Всё это время она знала об истиной природе того монстра, но все вокруг убеждали ее в том, что она ошибается.       Слезящимися от осознания и нахлынувших чувств глазами, Марта вглянула на Райнера, наблюдавшего за всем происходящим издалека. Юноша также обернулся на нее, но смотрел не удивленно, а настороженно.       — Я знала, — прошептала девушка.       — Знала? — переспросил Марко, все еще стоявший к ней ближе остальных ребят.       Наблюдая за тем, как Микаса и Армин ринулись на помощь Эрену, торчащему из титана, Марта выпалила:       — Когда я была ребенком, я своими глазами видела, как из шеи Бронированного титана вылез человек, но мне никто, совершенно никто не поверил! Послушай, — девушка схватила опешившего товарища за руки, — я думаю, этот титан и Эрен — такие же, что пробили стену Мария когда-то. Все это время, Марко, Бронированный и Колоссальный титаны тоже управлялись людьми!

***

      «Идиот!»       Удар кулаком о кирпичную стену амбара.       «Мудак тупой!»       Еще один удар.       Райнер не мог сказать, сколько длилась эта односторонняя баталия, но руки его уже были разбиты в кровь.       Курсанты только что вернулись из Троста и были временно размещены в ближайших к воротам стены Роза зданиях. Райнер тут же ушел подальше от своих товарищей, чтобы поразмыслить над сложившейся ситуацией. А складывалось все далеко не лучшим образом. То, что случилось в Тросте, еще не успело стать достоянием общественности. Военные из гарнизона забрали Эрена вместе с Микасой и Армином, чтобы решить их судьбу. Очевидно, что шансы Йегера остаться в живых были крайне малы.       Кто бы мог подумать, что именно такой человек, как Эрен, окажется титаном? Несдержанный, бездарный, зазнавшийся мальчишка, который чуть не погиб в первом же своем бою и остался в живых лишь благодаря случайности. Знал ли он о своих способностях прежде? Парень не был похож на того, кто умеет мастерски скрывать свою истиную сущность.       Что им теперь делать? Они не ожидали, что за стенами живет еще один титан, кроме Прародителя. Это было проблемой и нарушало все планы. Если Титан-прародитель знал обо всем с самого начала и специально отправил Эрена в бой, чтобы прикрыться им, то шансы на то, что он вылезет из своего укрытия, стремились к нулю.       Снова ударив о стену кулаком, Райнер сполз по ней вниз. Опустившись на колени, он зажмурился от боли и отчаяния.       Нужно было захватить Эрена и допросить. А лучше — захватить, привезти в Марлию и, разузнав все, повторить операцию. Но самым идеальным вариантом было взятие в плен Эрена и гиганта королевской крови. То, что паренек таким не являлся, было неоспоримо. Что он там рассказывал о своей семье? Отец — простой врач из Шиганшины, а мать — домохозяйка? Вряд ли королевская семья стала бы отправлять Титана-прародителя так далеко на границу.       Тихонько стуча каблуками по каменному полу амбара, кто-то вошёл внутрь. Поняв, что больше здесь не один, Райнер вскочил на ноги, встречая незваного гостя.       — Что-то случилось? Ты так быстро убежал после того, как мы выбрались из города.       Зря она пришла. Он знал, что как только Марта увидела Эрена внутри гиганта, пазл в ее голове моментально сложился. Райнер видел это в ее глазах — она все поняла о сущности Бронированного титана. Ей оставалось лишь рассказать обо всем командирам, упомянув о своём чудесном спасении, чтобы те начали копать сначала под него, а затем под Бертольда и Энни. Он был удивлён тому, как она сама не догадалась, что это именно он был Бронированным титаном. Возможно, сильные чувства не давали ей даже помыслить в подобном ключе.       — Мне нужно было прийти в себя, — отозвался Райнер. — Возвращайся к остальным, а я скоро догоню тебя.       Но Марта и не думала уходить. Она так серьезно посмотрела на него, что Райнер испугался: неужели он ошибся, и она всё-таки раскрыла его секрет?       — Я давно хотела тебя спросить, — уверенно начала она. — В тот день, когда ты меня спас в Шиганшине, ты ведь тоже был неподалёку от Бронированного титана, когда стену пробили?       Все нутро юноши сжалось от ужаса. Сейчас она скажет ему о том, что видела его, и все будет кончено. Стараясь не выдавать своих эмоций, Райнер неосознанно представил, как ему приходится заставить ее замолчать. Лоб покрылся испариной. Сдержанно кивнув, он услышал:       — Тогда ты мог видеть, как из его шеи вылез человек.       Это было что-то среднее между вопросом и утверждением. Молчание затянулось, и Марта стала подходить ближе, заведя руки за спину.       — То, что мы видели сегодня, то, что случилось с Эреном — это все подтверждает правдивость того, что я видела пять лет назад. Я хочу рассказать об этом высшему командованию, но для убедительности истории мне нужен свидетель. Если ты что-то видел, — Марта подошла совсем близко и словно пыталась заглянуть своими большими зелёными глазами прямо в душу Райнера, — прошу, скажи мне сейчас.       Не сумев выдержать столь долгий и пристальный взгляд, Райнер отвернулся и посмотрел на вилы, торчащие из горы сена.       — Я ничего такого не видел, — сухо ответил он. — И мне кажется, что твоей истории не поверят.       