Стикеры

Утро началось как обычно. Ян рано проснулся, принял поставку от мистера Макса, поворчал немного по поводу примятых хризантем, но принял всё до последнего цветочка. Потом долго распаковывал коробки, расставлял цветы по вазам со свежей водой. И только в десять, когда звякнул мелодичный колокольчик над входом и вошёл первый посетитель, Ян понял, что не успел позавтракать. Однако такое случалось с ним довольно часто, и он просто улыбнулся мисс Астре, которая, конечно же, пришла купить роскошные гортензии для своего кафе. — Ян, дорогой, я к тебе с самого утра, — приветливо произнесла высокая, статная блондинка, державшаяся всегда так гордо, словно она настоящая воительница или королева. — Ты наверняка снова пил пустой кофе, но я позаботилась о тебе и принесла с собой завтрак. Поставив на стойку пакет со свежайшими круассанами, Астра дала Яну насладиться едой и сама принялась выбирать лучшие гортензии из партии. Она любила рассказывать обо всех жителях их квартала, пока возилась с цветами, и это утро не стало исключением. — Этот милый Элиот само очарование, ты не находишь? — щебетала Астра, выбирая магнолии в пару к гортензиям. — Эмми говорит, что его английский с каждым днём всё лучше, но он разговаривает с милым акцентом, что присущ всем французам. Ян пожал плечами в ответ, стряхнул крошки с прилавка и убрал остатки завтрака, чтобы застелить стол бумагой и начать упаковывать отобранные цветы. — Рози и Вайлет передавали тебе привет. — Спасибо, Астра. Собственно, я вижу их каждый день через заборчик, но это мило, — улыбнулся Ян и принялся за следующую партию цветов. Элиот, о котором вела разговор Астра, был студентом, что приехал по обмену и стал любимчиком всех местных женщин. От его французского млели все от пяти до восьмидесяти пяти лет. При этом сам Ян находил парня слишком рыжим, слишком долговязым, слишком шумным. И просто слишком. Он любил городок, в котором жил. Любил их улочку, где все знают друг друга с рождения, но никто не нарушает личных границ и уважает соседей. И внезапно посреди этой идиллии появился странный парень. Есть о чём задуматься. Но вслух Ян ничего не говорил. Воспитание не позволяло. Да и парень, если поразмыслить, кроме своей чужеродности этим местам и своей неловкости, ничего плохого не делал. Неизменно был приветлив с дамами, восторженно воспринимал любые ему неведомые вещи и в целом, кажется, хотел полюбить город. А вот подпускать к девушкам, особенно к таким наивным и симпатичным, как Рози и Вайлет, Ян рыжего не собирался. А то вернётся в свою Францию, а здесь оставит прекрасный цветок с разбитым сердцем. Тщательно упаковав гортензии и магнолии, Ян на прощание послал Астре воздушный поцелуй и, насвистывая нехитрую мелодию, принялся подрезать шипы на розах. Звякнувший колокольчик на двери сперва не заставил обратить на себя внимание, но когда раздалось вежливое покашливание, цветочник вздрогнул и укололся о шип. Ойкнув и засунув пострадавший палец в рот, Ян поднял взгляд. Он не думал, что, когда Астра выходила, в магазин вошёл кто-то ещё. И теперь смутился своего вида с пальцем во рту, когда увидел стоящего на пороге чужака, которого он только что вспоминал. — Добрый день, — вежливо поздоровался Ян и заметил явное смущение посетителя. — Желаешь приобрести цветы для кого-нибудь? — Нет, то есть да, да, конечно, — спохватился Элиот, отлипнув наконец-то от созерцания губ цветочника, которые весьма пикантно обхватывали палец. — Какие они? — Что? — озадачился француз, выныривая из своих фантазий. — Цветы, которые ты хочешь приобрести. Тёмные, светлые, имеют сильный запах или лёгкий намёк? Ты уже думал об этом? Элиот много о чём думал, но посвящать в эти мысли никого не собирался. Хотя в них как раз участвовал именно Ян, который был таким спокойным, неприступным и уверенным в себе. — Я смогу помочь, если скажешь, для кого