Отпусти

В темном подвале находится паренек без сознания, но благо хоть не на холодном бетонном полу, а на старом матрасе лежит, хоть какой – то конфорт. Он тихонько приходит в сознание, подает признаки жизни, глаза открыть свои пытается. С хрен пойми какой попытки у него, наконец, с божьей помощью, это получается. Постепенно приходит в себя, он понимает, что не в клубе, где должен был, вроде как, находиться со своим другом, Хосоком, а в ебанном блять подвале, сука. - Блять, какого хера вообще? Что за мудак решил в долбаеба поиграть? Кое – как встав и аккуратно присев, парень стал оглядывать помещение, в котором находится. Мда, Мин Юнги, можешь же найти приключения на свою пятую точку, как всегда собственно. Но на этот раз все куда серьезней. - Так, меня кто – то похитил, и это, скорее всего, какой – нибудь псих – извращенец. – бубнит себе под нос Мин. – или даже маньяк. Какого хуя я ему понадобился вообще? А главное, нахуя? Еще и страшно, пиздец. И сколько интересно я тут? Хосок волнуется, скорее всего. Осмотрев еще раз помещение, он понял для себя несколько вещей: тут нет окон, за пределами очень тихо и то, что ему придется встретится лицом к лицу с ненормальным, что его похитил. - Пиздец… Еще и телефон забрал, падла. Так, Юнги, спокойно, ты и не в такой пизде бывал. Просто надо успокоиться и ждать ебанного чуда. Охренеть как оптимистично конечно, но хули мне еще делать? – пробубнел себе под пос парень. - Эй блять, там кто – нибудь есть? Я жрать и в туалет хочу, ало. Мудаки, хоть еду бы оставили, я от голода тут коньки отбрасывать не собираюсь, ублюдки. В ответ была только тишина. - Ну и ладно, ну и не нужно. Сожру бетон, может выход себе прогрызу. Но в ответ так и была тишина. Спустя какое – то время, дверь в подвал открывается и к нему спускается мужчина. Мин видит только его силуэт, так как свет горит достаточно тускло. - Кто вы? Что вам от меня надо? Что, больше поймать никого не могли? Уроды. Мужчина ничего не ответил, он просто вырубил единственный источник света и, благодаря фонарю, который у того был, поменял лампочку. Когда включили свет, Юнги буквально чуть не ослеп, ведь неизвестно сколько был считай в темноте. Кое – как, с горем пополам, привыкнув, он увидел того, из – за кого оказался там, где вообще не должен находиться. - Намджун!? Какого хера? – удивленно прокричал Юнги. Ким ухмыльнулся. - Малыш, ты меня еще помнишь,оказывается. Мне это льстит. А то я думал с памяти своей меня стер, как воспоминание, которое нахер тебе не сдалось. – напевая, произнес само воплощение монстра. - Что ты от меня хочешь? Мы с тобой по – хорошему разошлись, что тебе еще надо от меня, ублюдок? – Мин смотрел на Джуна с ненавистью. Они познакомились в клубе практически года два назад, и они буквально в первый же день потеряли голову, при виде друг друга. Их отношения начались с крышесносного секса, а дальше, вроде как любовь. Или ее вообще не было. Но это не важно. Все было идеально первые месяца так три, пока Джун не стал проявлять свои садисткие наклонности, которые Юнги ну никак не нравились, от слова совсем. Они отторгали его. Но Ким не давал ему никакого выбора. Он начал избивать того за непослушание, когда Мин говорил тому банальное «нет», ведь было очень больно и морально и физически. А вскоре, он его просто изнасиловал, взял с силой и делал с его телом, что хотел. А вскоре он просто сбежал через окно, благо была пожарная лестница рядом, ибо жили они на одиннадцатом этаже. Он долго прятался, а через время переехал в другой город к Хосоку, с которым с самого детства знакомы, и с тех самых пор он пытался забыть его, ведь тот в кошмарах к нему приходил. И сейчас тень его херового прошлого стоит прям перед носом. Все попытки забыть и вычеркнуть моменты с ним у себя из памяти просто коту под хвост. Страх покрывает ненависть, бурлящую в крови, дает понять, кто перед ним стоит, старые чувства вызволить наружу пытается. Юнги сжал кулаки и дышит тяжело. Ему хочется ударить и, одновременно, в ноги ему упасть и слезно просить не трогать его. Но он сдерживает свои порывы, ибо знает, что ни к чему сказочному все это не приведет, а только усугубит ситуацию, которая и так, медленными маленькими шажками, раскаляется. - Куколка, мы даже не поговорили, ведь ты просто напросто сбежал. – начал отчитывать его, как ребенка, который нашкодничал и не собирается бороться с