Ударила между ног, а попала в сердце

      Елена проснулась и медленно открыла глаза. Голова кружилась, мысли путались – последствия введённого в нее вещества. Девушка огляделась вокруг – ее приволокли в пустую маленькую комнатку, похожую на тюремную камеру. Голые бетонные стены, дверь и матрас. Растительность тоже присутствовала - плесень на полу, видимо возникшая из-за сырости и холода. Не трудно было догадаться, что Роу в подвале. Из-за отсутствия окон нельзя было понять сколько сейчас времени.       "Сколько я была в отключке? - подумала Елена, ища глазами телефон. - Конечно, его нет. И денег. И часов".       Вдруг девушка замерла и напряглась. В глазах отразился страх утраты. Затем ее рука резко дернулась к груди. Как только длинные худые пальцы нащупали холодный метал подвески, Елена выдохнула и расслабилась.       "Слава всем богам, он на месте".       Роу нежно сжала украшение, оперлась на стену головой и закрыла глаза.       "Ублюдки. Что им от меня надо? - она тяжело выдохнула. - Агенты напали на нас днем на пикнике. Так что может быть уже ночь, а может и утро, если вещество, которое в меня ввели, было достаточно сильным", - девушка потерла точку на предплечье, оставшуюся от шприца. – Надеюсь, Маркус смог убежать".       Елена оглядела себя – следов изнасилования не было. Ее не били. Девушка не была прикована, ее никто не касался и боли тоже не было.       "В принципе, ситуация приемлемая. - Сделала вывод Елена. – Похоже это конец. Жаль. Я думаю, пару месяцев у меня еще было в запасе. Но может так и лучше. Родители не будут мучиться, видя, как я умираю на больничной койке. Лучше так – пух и исчезла!"       С каких пор Роу стала такой безразличной к своей жизни и в том числе к случившемуся? Причины просты и сложны одновременно: затяжная депрессия и неизлечимая болезнь. Но об этом чуть позже.       Все началось два года назад, когда исчез Пятый, а она вернулась домой. Елена не помнила процесс "возвращения", потому что находилась в странном анабиозном состоянии. В голове неустанно прокручивалось картинка с удаляющимися фарами и мысль: "Пятый уехал навсегда. Я больше его никогда не увижу". Полицейские пробовали допрашивать ее. Естественно, никаких ответов на свои тысячи вопросов они не получили. Спасибо маме, которая сказала, что у ее дочки шок и больше никого к ней не подпустила.       Кстати, шрамов не было. Елена сопротивлялась, но родители все равно размотали ее бинты. Дочка очень боялась, что они увидят глубокие уродливые следы и будут задавать вопросы. Однако шрамы исчезли. На их месте была чистая обычная кожа, никто не задавал лишних вопросов – не было причин. Елены испытала в этот момент невероятное облегчение. Она смотрела на свои запястья и лодыжки словно в первый раз и радостно прыгала. Родители не сочли ее странной, списав все на шок. Однако позже в ее голове появились мысли: "Как? Почему шрамы исчезли? Это невозможно!".       Дальше была долгая дорога: на машине, на самолете, на такси – об этом всем, как упоминалось ранее, Роу почти ничего не помнила.       Кстати, спустя несколько дней, когда Елену вызвали для дачи показаний, она сказала, что все забыла из-за шока. Затем, как и писал Пятый, переехала. Ей даже не пришлось просить об этом родителей (она представляла какая это странная просьба) – они сами приняли такое решение. В этом нет ничего удивительного – ее семья постоянно сменяла место жительства и долго нигде не задерживалась.       