В тихом омуте...
26 апреля 2023 г., 12:26
— Как же заебал, — внезапно проговорил Кристофер, стоя у мойки на кухне, после того, как нехило звякнул в нее посудой.
Не удивительно, ведь в последнее время кое-кто и правда нехило умудрился младшему потрепать нервы. Оказывается, во время болезни, Франклин весьма заносчив и капризен, он не грубит, не хамит, но очень капризен, словно ребенок, и требователен. Так же может много обижаться и вредничать: то ему слишком жарко в комнате, нужно окно открыть, через минуту может стать наоборот слишком холодно; то он очень голоден и готов целую корову съесть, а как крыс приносит ему поднос с едой, тот даже к тарелке не притронется и говорит, что аппетита нет; то помоги белье поменять, мол все промокло от пота, то вроде ему и так нормально, «до» даже лучше было… иными словами «заебал» Крисом еще мягко сказано было. Если парень начинает вредничать в ответ, то старший просто дует губы и перестает разговаривать, мол «тогда вообще молчать буду, ничего не надо», а это парню нравится меньше всего. Вот и сейчас юноша не выдержал и наехал на Франка за то, что тот отказался есть, хотя перед этим намеренно попросил сготовить молочный суп, по итогу все полетело в мойку и пара тарелок разбилась.
Крис сел за стол и потер лицо руками, он никак не ожидал, что ему придется столкнуться с подобным и ведь на удивление столкнулся. Хотя и сам Франк не в восторге, ему действительно плохо, кости еще не до конца срослись, а по возвращении домой у него сильно подскочила температура, накрыла дикая слабость, так что тот и правда стал соблюдать постельный режим, а Крис взял на себя ответственность за ним ухаживать. Было трудно обоим, но деваться некуда. Крису повезло больше, его раны прошли за две недели после инцидента, а вот Франк хоть и шел на поправку, но на удивление очень медленно. Обычно крупные мунги обладают хорошей регенерацией, но в этот раз Крис не мог не обратить на это внимание. Он старался изо всех сил, чтобы мужчина поправился, но тому становилось лучше семимильными шагами, и парень не мог понять в чем причина. Хоть тот и не хотел есть, но младший заставлял хотя бы что-то перекусить, постельное белье меняли регулярно, выписанные лекарства тот давал точно в срок и сколько положено, но Франклин был все таким же бледным, часто хватался за грудную клетку, словно она дико болела и вечерами его иногда одолевали сильные мигрени, не всегда даже таблетки помогали.
Юноша выяснил причину совершенно случайно, даже как-то и не планировалось ничего такого… однажды ночью он проснулся, чтобы выйти попить воды и заметил, что Франк в своей спальне просто сидит на постели, глядя в окно. Юноша тогда не стал трогать мужчину и решил понаблюдать так ночами еще некоторое время. Как оказалось, мужчина толком и не спал, что несомненно разозлило сначала младшего, а после Кристофер не стал ходить вокруг да около и просто после того, как накормил ужином старшего и помыл посуду, решил остаться у него в комнате, банально усаживаясь на кресло. Франк на это очень сильно удивился и неловко улыбнулся.
— Ты чего это вдруг…?
— Прослежу, чтобы спать лег, — ответил младший и серьезно на того посмотрел. Немудрено, что мужчина ни в какую не мог поправиться, откуда организму силы брать, если тот измывается над собой, и главное с какой целью? Нравится болеть?
— Это ни к чему, я посижу немного, да лягу.
— Не ляжешь. Последние несколько дней я специально наблюдал за тобой и за все это время ты подремал от силы раза четыре понемногу, — недовольный взгляд чуть ли не пронзал мужчину и тому даже стало крайне неловко. Он молчал, глядя себе на руки, теребя при этом край одеяла.
— Просто… не спится в последнее время. Сам же знаешь, болею немного.
— Немного? Ты нихуя не жрешь, тебя преследуют мигрени, постоянная слабость, ты на дистанте даже не в состоянии работать, Франклин. И все это из-за недостатка сна. Сам над собой измываешься, я тут за тобой бегаю, какого черта спрашивается? — крайне гневно проговаривал юноша, строго глядя на старшего. Тот же слушал и чувствовал за собой вину, после тихо ответил.
— Я… не могу уснуть.
— Это почему вдруг? Почему раньше не сказал, мы бы тебе лекарства припасли. Может врача вызовем.
— Нет, тут врач не нужен… — все так же спокойно говорил мужчина. Он не был зол, расстроен, раздосадован, скорее его что-то тяготило, и он старался отмалчиваться, а пожив с мужчиной некоторое время, юноша научился подмечать такие вещи.
