Не может быть, но - да

«Something desired through reason alone, is never passionately desired». François de La Rochefoucauld

План побега был прост, а значит, должен был быть гениален. Во всяком случае, тогда это так казалось. Астория всё придумала и приготовила, Драко же должен был взять на себя главную роль и ответственность, то есть сбежать. Вначале из Малфой-мэнора, затем из магического города, а потом уже и из Британии. Они оба были готовы пойти на жертвы ради своего — не совместного — будущего. Но покинуть больную мать Тори не могла, а для расторжения их помолвки было достаточно исчезновения только одного Драко. Поэтому Астория сделала всё, что смогла, чтобы помочь своему жениху ускользнуть. Она тайно сняла со своего счёта приличную сумму денег и передала младшему Малфою, добыла через подставных людей портключ дальнего перемещения и даже снабдила того своей одеждой, так как если бы за Драко и выслали погоню, искали бы молодого человека, а не девушку. План созрел ровно за неделю, но на его подготовку и выполнение ушло около месяца. Этот месяц — весь сентябрь — Драко провёл почти без сна, мечась в страхе по мэнору. Хорошо хоть, что отец уехал на две недели во Францию. Кабы Люциус был дома, Драко уже сошёл бы с ума от волнения. Идеально было бы сбежать как раз в этот момент, но в отсутствие отца каминная сеть была отрезана от мира, а поместье — просто-напросто заперто. Поэтому Драко и Нарцисса оказались под домашним арестом, пока глава семейства разъезжал по своим делам. — Люциус, ты не посмеешь запереть меня в моём собственном доме! — кричала Нарцисса, угрожающе напирая на мужа. — Дорогая, это для твоего же блага, — спокойно парировал тот. — Да? Как и принудительный брак Драко? — Именно. Ты же понимаешь: то, что нас оправдало министерство после падения Тёмного Лорда, ещё не значит, что мы вновь в милости. Женитьба на Астории позволит Драко прикрыться авторитетом семьи Гринграсс, и хотя бы он сумеет обелиться от тени, павшей на нас. А ещё нам очень поможет капитал этого семейства, особенно сейчас. Драко уже двадцать два года, он должен выполнить долг перед своей семьёй и обручиться с Асторией, пока её отец не передумал. Я сумел убедить того, что могу помочь с лечением его жены, но долго тянуть с выполнением обещания не смогу. Поэтому чем скорее они поженятся, тем лучше! Драко, знакомый с этими доводами, соглашаться с идеологией отца не спешил. После Битвы за Хогвартс их сослали в изгнание, выдворив из страны, но не на десять лет, как многих бывших приспешников Волдеморта, а только на пять. Сильно на это решение Визенгамота повлияло сообщение, что Нарцисса спасла великому герою жизнь на поле битвы, а Люциус в тайне, ещё до суда, слил в министерскую казну больше половины фамильного достояния, откупаясь деньгами от наказания. Малфои уехали во Францию, где Драко закончил основное обучение — вместо Хогвартса — и даже поступил в магловский университет на кафедру финансов и экономики, получая высшее образование по менеджменту. А ещё в раскрепощённом и либеральном Париже, городе любви и страсти, Драко встретил Антуана, высокого широкоплечего профессора юриспруде́нции, с длинными волнами каштановых кудрей и пронзительными медовыми глазами. Завладев вниманием Драко, а затем и его телом, Антуан быстро расставил все точки над «i» для юного мага, полностью покоряя его и увлекая на сторону «своей команды». После жаркого романа, длившегося в тайне от семьи почти год, они расстались друзьями, так как профессор уехал в Австралию, а Драко должен был вернуться домой, в Лондон. И вот теперь, почти сразу по прибытии в магическую Британию, его ожидало «радостное» сообщение отца о женитьбе на чистокровной — и самое главное: с совершенно незапятнанной репутацией — Астории Гринграсс. Младший Малфой не мог просто смириться с этим решением, будучи геем, это было просто нечестно даже по отношению к той же девушке. Каково же было его удивление, когда Тори, заливаясь слезами, рассказала ему, что уже который год встречается с Теренсом Хиггсом, бывшим однокурсником Драко. Во время войны Хиггсы, как и Гринграссы, держали нейтралитет и по окончании ее остались не