Взгляд Марты стал кровожадным, словно она снова стоит на крыше церкви Стен, предвкушая битву всей своей жизни.       У Райнера и так было мало времени, чтобы провернуть дело по захвату Эрена и Титана-прародителя, а из-за ее рассказа его может стать еще меньше. Нужно было что-то предпринять, но в голову не приходило ни одной толковой идеи. Райнера бесила эта выученная беспомощность. Если бы только она не была для него так важна, он бы не задумываясь убил ее, но теперь даже сама мысль об этом была противна ему.       — Что с твоими руками? — внезапно выпалила Марта. Она прикоснулась к его окровавленному кулаку и осторожно его погладила.       Повинуясь внезапному порыву, вызванному то ли злостью на самого себя, то ли нежностью от ее заботы, Райнер приобнял девушку и, стремительно развернув, прижал к стене.       — Ты чего? — испуганно спросила она, сжавшись так, словно ожидала удара.       Из-за разницы в росте Райнеру пришлось наклониться, чтобы прошептать ей на ухо:       — Когда я сегодня увидел тебя, живую, стоящую на крыше той церкви, мне захотелось затащить тебя в неё, сорвать с тебя всю одежду и расцеловать каждый сантиметр твоего тела.       Он слышал, как прервалось ее дыхание. Райнер коснулся пальцами ее ключиц под рубашкой и, прорисовав дорожку вдоль выделяющегося на фоне бледной кожи шрама, слегка надавил ладонью, почувствовав, как пульсирует артерия на ее шее. Заметив, как робеет Марта каждый раз, когда он видит ее шрам, Райнер прошептал:       — Ты очень красивая. Каждый. Сантиметр. Твоего. Тела. Прекрасен, — отчеканил он, покрывая поцелуями ее шею слева.       Не выдержав сладостного напряжения, девушка обхватила руками плечи Райнера и прижалась к нему все телом.       — Только позволь мне, — выдохнул он и, дождавшись короткого кивка, поцеловал ее так, как давно хотел, но никогда не делал.       Он до боли кусал ее губы, чувствуя их железный привкус на своём языке, покрывал требовательными поцелуями ее фарфоровое лицо, тонкую шею, ямочку между ключиц.       Дрожащими пальцами он стал развязывать шнуровку на ее рубашке, не давая их губам отдохнуть. Щеки Марты вновь смущённо зарделись, и это ещё сильнее возбуждало Райнера. Он уже почти справился с узлом на одежде, как вдруг девушка тяжело выдохнула и попыталась отвернуться.       — Нас могут увидеть, — простонала она.       Пальцы Райнера замерли. Он зажмурился, пытаясь справиться с собственными желаниями, и поцеловал Марту в щеку. Подняв ладони в примирительном жесте, Райнер отступил на несколько шагов. Девушка благодарно посмотрела на него.       — Спасибо, — выпалила она, завязывая рубашку.       Это удивило Райнера:       — За что ты меня благодаришь?       — За то, что не стал настаивать, — робко ответила Марта.       — Я бы никогда не сделал ничего против твоей воли, — заверил ее Райнер, приблизившись и коснувшись ее щеки.       Покраснев, Марта несколько раз тяжело выдохнула, а затем, поправив привычным движением косу так, чтобы прикрыть шрам на шее, улыбнулась и вышла из амбара. Оставшись в одиночестве, Райнер удовлетворенно прикрыл глаза, вспоминая вкус ее горячих губ. Его путешествие по собственной памяти прервал презрительный женский голос, звучавший из другого конца здания:       — Ну и ублюдок же ты.       Дальше события развивались стремительно. Выбежав из темноты, девушка одним мощным ударом ноги, пришедшимся прямо в левую скулу Райнера, уронила его на пол. Опешив от столь внезапного нападения, юноша не смог даже ничего сказать своей противнице. Подумав, что она наверняка выбила ему пару зубов, Райнер медленно поднялся и в ту же секунду получил ещё один удар — коленом в живот. Тело разрывалось от боли. Блондин снова упал на холодный пол, но на этот раз не стал вставать, глотая окровавленным ртом прохладный вечерний воздух.       — Ты хоть представляешь, что натворил? Она видела тебя пять лет назад, вылезающим из тела титана, а ты ее спас и даже ничего нам об этом не сказал? И вместо того, чтобы решать проблему, ты зажимаешься с нашим врагом по всем углам? — прошипела блондинка, нависая над приходящим в себя парнем.       — Завидуй молча, Энни, — с ухмылкой прохрипел Райнер.       Получив ещё один слабый удар в колено, юноша сжался всем телом. Он чувствовал себя невероятно слабым сейчас, и принимал все эти удары как должное, потому что знал — он все это заслужил.       — Ты мне противен, — процедила Энни с отвращением. — Если не придумаешь, как нам выбраться из этого дерьма, я клянусь, что вернусь на родину вместе с Бертольдом, оставив тебя здесь помирать.       Бросив на Райнера последний, полный ненависти взгляд, она прошла мимо него к выходу.       — У меня уже есть план, — сиплым голосом поспешил заверить ее юноша. — Мы захватим Эрена Йегера любыми способами, но не вернёмся домой с пустыми руками.       — А с ней ты что собрался делать? — раздраженно выдохнула Энни.       — Она не станет проблемой, поверь мне.       Ничего на это не ответив, Энни ушла, оставив Райнера приходить в себя в одиночестве. Он пообещал, что разберется с Мартой, но, честно говоря, понятия не имел, что ему со всем этим делать.