Волшебный танец

С войны прошло вот уже 5 лет. Знаменательная дата не правда ли? Да, для всех, это была по истине та дата, которую нужно было отметить. Вот только не для одного участника. Гарри Поттер, что сейчас занимал должность Главного Аврора, вздрогнул от приснившегося ему сна, открыл тяжелые веки. Иногда ему казалось, что лучше вообще не спать, чем делать то, что Гарри сам называл сном. Уставившись в потолок, Поттер думал о том, как его во всё это занесло. Он ведь даже не знал, чем ему заняться после войны, он никогда об этом не задумывался. У бывшего гриффиндорца даже не было какой-либо мечты. Всегда его кто-то или что-то отвлекало от мыслей о том, чего же хочет сам Национальный герой. Гарри уже тошнило от этого словосочетания, как и от «Золотого мальчика» или «Мальчика-который-выжил». Думая об этом, сам Поттер даже не заметил как скривился. После войны он так и не смог вернуться в Хогвартс, хотя Макгонагалл очень настоятельно рекомендовала окончить школу волшебства. Но Гарри не мог. Не мог он после всего пережитого вернуться и продолжать учёбу. Как ни крути, а профессора Снейпа там не было, как и Дамблдора. До сих пор Поттер чувствовал вину за смерть профессора. Он ведь многие годы обвинял Снейпа в причастности к своим неприятностям, хоть и оказалось, что тот пытался его защитить. Шипел время от времени? Так это из-за пережитого, да и для того, чтобы никто не понял его особенного отношения к Поттеру. На душе снова стало совсем тяжко, поэтому подавив тяжелый вздох, Гарри надел очки и поплёлся в ванную, но запнулся от разбросанных вещей и чуть не влетел в стену. Смачно выругавшись, Поттер осмотрел свою обитатель. Кругом царил полный беспорядок, как и в жизни хозяина данного дома. В самой спальне были разбросаны лишь вещи, а вот по всей гостиной упаковки от пиццы, ещё какой-то магловской вредной (что он узнал от Гермионы), но такой вкусной еды. Да уж, в последнее время он совсем был загружен работой, поэтому не мог даже дом привести в порядок, не то что свою жизнь. Скорее всего назревает вполне логичный вопрос... А что с Джинни и их «вечной любовью»? Как оказалось, им грядущая война вскружила голову. Джинни была влюблена в него с детства, так как кроме братьев почти ни с какими парнями не общалась, а Гарри стал тем самым «первым», в которого была возможность влюбиться. А Поттер, который всё время находился в семье Уизли, сам не понял, как начал что-то испытывать к Джинни. Однако очень даже вовремя, они поняли, что быть им вместе явно не суждено. Перегорело. Это была совсем не любовь, да и Джинни, как считал сам гриффиндорец заслуживала большего, чем он. Как только вернётся с этого званного ужина, обязательно наведёт тут порядок, - мысленно пообещал себе Гарри. На самом деле на этот самый ужин в честь победы уговорила его пойти Гермиона. Кстати, сейчас она была замужем за Роном, что вовсе не удивило Гарри. Было с самого начала понятно, что они будут вместе. И зачем только он повелся на провокации Гермионы в стиле «ты что, боишься что-ли?», теперь отдуваться, находясь в помещении с людьми, что считают Поттера чуть ли не святым. Спустя несколько часов Гарри осматривал себя в зеркале. Обычный чёрный костюм с белой рубашкой. Классика, но со вкусом. Осматривал вполне спокойно, но его нервное состояние выдавал глупая привычка поправлять очки. Конечно, он мог с помощью магии откорректировать себе зрение, но вовсе не хотел. Потому что без очков было совсем неуютно, как-то Гарри попробовал ходить без них... Ничего не вышло. Он чувствовал себя совсем голым. Так что он решил вернуть данную вещь на своё заслуженное место. Костюм сидел идеально. Волосы почти удалось уложить. Всё было в порядке. Он побудет там от силы час и сможет вернуться в свою скорлупу, тихо скорбя по всем смертям, которые принёс этот день пять лет назад. Поттер аппарировал в то место, где проходило торжество, недалеко от входа его ждали Гермиона и Рон, он поспешил к ним. -Привет, - как-то глупо было так здороваться, но если честно было абсолютно плевать. У Рона был бардовый костюм, а Гермиона была в невероятно красивом бордовом платье в пол. -Отлично выглядишь дружище, - поддержал Рон, протягивая руку в приветствие. -Спасибо, вы тоже сногсшибательны, - почти искренне улыбнулся Поттер, - Давайте уже покончим с этим. Гермиона, что обнимала Гарри, нахмурилась, а Уизли хмыкнул. Войдя в зал, Поттер невольно зажмурился, всё играло яркими красками, настолько сильно, что в глазах начало рябить. Светский вечер. Просто решили отметить победу. Завидев Гарри Поттера, все вдруг начали аплодировать. Раздражение захлестнуло Гарри с головой, только рука, Грейнджер-Уизли удерживала его от желания либо наброситься на толпу, либо сбежать прочь. Чуть ли не скрипя зубами от злости и досады, Поттер мысленно досчитал до 10, вошёл в зал, схватил у первого попавшегося официанта