цветы, — продолжал любезно говорить Ян. Юноша как-то слишком нервничал, и хотелось успокоить его. Наверное, тот пригласил или только собирался пригласить на свидание кого-то из девушек, но робел даже купить ей букет. Ян хоть и собирался оберегать от француза местных красавиц, отказать в помощи не мог. Элиот был готов убежать или провалиться сквозь пол, но решил проявить смелость, стойкость, напористость, и вообще! — Цветы… они для одного человека, который мне нравится. Серьёзного, уверенного и очень-очень красивого! А какие цветы ты любишь? Вы похожи, вот он прямо такой как ты. Покраснев и решив, что именно сейчас Ян точно его раскусит, Элиот отступил на шаг, неловко взмахнул рукой и опрокинул вазу с недавно привезёнными, но ещё не обрезанными от шипов красными розами. Ян с удивлением смотрел на погром в его идеальной лавке и пытался понять, кто это так сильно нравится Элиоту. На их улице жило много девушек, одна другой краше, поэтому, не зная чужого вкуса, было сложно предположить, кого стоит уже начинать оберегать. Да и стоит ли? Вон парень какой робкий и неловкий. Он, скорее всего, и с девушками не очень часто на свидания ходит. Может, вообще у него и не было такого, и всё в первый раз. Пока Элиот собирал розы, жалобно ойкал, колясь об их шипы, и пытался извиниться за вазу, Ян спокойно пошёл за шваброй, продолжая прикидывать в уме, кто мог понравиться этому несуразному французу. Очаровательному в своей неловкости, с пышными рыжими кудрями и невероятно тонкой кожей. Чуть что, сразу краснел. — Я всё возмещу, хочешь, буду убираться или розы подрежу, что хочешь сделаю, только прости, пожалуйста, я не нарочно! Глядя на расстроенного и едва не плачущего юношу, Ян вздохнул. — Трагедии не произошло, вазу давно пора было менять, а розы не пострадали. Лучше давай выберем цветы, расскажи мне о той, кто тебе нравится. Чтобы понять, какой цветок подойдёт, нужно знать характер или хотя бы внешность. Элиот снова запнулся и отвёл глаза в сторону. Признаться теперь Яну, что это именно он ему нравится, было бы просто верхом нелепости. А он и так, скорее всего, не самого лучшего об Элиоте мнения. Вазу разбил, беспорядок навёл, говорит, будто младенец лопочет. Хотя ещё несколько месяцев назад он вообще не мог разговаривать с цветочником. Тот не знал французский, а Элиот из английских слов знал только «я люблю тебя». Однако пусть эти слова и рвались из него с первых же минут, он был ещё в своем уме и держал их при себе. — Я, пожалуй, пойду, куплю лучше конфет, конфеты же все любят. Да? Элиот попятился к выходу и стрелой вылетел из цветочного, не услышав слов Яна: "Я не люблю". Когда следующим утром какой-то идиот бросил у Яна на пороге коробку конфет и тот споткнулся о них, любовь к сладкому из нулевой превратилась в минусовую. Ушибив локоть и едва не разбив новую вазу, Ян от души пожалел себя, запил горе цветочным чаем и пошёл разбирать новую партию цветов. Кто бы мог подумать, что вчерашний глупый побег беспокойного француза расстроит Яна до такой степени, что он уже дважды укололся шипами. Собрав красивый букет на день рождения Рози, Ян немного успокоился и расцвёл. Общение с подругой всегда настраивало на хороший лад, и он решил — не стоит забивать голову глупостями. Особенно рыжими и неуклюжими. Девушки привычно собирались в кафе Астры, украшенном в этот раз вчерашними гортензиями, зелёным мхом и сердечками. Весьма симпатично и мило. Ян улыбнулся, представляя, как подружки расставляют приборы на составленных вместе столах, радуются очередному поводу собраться вместе и сетуют, что так мало среди них мальчиков. Да и Ян ни с кем не встречается, предпочитая свой пол. Однако в этот раз он был удивлён. За столом сидело сразу несколько представителей мужского пола. Ярким пятном выбивался Элиот, но поставщика Макса и местного гота Влада на девичьем празднике он тоже видел