Тысяча и один

— Атсуму. — А? Чего тебе, Саму… — лениво отзывается брат. — Думаешь, у нас все получится? — спрашивает Осаму и отворачивается. — Наше будущее… Атсуму недоуменно глядит на брата, сначала не понимает, а потом начинает заливисто смеяться. — Т-ты… — заикается младший близнец. — Ты чего ржешь, придурок?! Осаму не нравится запах сигаретного дыма, но он молчит. — Мы не можем продолжать действовать на территории Бразилии, даже если нам дали разрешение. Ты же… ты же понимаешь? Они покидают Рио-де-Жанейро с пустыми руками. Осаму думает, думает, думает. Где он мог оплошать, что именно сделал не так? Анализирует, находит в памяти отрывки, как вместе с Суной в старом хостеле искали копну рыжих и белых волос на доступных камерах, уезжающий кабриолет от Ипанемы и понимали, что не могут ничего на них нарыть. А потом в Рио Лоджа случилось ограбление и Осаму знал, что это они. Он чувствовал своего близнеца, порой видел его следующие шаги, но Атсуму снова и снова ускользал. Сколько… сколько он за ним уже гоняется? Не меньше пяти лет и Осаму Мию все еще не сняли с этого дела, хотя давно, очень давно пора. Всегда, когда старший брат оказывался пойман — все равно исчезал, убегал прыткой кошкой или улетал вольной птицей. Осаму не знал, почему в их жизни все обернулось именно так, но менять что-то не было никакого смысла. Осаму должен ловить Атсуму, а Атсуму должен убегать от Осаму. И каждый хотел бы это прекратить, но не могут. Просто потому что это стало уже смыслом неспокойной жизни. — Как ты думаешь, где они теперь? — спрашивает Ринтаро и затягивает сигарету. Мия молчит, смотрит на свои мозолистые ладони, все еще ощущает боль на макушке и не желает ничего сейчас отвечать. — Парагвай, или может Канада… — продолжает Суна, поднимая взгляд в небо, рассуждая. — Быть может их встретили в Китае, а может они и вовсе не выехали из Бра- — Аргентина. Суна замирает. — Что? — неловко оборачивается он. — Они в Аргентине. — отвечает Осаму и уходит с балкона. Суна тушит сигарету, усмехается и достает телефон из кармана. — Так значит, известна следующая страна. — начинает Ринтаро, заходит в комнату и набирает что-то на экране. — Занятно. Я позвоню Ките, спрошу, во сколько приезжать завтра в отдел, чтобы обсудить… — Нет. Я устал. — снова прерывает его Мия и машет рукой на выход из квартиры. Подает Ринтаро куртку, смахивает с нее грязь и шлепает два раза ладошкой по его щеке, мол, «все нормально». Суна не понимает. Осаму захлопывает дверь, тяжело вздыхает и уходит в гостиную. В квартире давящая тишина, кажется, что слышится даже стук собственного сердца и неравномерное дыхание. Осаму захлопывает дверь, остается один, мысли крутятся в голове снова и снова, одна хуже другой и боль в груди с неимоверной силой давит на все. Осаму захлопывает дверь. И по его щекам стекают слезы. У Мии где-то в груди разрывается сердце, колит невыносимо больно и пристрастно просит о помощи. Осаму словно рассыпается белой пылью или разбивается на миллионы осколков. Его родной брат исчез из их жизни, когда им было всего девятнадцать. И Саму разрывает легкие от истошных криков, а по утрам соседи смотрят на него с опаской. Как и должны смотреть. Потому что Мия Осаму вот уже несколько лет идет на ужасные поступки, лишь бы отомстить брату за предательство. Осаму томим не то ненавистью, не то перемешанной с горечью обыкновенной детской обидой за прошлое. Когда их мечты превратились в пыль и от мечты Осаму не осталось ровным счетом тоже ничего. Возможно Атсуму никогда и не хотел того же, что хотел Осаму. Но в грудной клетке все разъедает отчаяние, доходит до сердца и убивает снова и снова. Они ведь всю жизнь были вместе, зачем Атсуму просто взял и растоптал их общее будущее? Осаму не знает. А от этого еще тяжелей. Придурки. Какие же они придурки. Мия не отвечает на звонки четвертый день. Суна насилует его входную дверь, в итоге ему все-таки открывают и на пороге он видит живого зомби с красными и опухшими глазами, бледной кожей и мертвым взглядом. Ринтаро сам потихоньку составляет новый план, подготавливает к делу специалистов и выхаживает Осаму. Тот благодарно и вымученно улыбается. Лихорадочно записывает что-то в книгу, мажет чернилами пальцы и совсем не спит. — Да так… — тянет Атсуму и глупо лыбится, словно лиса. — Я боюсь. — А ты не бойся! Ты же знаешь, что я не оставлю тебя. Ты столько лет этого хотел, разве есть право отступать? Мы будем вместе! — хлопает брата по плечу блондин. — Вместе? — Ну конечно! Будем вместе и свободны! Он безбожно врал. В Аргентине жарко. Солнце припекает затылок и уши. — Свобода, значит… — начинает Осаму и хищно улыбается. Атсуму чувствует дуло пистолета на своем лбу и слышит, как щелкает затвор. Свобода — идея очень простая. Наверное поэтому ее так легко потерять.