— Тогда что случилось? Намеренно себя изводишь? Нравится болеть? Или меня ебать морально? — скрестил руки на груди и заметив, как мужчина уже явно выглядел виноватым, все же смягчил свой тон, все-таки тому и без парня хреново. — Что случилось? Тебе плохо? В чем дело то? Я могу тебе помочь?
— Боюсь ты мне все зубы пересчитаешь, если я отвечу, — хихикнул тот, глянув в окно и снова помяв край одеяла. Во время болезни тот выглядел прям как ребенок, даже не верится, что в обычном состоянии этот огромный статный дядя, который способен построить целый взвод каждого по струнке, и иногда от его вида кровь застывает в жилах. Или может он такой не во время болезни, а только рядом с Крисом такой?
— Ну… окей, давай пообещаю зубы тебе не считать? Если мне не понравится, я тупо уйду, — сказал юноша, даже не думая наперед, что говорит. Мужчина привык к такому отношению и в нем уже не вызывало подобное обид, раздражения, раздосадованности. Нет, мужчина ведь его таким и полюбил, вредным дурачком, который не думает наперед. Полюбил… слово то какое и сколько ограничений для их пары. Крис скорее всего даже не рассматривает вариант их отношений, да и сам мужчина уже не в таком восторге, столько нюансов, ему и общество то все мозги выест, хотя последнее его не так уж и беспокоит… если бы Кристофер хоть какие-то признаки взаимной симпатии выказывал, мужчина бы ощущал себя гораздо смелее. То, что младший ухаживает за ним еще не показатель каких-то ответных чувств, скорее просто обязанность перед куратором и директором, возможно… не бросать же больного на произвол судьбы…?
— Тебе не понравится, и ты уйдешь, — сказано было с каким-то разочарованием. Старший наперед знал, что так и будет…
— Ну давай попробуем, — все не отставал от медведя.
Франклин еще какое-то время подумал, стоит ли подобное говорить вообще, ведь Крис сейчас находится рядом, не хотелось бы его так глупо сгонять.
— Мне… не спится, потому что… — слова как-то в горле застревают. Наверняка он сейчас юношу отвернет от себя еще больше, и так ему все нервы вытрепал за эти две недели, как они находятся дома, а тут… — Мне плохо без тебя, — все же ответил Франк и посмотрел на юношу. Была не была, деваться некуда. Когда то, на колесе обозрения, юноша ответил на вопрос мужчины, что если хочешь добиться расположения любимого человека, необходимо доказать это своими поступками. Слова он не любит, но с них можно начать. После ответа Франка, Крис словно выпал и недовольно на того посмотрел. — Я понимаю, что тебе, возможно, неприятно это слышать. Но я так привык засыпать рядом с тобой по ночам, что сейчас находиться поодаль от тебя за двумя стенами наших комнат, словно пытка. Для тебя это все возможно розовые сопли, даже отпираться от этого не буду, но… с каждым днем я все больше ощущаю, что хочу находиться рядом с тобой. Я не знаю, как это объяснить, откуда такие неимоверные чувства, но ощущение, будто я знаю тебя всю жизнь и никогда не испытываю раздражение или негодование от твоих заскоков, которые будут непривычны другим людям… Если ты рядом, мне гораздо спокойней и если я вижу, что у тебя все хорошо, то и сам счастлив.
Повисло неловкое молчание, юноша внимательно того слушал, прикрыв рот пальцами, что-то обдумывая и после все же произнес, вставая с кресла:
— А я знаю, как это объяснить. Еще с самого начала меня посещали эти мысли, но я не знал, как четче всего и правильней будет это описать, — ответил, вновь скрестив руки на груди. — У тебя, друг мой, банальный синдром спасателя. У тебя нет любви, ты ничего на самом деле ко мне не испытываешь, просто ты оказался особенным в этом плане. Да, ты смог вытащить меня в люди, но по факту, тебя к этому не обязывали, и это не было твоей первостепенной задачей. Ты увидел такого же бездомного котенка, которому необходима помощь и решил проверить свои силы, возможно сам того не осознавая. — да, скорее всего так и есть. Иначе с чего бы тут выскочит любовь на пустом месте? Это же невозможно. Во всяком случае по отношению к такому парню, как Крис. — Сам подумай, мы с тобой разные во всем: размеры, года, вид оборотня, наши происхождения, наше прошлое, характеры, статусы, мы абсолютно разные и такому союзу просто не выжить в современном мире. Если на мне это никак не скажется и я, в принципе, приговорен к смерти, то тебе рушить свое будущее ни к чему. Ни репутацию, ни личную жизнь в целом. Зря ты меня приютил, только сам себе нервы портишь и строишь вымышленный мир любви. Прости, но тут я тебе не помощник и ответить взаимностью не смогу, банально потому что не верю, и ты подумай над этим. Это не любовь. Это просто желание помочь, вот такой ты добрый уродился, — последнее, что сказал парень и вышел все-таки из комнаты, дабы не маячить перед мужчиной, а тот в свою очередь чувствовал неимоверную боль в груди. Боль до такой степени, что дыхание перехватывало и в горле образовывался ком, который не позволял и слова вымолвить.
