Born to be powerful

Агата запускает пальцы в мягкую шерстку кролика и криво зло улыбается. Прянично-сладкий Вествью постепенно начинает действовать на нервы. Как и Ванда Максимофф. Агата ненавидит чего-то не понимать. А рыжая девчонка для нее настоящая загадка. Ванда заставляет целый город плясать под свою дудочку, не произнося ни единого заклинания. Агата не понимает, из чего сделан барьер вокруг Вествью. Он похож и одновременно не похож на магию матушки. Он искривляет пространство и время, превращая мир… В хаос? Ну конечно, девчонка владеет силами хаоса. Да уж, заставить его служить себе, чтобы создать жизнь мечты… Браво, Ванда, совсем неплохо. У тебя явно был неплохой учитель. Знать бы еще кто… Агата многообещающе скалится своему отражению. Она узнает, непременно узнает. В окно отлично видно, как встрепанная Ванда в джинсовом комбинезончике носится со своими воображаемыми сыновьями по газону перед домом и запускает воздушного змея. Агата подозрительно щурится. Змей расправляет ярко-красные крылья, а в уголке у него отчетливо выделяется что-то желтое. Минуту… −Серп и молот? – недоуменно тянет ведьма. – Интересно… В мире Ванды ничего не происходит просто так. Значит, и у тоталитарной символики должно быть свое объяснение. Агата морщит лоб, но на ум так ничего и не приходит. −Кто же ты такая, Ванда Максимофф? – вкрадчиво спрашивает Агата, небрежно удерживая девчонку над полом. Ванда беспомощно дергает руками, озирается, и в оленьих глазах наконец-то застывает испуг. −Что ты сделала со мной? Агата радостно хохочет. Глупая девчонка. Даже не заметила руны на стенах. Или?.. Она не знает, что такое руны? −Ты владеешь магией, но не знаешь ее законов. Как же так вышло, сладкая? −Где мои дети? – цедит Ванда, и в ее голосе звякает незнакомая прежде сталь. Агата смеется громче и толкает противную девчонку в объятья ее собственных кошмаров. Это ведь так весело. У Ванды из глаз текут слезы. Мама, папа, братик… Вижен… −Нет, девочка, так дело не пойдет. Ванда вскидывает голову, а Агата напружинивается. Это воспоминание не вписывается в сюжет. Оно… Не трагическое. Стройная беловолосая девушка гладит сжавшуюся в углу кровати Ванду по голове и мягко говорит на заковийском: −Твоя семья не хотела бы, чтобы ты к ним спешила. −Откуда тебе знать. – огрызается Ванда и натягивает одеяло на самый подбородок. Незнакомая девушка тонко улыбается. В уголках карих глаз на миг залегают лучики морщинок. −Поверь, милая, я знаю. Я тоже лишилась отца и названного брата, и многих дорогих мне людей. И многих еще лишусь. Жить с этим знанием трудно. Жить, Ванда, вообще трудно. Все, что мы можем, это любить и помнить. Ванда задушено всхлипывает и вдруг подается вперед, впечатываясь лицом в шею девушки. −Помоги мне, Асса. – судорожно шепчет Максимофф. – Помоги мне не сломаться. Худая рука с серебряным кольцом на среднем пальце гладит длинные спутанные волосы. −Конечно, милая. Я помогу. Воспоминание идет помехами. Ванда широко распахнутыми глазами смотрит на девушку с белыми волосами. Агата опасливо озирается. Что-то происходит. Иллюзия будто… Выходит из-под контроля. −Ванда. – голос девушки доносится как сквозь толщу воды. – Ванда, здесь только одни правила. Твои. И границы тоже одни. В твоей голове. −Кто ты? – кричит Агата и швыряет в мерцающую беловолосую фигуру сноп фиолетовых искр. Те проходят сквозь девушку, как сквозь тень. Она даже не обращает на них внимания. Ванда и незнакомка смотрят друг другу в глаза. Максимофф оглядывается на опешившую Агату и тихо произносит: −Границы в моей голове… И одним движением разрывает путы чужой магии. Агата отшатывается к стене, а Максимофф медленно выпрямляется. Огромные глаза горят дьявольским алым огнем. −Я сильнее тебя. – отчетливо произносит Алая Ведьма. – И я тебя убью. Она не произносит заклинания, не делает пассов руками, даже с места не двигается, но Агата чувствует, как горло стягивает невидимая удавка. Харкнесс впивается ногтями себе в шею, сипит в судорожной попытке сделать хоть один несчастный вдох. Перед глазами плывут черные круги. Хватка на горле усиливается. И нет никакой возможности не то что прошептать заклинание, даже сосредоточиться. Хлынувший в горящие легкие кислород кажется благословением. Агата мешком падает на пол, отчаянно кашляя. Но все-таки поднимает голову. За спиной Ванды стоит та самая девушка с белыми волосами. Узкая ладонь лежит на плече Максимофф, а в глазах Алой Ведьмы медленно угасает страшное сияние. −Позволь мне убить ее. – звенящим голосом просит Ванда. Девушка молча качает головой. До Агаты не сразу доходит, почему Ванда понимает ее, не слыша и не видя. Эти две девицы связаны. Связаны глубже, чем обычные людишки могут себе представить. −Ты… − хрипит Агата. – Ты ее учила… Беловолосая голова клонится к плечу. Девушка смотрит на кое-как поднимающуюся Агату Харкнесс как ученый на забавное насекомое. −Я. −Кто. Ты. Такая?! Белая неспешно вытягивает вперед руку, закрывая и Ванду, и себя полупрозрачным зеленоватым щитом. Магия Агаты разбивается об него, как волна о волнорез. Проклятье, и этой плевать на древние руны. −Ты не ведьма. – осеняет вдруг Агату. – Ты тоже искусственная. Ванда передергивает плечами, а Белая усмехается уголком рта. −Там, откуда я родом, о таких говорят – ученая. Последнее слово Белая произносит на каком-то тяжеловесном языке. Кажется, славянском. −Меня зовут Асса. Длинные тонкие пальцы сжимаются в кулак, и ноги Агаты отрываются от пола. Белая и Алая смотрят на нее одинаково оценивающе. −Пополам? – коротко спрашивает Ванду Белая. Максимофф прикусывает губу и рвано кивает. Агата шепчет было первое попавшееся боевое заклинание, но всполох зеленого света так режет по глазам, что она с воплем закрывает лицо. А потом в груди появляется неприятное холодное покалывание. Агата не сразу вспоминает, когда она такое чувствовала. Осознание пронзает молнией. Тогда, в Салеме, когда сестры пытались выпить ее силу. А она в отместку выпила до капли их магию. Агата распахивает глаза, и из ее груди вместе с силой вырывается длинный вибрирующий крик. Белая и Алая остаются бесстрастными. От Агаты к ним тянутся два голубых потока. На каменный пол колдовского подвала падает иссохшая мумия. Асса легко качает головой и гладит по плечу Ванду. −На минуту нельзя оставить. −Асса… – Ванда потерянно утыкается лбом ей в плечо. −Ну будет тебе. – Леденёва коротко целует Максимофф в макушку и легонько отталкивает от себя. – Пойдем разгребать все, что ты наворотила. Ванда заглядывает в привычно спокойные глаза наставницы и несмело улыбается.