переживания

      Мия растерянно осматривает свой класс, собираясь уже выходить из него, задержавшись только чтобы сложить учебники в свою сумку. он немного тормозит, замирает и тяжело вздыхает. громкий шёпот за спиной кажется уже невыносимой пыткой. девочки собираются в маленькие кучки, пытаясь как можно тише что-то обсуждать, но получается так себе. так лживо и отвратительно. слухи всегда распространялись по миру с огромной скоростью, стоит одному человеку открыть рот. но закрыть его уже не смогут и сотни людей. уже неделю это место холодит кожу, заставляет смотреть на каждое окно с ужасом, каждую кабинку туалета обходить стороной и ронять беззвучные слёзы на спорт площадке или любой перво-попавшейся улице, провожая взглядом белые завязанные ленточки на столбах, ветках и балконах. уже неделю подростков призывают не молчать, предпочитая высказываться уже стоя на краю моста, подоконника, перед тем как перейти дорогу на красный, повиснуть под красиво цветущим деревом или уснуть не просыпаясь. вечно молодые. в груди неприятно тянет, болезненно покалывая, будто бы это ты во всём этом виноват. в каждой белой ленточке, что теперь украшают каждый угол. призывают молчать до последнего, держать всё в себе, публикуя провокационные публикации в интернете на страницах социальных сетей, молчать, ничего не говоря родителям или знакомым, молчать пока говорить будет бесполезно. брюнет отдергивает себя, забирая скейтборд со своего шкафчика, меняя сменную обувь на уличные кроссовки, накидывая поверх рубашки свободную темную толстовку. он поправляет резинку в волосах низкого хвоста, спускаясь вниз по лестнице. — говорят, она тоже сделала это. так по-идиотски. — о, да? в её стиле. вероятно, хайп хочет споймать на этом. юноша зелёные глаза раскрывает удивлённо, останавливаясь перед тем как выйти с учебного учреждения. он поворачивается, сжимая в руках шершавую поверхность доски. его одноклассники никогда не отличались умом, а уж тем более не собирались слушать кого-либо. допустим, такого как сам Тинен. губы поджимаются в бледную полоску, ведь хочется кричать. это же была их одноклассница, улыбчивая, вечно рисующая на партах и покупающая газировку в железных банках в магазинчике напротив школы. брюнет не общался с ней и имени её не знал, однако не редко передавал через парту небольшие записки с ответами на контрольные работы или одалживал свои ручки. это же их, чёрт возьми, одноклассница, которая в какой-то момент не выдержала, переступив через забор крыши школьного здания. как только язык мог повернуться в сторону.. погибшего? Мия видел как вместе с ней падали нежно-розовые лепестки сакуры, осыпаясь на землю. в его глазах до сих пор, все эти два дня стоит ужас, мысли нормально не стыкуются, а сон отказывается нормально идти и дать напряжённому организму отдохнуть. ему хочется подойти и замахнуться, хочется прижать к стене за ворот рубашки и хорошенько приложить к дверце железного шкафчика. хочется поставить мозги на место. но, «чего нет, того нет, Мия. тебе не обязательно зацикливаться на ком-то. тебе не нужна вся эта информация, кроме той, что ты умнее всех их вместе взятых.» – слова рыжего парня очень часто крутятся в его голове, не смотря на их содержание и размер. Реки умел успокаивать, пускай и ненадолго в определённых моментах, но он всегда, сколько они знакомы, приходил по первой просьбе, по первому короткому сообщению или маякнувшему вызову. если ему нужна помощь или поддержка, он её получает. и это не эгоизм. это даёт понять, что он любим, что кто-то дорожит его вниманием и просьбами, что кто-то готов приехать поздно вечером и гулять до утра по парку держась за руки. это греет душу. греет душу то, что есть человек, готовый пойти на многое ради него самого. и Тинен с таким удовольствием всегда отдавал свои чувства, заботу, всегда отдавал себя и свою любовь в замен. нет, даже не так. делился всем тем, что было у него самого. — тише, успокойся.. – шепчет себе под нос, делает глубокий вдох и негромкий выдох, толкая дверь ладонью, чтобы наконец-то выйти на свежий воздух. в голове сбился счётчик того, сколько ровесников скейтбордиста потерял их город за одну неделю. — они просто придурки, просто придурки.. да. зеленоглазый опускает голову, смотря под ноги, оттягивая лямку сумки через плечо. его рука тянется в карман за телефоном, а разблокированный экран оповещает о двух новых сообщениях. одно от его неудачника, другое от друга его неудачника. Реки «крошка, я сегодня немного не успеваю зайти за тобой, поэтому тебя встретит Ланга, чтобы тебе не было скучно, ладно? зайди ко мне после школы, если