— Это не так… — тихо прошептал тот, но юноша уже не услышал.
***
Ночью юноша после такого разговора уже и сам не мог уснуть и решил было вновь подняться на крышу, но как оказалось, сам Франк тоже там сидел и смотрел на ночное небо. Он выглядел крайне уставшим и явно подавленным. Из-за болезни он совсем растерял свои умения хорошего слуха и чутья, потому даже не сразу понял, что юноша также поднялся к нему. Хотя только парень собирался было спускать, как старший таки его заметил, даже немного напугался. — Ты такой тихий… как привидение, — бархатным баритоном проговорил Франк. — Не спится? Юноша чувствовал себя крайне неловко после того, что наговорил. Чувство внутри почему-то вопило, что он наговорил таких мерзких гадостей, хотя и сказал-то все культурно. Да и расстроенный вид мужчины не добавлял уверенности в сказанных словах. Парень вновь повернулся к нему и сел осторожно на полу, свесив ногу в люк: — Немного. Хотел тоже на небо посмотреть… А тебе сон необходим, опять ушел, — недовольно пробубнил, но старался держать себя в руках в этот раз. — Прости… не могу уснуть, — снова отвернулся и глянул на звезды. Юноша повернул к тому голову и вновь начал рассматривать лицо старшего. Так по-домашнему выглядит, такой простой, беззаботный, мягкий взгляд и слабая улыбка, которая появилась только с появлением Криса. Крыс помял пальцы и не знал, что делать дальше… — Иди спать, — сказал он некоторое время спустя и когда мужчина устало посмотрел на собеседника, юноша не решался глядеть в ответ, краснея и поджимая ушки к голове. — Пока ты не уснешь, я побуду с тобой. Но только сегодняшнюю ночь! — сразу уточнил. Мужчина удивленно приподнял брови, после нежно улыбнулся и все-таки поднялся с пола, намеревался было подойти к Крису, но тот пулей слетел вниз и ушел в комнату к старшему, садясь там на кресло. И так было неловко и стыдно за подобное, но с другой стороны, если это правда поможет Франку заснуть… Медведь пришел буквально через две минуты и сел на свою постель, глянув на Криса. — Я хочу попросить тебя… тебе это не понравится, но я клянусь, что не причиню тебе вреда, — спокойно сказал он, уверенно глядя на младшего. — Ну чего еще…? — посмотрел на мужчину и заметил, как тот растянул руки в приглашающем жесте. — Нет, — сразу резко ответил. — Клянусь, я тебя не трону. Всего одну ночь. Пожалуйста. Юноша уже было встал и подошел к двери, чтобы выйти, но внутри прям так и скребся противный зверь, который не давал покоя. И этот зверь вопил, что вообще-то ему не хватает этого. Этот зверь хочет упасть в объятия этого человека. Он хочет так же быть рядом… Мужчина не столько был удивлен внезапному подскоку, чтобы уйти, Криса, чем то, что он внезапно развернулся и все же прильнул к мужчине, пряча лицо в его плече и осторожно обнимая того за торс. От такого на сердце мгновенно потеплело, оно забилось чаще. Франклин был неимоверно счастлив, он так долго ждал этого… осторожно обняв юношу за спину, тот уложил обоих на постель и прикрыл одеялом, крепко прижимая младшего к себе, словно закрывая от всего мира. Кристофер ничего не хотел говорить, его сердце так сильно колотилось, что отбивало все остальные ощущения. Он был… счастлив. Он чувствовал защищенность и наконец осознал, что находится не один, не за решеткой и не за стенами сырой камеры. Даже не в голых стенах новой комнаты. Завтра парень вновь будет ворчать, огрызаться, злиться, а мужчина как обычно улыбаться и подтрунивать над младшим. Но это будет завтра. Сегодня они оба будут крепко спать в своих объятиях и ощущать теплоту и заботу друг друга. Только сегодня… опять…