бокал шампанского и проглотил, буквально за два-три глотка. Всего лишь час. Ничего большего. В какой-то момент брюнету показалось, что этот вечер нацелен на проверку его нервов. Потому что министр решил проговорить речь благодарности Национальному герою, что так любезно спас весь магический мир. На что Гарри просто фыркнул, пропуская мимо ушей всю эту болтовню, лишь изредка кивая на риторические вопросы или на принесённые соболезнования за то, что ему пришлось пережить. Будто это что-то меняет. Примерно в этот момент взгляд Поттера упал на высокую фигуру, что стояло неподалёку от героя, и смотрела с некоторым раздражением. Малфой. Давно не виделись, - мысленно хмыкнул гриффиндорец. Глаза сами заскользили по фигуре блондина. Синий, явно очень дорогой костюм, который сидел просто отменно (наверняка был сшит на заказ) и глаза, что неотрывно смотрели в глаза Поттера. Последний оторвал от него взгляд и смущенно перевёл его на министра. -А теперь отпустим нашего Спасителя и станцуем! - чуть ли не пропел кто-то, кого Гарри не удостоил взглядом. Поттер уже направился к своим друзьям, когда на его плечо легла рука. -Потанцуем? - спросил ухмыляющийся блондин. А абсолютно растерянный Поттер просто кивнул. Драко повёл их к танцующим, положив руку на талию Гарри. Преимущество в росте было у блондина, но это вовсе не значило, что гриффиндорец станет ведомым. И почему никто не сказал, что будет так сложно. Драко вовсе не изменятся, будучи все тем же упрямым, не желающим сдаваться слизеринцем, но и Гарри упрямства не занимать. Они двигались по залу, борясь за ведущую роль. От обоих так и исходила волна ненависти друг к другу. Их тела были напряжены, но прижаты максимально сильно, не в силах оторваться, они продолжали хаотично передвигаться, играя друг с другом. То отдавая партнеру ведущую роль, до забирая её обратно. Вокруг так и чувствовалась напряженная атмосфера. Глаза в глаза, тело к телу. Темп то ускорялся, то замедлялся. Дыхание давно перестало быть спокойным. Воздух был один на двоих. Окончательно все мысли спутались. Любовь? Ненависть? Всё смешалось в один комок. Ноги уверенно продолжали ранее выученные движения. Они смотрели друг на друга и впитывали каждую чёрточку лица человека, стоящего напротив. Гарри жадно всматривался в серые, ледяные глаза, пытаясь прочесть мысли бывшего школьного врага. Его глаза напоминали туман, что по утрам сгущался по округе, глаза, цвета облаков перед дождем. Глаза, в которых сейчас бушевала страсть, ненависть и что-то ещё. Глаза, в которых хотелось утонуть. А Драко не мог отвести взгляда, от вечно живых глаз. От глаз, цвета травы. Настолько яркие, что его глазам становилось практически больно. Вот только некогда невероятные глаза потускнели, но сейчас в них горел огонь азарта, всё той же ненависти, и примесь какого-то чувства. Они так и кружили в танце, мечась в своих мыслях, не зная, что и думать. Рука Драко почти случайно скользнула к пояснице Гарри. Нежно глядя на Поттера, Малфой переплел их пальцы, продолжая двигаться. А гриффиндорец рвано вздохнув, ответил таким же движением, очень нежно переплетая их руки окончательно. И тут обоих словно током прошибло. Перед глазами стали вплывать их прошлые стычки. Они всё время пытались задеть друг друга лишь для того, чтобы завладеть вниманием. Легко велись на провокации только друг друга. Вспомнилось помешательство Гарри на Драко на шестом курсе. А дело было вовсе не только в том, что он подозревал Малфоя. А слизеринец вспомнил тот случай с Адским пламенем. Что, если все эти года, это была не ненависть, а любовь? И характер танца изменился кардинально, теперь это была не борьба, напряженность тел наконец-то спала. Танец приобрёл любовный посыл. Оба партнера полагались друг на друга. Но вот музыка закончилась, однако не для них. Остановившись, они не могли отойти друг от друга. Драко приложил свой пылающий лоб, на не менее пылающий лоб Поттера. А последний запустил руку, что покоилась на талии слизеринца, в его волосы. В вечно уложенную шевелюру, которую хотел растрепать ещё чуть ли с первого курса. Не выдержав такого напряжения, Гарри раскрыл губы и сделав резкий рывок, поцеловал Драко, удерживая его голову на месте, чтобы тот не смог отпрянуть. Не то чтобы Малфой собирался это сделать, даже наоборот, даже под угрозой Авады, он не смог бы сейчас отойти от столь желанного столько лет тела. Наконец-то. Наконец-то пустота в душе у обоих наполнилась счастьем. Безграничным счастьем. Малфой с неожиданной пылкостью ответил ему, спустя минуту, он ухмыльнулся губам гриффиндорца. -Ты же не надеешься что я теперь когда-нибудь тебя выпущу из своих объятий? -Я надеюсь, что ты этого не сделаешь, Драко, - совершенно искренне улыбнулся Гарри и устроил свою голову на плече блондина, блаженно прикрыв глаза. Он хотел провести так всю жизнь. А что собственно ему мешало?