последствиями. - Да потому что ты бы меня не отпустил, псих. – рыкнул Юнги. - Да, не отпустил бы. – спокойно ответил Намджун. – ведь ты мой, и только мой. Больше ничей, любовь моя. Ты же знаешь, какой я собственник. Да и я очень по тебе соскучился, любовь моя. Каждый день думал о тебе, представлял то, что мы будем делать с тобой. – мечтательно улыбнулся, хотя это даже не улыбка, а оскал. – надеюсь, ты тоже по мне скучал… - Лучше отпусти меня, ублюдок. – перебил его Юнги, ибо слушать это было невыносимо. - А то что? Покусаешь? – хмыкнул на его просьбу. - Сожру. – прорычал, смотря прямо в глаза. - Узнаю свою детку. – оскалился и с ног до головы осмотрел. – ты всегда кусаться любил. Юнги смотрит на него с нескрываемой яростью, но при этом не знает, что ему ответить на все это, что ему делать вообще. - Как ты меня нашел? – сглотнув, спросил. На данный момент, вот, что его интересует, ибо он не помнит совсем ничего. - Очень просто, радость моя. Я сначала узнал, куда ты уехал, и это было достаточно легко. Потом узнал, где живешь, вот это было узнать немного сложней, но что не сделаешь, ради своей детки. – облизнул свои губы, при этом смотря на парня напротив. - Видел, как ты ездил в один и тот же клуб и зажимался там с другими мужиками. Я всегда сидел в темном дальнем углу и видел все это, твои сексуальные танцы с ними, как они угощали тебя коктейлями, все видел. Мне хотелось руки отрубить тем, кто прикасался к тебе, ведь ты только мой. Но я терпел и ждал подходящего момента и вот, я его нашел. – засмеялся. – ты был в отключке дня два, потому что я немного перестарался, когда ударял тебя, но рад, что не убил. – снова засмеялся, только смех его похож на зловещий. Тело Юнги покрывалось мурашками с каждым словом этого ублюдка. Но радует только то, что тот не понял, что он живет совсем не один, а с Хосоком. А тот, блять, полицейский. И если о нем не было ничего слышно два дня, то его, с огромной вероятностью, ищут в каждом уголочке ебанного города и пригорода. Поэтому, Мин просто молится Богу, чтоб его нашли. - Что, страшно стало? Я по глазам это твоим вижу. Не волнуйся, нас никто не побеспокоит с тобой. Я сейчас уйду обратно наверх, ты же, скорее всего, поесть хочешь. Сначала я тебя буду хорошенько кормить несколько дней, а там дальше нас ждут незабываемые дни, любовь моя. – после этих слов, он просто развернулся и хотел уже уйти как, не оборачиваясь, произнес: - И да, ты никак не сбежишь, даже не предпринимай попыток, все равно в руках моих окажешься. Когда дверь за тем закрылась, Мин, уткнувшись лицом в ладони, дал волю эмоциям, которые держал в себе все это время. Он понял, что снова находится в ловушке и не знает, сколько это будет длиться. А самое главное, когда начнется в его жизни второй круг невыносимой боли? Завтра? Через несколько дней? Неделю? Зная этого мудака, у которого с выдержкой все плохо, это может застать его так быстро, что даже хрен заметишь. А хорошенько покормить он его хочет для того, чтоб, не дай Бог, не откинулся прям во время его всего процесса. Заботливый ублюдок, причиняющий все виды боли на свете. Ему стало реально страшно от его слов, потому что если сам Ким Намджун сказал это, то он это сделает, ведь он слова на ветер не бросает. Вся смелость улетела в пропасть вместе с другими чувствами, оставляя только страх и ненависть. Юнги мерзко от себя, потому что снова позволит этому случится, так как он слаб перед ним. Всегда бы слаб. Он готов был прям на месте, сразу в ноги ему упасть, но ненависти оказалось больше. Поэтому его, в буквальном смысле, разрывает от противоречивости чувств. Но все же… - Хосок, пожалуйста, прошу, найди и спаси меня. Я знаю, ты сможешь, я верю в тебя. Я даже обещаю сходить с тобой на свидание и отвечу тебе да на предложение переступить черту друзей, если ты вызволишь меня из лап этого монстра. – одними губами, очень очень тихо произнес Юнги, давясь при этом горькими слезами. – я знаю, что та еще сука, но я сам начал чувства к тебе испытывать. – пауза. – прошу, найди меня. Он давно так не плакал, очень давно, с тех самых пор, как сбежал от этого урода. Но в этот момент он не смог сдержать слез, а, вернее сказать, истерику. Сквозь затуманенный разум он слышит такой знакомый и родной ему голос, что ему даже показалось, что он уже с ума сходить начал. «Юнги!» Ему кажется, или этот голос принадлежит… «Хен, мать твою» Хосоку.