впервые. — Добрый день, надеюсь, я не опоздал. — Ян подошёл ближе и чайная ложка из рук Элиота со звоном упала на пол. — А где же виновница торжества? — Элли принёс ей такой подарок, такой подарок! — Катарина мечтательно закатила глаза. — В общем, Рози побежала устраивать его на кровати, а мы пока угощаемся пирожными. Но для тебя у Астры есть слоёные конвертики с сыром и зеленью, ты же сладкое не любишь. Элиот почему-то дёрнулся, уронил ложку второй раз, а потом столкнулся с Катариной, наклонившейся ему помочь. — Ой, прости, пожалуйста. Я такой неловкий, — мило извинился Элиот, пытаясь потереть Катарине лоб, поднять ложку и приложить её к больному месту. Выходило плохо, но девушки смотрели с умилением, парни переглянулись и пожали плечами, а Ян пошёл искать вазу, чтобы налить чистой воды под букет. Интересно, что такого подарил француз? На неозвученный вопрос ответила Рози, впорхнувшая в помещение будто феечка, и повисла на шее у покрасневшего Элиота. — Спасибо тебе ещё раз, мне так нравится мишка! Он занял половину кровати! Где только ты такого взял? — З-заказал, — ответил тот и робко посмотрел на Яна. Но тут его заметила и Рози, тут же переключившись на нового гостя. — Как я рада, что ты смог прийти! Без тебя праздник не праздник. Сейчас ещё подойдут Джеф и девочки. Через секунду упомянутые гости вошли в кафе и началась суматоха. Ян и понять не успел, как оказался около Элиота, прижимаемый с другой стороны Сонечкой. Элиот покраснел и, неловко взмахнув руками, уронил целый поднос с зефирками. — Пр-стите, я такой неловкий! Рыжик чуть не плакал, ползая по полу и пытаясь собрать угощения, а девочки наперебой утешали его и даже гладили по огненным кудряшкам, так и притягивающим взгляд. — Как ты вообще выжил, Элиот? Пару раз хлопнув глазами, рыжик опустил взгляд. — Я везучий… Ян улыбнулся в ответ и протянул руку, помогая французу вылезти из-под стола. — Просто посиди здесь. Зефирки уже не спасти, что лично для меня не является трагедией. Я не люблю сладкое. А зефир — это сплошной сахар. Элиот послушно сел за стол и притих. Сидеть рядом с Яном, чувствовать время от времени его плечо и тепло — он и не мечтал о таком, идя на праздник. Кто-то включил музыку, Астра с Катариной расставляли закуски на столе, им бросился помогать Макс, забирая тяжёлые тарелки. В кафе царило весёлое, доброе, дружное общение, которого так не хватало Элиоту вдали от дома. Сразу вспомнился домик дедушки и бабушки возле виноградника. Уютные посиделки, смех, настольные игры. Он тогда не был таким неловким, наоборот, ему пророчили будущее актёра. Но рядом с Яном он терялся и творил какие-то глупости. Так обидно... Когда Катарина потянула его танцевать, Элиот растерянно оглянулся на болтающего с Рози Яна, но тот не обратил на него внимания. Решив, что уж в танце он не опозорится, Элиот бережно обнял Катарину за талию и закружил по свободному от столиков залу в современной версии вальса. Шёпот склонившейся над его ухом девушки раздался как гром среди ясного неба: — Никак не пойму, на кого ты засматриваешься? Застигнутый врасплох Элиот тут же сбился с ритма, наступил партнёрше на ногу и залился краской. — Прости, я такой неловкий. — Идём! — Катарина подхватила его под локоть и вывела из кафе на улицу. Было так тихо и спокойно. Редкие машины не нарушали ту идиллию, что царила в их районе. Они присели на лавочку, что стояла с задней стороны кафе, дабы не мешать посетителям за столиками на веранде. — Итак, кто она или он? — Неужели настолько заметно, что мне кто-то нравится? — Слишком сильно. Ты скажешь мне? — и девушка сделала умилительные глазки и губы бантиком. — Я никому, честное слово! Я помочь хочу. — Я… Ох, ладно. Это Ян. — О-о-о!!! Губы Катарины приняли форму ровного круга, а после девушка расплылась в улыбке. — А наш Ян тоже гей, как здорово! Давай придумаем, как завоевать его сердце, сейчас только