репрессированными магическими властями. Это позволило двум молодым выпускникам Хогвартса сблизиться и по-настоящему полюбить друг друга, в надежде на последующий брак, который одобрили бы обе семьи. Но потом серьёзно заболела миссис Гринграсс, а на горизонте возник Люциус Малфой, сообщая, что может излечить недуг, но только при условии бракосочетания Астории и Драко. Отец и дочь согласились — ради выздоровления любимой жены и матери, а вот Драко жениться не собирался. Даже если старший Малфой и мог способствовать выздоровлению миссис Гринграсс, цену он за это требовал очень большую, и сам Драко пообещал Тори найти лекарство и вернуть её матери полноценную жизнь, если будущая невеста расторгнет помолвку. Идти против решения родителей оба боялись одинаково, поэтому Астория и придумала простой, но верный способ — побег. Первого октября, в день «икс», Тори под предлогом дружеского визита появилась в Малфой-мэноре, с небольшим ридикюлем и в пышном парчовом платье. Люциус, обновив каминную связь, отправился в Гринготтс, а Нарцисса, использовав временную свободу, умчалась в министерство: в последнее время она всеми силами пыталась устроиться туда на работу, дабы очистить свое имя и встать самостоятельно на ноги. Очутившись в спальне Драко, Астория без промедления стянула с себя наряд, мастерски раскрывая шнуровку корсета на своей спине, и бросила его напарнику по афере. Переодевшись в лёгкое осеннее платье, извлечённое из своего дорожного саквояжа, она повернулась к застывшему Малфою. — Раздевайся, полностью! Драко послушно сбросил всё своё одеяние, оставаясь перед ней только в нижнем белье. — И это тоже, — приказала та. — Чего это ради? — изумился Драко. — Потому что ты — парень. И будешь вести себя как таковой. Тебе надо почувствовать себя сексуальным, изменённым, в конце концов! — Я себя прекрасно чувствую сексуальным и в своих трусах, благодарю покорно, — прошипел Малфой. — Да, но ты должен помнить, что играешь роль девушки, а для этого ты должен быть в полном обмундировании! — Тори, ты авантюристка! Почему тогда я просто не выпью оборотного зелья с твоим волосом? Раз уж я пихаюсь в женские тряпки? — Потому что ты не знаешь, до каких пор будешь скрываться сегодня, а зелья надолго не хватит. Давай, я принесла тебе своё бельё для танцев, оно прочное и хорошо всё удержит, — и Гринграсс протянула ему трусики из плотной тянущейся ткани телесного цвета. С лицевой стороны у белья действительно всё было закрыто, а вот с задней, к своему ужасу, Драко обнаружил лишь тонкую полосочку стрингов. — И как я себя почувствую сексуальным в этом? — застонал он, хватаясь руками за голову. — Я тебе ещё и чулки организовала, — засмеялась нахалка Астория. Через час перевоплощённый Малфой стоял перед зеркалом в своей комнате и неверяще смотрел на своё отражение. С рефлекторной глади зеркала на него таращилась высокая стройная ведьма, в роскошном длинном платье с высоким стоячим воротником, прикрывающем шею и кадык, тонких перчатках и элегантной шляпке. Туфли, довольно большого размера для девушки, слава Мерлину, были на маленьком каблуке, а лёгкая мантия скрывала не совсем узкие плечи, отвлекая от них внимание букетом рюшечек и ленточек. Драко был худощавым и гибким, что сейчас явно играло на пользу предстоящему притворству — этот факт и навёл изобретательную Асторию на идею переодевания в своё время — но затянутые в капроновые чулки ляжки непрестанно чесались, цепляя тонкие завитушки волос, а «упакованное» в облегающее нижнее бельё мужское достоинство тянуло и норовило вывалиться, что превращало всю затею в совсем уж невыполнимую миссию. Светлые волосы Драко Астория завила в мелкие локоны, а на лицо наложила немного макияжа. А затем удивлённо уставилась на густые ресницы, которые под слоем коричневой туши стали вытянутыми и чарующими. Раньше, из-за светлых кончиков, она и не замечала, какими длинными они были. Увеличивать грудь Драко отказался, и поэтому пустой лифчик просто набили скрученными носками, заполняя чашечки, благо под закрытым платьем это выглядело довольно натурально. В свою дорожную сумку Астория упаковала для Малфоя ещё пару наборов одежды, заранее