Служба

— Итак, Вы — летучая мышь Руж? — Так точно. — Что Вас сюда привело? Заявка на работу в G.U.N. девушки-мобианки слегка переполошила всё начальство. Всё-таки обычно (а до сего времени — всегда) в полицию нанимались люди, в основном мужчины, а тут пришла мало того, что антропоморфная мышка, так ведь и на вид хрупкая, ухоженная… Ей бы на подиум куда-нибудь, а? Но нет, очевидно, девушка была твёрдо уверена в своих намерениях, так как не соглашалась отступиться от своих намерений и на полшага. Причём, когда принимающий вскользь произнёс парочку наводящих фраз, что, мол, «шла бы ты, девонька, отсюда», «девонька» не менее аккуратно вводила его в ступор ещё более прозрачными фразами. И всё это официальным государственным языком и со строгим, холодным, но искрящимся самодовольством взглядом. И всё же Руж — девушка умная; достаточно умная, чтобы понимать, что за красивые глазки на серьёзные должности не берут (хотя на несерьёзные, в общем-то, тоже). Первое, что учитывают, имеет набор классический и знакомый каждому ещё со школы: теория и практика.

***

В кругу своих знакомых Руж уже успела прославиться как личность, способная переубеждать, а при необходимости — и пудрить мозги. Умение воздействовать на человека сильно ценилось в полицейских отрядах, и это однозначно должно было сыграть мышке на руку. И, что (не)удивительно, девушка умела обманывать даже собственный разум, когда это было нужно. И вот как это могло быть. Первое, что являлось частью вступительного теоретического экзамена, это тест с выбором нужного ответа из нескольких вариантов; далее следовали вопросы со свободными ответами. Проблема заключалась в том, что ни за что не угадаешь, чего ждать, а оценка производилась достаточно строго. Тогда Руж воспользовалась способом, исподтишка подслушанным у местных подростков: можно провести параллель между двумя одновременными действиями. А именно! Во время зубрёжки неплохо бы послушать хорошую музыку, да конфетку пожевать или жвачку; а мозг, в свою очередь, начинает вспоминать выученное по вкусу конфеты и привычному мотиву — главное не забывать расчитывать на память, как бы иронично то ни было. Тест, сломавший мышке все извилины и пару-тройку раз введший её в ступор, удалось пройти. Результаты положительные. Даже не так; в начальстве где-то в глубине души даже удивились способностям будущей рядовой, но промолчали. Впереди была практика, и тут уже не помогла бы ни музыка, ни сладкий привкус... — Раз, два! Разворот! Сухие и пронзительные выкрики немного били по слуху своим холодом. Руж и без него постоянно вела в голове ровный счёт, не сбиваясь даже на секунду. Пульс колотил в висках с такой силой, что, казалось, кто-то с обеих сторон вколачивает в голову сваи. Но не впервые! Подобные нагрузки давно вошли в обычай. Горящие мышцы и высокое давление не вызывали волнений, возможно, благодаря своему отсутствию: тренированый организм запросто с этим делом справлялся. — А она здорово старается... — тихонько прошептался какой-то неопытный молодой солдат, за что получил молчаливый, но весьма красноречивый тычок в плечо от собеседника, высшего по рангу. И не зря: новобранная легко зацепляла взгляд выдержанной приятной фигурой, точёными движениями и загадочным уверенным взглядом... Жаль только, не менее легко оставляла с носом обескураженного растяпу.

***

— Выходит, ты моя новая напарница? — спросила улыбчивая девушка-полицейский, прошедшая на должность с блестящими результатами, слегка отстав от Руж. Она поправила короткие блондинистые волосы, по обыкновению сбившиеся на лицо, и воодушевлённо смотрела на летучую мышь горящими карими глазами. — Выходит, — подтвердила она. — Руж, — и протянула руку в форменной чёрной перчатке. — Джилл Коббер, — девушка протянула руку в ответ. Рукопожатие. Сейчас, на первых порах, можно даже сказать, на стажировке, задания были не очень серьёзными, и выполнять их следовало вдвоём с напарником того же пола. Таковы правила. Суть заключалась в охране и контроле заложенных преступников. Серьёзно, их не нужно было даже ловить, лишь держать "в стальных тисках", чтобы не сбежали! В крайнем случае "капать на мозги", чтобы языком не чесали всяческие оскорбления. Единственная вещь, которая действительно раздражала своей нудностью — отчёты. Отчёты было писать невыносимо скучно; но это дело можно было пережить ради того, о чём Руж мечтала годами. Мечты о постоянных приключениях, движении, о том, чтобы спасать других и расправляться с подлецами, привлечь к себе положительное внимание, и, наконец, удовлетворить страсть к драгоценностям. При такой работе доступ к ним явно расширялся... И зажиматься девушке не приходилось, а при случае она могла и проявить характер. Спустя несколько месяцев форма G.U.N. не входила в обязательный образ агента (за исключением конкретного вида заданий), что ещё больше обрадовало шпионку и позволило сменить образ на работе. Зато в моральном образе мышки никогда не менялась такая деталь, как проворность, ловкость, скрытность. Добыть информацию и остаться незамеченной? Раз плюнуть. Обвести вокруг пальца ради какой-то необходимости? С этим проблем и вовсе не возникает. Руж умеет водить за нос. В этом ей отчасти помогает её очаровывающая внешность, но большую часть она берёт с л о в а м и . Надо сказать, порой ей приходилось "запускать руку" туда, куда не следует, желая добиться своего. Чаще всего — драгоценностей. Своей наглостью шпионка заслужила влиятельную репутацию. Порой ей приходилось даже делать кому-нибудь упрёки, а в ответ не получать возражений (что малость нервировало некоторых её коллег). Особенно всех бы заинтересовала её способность воровать и ловить преступников на два фронта, но о ней не то что бы кто-нибудь знал; лишь самые пронырливые догадывались, что за невинной оболочкой скрывается нечто большее, чем видимое сперва: иначе откуда у этой девушки такое чуткое ощущение на очаги и укрытия незаконных граждан?.. Однако никто не смел спрашивать, оставляя сотруднице её секреты и свободу действий; в противном случае их бы "отшили" на раз-два. А некоторые и вовсе ссылались на "звериное чутьё", "слух летучей мыши" и бла-бла-бла, но... Нет, может, так оно и было, в некоторой степени. Но лишь в некоторой. Не стоит думать, что у мобианки не было ни единой оплошности. Приблизительно за год работы, при всей своей осторожности и быстром продвижении карьеры, успела случиться пара проколов, за которые она получила выговоры и даже небольшой урез и без того не самой большой зарплаты. В те разы летучая мышь ненадолго могла угомониться (правда, всего на дня полтора-два), а затем снова входила в привычную силу.

***

— Поверьте мне, Вы не ошиблись, отправляя на это задание МЕНЯ. Я выцежу из него любые его планы! Вы не представляете, какой он наивный. Да, я это сделаю даже на АРК. Пока всё идёт гладко. За соответствующую плату, разумеется. Конец связи. Даже на АРК. Как раз там-то жизнь девушки сильно изменится... Но это другая история. Тем более, вы её знаете.