Астру позову! Элиот не на шутку перепугался и замахал руками. — Что ты, не надо! Ты обещала не рассказывать! — Глупый, Астра у нас практически всё знает о Яне, они ведь с самого рождения тут живут, в один детский сад ходили. И она совсем не болтушка, никому не расскажет. Элиот безнадежно махнул рукой, давая своё молчаливое согласие. Без разницы, сколько людей будет знать о его чувствах, Ян совершенно не видит в нём ничего привлекательного. Да и как увидеть, если Элиот постоянно выставляет себя в самом дурацком свете? Он и подумать раньше не мог, что от любви настолько глупеют. Но Ян завораживал его и лишал способности внятно говорить, флиртовать и в целом иметь хоть какие-то шансы на взаимность. Влетевшая в зал разрумянившаяся и довольная чем-то Катарина подбежала к Астре и что-то возбуждённо зашептала ей на ухо. Ян, кажется, понял, кто объект страсти Элиота и кому тот пытался выбрать цветы. Решив подсказать французу, что Катарина предпочитает хризантемы, Ян грустно вздохнул. Ему давно никто не дарил цветы, и хоть он жил среди них, романтики в этом было мало. Со дня рождения подруги Ян стал очень часто замечать Элиота в самых разных местах и обязательно то с Астрой, то с Катариной. Он так и не понял, встречается Элиот с кем-то из них, с обеими или ни с одной. Но то, что они постоянно хихикали, обнимались и делали это рядом, начинало раздражать даже такого спокойного человека, как Ян. Элиот нравился ему. Он понял это не так давно, почувствовав лёгкий укол ревности ещё в тот день, когда разбилась ваза. Это было странно, ведь он всегда знал, что и о ком думает, знал, как и к кому относится, но сейчас всё было иначе. Он стал находить очаровательным его акцент, неловкость и смущение. Он даже хотел аккуратно поинтересоваться у девушек, не гей ли француз, но не успел. Своё прошлое недовольство поведением Элиота Ян, осознав симпатию, списал на борьбу с самим собой. Только вот думать, как выяснилось, нужно было раньше. Элиот больше не стеснялся, не сносил неловко всё, что попадалось под руку, и в целом выглядел слишком довольным жизнью. Когда Астра пришла к Яну за новой порцией цветов, тот поначалу хотел молча отдать ей всё и не разговаривать с подругой, но та, заметив его мрачное расположение духа, начала разговор сама. — Ты последнее время сам не свой. Ян, что случилось? Тебе явно пора найти парня и отдохнуть от работы. — Мне вполне комфортно одному, Астра. Искать кого-то специально не в моих принципах, я всё ещё верю в чувства и не хотел бы обрекать несчастного на отношения с собой, — прохладно ответил он, даже не пытаясь выдать свои слова за шутку. — Мы поругались? — удивилась девушка. — Что-то не припомню. Почему ты так разговариваешь? Тебе нездоровится? — Нет, прости меня. Просто немного устал, разбирая коробки. Макс привёз просто шикарные фрезии, но они такие хрупкие, что это заняло очень много времени. — О, фрезии! Ян, ты просто обязан уступить мне немного. Они чудесно будут смотреться на столиках. — Твоя доля в холодильнике, — смягчился цветочник. — Остальное пойдёт на украшение свадебной арки для мистера и будущей миссис Свинкс. Пятница будет очень хлопотной, я обещал им полное оформление на заднем дворе. — О, это просто шикарно, Ян! Только как же ты один справишься? Послушай, можно попросить Элиота помочь тебе. Знаешь, у него очень ловкие руки, когда он не смущается, но это у него практически прошло. Он умеет делать оригами, я сама видела. Ян сломал стебель подсолнуха, услышав о ловких руках, но сдержался. — Не знаю, удобно ли… — Ерунда, я прямо сегодня спрошу у него. И чуть не забыв цветы, Астра выпорхнула из магазина, оставив Яна размышлять о том, как бы вежливо отказать юноше. В конце концов, если они встречаются с Астрой, то Элиот не обязан помогать её другу. Ян не обидится. Ох, девушки, вечно они считают, что могут распоряжаться своими парнями.