прихваченной из дома, мешочек с галлеонами, немного разных зелий — на всякий случай, портключ, заговоренный активироваться с определённого места, и всё-таки ещё одни его боксеры, для отдыха в комнате мотеля, которую так же предварительно заказала Гринграсс, используя фамилию друзей. — Никаких мужских вещей, — отрезала Астория на попытки Драко сунуть в сумку свои брюки. — Если тебя будут обыскивать на границе страны — это наведёт на подозрения. Драко должен был добраться до гостиницы, переждать там три-четыре дня и только по истечении этого времени аппарировать в место активации портключа дальнего перемещения. По логике, Люциус, наверняка бросившись вдогонку беглецу, первым делом начнет проверять границы магического города, и переждать почти под его носом — было опасным, но верным решением. — Теперь ты — Долли, парижанка, приехавшая навестить родственников в Лондоне, — заговорщически подмигнула Астория, протягивая Драко ридикюль и веер. — Не забудь завышать голос, вилять задом и грациозно скользить. Но не привлекай к себе слишком много внимания, ты и так очень «видная» девушка. И, шепнув ему на ухо: «Удачи», Гринграсс вытолкала ошарашенного Малфоя из комнаты, не давая времени тому передумать и отказаться от всего этого цирка. Ей очень хотелось верить, что у них всё получится, но окидывая взглядом долговязую фигуру, ковыляющую на каблуках и пытающуюся не совать руки между ног, чтобы всё там поправить, — верилось с трудом. Драко нырнул в камин зала, выскочил в соседнем деревенском баре, оттуда аппарировал в другую деревушку, затем очередным камином добрался до города, вновь перенёсся в другую часть столицы и уже намеревался податься в заказанный мотель, как его нагнал прозрачный серебряный ястреб и голосом Астории испуганно заявил, что в гостиницу идти небезопасно: его отец, вернувшись раньше времени, обнаружил его пропажу и выслал двоих магов-сыщиков, чтобы настигнуть сына. Растаявший патронус вдруг вновь материализовался рядом и выкрикнул что-то вроде: «Веди себя спонтанно, неожиданно, тогда твои действия невозможно будет предугадать», — и вновь исчез. Чертыхнувшись, Малфой огляделся по сторонам, пытаясь сообразить, как быстро ищейки выследят волшебство его палочки, и аппарировал в Косой переулок, надеясь сбить с хода магический след в океане колдовства других волшебников. Следуя принципу оставаться под носом, но не выделяться, Драко, подобрав юбки и засунув саквояж под мышку, ринулся пешком по почему-то немноголюдной улице и, добравшись до первого дома, юркнул в тёмный проход. Каменный забор преградил дорогу, беглец поспешно коснулся кирпичей своей волшебной палочкой и ввалился на задний двор невзрачного бара, а затем и внутрь помещения. Несмотря на ранний час вечера, «Дырявый котёл» подозрительно пустовал, и Драко с ужасом понял, что не сможет смешаться с обычной толпой магов из отдалённых провинций, приехавших в Лондон по делам. Выскочив на магловскую улицу, он обнаружил двух подозрительных мужчин в серых мантиях и капюшонах. Это точно были волшебники, так как они уверенно шли в сторону паба, но на завсегдатаев этого места похожи не были. Побледнев, Малфой кинулся обратно, истерично окидывая взглядом безлюдное пространство зала, молясь Мерлину о чуде. Можно было воспользоваться камином в углу, но летучий порох легко отследить, а сил на аппарацию уже не оставалось. Внезапно он услышал мужской голос с лестницы, ведущей на второй этаж гостиницы, и рысью припустил туда. — Том! — позвал клиент, — Пока все не вернулись с матча, пошли мне с эльфом в комнату ужин и бутылку вина, пожалуйста! Не хочу лишний раз спускаться, глаза мозолить… Драко замер на половине лестничного пролёта, подозрительно прислушиваясь. Постоялец на глаза не появился, видимо, ожидая ответа на последней ступеньке. — Конечно, мой друг! Вот только мы закончим в подвале, и я пришлю Виви! Успеем как раз до окончания игры! — раздалось откуда-то из недр бара. Драко мысленно побился головой о стену. Ну конечно, только такой отставший от жизни неудачник как он, мог затеять побег в день квиддичного матча, когда все горожане будут болеть на поле. Поэтому всё вокруг пустовало. И куда