Nightmares

Спит Сяо редко. Ему и не нужно, в самом деле. За всё своё существование он научился набираться сил медитацией и наблюдением за звездами на балконе постоялого двора. Но иногда он сваливается без сил от истощения и слабости, особенно после затяжных боев, когда собственное тело подводит и не выдерживает нагрузки. Ему бы и не просыпаться, на самом деле. И не спать тоже. Его сон — ярко-красные обрывки, всполохи элементальной энергии, крики агонии, рёв ярости, безумное отчаяние и голоса, голоса, голоса, сплошные голоса, ушатом припечатывающие к земле. Обычно просыпается дёргано там же, где упал, а вокруг пепелище и только останки монстров уносит безжалостный ветер. Однако, в последнее время он чаще обнаруживает себя в постели, укрытый одеялом, и под тихий шелест перелистывающихся страниц. Сяо тут же подрывается и встречает янтарный взгляд, тут же склоняя голову перед Мораксом. — Господин, я Вас снова побеспокоил. Стыдно. До чего же стыдно быть слабым перед господином. До чего же стыдно, что он видел его в том состоянии. — Сяо, — голос господина Моракса тих и спокоен, как нерушимый камень. — Нет нужды извиняться. Ты в том числе моя ответственность. Которой сейчас не так много. На его лице прослеживается отголосок улыбки, таящий в себе тень грусти, всегда присутствующий при нём. В этой стране нет ни одного существа без этой грусти. — Вам не стоило, господин, я не— «Не достоин такого». — Сяо. Не спорь, пожалуйста. Адепт вздрагивает еле заметно от твёрдости голоса и упрямо поджимает губы. Он не будет. Но господин ошибается. — Я пойду. Разворачивается и идёт к выходу, когда его догоняет ответное: — Ты можешь остаться. Мой дом всегда открыт для тебя, ты знаешь. Он знает. Этот разговор повторяется, разными словами, разными действиями, Сяо каждый раз упрямится, но подчиняется Мораксу. Господин не заставляет и не приказывает, но что-то в его тоне, взгляде и даже взмахе руки действует на Сяо так, что он возвращается к постели и садится, подбирая под подбородок колено. Тихо. И спокойно. Моракс возвращается к чтению, и снова слышен только шелест страниц. Сяо сидит с закрытыми глазами, вслушиваясь в тихое дыхание, и проваливается в дрёму, такую же умиротворённую и безмолвную, как Властелин Камня. Магия ли Архонта это, или что-то другое, Сяо не знает и пытается не думать. Но, наверное, так бы он провёл всё своё оставшееся существование. Он не против. Возможно, ему даже нравится и хотелось бы.

* * *

И тогда, когда снова силы покидают его, Сяо пытается удержаться в сознании, чтобы добраться до порта. Он еле переставляет ноги, прикусывает губы, чтобы физическая боль отрезвляла, а в голове лишь одна мысль, он должен добраться до господина. Нельзя снова заставлять его приходить за ним. Тащить его. Он сам. Он может сам. Перед глазами пелена запёкшейся крови, взгляд ухватывает только обрывки дороги, трав, камней, он проходит мимо сидящих у костра хиличурлов, даже не пытаясь их потревожить, а вдали уже видны огни города. Сяо облегчённо выдыхает, но спотыкается о собственную ногу и валится вперёд. «Опять не смог», — проносится горькое в его голове, однако его лицо встречает не голая земля, а чужое тело, подхватывающее его под бока и прижимающее к себе. — Я здесь, Сяо. — Госп— — Тише. Засыпай. Я рядом. Хорошо. Спасибо, что встретили. Доброй Вам ночи. И простите, что снова Вас побеспокоил.