***

Преисполненный самых радужных надежд, Элиот нарядился в свой лучший костюм и, напевая по пути французскую песенку про гусей, направился к Яну. Астра была уверена — тот сильно устаёт и нуждается в помощи, более того, она смогла договориться о том, что выручит Яна именно Элиот, и это буквально расправляло крылья у француза за спиной. Придя строго к назначенному времени, Элиот вежливо постучал в калитку, позвонил в колокольчик и, не дождавшись ответа, дёрнул её, с тоской убедившись, что та заперта. Но он точно видел сквозь небольшие прорези в калитке свет во дворе и, решив, что Ян его просто не слышит, придумал чудесный план. Взяв небольшую садовую лесенку, прислонённую к забору, Элиот взобрался на неё и, балансируя на мысках, зацепился за край каменного ограждения. Чего Ян не ожидал этим вечером, так это вторжения со стороны сада. Ограда там была уже довольно старой, но на первый взгляд крепкой. Однако напора одного симпатичного француза она не выдержала. Часть камней с шумом осыпалась вниз, и обозначенный француз свалился прямо на клумбу. — Боже, ты не ушибся?! — Ян подбежал и с тревогой начал ощупывать Элиота. — Прости, я наверное запер калитку по привычке, а со двора не слышно звонка. Ты цел? В эти мгновения Элиот, кажется, чувствовал себя счастливейшим человеком на земле! Ушибленный копчик ныл, поцарапанная рука саднила, но нежные прикосновения Яна, теплота и беспокойство в его взгляде, добрые слова перебивали всё это с лихвой. Находясь в нирване и ища, что ответить, Элиот попытался встать и тихо выдохнул на родном языке: "Бонжур!" И потеряв едва обретённое равновесие, завалился на хозяина цветочного магазина. Чудом устояв на ногах, Ян решил, что нужно уложить Элиота на диван в гостиной, и уверенно повёл его туда. Горе-помощник не сопротивлялся и вообще вел себя крайне тихо и спокойно. — Вот, присядь. Я сейчас. Ян судорожно вспоминал, где у него аптечка, потом искал её и наконец-то принёс, чтобы обработать ссадины. — Прости, я сломал тебе забор. — Ничего, он давно нуждался в ремонте, но всё руки не доходили. — Я могу помочь с ремонтом, мы с отцом сами клали очаг у бабушки и дедушки. Честно-честно! — Боюсь, если ты будешь чинить мне забор, то случайно разрушишь дом. — Ян сперва выпалил это, а уже после подумал и сам расстроился, глядя, как улыбка сползла с лица Элиота. — Я пошутил, прости. Давай я лучше обработаю ссадины. — Да, ты прав, Ян, я никчёмный и рядом с тобой только всё порчу. — Почему же рядом со мной? — рассеянно спросил хозяин дома, проходясь ваткой по ранкам на руке, и тут его осенило. — Или тебе неловко из-за моей ориентации? Он поднял глаза на побледневшего парня и горько усмехнулся. — Что ж, мне следовало догадаться раньше. Не все могут принять это. Элиот смотрел на Яна как на ожившую статую: поражённо, непонимающе, почти со страхом. Решив, что стоит убрать руки от парня, оказавшегося гомофобом, Ян положил перекись и вату на подлокотник дивана. — Прости, что так вышло, я как раз хотел сказать — ты не обязан помогать мне, если не хочешь. Астра на тебя не обидится и не бросит из-за этого. — Астра что? — непонимающе переспросил Элиот. — Ты… думаешь, что я встречаюсь с Астрой? — Ох, прости. Ты всё-таки выбрал Катарину? И тут Элиот совершенно невпопад улыбнулся, откинулся на спинку дивана и громко выдохнул. — Представь себе, нет. — От вида такого Яна у него откуда-то взялась уверенность в собственных силах. Сразу вспомнились все наставления девушек о том, что нужно быть смелее, больше говорить, но и слушать, улыбаться и не робеть. Элиот чувствовал небольшое преимущество, и оно окрыляло его. Ян прекрасно видел это преображение и оно его озадачило. — Ничего не понимаю. — Всё очень просто. Я не встречаюсь ни с одной из них. — А с кем тогда? Я видел, как смотрит на тебя Рози, но не думал… Элиот покачал головой и осторожно придвинул ладонь ближе к руке Яна. — Я вообще не встречаюсь с девушками, я гей. И мне нравится один красивый парень. Ян оторопело смотрел на две руки, свою и Элиота, и когда до него дошёл