Гореть вдвоём

Солнце светило во всю, будто никакого дождя вчера не было. Лужи, хоть и были мутные, но блестели и искрились. На улице было прохладно, поэтому люди кутались в демисезонные куртки или тёплые кофты. Блондин шёл невыспанный и замученный жизнью. Такое у него почти каждый божий день, поэтому парень не жалуется. С деревьев, которые протянуты, как декорации в доль обочины, падали листья в ноги Томаса. Он следил за каждым их движением и поворотом и плавным полётом в воздухе. Хотелось ему, так же беззаботно лететь по ветру и не думать не о чём. Парень всегда тяжело вставал с утра, ибо он мог пол ночи не спать и каждый раз себе обещает, что наладит свой режим, так как это может сильно сказаться на его работе мозга. Как бы это не звучало пессимистически, но это правда. К великому облегчению, Томас завидел Марка на своём скрипучем и потрёпанном диване. Он развалился на нём, обнимая какую-то бутылку, но это совершенно не интересовало парня. Уже собранный Сангстер выбежал из квартиры. Томас с утра не любит завтракать, честно, сказать он уже начинает забывать, что такое нормальная еда. Да, давно блондин не ел плотно. От дома, до колледжа пешком ему идти тридцать минут, что вполне его устраивало. Утренняя прогулка развеивала его сонливость и усталость. За всеми мыслями о прекрасной погоде, Томас не заметил, как дошёл до колледжа и шёл уже по её территории, проходя мимо студентов. Одни увлекались спортом и пинали мячи по клумбам колледжа из-за чего получали замечания, от профессора Симмонса. Музыканты сидели на бортиках начала лестницы с гитарами и что-то писали на листках и обсуждали новые песни певцов. Скейтеры разъезжали по тротуарам, давая друг другу пять. Всё так обыденно и каждый день это повторяется. Томас ловит себя на мысли, что слишком наблюдательный и мотнув головой, зашагал быстрее. Вот он идиёт по коридору колледжа и видит того, кого бы хотел не видить всю свою жизнь — Уилла Поултера. Сангстера, как током ударило, он ринулся в сторону, буксуя на месте и скрипя кедами по идеальному паркету, блондин забежал за стенку, шумно дыша и прижимаясь к холодному бетону головой. Благо, Уилл его не заметил будучи слишком увлечённым разговором со своим другом по баскетболу, стоя около шкафчиков. Намечался очень серьёзный матч среди колледжей, который будоражил всех. Конечно, кроме Томаса, ему честно плевать на это с многоэтажного дома, но все эти разговоры неимоверно бесили.  — Томас, ты чего? — послышался женский голос где-то под боком, от которого сердце ушло в пятки, а мозг вырисовывал Поултера. Но он облегчённо выдохнул, увидев девушку с непонимающим взглядом и короткой стрижкой. Она одногруппница Сангстера, но они даже не общаются, но каким-то чудом знают имена друг друга.  — О, Роза, — шумно задышав, Томас криво ей улыбнулся — Да, так, просто, стою, э… — протянул тот, сам не понимая что за бред он несёт и оглянулся по сторонам — По середине коридора. — закончил тот, пожимая плечами. Та, выдохнула и удобнее перехватила учебники в руках, посмотрев на него — Как ты…? — спросила она, введя в недоумение Томаса, который вскинул брови.  — Ну, после того, как Поултер погнался за тобой и Дилана…вобщем, вчерашнего инцидента? — спросила, та пытаясь как-то по понятнее задать вопрос, сама не понимая зачем это делает, но она пыталась как-то сблизиться с ним, так как является старостой, ей — это даже очень важно.  — Как всегда, всё прекрасно. — так же недоуменно протянул блондин с подозрением, оглядываясь по сторонам и снова останавливая взгляд на девушке — А у тебя? — попытался тот быть тоже вежливым на, что Салазар улыбнулась — Всё хорошо, спасибо. Томас неловко покосился в коридор, где по обе сторонам стояли шкафчики и продолжил — Ладно, я тогда пойду, увидимся на биологии. — он быстро протароторил и обойдя девушку, быстро ринулся к своему шкафчику. Салазар сказала тихое: «Да, конечно» и проводила его напряжённым взглядом. У неё ещё никогда не было, такого неловкого разговора. Сейчас она чувствовала некий стыд перед блондином, ведь она ни разу не интересовалась им, когда происходили вещи и похуже, а тут резко такая забота. Ну, ведь лучше поздно, чем никогда, верно? Томас, запихнув ненужные вещи в шкафчик, взял тетрадь и учебник по биологии. Невольно, воспоминания вчерашнего дня всплыли новой волной, если бы не Салазар, то может они бы не начали тревожить быстрее положенного. Как это всё начинает бесить. Сангстер, психанув захлопнул дверцу шкафа и пошёл в сторону своей аудитории, закинув на плече рюкзак. Его дни студента и так были не очень, а теперь они стали ещё хуже. Даже, думать об этом тошно, ведь блондин это не предотвратил и похоже не сможет. Усложнил всё Дилан своим внезапным героизмом. Неужели хочет показаться супер заботливым перед девушками. Ох, как красиво — это выглядит «Дилан О’Брайен помогает нищите», от таких мыслей сжимаются кулаки, а зубы стискиваются и невольно скрипят под напором. Томас на столько задолбался искать этим поступкам разумное объяснение, но ничего хорошего из этого не выходит. Сангстер уже сидел на биологии и клацал ручкой, смотря потерянным взглядом в учебник. Он задумчиво мял губы и не заметил, как над ним возвышалась фигура преподавателя.  — Мистер Сангстер! — воскликнула учительница, недовольно сложив на груди пухлые руки и топая ногой, от раздражения. От испуга у Томаса из рук вывалилась ручка, а взгляд метнулся на учительницу с неким испугом.  — Вы меня слышали, вообще? Я до вас дозваться не могу, вроде не в наушниках сидите. — продолжала та недовольно восклицать, от возмущения, смотря на потерянного блондина.  — Простите, я задумался, — пробормотал тот приходя в себя, на что учительница закатила глаза и продолжила свой урок про виды естественного отбора, проходя на своё место. Пара закончилась на удивление быстро, чего боялся сам Сангстер, ведь его ждала философия. Ему хочется повеситься, уж точно его до этого доведут, особенно Уилл. Этого парня вспоминать хотелось в последнюю очередь. Вот, он уже стоит на против аудитории от которой за километр несло мраком и угрозой. Переборов страх, он открыл дверь, не заходя сразу, мало ли ему опять этот фокус захочется провернуть. Так и ничего не произошло, Томас зашёл с поджимающимся сердцем. Будто вот-вот накроет инсульт, что-то оборвётся и разум выключится от страха.  — А, вот и наша, сучка. — протянул Уилл, как только завидел блондина, который зашёл в аудиторию. Томас, ничего не сказав, прошёл мимо него, но сильная и цепкая рука Поултера, схватила за локоть Сангстера. Парень встал из своего места и с силой оттолкнул блондина в сторону на, что Томас, цепляя парту и вместе с ней падает на пол, разнося шум по всей аудитории и привлекая внимание всех. Вот, чего боялся Сангстер. Вот, как чувствовал всё это время, что добром это не кончится.  — Как только О’Брайен защитил тебя, почувствовал себя особенным, выродок?! — зашипел Поултер, выпрямляя плечи и разминая их, показывая свою «силу». Томас сразу пополз назад, пытаясь встать на ноги, что у него и получилось.  — Я не просил его этого делать. — воскликнул Сангстер, осмотрев аудиторию и поняв то, что Дилана тут нет. Блондин и сам не понял, почему он выискивал его глазами, но помощи он точно не ждал. Он был, почти, в этом уверен. Уилл начал медленно подходить, сжимая кулаки и стискивая зубы, так что желваки заходили ходуном, а лицо менялось в эмоциях от агрессии, до усмешки.  — На тебя без печали не посмотришь, Сангстер. — сказал тот замохнавщись, чтобы нанести удар, но Томас поспешил отскочить в сторону окна из-за чего кулак проехался по воздуху.  — А ты ревнуешь? — усмехнулся Томас с прищуром во взгляде. Все начали удивлённо перешёптываться и даже кто-то успел посмеяться. Поултер, не сдержавшись, снова кинулся на Томаса, который попытался отскочить, но Уилл успел схватить его за руку сильно, сжав её. Сангстер, не раздумывая подался вперёд, наваливаясь на парня, из-за чего тот от неожиданности выпускает руку и падает на парту. Опыт в драках ему прибавлял его «горячо любимы отец», который всегда встречал Томаса с искренней жаждой избить и блондину приходилось как-то защищаться, даже какими-то толчками, которые спасали ему жизнь. — Уилл, прекрати это всё! Ты поднимаешься за счёт унижения других? Спешу предупредить, это уже далеко не актуально в наше время. — осмелев, воскликнул Томас, сжимая кулаки и нервно задышав. Честно признать, сейчас он чувствовал дикий страх и некое облегчение, что он смог сказать это Поултеру. Многие начали охать, от неожиданного отпора от Томаса. Они уже мысленно успели похоронить Сангстера, а некоторые смотрели на это с азартом, не часто такое зрелище увидишь.  — Блядина, ты покойник! — зарычал тот и резко кинулся на Томаса, который забежал за парту учителя, что не стало преграждением для Поултера и без труда откинул с грохотом в сторону. Сангстер уже понял, что зря сказал ему те слова, очень зря. Никто не пытался вмешаться и наблюдали за этим с замиранием сердца и неким страхом. Так, вывести Поултера легче простого, но никто не делал это так успешно, как Томас. Лишь одним видом уже бесил до скрежета в зубах, а кулаки хотелось стереть в кровь об лицо этого блондина. Сейчас Томас паниковал, как никогда раньше и лишь одно пришло ему на ум. Сангстер резко испуганно закричал и указал за спину Поултера на, что тот на автомате развернулся и посмотрел за спину. Блондин, воспользовавшись моментом, пихнул Уилла в спину, который от неожиданности попятился вперёд, заплетаясь в собственных ногах. Он, не теряя времени, развернулся и ринулся прочь с аудитории. Выбегая с класса, Томас тут же врезается в кого-то. Не успев упасть, его хватают за кисть руки, удерживая на весу. Чья-то рука обвилась вокруг талии и прижала к своему телу. Блондин вздрогнул, от неожиданного прикосновения к оголённой коже запястья и поднял резко глаза. Томас видит удивлённые золотые, как тягучая карамель, глаза. Перед ним был Дилан, который с недоумением смотрел то на Сангстера, то внутрь аудитории, где Поултер приближался к ним со скоростью света. Томас тут же запониковал, вырвавшись из рук О’Брайена, помчался по коридору прямо к выходу из колледжа. Уилл уже было хотел ринуться за ним, но Дилан его тут же пихнул в плечи, двумя руками и поменялся в лице.  — Видно ты не понял меня вчера, Уилл. — зашипел брюнет. О’Брайен думал об этом всём всю ночь и понял лишь одну вещь из всех своих действий, это то что Поултер переходит границы не только по отношению к Томасу, но и к другим. Дилан не был тем, кто ради забавы издевался над другими людьми. Он терпел то, что делал Поултер и верил сам не зная во, что, но хотя бы в то, что Уилл одумается. Брюнет не был святым, но знал личные границы.  — Защищаешь этого — бомжа, Дилан? Я тебе скажу, так, не лезь не в своё дело, либо нашей дружбе придёт конец и поверь, я церимониться с тобой не буду, — начал Поултер, яростно сжимая кулаки и кривя губы в недовольстве и делает угрожающий вид. Дилан саркастически усмехнулся — Дружба? А она была, вообще? — пытался тот, как можно сильнее съязвить — Не пытайся меня запугать, Уилл. Либо сам пожалеешь и ты — это прекрасно знаешь. — уже тише зарычал Дилан, сжимая кулаки, смотря изподлобья.  — Как самоуверенно. — всполошился Поултер с усмешкой и вруг, не успев, он снова съязвить, как их остановил профессор Джонс, который начал их отчитывать — Что вы тут устроили? Все проблемы попрошу в пределах учебного учреждения, а тут вести себя, как подобает примерным ученикам. — говорил тот с серьёзным лицом, но на него никто и не обращал внимание. Дилан и Уилл смотрели друг другу в глаза с яростью и вражеской атмосферой. Они чувствовали, что вот-вот накинутся друг на друга, но единственное, что их сдерживало — это, нет, не учитель, а скорее многолетнее уважение к друг другу. Может, показаться банальным, но они не дрались друг с другом никогда, лишь по дружески и то им тогда было по тринадцать лет. Сейчас их пути заметно начинают расходиться и каждый в друг друге видел вину. Ученики выглядывали из выхода аудитории с диким интересом, смотря на то, как два «короля» и лучшие друзья, чуть ли не дерутся. Становилось всё интереснее и интереснее, но не для Сангстера, который хочет нормально ходить в колледж и иметь обычных друзей. Жить, как нормальный парень, но за него всё решил Уилл со своей компашкой, что этому не бывать. Томас бежал, не сбавляя скорости и уже выбегая с территории колледжа. Лёгкие болели и больно жгли, от непривычности столько бегать. В голове была каша, которая бурлила и с каждым разом густела и не давала нормально думать. Бедро начало о себе давать знать, поэтому ему пришлось остановиться по середине тротуара, где шли люди, не обращая внимания на блондина. По правую сторону Томаса растянулись разные магазинчики и бутики с самыми популярными брендами косметики, одежды, обуви, сумочек, даже рассматривать не хотелось, что там дальше, совсем не об этом хотелось думать. Оперевшись руками на угловатые колени, Томас шумно дышал, пытаясь восстановить дыхание. Блондин видел, когда убегал, что Дилан снова остановил Уилла. Мысли путались и выдавали странные выводы, но Томас решил остановиться на том, что это их личные проблемы. А как же, ведь сам Дилан начала помогать Сангстеру. Голова взрывается и думать было невозможно, но самое раздражающее мозг не давал это всё забыть или хотя бы отложить на время. Томас брёл по улице, уже ровно дыша. Он невольно начал кутаться в свою потрёпанную кожанку.  — Да, что за, чертавщина творится?! — зашипел Томас, зарываясь костлявыми пальцами в растрёпанные блондинистые волосы. Он шумно выдохнул, яростно растрёпывая свои волосы, которые и так торчали в разные стороны. Сангстер не знал, что ему делать. Идти ли в колледж или прогулять? Успеваемость может упасть, тем более отрабатывать, тоже не хотелось, а у директора слышать трёхчасовую нотацию не хотелось. Блондин сидел на лавочке напротив какого-то магазинчика с косметикой и яркой вывеской названия, что вообще не волнавало Томаса. Он смотрел на раскрытые ладони, худые пальцы сжимались и разжимались, а на фоне этого, худые запястья выглядели весьма странными, как казалось Сангстеру. Невольно всплыл момент, как Дилан держал его за правое запястье, грубая ладонь, которая полностью обхватывала, поэтому он провёл по ней пальцами и тут же отдёрнул их. Почему он вспомнил это? Как глупо. На это Томас фыркнул и резко встал со скамьи, не обращая на боль в бедре и направился в сторону колледжа медленным