Давай поможем друг другу

Теперь в камере сидел не старик, почти ровесник Дамблдора, которому было «150 плюс-минус лет 10», а молодой, хотя и очень измученный, парень. — Мда… Если бы он всё ещё выглядел старым, было бы более эпично… — пробормотал Малфой. — Не паясничай, — шёпотом одёрнула его Гермиона. — Нам же нужно понять, какое он имеет отношение ко всей этой истории… — Сейчас ты расскажешь нам… — бывший слизеринец вспомнил, что Джонатан не видит Грейнджер и исправился. — Расскажешь мне, что произошло на самом деле, ведь теперь всё выглядит так, будто ты убил своего отца. — Я не должен отвечать на ваши вопросы, — слабо возразил парень. — Насколько я понимаю, вы даже тут не работаете. — Зато мы работаем, — к двери камеры стремительно подошли Гарри и Рон. — Давно догадались? — тихо спросил Поттер у Драко, автоматически пытаясь найти взглядом девушку, хотя знал, что это бесполезно. — Вообще-то только что, — не стал скрывать тот. — Джордж подсказал. — Вот и нам тоже… — Может, теперь ты всё-таки поведаешь нам правдивую историю? — поинтересовался Уизли у подозреваемого. — Или хочешь прокатиться до Азкабана? — Не убивал я его, — тоскливо сказал парень. — Ненавидел, но не убивал. А вот он меня — пытался. — Может, тогда расскажешь всё сначала, — предложил Гарри. — Да, пожалуй… — он вздохнул и заговорил спокойным голосом. — Я всегда жил под гнётом отца (Марк Оугиен считал, что я — ошибка его молодости), так как моя мама умерла, когда мне и года не исполнилось, а он снова женился, то он не бросил меня, так как именно новая миссис Оугиен на этом настояла. Потом и моя приёмная мама умерла. Жизнь стала совсем невесёлой. Но выход, разумеется, был — жениться, взять деньги и уехать — я ведь читал документы. Тем не менее, в этой семье всегда любили подшучивать над потомками, и выяснилось, что нельзя просто взять в жёны кого попало — родовая магия не позволит. Я уж было подумал, что обречён. А потом встретил одну девушку. Не скажу, что мы влюбились с первого взгляда, но точно понравились друг другу. И я решил рискнуть (вдруг сработает?). Мы уже всё назначили и распланировали. Оставался один день — и я свободен. Мой отец всё чаще стал странно на меня поглядывать. Я заподозрил неладное, поэтому ушёл в темноте, чтобы дождаться рассвета и наконец-то покончить с этим. Я стоял в лесу, на берегу реки. Солнце поднималось над верхушками деревьев. Я даже успел вздохнуть полной грудью, прежде чем услышал свист заклинания и выставил щит. Скорее всего, это было сильное проклятье, но оно отскочило, а я увидел лишь тело, скрывающееся в воде. Стоит ли говорить, что я испугался, не хотел, чтобы всё так вышло? — он посмотрел на «слушателей», но те, видимо, сочли вопрос риторическим. — И вот что мне было делать? — предпринял Джонатан ещё одну попытку. Никто не отреагировал. — Меня бы сразу посадили за его убийство, никто бы даже не стал разбираться, а сбежать я не мог, так как денег не было — и в права наследования вступить не мог. Вот и взял зелье старения, рассудив, что буду выглядеть похожим на отца. Как видите, 10 из 10, — парень замолчал на несколько секунд, будто очень гордился собой, хотя выражение лица всё ещё было печальным. — Ну? — поторопил его Рон. — Хотя, возможно, я стал выглядеть несколько старше, чем предполагал изначально… — Это мягко сказано, — усмехнулся Поттер, вспоминая собственное сравнение с Николасом Фламелем. — Так вот, — решил продолжить Оугиен. — Меня всё-таки подозревали в убийстве. Теперь — самого себя, но пара взяток — и дело закрыли. Но… — А разве родовая магия не вычислила, что вы — не Марк Оугиен? — спросил Драко. — Так я же наследство не трогал, теперь оно было мне не нужно, а другие деньги этими заклинаниями не защищены, — объяснил Джонатан. — Но теперь была другая проблема: мне приходилось жить его жизнью, ведь «воскреснуть» я не мог. Плюс ко всему, когда постоянно покупаешь одни и те же ингредиенты, это подозрительно. Пришлось заняться наукой, модернизировать структуру зелья, а затем нанять помощника. — А что насчёт артефактов? — задал очередной вопрос Уизли. — Каких артефактов? — теперь на лице парня всё-таки появилась новая эмоция — искреннее удивление. — Которые передаются в вашей семье из поколения в поколение. — Вы серьёзно? — подозреваемый будто действительно подумал, что они шутят. — Ну, как бы, да, — поднял бровь Малфой. — А разве не похоже? — Может быть, ты не заметил, но мы тут убийство расследуем, — начал раздражаться Рон. — А если ты не объяснишь… — Спокойно, — остановил его Гарри. — Джонатан, нам действительно нужно это знать. Тем более, что ты всё ещё являешься подозреваемым. А если ты утверждаешь, что никого не убивал, то докажи это. — Хорошо-хорошо, — он поднял руки в примирительном жесте. — Эти ваши артефакты вообще довольно опасные. Нормально управлять ими может не просто прямой потомок (как сказал вам мой помощник), а человек с огромной силой воли, а также с определённым складом ума и характера. Тем более, что я понятия не имею, как ими пользоваться. — Что-то слабо верится, — покачал головой Уизли. — Может, посидишь тут ещё — подумаешь? — Нет-нет, я говорю правду, — наконец-то он хотя бы испугался. — На самом деле, в доме хранится каталог артефактов, ведь они одноразовые. Можете проверить, всё точно на месте… — Проверим. Не сомневайтесь, — первым от решётки отошёл Драко, а за ним — Гарри и Рон. Джонатан выдохнул с облегчением и сел обратно на скамейку. Но тут же вскочил, услышав доносящийся из пустоты голос: — Ну-ну. Ты действительно думаешь, что тебе повезло. Но меня не проведёшь. Я ЗНАЮ, что ты рассказал Аврорам далеко не всё. — Кто ты? Ты призрак? — Оугиен растерянно оглянулся. — Я не виноват. — На этот раз — да. Возможно, я даже помогу тебе, если расскажешь всё от начала до конца, — на самом деле, Гермиона не совсем понимала, что делает. Просто почувствовала, что он врёт или не договаривает и решила бить наугад. Видимо, попала. — Но помни, что за твою ложь я могу сделать с тобой всё, что угодно, и меня никто не найдёт. — Л-ладно, я всё скажу, только… Вы не могли бы стать хоть чуть-чуть видимой… Пр-росто… — Хорошо, — Грейнджер поняла, что почти добилась цели. — Но не вздумай схитрить. И сняла мантию… На несколько минут в помещении воцарилась гробовая тишина…. А затем Джонатан резко рванулся к решётке… — Жива-а… — простонал он и свалился без чувств.