ты не занят.» на самом деле они оба знают, что мальчишку со школы забирают вовсе не из-за того, что ему скучно. Каян вежливо и очень серьезно попросили родители Мии, сильно обеспокоившись нынешней ситуацией, побоявшись что и их сын не выдержит. даже на ночёвку к Реки отпускали только под строгим контролем, а про трассу S речи вообще не шло. однако это немного задевало юношу, ведь, о своих проблемах он никогда не молчал, высказывался как есть, иногда, в порыве эмоций не всегда следя за тем, что говорит. но ещё ни разу его не осудили за это. у него был стимул продолжать взрослеть, любимое занятие и люди для которых он стремится быть лучше. да, бывало что стресс порой заглатывал целиком и полностью, вынуждая закрываться в своей комнате, прятаться под одеяло и приглушать всхлипы подушкой, мелко содрогаясь от страха, что из-за его проблем или каких-то трудностей, что атаковали так внезапно, всё пойдёт не так и от этого кому-то будет хуже. страшно, что возможно, всё-таки получится себя сломать. но сломать себя ему ещё не удалось. было время, когда казалось всё просто не выносимым. когда болела голова, когда было невыносимо смотреть в учебники, становится на скейтборд, играть в видеоигры, о чем-то думать или ходить на улицу. он тогда закрывался дома, никого не впускал, отключал телефон и доставал плеер с наушниками. две недели Тинен не видел ничего кроме четырёх стен собственной спальни, уткнувшись в свои колени. тогда хотелось немедленно покончить с этим, ведь даже ночью тревога не покидала его, и юный организм просто не выдерживал. и только когда к нему вломился обеспокоенный Реки, весь растрёпанный, наспех одетый, видимо с утра пораньше нервы сдали, то он понял, что слишком многое потерял за эти две недели. понял, что не стоит одному решать свои проблемы, а иногда делиться ими с кем-то, кому доверяешь. — завис всё-таки. – рядом внезапно оказывается высокий светловолосый парень, добродушно улыбаясь. — что-то случилось сегодня? как себя чувствуешь? Ланга берёт его за локоть, неспеша направляя к тропинке к воротам. он сегодня более бодрый, видимо выспался за долгий промежуток отдохнув от учёбы. — нет, я в порядке. – брюнет мотает головой, вздыхая. он мягко, успокаивающе улыбается, ведя плечом, чтобы поправить собравшуюся неприятной гармошкой под плотной тканью верхней одежды. — а ты сам как? чем занят так Реки? не похоже на него. Тинен ступает на бордюр, переставляя аккуратно ноги, балансируя, как в детстве. как совсем недавно, беззаботно ступая на тропинках в парке, крепко держась за чужую широкую, сильную ладонь. — он задержался на парах, не сделал домашку и теперь у него проблемы. остался на дополнительные. но это стоило его расстроенного и одновременно ошарашенного выражения лица. как он не хотел оставаться там, это да. – Хасегава усмехается добродушно, потрепав младшего по макушке, зачесывая отросшую чёлку назад, под тихий, недовольный бубнеж. канадец был их общим другом-советником. всегда на обеих сторонах, всегда во всём в курсе и всегда сразу отвечает на два потока бесконечных сообщений с просьбой о совете, помощи и просто поддержки в том или ином случае. они очень дорожили их общим другом-советником. — как всегда безответственен. ничего нового. – это звучало бы безразлично, если бы не лёгкая улыбка на розовых, мягких губах. — ты как всегда прав. даже оспорить нечего. голубоглазый скейт на землю ставит, когда они выходят на ровную дорогу, ведущую вниз по безлюдной улице, на которой прямо распологался дом Реки, а чуть дальше – Ланги. они оба стартуют одновременно, отталкиваясь от земли. переглядываются мимолётно, кивнув друг другу и поочередно делают невысокое олли на тротуар, когда рядом проезжает черная машина. Мие Ланга нравится. как человек, как близкий. юноша не особо был скуп на похвалу, но именно этому старшему он доверял так же как и рыжему бойфренду, иногда позволяя себе пожаловаться после школы, зайдя на обед или позвонить вечером, чтобы спросить что именно могло бы понравится их скейтеру. Мие нравится иногда вредничать и вместо прогулок с Реки гулять с Лангой. нравится когда его расспрашивают о чем-то, иногда смущая, нравится самому спрашивать о чем-то, что заставляет смущаться. но он никогда этого не признает. — ты какой-то тихий сегодня. я понимаю, тебе страшно, хотя, ты ведь даже не знаешь их. – задумчиво проговаривает светловолосый, поправляя пластырь на своей щеке. — но не стоит напрягать и тревожить себя. ты не сможешь остановить это, как бы ты не кричал, как бы ты не плакал и не убивался ради того, что тебя хотя бы кто-нибудь услышит. общество устроено