шагом. Сангстер, просто, прогуляет философию, а на следующий предмет пойдёт. Пока не лучшая идея пересекаться с Уиллом, ибо он явно ещё будет отходить долгое время, если только не всю жизнь. Томас чувствовал себя, просто, отвратительно, но и в тоже время уверенно. Он смог дать отпор Уиллу, самому Поултеру. Для Сангстера это было великим достижением, и даже не верилось в это, но он смог. Значит ли это, что мечта о спокойной жизни студента, не такая уж невыполнимая? Томас тут же помрачнел, понимая, что если он впервые смог только лишь пихнуть его, это ничего не значит. Сангстер зашёл в колледж, пробежав мимо охранника, который ел пончик и смотрел корейскую дораму и сдерживал слёзы на драмотичном моменте, что удивило блондина, заставив потупить на том взгляд. Сангстер после того, как взял нужный учебник и тетрадь, залез на подоконник напротив кабинета социологии, где должен быть их следующий предмет и достал скетчбук, самый дешовый, который он смог найти и начал рисовать разные слова стилизуя их. Какие-то буквы были с подтёками, другие были с кляксами и перемотанные в плющ. Ему всегда это нравилось, это расслабляло и вдохновляло, но Сангстер понимал, что больше чем хобби это не может быть. Он и не хотел, ему нравилось это делать в тайне и не показывать никому. Прозвенел звонок на, что блондин вздрогнул из-за того, что слишком погрузился в свои мысли и огляделся, видя, как коридоры заполняются студентами. Томас продолжал сидеть на подоконнике, пока не почувствовал, что к нему кто-то подошёл. Отведя взгляд от набросков, блондин увидел рядом стоящую Салазар, которая пыталась заглянуть в скетчбук Томаса, на что он его быстро захлопнул.  — Ты в порядке? — тихо спросила Роза, не зная с чего начать разговор и тупо смотрела на блондина, переминаясь с ноги на ногу.  — Да, всё хорошо, — неуверенно протянул Томас, не понимая, зачем она снова к нему подошла и начала разговор с банальных вопросов. — Ты что-то хотела? — невыдержал Сангстер, золомив брови в непонимании, на что девушка часто заморгала и вздохнула, будто сама с собой боролась и что-то всё же для себя решила.  — Ну, я… — неуверенно протянула, та вводя Сангстера в ещё большее недоумение — Я хочу с тобой дружить, — сказала та и вздохнула с облегчением, будто ей это было тяжко говорить. У блондина брови поплыли вверх, а рот приоткрылся от удивления. — С чего такое рвение? — не понимал Томас, отложив скетчбук в портфель с корондашём и стёркой.  — Ну, просто, мне интересно, что ты за человек. — сказала она, бегая глазами по полу и своей сумке с учебниками, лишь бы не смотреть на Томаса.  — Ради своей безопасности и статуса в колледже, тебе стоит держаться подальше от меня, — произнёс тот, горько усмехаясь и отводя взгляд. Томасу было обидно говорить эти слова, которые раздражали и давили и так на мысли, что он жалок.  — Не говори ерунды, мне всё равно на них. — сказала та удивлённо и помотала головой от возмущения и сводя брови к переносице.  — Это ты сейчас так говоришь. Когда коснётся, ты будешь винить меня, так, что не стоит геройствовать, — с неким раздражением шикнул на неё Сангстер, спрыгнув с подоконника, он обошёл удивлённую девушку и направился в кабинет социологии. Блондин спокойно сел за своё место на последнем ряду около окна и кинул рядом портфель и недовольно выдохнул. Томас слишком много думает, слишком близко воспринимает всё к сердцу. Признать, блондин никогда не был так счастлив, когда Роза захотела с ним дружить, но он не хочет, чтобы она пострадала, лишь общаясь с ним. Ему и одному, хорошо, верно? Тут соврать он не может, он правда — ненавидит это одиночество.