***

- Эй, Юнги, проснись, ты плачешь. – тряс того Чон. – Мин блять Юнги, не пугай меня вставай. Юнги вскочил, широко раскрыв глаза и стал быстро оглядываться, а когда увидел Хосока, крепко обнял того и заплакал. - Эй, тише, снова кошмар? Хен, все хорошо, ты не там, ты тут, со мной. – покачивая того в своих объятиях, успокаивает младший. У Юнги, в свою очередь слезы облегчения. Он не там, не с тем, кто держал его насильно, а с тем, кто реально любит его, с нежностью и трепетом относится к нему, душу родную в нем видит, любит. А он дурак, что не принимал этого. Просто дурак. - Хосок, я согласен быть твоим парнем, только будь пожалуйста рядом со мной. Я схожу с тобой на свидание, и не на одно, а на сотню таких свиданий. Мы будем, как те все сопливые парочки, гулять за руку, ходить в кафешки, признаваться друг другу в любви и чуть ли не трахаться на задних сиденьях кинотеатра. У нас будет лучший секс каждый день. Я буду эффектно встречать тебя с работы. Ради тебя начну учиться готовить, чтоб ты ел домашнюю еду. Душ или ванну будем принимать только вместе, и мы там не только мыться будем, это я тебе гарантирую. А еще… - Так, тише, я понял тебя. – перебил он старшего, при этом счастливо улыбаясь. – я буду рядом с тобой всегда, хен. И я очень сильно счастлив, что ты, наконец, принял решение и согласился на отношения. Я правда очень сильно рад. Я так люблю тебя. – поцеловал в висок и прижал еще сильнее к себе. Мин сильнее вжался в Чона. Ему стало намного легче. Ему пообещали. Его любят. Он рад, что это был всего лишь сон, ибо если это было в реальной жизни, он бы сразу на месте и умер сразу, моментально. - Снова он снился? – осторожно спросил младший. Он знает про прошлое своего уже парня, и про кошмары эти тоже вкурсе. - Да… Но этот сон был настолько реалистичным, что я уже думал, что мне конец, в буквальном смысле. Все было настолько реально, что мне до сих пор не по себе. Я там звал тебя, и ты же помог мне проснуться, спасибо тебе. - Я всегда рядом, всегда. - прошептал младший. Юнги поднял голову, чтоб взглянуть в глаза Хосоку, он действительно в них любовь. Первый целует, и ему, без промедления, отвечают. Это простой нежный поцелуй, для них самый первый. Им же они дают друг другу понять, что все у них по – настоящему, искренне, без фальши. Как же этого Юнги не хватало. Любви. Первым отстранился Чон. - Я хочу тебе сказать кое – что, давно собирался. – осторожно начал он. Старший, поглаживая плечи своего парня, смотрит ему прямо в глаза и кивает, дает этим понять, что внимательно слушает. - Мы поймали этого Ким Намджуна. Он в своем подвале держал парней, которые чем – то похожи на тебя. Насиловал их, издевался как мог, но не убивал. Вышли мы на его след благодаря камерам одного ночного клуба, где он нашел себе последнюю жертву. Ему дадут пожизненное, а из девятерых парней, пятерым понадобится помощь психиатра, или даже психотерапевта. Их будет ждать долгое лечение, потому что морально он их растоптал и ничего от них прежних считай не оставил. Другие в больнице, но им эта помощь не нужна, он их так сильно не трогал. Глава Мина с каждым произнесенным словом становились больше и из глаз чуть не полились слезы, ибо из – за него Джун поступил так с этими парнями, только из – за него. Чувство вины начинает в эту же минуту поедать его внутри. - Если начнешь винить себя, я тебя буду ругать и не посмотрю, что ты мой хен. – серьезно сказал Чон. - Но Хо, они же чем – то на меня похожи, а значит, он искал меня. Мне просто настолько противно с этого, от себя, что мне просто хочется испариться. Из – за меня он стал таким, по моей вине все это. – расстроено вздохнув, сказал Юнги. - Хен, его посадят, пожизненно, в одиночную камеру, без окон, с одной кроватью и столом, больше у него ничего не будет. С этими людьми будут работать лучшие врачи. Тебе не надо волноваться и терзать себя этим. Виноват в их состоянии только сам преступник. Поэтому… - поцеловав в щеку и встав с кровати, продолжил. – приводи себя в порядок во всех смыслах и пойдем завтракать. Я как раз кофе сделаю, как ты любишь. - Хорошо, подожди немного. – улыбнулся. Когда парень скрылся, Юнги действительно задумался. А может, действительно все это надо отпустить? Ведь он нашел свое счастье, а тень из его прошлого больше не тронет его. Ему действительно не о чем волноваться. Совсем. Подняв голову к потолку, шепотом произнес: - Вот и пришел конец кошмару, который побил свет.