Следующий пункт – оборвать все связи с Академией Амбрелла. Елене очень не хотелось этого делать. Она скучала по ребятам, но понимала, что это для их же блага, а также для безопасности ее родителей. После переезда, одна из одноклассниц прошлой школы Елены написала ей. "Привет. Тебя искал странный мужчина в черном латексном костюме. У него дохера ножей!" "Ты ему сказала где я?" "Нет, конечно" "Спасибо, Сьюзи, и не говори никому об этом, если будут спрашивать. Хорошо?" "ОК. Что ему нужно было?" "Забей. Долгая история" "Ну ладно"       А затем началось медленное и мучительное погружение в депрессию. Елена ушла в себя. Сначала несколько недель не выходила из комнаты, затем продолжила свое "затворничество" на улице. Депрессия не убила ее любовь к природе. Поэтому девушка хватала свой скетчбук, карандаш и уходила в лес или в парк.       Она рисовала его. Того, чей лик всегда был перед ее глазами, того, кто был в ее голове и снах, того, о ком были ее слезы одинокими ночами.       Елена терялась в догадках, почему он так с ней поступил. Почему ушел. Ведь он, очевидно, ее любил. Неужели нельзя было найти иного выхода решения проблемы? Или Пятый просто испугался? Если испугался, то чего?       Время шло. Пятый не появлялся. В каждом прохожем Елена пыталась разглядеть его или голубую вспышку. Вечно оборачивалась и была беспокойна. Девушка всегда искала его глазами в толпе. Везде. Она верила, что он за ней вернется: "Пятый не мог меня бросить. Я обязательно увижу его снова". Но месяца шли. А о Пятом ничего не было слышно.       Лето кончилось, наступили вступительные экзамены в колледжи, поступление и все в этом духе. Елене было не до этого. Из-за апатии она не то что учиться, даже в туалет себя заставить сходить не могла. Но родители решили эту проблему. Они так хотели отправить ее учиться – думали это отвлечет ее, вытащит со дна депрессии (как они заблуждались!) - что все-такие устроили дочку в колледж. Не самый лучший, но не худший. Возможно, дали взятку, возможно, там знакомые мамы. Не понятно. Родители ничего не рассказывали, вместо этого садили дочку в машину, отвозили и оставляли у ворот колледжа.       Иногда Елена не могла заставить себя встать и идти, поэтому так и оставалась сидеть у ворот учебного заведения, прислонившись к изгороди и натянув капюшон кофты, чтобы не видеть удивленные взгляды студентов.       К этому времени появилась новая проблема – физическое состояние Елены начало стремительно ухудшаться. У нее выявили ряд серьезных заболеваний: желудка, печени, кишечника. Начался настоящий ад: постоянные походы по врачам, слезы мамы, вечно грустный взгляд папы, бесконечные процедуры, приемы лекарств и уколы. Пока у девушек ее возраста туалетный столик наполнялся косметикой, у Роу – медикаментами.       Самое главное, что никто не мог сказать причину резкого появления заболеваний. Родители думали, что из-за депрессии, поэтому девушку стали водить по психотерапевтам. Специалисты хотели положить ее в психушку полечиться, но этого не случилось, потому что у Елены обнаружили рак желудка.       В тот вечер девушка хотела сбежать, чтобы родители перестали мучиться из-за нее. Елена не могла видеть их такими несчастными.       Все это катастрофически отразилось на внешнем виде девушки: она сильно исхудала, вместо сексуальных округлостей - страшно торчали кости. Елена побледнела так, что от ее смуглости не осталось и следа, волосы стали тонкими и редкими – пришлось носить шапку, даже летом, появились синие круги под глазами, глубиной с Марианскую впадину.       Стыдясь своей неестественной худобы, Роу начала носить мешковатую одежду. Это все удручало ее, ведь как и другие девушки, Елена любила одеваться красиво и модно, но теперь она не могла себе позволить актуальную в то время укрученную одежду. Хотя и это вскоре стало неважно. Все стало неважно. Мир стал серым и бессмысленным.       Тем временем заканчивался учебный год и студенты, по мере ухудшения внешнего вида Елены, стали больше обращать на нее внимание.       