только Тори смотрела? Или же она надеялась, что к моменту побега игра закончится и как раз таки город наполнится людьми? Времени на размышления не оставалось, так как наружная дверь отворилась и двое в плащах проникли в паб. Малфой, стараясь не шуметь и прячась в темноте лестницы, опять приподнял мешающие ходьбе складки платья и принялся тихо карабкаться по ступенькам вверх. Постояльца на втором этаже уже не было. Смело ныряя в полумрак этажа и выхватив волшебную палочку, Драко принялся судорожно дёргать за ручки дверей, попутно накладывая «Алохомора». Но, то ли Том яростно охранял конфиденциальность своих клиентов, то ли у Малфоя от месячного недосыпания и постоянных нервов отказывались работать башка и магия, но ничего не помогало, двери оставались неприступными. Вдруг в конце коридора прорезалась полоска света, отбрасываемая из открывшейся двери, и в холле появился молодой мужчина, наверняка тот самый, что разговаривал с хозяином таверны. А за спиной Драко раздались шаги и тихие голоса, что-то невнятно говорившие друг другу. Понимая, что пути для отступления отрезаны, Малфой, вцепившись в уже ненавистный подол наряда, рванул в сторону постояльца. «Действуй спонтанно! — ядовито передразнил он голос Тори у себя в голове. — Неожиданно!.. Вот тебе — неожиданно!» И вдруг громко визгливо закричал: — Mon cher! C'est moi, je l'obtiens à temps! — и, бросив в ноги удивлённого мага в очках свой саквояж, кинулся к нему на шею. — Мадам, вы меня с кем-то попутали, — выдавила жертва объятий подозрительно знакомым голосом, пытаясь отцепить мёртвую хватку нападавшей. — Мадемуазель, кретин! — обидевшись, вдруг яростно зашептала дама, вертя головой. Двое в плащах стояли поодаль и пристально наблюдали за парочкой. — Хорошо, мадемуазель… — процедил мужчина, всё-таки вырываясь и отстраняясь немного от сумасшедшей, крепко удерживая её за руки чуть выше локтей. Драко тряхнул светлыми кудряшками, развернул голову и замер, разглядывая в полутьме лицо своего дурацки выбранного спасителя, дурацкий шрам на лбу и дурацкие круглые очки на носу. — Oh diable! — выдохнул он, ещё не веря, что судьба могла так жестоко отыметь его сегодня. — Что тебе нужно? — тихо, но зловеще произнёс вдруг Поттер. Двое магов в другом конце коридора медленно двинулись в их сторону. — Je m'appelle Dolly, et j'ai besoin d'aller dans ta chambre… — пробормотал Драко, оглядываясь на мужчин и вдруг озверел, шипя чуть ли не в ухо своему визави: — Ты что, красавчик, никогда с девушкой в углу не обнимался? Что от тебя можно хотеть в людном коридоре, идиот? Конечно же, попасть в твою комнату! Или у тебя после войны всё атрофировалось там? — и не отдавая отчёта в своих действиях, Малфой просунул руку между ног героя магического мира и легонько шлёпнул того по паху. Поттер встрепенулся, поражённо взирая на наглую незнакомку, и вдруг ухмыльнулся: — Мадемуазель, пройдёмте ко мне, там нам будет удобнее… — и приглашающим жестом открыл дверь в свой номер, заходя первым. Драко ногой зашвырнул ридикюль в комнату и быстро захлопнул за собой створ. — Ты один? — быстро спросил он, осматриваясь по сторонам. Внезапно мысль, что Поттер может быть здесь с женой и тремя детьми, или сколько их у него там, напрягла беглеца, так как он совершенно не знал, что произошло с победителем Тёмного Лорда после школы. — Да, — раздался тихий голос. — Отлично, — прошептал Малфой, вынимая из внутреннего кармана мантии свою волшебную палочку. «Обливиэйт не помешает», — подумал он, направляя ее в спину своего гостеприимного хозяина. И почему-то замер. Поттер, войдя в комнату, опустил свою палочку на маленький журнальный столик, а сам направился к окну, устремляя взор на улицу: плечи опущены, руки покоятся на подоконнике. Весь его вид и этот жест, буквально обезоружив, почему-то остановили Драко. Во всяком случае, нападать на беззащитного он не собирался. Внезапно раздался стук в дверь. Малфой вздрогнул и спрятал свою палочку. Через какое-то мгновение стук повторился. Гарри развернулся на каблуках и одарил свою гостью лучезарной улыбкой. Грустного голоса и поникших плеч как не бывало. — Мадемуазель, вы разделите со мной ужин? Я как