смысл фразы, он отчаянно смутился. — Приятно видеть, что ты тоже умеешь краснеть, — тепло сказал Элиот и взял Яна за руку. — Сходим куда-нибудь вместе? — Куда-нибудь, где мы будем атакованы нашими сводницами? — Ян взял себя в руки и улыбнулся. — Я знаю одно прекрасное место, где нам никто не помешает. Но это в воскресенье, а сейчас мне нужно выполнить заказ, если я не хочу подвести молодых. А я очень этого не хочу. — Я готов, — сжал немного его пальцы Элиот. — К воскресенью или к помощи? Может быть теперь, когда я согласился, ты не будешь вредить себе так отчаянно? Элиот покачал головой и в порыве вдохновения прижался губами к руке Яна. — Теперь я буду только помогать. Если ты мечтал о рыцаре, готовом на подвиги в твою честь, то это я! У меня в роду были рыцари, не смотри, что я такой рыжий. Ян рассмеялся в ответ, чувствуя столько всего сразу, что хотелось громко петь и смеяться, чего с ним не случалось уже очень давно. — Идём, мой рыцарь, сразимся с шипами роз и укротим их стебли для букетов. Элиот тоже рассмеялся. Его переполняло счастье, восторг оттого, что всё вот так легко разрешилось. Стоило только позволить себе быть собой, и Ян оценил это. Свидание, о котором он даже не смел мечтать, практически реальность. Без помощи девочек он бы ещё долго мучился, поэтому их обязательно нужно отблагодарить.

***

Ян поправил корзину, закрепленную на руле велосипеда, куда даже удалось всунуть небольшой букетик ирисов, и обернулся к Элиоту. Тот проверял свой велосипед и, почувствовав взгляд, поднял голову. — Готов? — Да, мистер Рейв был очень любезен и смазал цепь. Всё в полном порядке. — Отлично, выезжаем. — И Ян привычным движением устроился на сиденье и закрутил педали. Во Франции Элиот обожал ездить на велосипеде и предпочитал прогулки на двухколёсном друге пешим. Потому, ловко усевшись на железного коня, он быстро догнал Яна и, счастливо улыбнувшись ему, понёсся под гору на огромной скорости. Ветер свистел в ушах, а от переполняющего счастья хотелось смеяться. Подумать только — у них сегодня первое свидание! Элиот почти отчаялся добиться расположения красивого цветочника, а как выяснилось, стоило только признаться! У Яна сжималось сердце при виде такого лихачества, но на его удивление Элиот не слетел с велосипеда и вполне уверенно держался. Видимо, ему просто не хватало веры в себя и потому он был так неловок. Сейчас же юноша смеялся, нарезал круги и с восторгом расспрашивал, куда же они едут. Но Ян загадочно молчал и отшучивался. Это место показали ему родители ещё в детстве. Они часто устраивали пикники на холме под высоким деревом, откуда открывался прекрасный вид на поля и городок. Сейчас родители жили около моря, для мамы нужен был морской климат, и Ян уже мечтал, как пригласит Элиота туда, чтобы познакомиться. — Ян, здесь же потрясающе, почему никто раньше не показывал мне это место?! Элиот оставил велосипед на траве и подлетел к Яну, помогая слезть и закружив в объятиях. — Хочу провести здесь с тобой вечность! Раньше я думал вернуться домой, но теперь ни за что это не сделаю. Буду здесь с тобой: я влюблён в эти поля, город, в твою лавку, в тебя! Элиот замер от собственной смелости, но тут же почувствовал, как Ян обнимает его сзади и кладёт голову на плечо. — Я обязательно выучу французский и мы побываем у тебя на родине, я бы очень этого хотел. Ведь я тоже влюблён в тебя, Элли. Элиот развернулся в его руках и их губы встретились, чтобы сомкнуться в первом, полном нежности и влюблённости поцелуе. Казалось, в эти мгновения весь мир радовался их первой близости. Солнце приятно грело, в кронах деревьев щебетали певчие птицы, а воздух был наполнен нежным ароматом мелких белых цветов, росших на поляне. Элиот знал — он никогда и никого не полюбит так сильно, как Яна, и сделает всё, чтобы они были очень, очень счастливы. Неизвестность больше не пугала — пусть Элиот только учился, а Ян уже крепко стоял на ногах, в этом доброжелательном городе найти работу не будет проблемой, и он обязательно станет для любимого опорой, а не обузой.