Трикси – главный козел отпущения всего факультета биологии (да именно на этот факультет родители отправили Роу), покончила жизнь самоубийством из-за буллинга. Злые и алчные подростки стали искать новую жертву. В их странной для Елены системе отношений почему-то всегда должен быть тот, кого ненавидят и издеваются и тот, кто чинит произвол и возвышается за счет этого.       Ну и новой целью буллеров стала Елена, ее признали самым слабым звеном системы. Почему? Вот как рассуждали главные буллеры.       "Ну, во-первых, она стала страшная, в начале года еще была ничего, но сейчас в призрака тощего превратилась. Аж больно смотреть, как она волочит свое жалкое существование и как невидимка слоняется по коридорам.       Во-вторых, носит одну и ту же стремную одежду. Нищебродка.       В-третьих, вечно такая отстранённая. Ни с кем не общается, на тусы не ходит. Как затворница сидит в уголке или на дальних партах на занятиях и вечно калякает что-то в своем блокноте.       В-четвертых, не участвовала в приколах над Трикси и вообще хорошо к ней относилась.       Итог: странная и сама напрашивается.       В тот вечер, когда студенты обсудили Елену (главным образом Виолетта с подружками и ее мафиозный бойфренд Бред), они подняли бутылки с горячительными напитками и с страшным гогочущим криком "За Елену!" чокнулись. Они еще долго смеялись и предвкушали встречу с девушкой.       Одним ужасным днем (именно такие они были после того как ушел Пятый), Роу как всегда сидела в коридоре на окне. Она рисовала Пятого и любовалась видом, где старые заброшенные корпуса колледжа утопали в дикой зелени, с каждым годом поглощавшей все больше пространства учебного заведения. Елена давно хотела прогуляться по этим местам, но из-за того, что родители забирали горе-студентку в одно и то же время, ей не удавалось этого сделать.       В такие моменты, глядя в окно, Роу отключалась от реальности и этот случай не был исключением. Поэтому девушка не сразу заметила, что в коридоре полном студентов стало необычно тихо. В этой гробовой тишине эхом зазвучал цокот воинственно приближающихся каблуков. Однако и этого Елена не слышала, как и не слышала дважды произнесенного своего имени – ее звала жгучая брюнетка, скрестив руки на груди и мило насупив носик – это значит она теряла терпение. Такого знака было достаточно, чтобы одна из ее подружек толкнула Елену в плечо. Только тогда Роу посмотрела на студенток. - М? – лишь ответила она. Ее лицо не выражало никаких эмоций. - Ты Елена Роу? – дерзко спросила брюнетка, стоявшая по середине. - Да. А ты кто? – все также продолжала Елена с каменным лицом. Долгое пребывание в апатии дало о себе знать. Ей было глубоко все равно на происходящее.       Кажется, после своего вопроса она услышала, как люди вокруг ахнули.       "Люди вокруг?" - наконец обратила внимание Елена. Она огляделась. И правда, студенты в коридоре замерли и перешёптывались, с опаской поглядывая на нее. В этот момент у Роу зародились первые ростки сомнения.       "Что-то не так". - Ты не знаешь Виолетту? Серьезно? Вот она дура, конечно, - пропищала одна из подружек этой Виолетты.       "Я слышала про нее. Да… Точно… На эту же Виолетту постоянно жаловалась Трикси. Кстати, где Трикси?" - подумала Елена. Роу несколько дней назад вернулась после лечения и еще не знала, какая судьба постигла ее бедную подругу и что скоро постигнет ее. - Что ж тогда давай познакомимся, - ехидно протянула брюнетка и помахала рукой парню, стоявшему поодаль и покрытому с ног до головы наколками. - Ви, мы начнем сразу с жести? – пискнула вторая подружка. - Да, а зачем ждать?       "Жести?" - насторожилась Елена, видя как к ней приближается татуированный парень. Не успела она спросить, что они собираются сделать, как громила грубо схватил ее за руку и стащил с подоконника. Девушка упала и больно ударилась коленями.       "Ой не хорошо. У меня так коленные чашечки выскочить могут", - Роу вспомнила наставления врача. Она стала очень хрупкой, и буквально одно неловкое движение может привести к вывиху, перелому или дроблению кости на мелкие кусочки.       Удерживая этот факт в голове, Елена вернулась в реальность, где она лежала на полу, в ногах Виолетты, листавшей ее блокнот. - Не смей его открывать! – Елена тут же дернулась вверх, за блокнотом, но парень быстро вернул ее на место. - А то что? Вызовешь своих дружков-зомби?       "При чем тут зомби?" - недоумевала Елена. - А он красивый, - продолжала Виолетта. – Я так понимаю это парень, который тебе нравится? Это о нем ты тоскуешь каждый день?       Студенты окружили их и громко засмеялись. В груди заболело, но не из-за болезни сердечно-сосудистой системы, а из-за Пятого – он колючая пульсирующая боль в ее сердце.  - Ты себя вообще видела? Как ты смеешь вообще о нем мечтать? – не унималась брюнетка. Она наклонилась к Елене, сидящей на полу. – Слушай. дам тебе совет: даже не пытайся с ним замутить, а лучше вообще в его сторону не смотри – только напугаешь бедного мальчика.       "Что это мымра себе позволяет? И в смысле напугаешь?" - в голове девушки был диссонанс. При этом публика вокруг не унималась и гоготала все сильнее, словно стая гиен, намеревающаяся сожрать ее. - Похоже ты не понимаешь, о чем я говорю. Девчонки, зеркало, - скомандовала Виолетта и нужный предмет быстро появился в ее руках. Она повернула зеркало к лицу Елены.       И в этот момент Роу поняла, о чем говорила Виолетта. Девушка уже давно забила на свой внешний вид и не смотрелась в зеркала, а если и видела свое отражение, то ей было все равно. Теперь же, сидя на полу, больно упираясь коленями в бетон, слушая крики "Уродина" от студентов вокруг и видя насмешливо-презрительный взгляд Виолетты, она обратила внимание на зеркало. Оттуда на нее смотрела совершенно не знакомая ей бледная девушка с бело-зеленой кожей, будто натянутой на кости, с впалыми щеками, с взъерошенными, сальными черными нитками на голове вместо волос. От губ остались две потрескавшиеся узкие полоски. Единственное, что заставило Елену поверить, что это ее отражение – ярко-зеленые глаза, которые неизменно горели двумя изумрудами. Неестественно яркими.       Роу отвлеклась от зеркала и осмотрелась вокруг себя.       "Я ведь и правда уродина. Да и к тому же отброс. Ведь меня булят! Меня! Я была самой красивой девочкой в школе! Тогда меня никто и пальцем тронуть не мог. А сейчас я, как мусор, валяюсь в ногах этой сраной Виолетты!" - Елена была подавлена и раздавлена. Мягко говоря, в шоке от осознания происходящего в своей жизни. Как все поменялось и кем Елена стала. Что-то внутри надломилось. Роу резко повернулась к Виолетте: - Ты что себе позволяешь, крыса болотная? Быстро отдай мой блокнот и проваливай!       Внутри Роу вскипела злость: "Никто не смеет так со мной обращаться!". И в первую секунду Елена гордилась, что смогла постоять за себя, а затем поняла какую ошибку совершила – гробовая тишина и испуганные взгляды студентов вокруг тому показатель. Глаза Виолетты округлились от изумления, а потом сощурились, на ее пухлых губах заиграла ухмылка, не предвещавшая ничего хорошего. - А девочка забавная, – произнесла она. – С Трикси все было скучно. - Что с Трикси? – спросила Елена, ее глаза грозно сверкнули. Она с ужасом начала догадываться, почему Трикси не отвечала на ее сообщения. - А ты не знала? Трикси сдохла! Мы просто пошутили! А она... - не договорила Виолетта и рассмеялась.       Две другие подружки подхватили: "Неудачница! Ха-ха-ха!"       "Они ее убили? Не может быть!"       Но место грусти занял животный страх от осознания, что эти чудовища сделали с подругой и что Елена может повторить ее судьбу.       В следующий момент, когда татуированный парень схватил Елену и закинул ее на плечо, как перышко, она по-настоящему поняла, в каком дерьмовом положении находится.       