раз заказал у владельца таверны… — и, не дожидаясь ответа, он лёгкой походкой пересёк комнату и распахнул дверь. На пороге маячил домовой эльф с подносом в руках, а позади него на горизонте высились две фигуры, ну точно преследователей. — Гарри, vous farceur, ну конечно! — заголосил соловьём Драко, обмахиваясь веером, возникшим из кармана платья. Поттер принял поднос с едой и бутылкой вина, поблагодарил эльфа и захлопнул ногой дверь. Водрузил всё на столик, небрежным жестом перекладывая свою палочку на комод около стены. Затем подтащил два стула к столешнице. — Прошу, дорогая, присаживайтесь, — галантно произнёс он. — Мерси, — проворковал Малфой, опускаясь на предложенный стул и подтягивая к себе свою сумку. Он вдруг почувствовал невероятную усталость — он перенервничал, да и уже проголодался, а из тарелки так приятно пахло. Надо было срочно успокоиться. Итак, побег состоялся удачно, пока что его не поймали. Это хорошо. Но судьба нагнула его всё равно, подослав в качестве единственного человека для спасения как раз того, которого хотелось видеть последним в этом мире. А это — плохо. Однако Поттер вёл себя прилично, руки не распускал, и пожалуй, по десятибалльной шкале спонтанности и неожиданности — спрятаться именно у него тянуло на все двадцать баллов. Любезный кавалер тем временем откупорил бутылку и наполнил бокал. Для себя — так как ужин был на одного — он организовал простой стакан с прикроватной тумбочки и всё же потянулся за своей волшебной палочкой. Трансфигурировав во второй бокал свой фужер и наполнив также и его, Поттер отвернулся в сторону, пытаясь отодвинуть от себя чемодан с вещами, расположенный почему-то прямо на полу. Драко молниеносно выудил из своего саквояжа маленькую бутылочку и капнул несколько капель зелья в дальний от себя бокал. А затем поспешно спрятал фиал в кармане мантии. Гарри разогнулся, подхватил бокал и отсалютовал своей гостье. Но вдруг поставил его на место и пристально уставился на неё. — А мы с вами раньше нигде не встречались? — внезапно поинтересовался он. — Oh non, — покраснел Малфой и отвернулся от внимательных зелёных глаз, вынул из кармана Торину пудреницу и принялся яро намазываться белым порошком, словно стараясь спрятаться под слоем штукатурки. — Но я знаю, кто вы, вы — национальный герой… Пока мадемуазель что-то бубнила себе под свой немаленький, но аккуратный нос, Гарри лихо подхватил оба бокала и быстро поменял их местами. — А почему ваша комната в таком виде? — помахала она длинными ресницами и обвела рукой пространство вокруг. Спальня действительно вся была заставлена сундуками и чемоданами с множеством одежды и всяких предметов, включая скоростную метлу. Гарри автоматически обернулся, разглядывая явный бардак. Гостья тем временем, что-то решив в светловолосой голове, выудила вторую руку из кармана и капнула ещё несколько капель в бокал Поттера. — Я, если честно, пару дней назад расстался со своей девушкой и переехал сюда в спешке, да так и не устроился. Так как она живёт в моём доме, я предоставил ей время собраться, чтобы ничего не забыла… — как-то заторможенно произнёс Гарри, медленно оборачиваясь к ней. — Да ты гонишь! — не выдержал Малфой. — Это что, с той, мелкой Уизли? — Да, конечно… С кем же ещё… — вдруг горько поведал Поттер. — Про нас столько в газетах писали, всё свадьбу нам пророчили. Вы же тоже читали? — Нет, я только что приехала из Франции, — довольно честно признался Малфой. — Ничего не знаю… Не до этого мне было. Что ж, тогда давай выпьем за новую жизнь, избранный? Гарри удивлённо пару раз моргнул, затем растянулся в ухмылке и прищурился: — Давай, куколка! Тебя же Долли зовут? Давай на «ты», давай вместе пить, давай за новую жизнь! — подхватив свой бокал, он звонко чокнулся с самодовольной «мадемуазелью» и опрокинул в себя выпивку. Драко последовал его примеру, хотя знал, что вино так не пьют. Затем Поттер размножил столовые приборы и, взяв один набор, принялся за еду. Малфой, уже сильно оголодавший, уступать не собирался, выхватывая куски мяса и печёной картошки с тарелки сотрапезника прямо у того из-под носа. Гарри смеялся, подливая в бокалы ещё алкоголя и угощая гостью.