именно так. они слышат только то, что причинит вред не только им, но и другим, но никогда не услышат, что полезно будет и им и другим. — я понимаю, просто.. – Тинен не заканчивает. нижнюю губу прикусывает, опуская взгляд. сноубордист прав, постоянно прав, касаемо каких-то глубоких размышлений. а его зеленоглазый партнёр не любил так долго и много думать, однако поддержку отдавал точно такую же, только немного больше. обнимая, гладя по спине, целуя в румяные щёки, шепча на ушко что-то забавное и ласковое, накрывая одеялом и укладывая спать. казалось, они поочередно жили друг у друга. — скоро кто-то это остановит. кто-то более влиятельный, постарше. не знаю, я не думал об этом. я только знаю насколько же больно терять близких. и мне жалко родителей погибших детей. какого же больно будет потерять того, кого сам же произвёл на свет. Хасегава голову ненадолго запрокидывает, и останавливается у знакомого забора, притормозив и младшего, который снова задумался. — Мия, приходи потихоньку в чувства, а то Реки голову сломает. и поспите оба, вам не помешает. – парень улыбается, говорит, что заходить не будет и машет рукой на прощание, вновь встав на свою доску. — я запомню. удачи. – брюнет проходит в цветущий двор, ступая на каменную тропинку. он стучит в дверь предупредительно, после чего входит в коридор, снимая обувь и ставит скейтборд возле массивного шкафчика, — здравствуйте! это Мия. мальчишка направляется на кухню, где хлопочет милая женщина в фартуке и недавно пришедший Каян, что улыбается широко, вставая со своего стула, чтобы пойти ему на встречу. — привет, крошка. — ох, здравствуй, Мия. – одновременно проговаривают хозяева дома, после чего рыжий получает несильный подзатыльник. — не смущай его с самого порога, кто тебя учил этому? мама студента ворчит несерьёзно, глаза закатывает, но не сдерживает не громкого смешка, когда парни скрываются на лестнице ведущей на второй этаж. она никогда не была против подобного выбора сына, в последствие чего очень сдружившись с родителями младшего. она помнит как была удивлена, когда её сын привёл знакомиться к ней четырнадцати летнего Тинен, сказав, что у них довольно серьёзные отношения. серьезность их намерений на тот момент была сосредоточена на робких поцелуях по подворотням, пока никто не видит и ночным прогулкам время от времени. Каян тогда долго разговаривала с сыном и волновалась за то, что его партнёр ещё немного мал, что стоит быть аккуратнее, но её вовсе не разочаровали. обе стороны взрослых с настороженностью наблюдали за их развитием взаимодействий, не мешает ли это, в порядке ли они и всё в подобном духе. они действительно были счастливы за своих детей, когда они отпраздновали целый год отношений. а потом второй. и уже третий. мальчишки были очень ответственны. — прости ещё раз, что не получилось заскочить сегодня. – Реки неловко чешет затылок, присаживаясь на кровати, потянув на себя школьника, дождавшись когда тот снимет с себя сумку и толстовку. — в шараге задержали, такой кринж. — ага, мне Ланга уже рассказал, что ты не выполняешь домашнее задание. так интересно, где же ты пропадаешь? – лукаво усмехается зеленоглазый, обнимая парня чуть ниже плеч. — чем забита твоя голова? — тобой. – честно отвечает скейтер, одной рукой поглаживая аккуратную спинку через ткань рубашки. он вслушивается в умеренное дыхание в свою шею и благодарит всех известных ему людей, что ему досталось подобное сокровище. — если ты не забыл, то я не отлипаю от тебя ни на секунду в свободное время. поэтому ответ вполне очевиденен. — горе из тебя, а не романтик. – Мия глаза закатывает, вновь расслабившись. веки прикрывает, поглаживая кончиками пальцев песочное запястье. — что есть, то есть. ты не жалуешься, поэтому всё в порядке. – плечами пожимает, — слышал, что Черри писал? на S три новых ленточки. старший говорит это тихо, боясь вновь потревожить возлюбленного, зная его реакцию. но мальчик почему-то остаётся лежать на его груди, лишь сжимая его футболку. кареглазый к потолку голову поднимает, поджав губы. — слушай.. как думаешь, сколько ещё заберут подростковых душ? — мне не важно, главное, чтобы среди тысячи не было твоей. – признаётся Каян, сильнее сжав худое тело в своих объятиях. — я серьезно, котёнок. Мия, это самое последнее о чём я думаю. я беспокоюсь только о тебе и своих родных. ты тоже моя семья, часть моей семьи. они встречаются взглядом, а Тинен больно. больно, что он банально забывал об этом, забивая свою голову совершенно не тем. ему и вправду страшно, за то, что он сломается. но он не сделает это, пока его не сломает Реки. а им дорожат.