Как ты там?

      — И где он? — он закинул ногу на ногу, вальяжно разваливаясь на царском кресле — троном это можно было назвать с большой натяжкой.       — То есть, ты просто являешься сюда после шести лет отсутствия и спрашиваешь, где Тор? — Валькирия, вошедшая в зал, скрестила руки на груди.       — В этом есть что-то странное? — Локи чуть склонил голову набок, посмотрев на собеседницу. — Он — царь Нового Асгарда, я — его брат, который ждёт появления царя на положенном ему по статусу месте. На асгардский тронный зал это… помещение, конечно, не тянет, но что есть, то есть.       — Не дождёшься, ясно? — сквозь зубы проговорила Брунгильда. Локи вопросительно вздёрнул бровь.       — Всё просто. Я правлю Новым Асгардом, а трон мой, как и всё это «помещение». Так что свали, немедленно.       Бог озорства, на удивление, молча встал, но уже через мгновение отвесил издевательский полупоклон.       — Сапоги целовать не буду, хорошо? Спину ломит, наклоняться сложно, — усмехнулся он. — Где Тор и почему правишь ты?       Валькирия прошла к креслу и села в него, копируя жест Локи и закидывая ногу на ногу.       — Появись ты раньше, знал бы, что и как. Но нет, ты изволил изображать мёртвого и прятать голову в песок, как последний… как всегда. — девушке было явно трудно сдерживать раздражение.       Локи поморщился.       — Оставь эти мидгардские фразочки при себе. Раз я делал что-то, значит, у меня были на то причины, а твоя злость меня абсолютно не заботит. Где Тор? Геройствует где-нибудь с дружками?       — На, — Валькирия буквально кинула в Локи пачку писем, которую достала из-за пазухи. — Читай, тебе адресовано. Только свали из этого зала, смотреть на тебя противно.       — Хоть в чём-то у нас сохраняется полная взаимность, — сладким голосом пропел бог, умудрившись поймать увесистый «снаряд». — Я вернусь совсем скоро.       Он развернулся и неспеша направился к выходу, слегка недоумённо вертя в руках письма. ***       — Жду через месяц, друзья! — бог грома помахал рукой вслед удаляющемуся кораблю Стражей. Путешествовать с ними было прекрасно, но Тору хотелось посмотреть, как изменился Новый Асгард за год его отсутствия на Земле. К тому же, Квилл только что нашёл свою беглую подружку из прошлого, и им явно стоило многое разрешить…       Словом, всё складывалось весьма удачно: сойдясь на том, что прилетят за ним через месяц, Стражи высадили Тора прямо в Новом Асгарде и полетели восвояси. Громовержец же направился прямиком в главное здание Нового Асгарда, к Валькирии. ***       «привет, Локи!..» «знаешь, ты зря думал, что в Мидгарде тебя не примут…» «ты мог бы легко найти себе здесь занятие…» «приходи хоть ненадолго. хоть за пиццей.» «я всё ещё тебя жду.»       Локи дочитал последнее письмо и отложил стопку на подоконник. Нет, послания Тора не шокировали и не ранили его, но было в них что-то… трогательное. То, чего от никогда не умевшего хорошо изъясняться громовержца ожидать было ну никак нельзя. А тут… кажется, Тор действительно был в отчаянии в те пять лет. И действительно скучал по брату… хоть и худшему во всех мирах.       А что это за Стражи, с которыми он отправился в путешествие? Сколько Локи ждать, пока он объявится?       Бог озорства вздохнул и задумчиво повернулся к окну. Из главного здания открывался неплохой вид на Новый Асгард: вот море, слегка беспокойное, но красивое; вот аккуратные домики жителей, выкрашенные свежей краской; вот главная дорога, по которой кто-то идёт… Подождите-ка… Тор?       Локи вгляделся в идущего внимательнее. Мужчина был полнее «привычного» Тора и держал в руке оружие, похожее на большую секиру с весьма странной рукоятью, но это явно был Одинсон!       Локи двинулся к двери, размышляя о том, как удачно появился в Новом Асгарде. И о том, стоит ли говорить брату что-то насчёт писем.       Весело напевающий что-то Тор столкнулся с братом у самого выхода из главного здания. Несколько мгновений громовержец, замерев, разглядывал его, словно видел впервые.       — Л-Локи? — наконец спросил он с явной неуверенностью, что всё происходящее — реально.       Локи усмехнулся.       — Я пришёл. Что такое пицца?