Спустя некоторое время девушку притащили в старый корпус колледжа, как раз которым она любовалась несколько минут назад и хотела посетить. Затем ее кинули на пол и начали избивать. Первая начала Виолетта, а затем все остальные.       В какой-то момент их всех отбросило, словно ударной волной. Они все испуганно переглянулись, но Виолетта не хотела упускать веселье, поэтому Елена снова услышала хруст гальки и приближающиеся шаги. И все началось снова, с еще большей силой и страстью.       Все это сопровождалось подзадоривающими криками: "Сильнее!", "В живот!", и смехом. Гогот нарастал и заполнял всю вокруг. Он отдавался эхом в пустом здании и еще сильнее давил на Елену, а она даже не кричала о помощи – в таком шуме ее никто не услышит. Поэтому она свернулась калачиком и пыталась закрыть лицо и живот.       Все еще удерживая факт о своей хрупкости из-за болезни, Елена понимала, что это конец. Массовое избиение здоровый человек вряд ли выдержит, а она с таким букетом болезней – точно умрет.       До последнего момента Роу ждала, надеялась, что Пятый услышит ее мысленные мольбы и как всегда появится и спасет ее. Но удары продолжали сыпаться, а знакомой голубой вспышки не возникало. В этот момент Елена почувствовала себя по-настоящему брошенной и преданной, последняя надежда угасла. Она окончательно поняла, что Пятый не придет. Не вернется. Никогда. Он ее бросил. Бросил умирать.

***

      Елене повезло – обидчики не сумели доделать начатое. На крик прибежал преподаватель и разогнал монстров, а затем вызвал скорую. Далее последовали два тяжелых месяца восстановления и ежедневная острая и невыносимая боль, с которой помогала справляться только ненависть и желание отомстить, холодным огнем возникшие в груди девушки и постепенно заполнившие ее.       Она злилась на Пятого, на Виолетту и ее друзей, на себя. Но первопричину своих несчастий она видела в Пятом. Именно после встречи с ним у нее все пошло наперекосяк. Она предполагала, что его сверхъявственные способности как-то повлияли на нее, на ее здоровье. Как минимум у нее магическим образом исчезли шрамы! Елена предположила, что они пропали после их встречи на крыше.       Она не знала как, но: "Если суперспособности и правда существуют, есть суперсильный Лютер, видящий призраков Клаус, перемещающийся во времени и пространстве Пятый и т.д, значит можно допустить возможность влияния этого всего на мои шрамы и на мое здоровье, – думала она. – Это все он! Гад! Он что-то сделал со мной!"             Елена вспомнила их поцелуй… Вспомнила все моменты, когда Пятый ее касался: "То что со мной происходило явно ненормально… Я не испытывала такого, когда меня касался, например, мальчик, который мне нравился в школе. Хотя я его так и не любила, как Пятого… Или может Пять меня околдовал? Может это его какая-то еще одна суперспособность, которую он скрывал? Хотя тоже вряд ли – Академия Амбрелла точно бы мне об этом рассказала. – Елена выдохнула, но слишком резко, вызвав тем самым сильную боль в груди (у нее были сломаны ребра). – Впрочем, уже не важно! Я вряд ли узнаю правду… Сейчас я знаю только одно – я ненавижу Пятого!"       В процессе долгого восстановления Роу вынашивала план мести. Елена решила изменить свою жизнь. Так нельзя жить, даже если жить осталось не долго. Она должна отомстить за себя. Девушка знала, что скоро умрет - избиение дало тяжелые последствия и отняло несколько лет ее жизни (которые все же были у нее даже с учетом всех ее болезней). Елена решила, что какие-то чувырлы не имеют право отбирать последние ее дни на этой земле, забирать ее у родителей.       Родители… Сколько бессонных ночей они провели в ее палате, пока она была без сознания, сколько слез пролили. Кажется, Елена забыла, как выглядит улыбка на их лицах. Сколько хлопот она им доставила. Елена решила сделать их счастливыми, закончить их мучения. Ведь она понимала, что им намного хуже, чем ей. Она уйдет, они останутся.       "И уж лучше пусть они останутся с счастливыми воспоминаниями обо мне" - подумала любящая дочка и пообещала себе, что когда выйдет из больницы, сделает все, чтобы радовать маму с папой как можно чаще.       Так Елена и поступила. Когда она выписалась, то не закрылась в комнате или ушла в лес, как обычно, а спустилась вниз и поужинала вместе с родителями. Они были очень удивлены и безумно счастливы.       Мама начала радостно хлопотать и извиняться: "Прости, доча, не знали, что ты будешь кушать с нами. Я бы что-нибудь повкуснее приготовила". В этот момент Елена поняла, насколько отдалилась от мамы с папой, что ее присутствие на обычном ужине стало для них праздником.       Елена сказала: "Я теперь всегда буду кушать с вами". В этот момент мама замерла. Черпак выпал из ее рук. Она обернулась. В ее глазах стояли слезы, мама улыбалась. Папа тоже отвлёкся от газеты и тоже улыбнулся.       "Они улыбаются, - радостно подумала Елена. Она поняла, что не ошиблась, выбрав своей целью сделать их счастливыми. – Мама с папой должны улыбаться. Всегда улыбаться".       Они обнялись. Все плакали.       С тех пор Елена не только кушала, но и гуляла с ними и делала все, что они хотели. Роу понимала: близкие искренне желают ей счастья и всеми силами стараются её порадовать, помогая так, как считают правильным.       "Как я раньше не замечала, что они так старались?"       Елена позволяла им заботиться, не отталкивала как прежде, и делала вид, что это и правда делает ее счастливее. И это сливочное мороженое, и это розовое платье, и пойманная рыба на новую блесну с папой на рыбалке. Но в такие моменты Елена и правда была весела и довольна, потому что видела улыбки на лицах мамы и папы.

***

      Что насчет Пятого? Как только Елена вернулась домой из больницы, она кинула все свои скетчбуки в печь и подожгла. Видя как обугливаются страницы с его портретами, она думала, что в последний раз видит эти глаза. Но девушка больше не плакала. Она ненавидела. Ведь из-за него ее жизнь превратилась в ад.       Она также хотела, чтобы сгорели все воспоминания с ним, но это не возможно, зато в ее силах было затолкать мысли о нем в самый дальний угол души и больше не доставать. Елена запретила себе произносить его имя, даже мысленно.       Стоя и смотря на горящие страницы, она схватилась за кулон, в который вложила записку – единственное, что осталось от него, хотела сорвать и бросить в огонь, но рука не дернулась. Тогда Елена решила оставить этот кулон как напоминание, во что превратилась ее жизнь из-за Пятого и использовать его только для взращивания ненависти к Харгривзу.       В этот же вечер за ужином мама сказала, что ей необходимо найти молодого человека, поскольку "нужно уметь отпускать и жить дальше". Елена никогда не рассказывала родителям о Пятом, но похоже они видели портреты в скетчбуке и догадались о ее сердечных страданиях.       Елена натянула улыбку и кивнула, про себя подумав: "Мама умеет выбирать моменты конечно... А может она видела мой "ритуал сжигания". Что ж, если родителям так важно, чтобы я нашла себе парня, и это сделает их счастливыми — я выполню это".

***

      В перерывах между путешествиями с родителями, Елена возвращалась в колледж, где постепенно разрабатывала и реализовала план мести. Кирпичик, за кирпичиком она разрушала жизнь Виолетты и всех, кто тогда участвовал в ее избиении. Ей было недостаточно просто побить их, она хотела уничтожить. Отобрать все, что им дорого.       И начала Роу сразу с Виолетты. "Уничтожив босса, будет горазда проще разобраться с ее приспешниками", - думала она.       Если кратко, Елена действовала по схеме "Д и три П": 1) Деньги 2) Престиж 3) Популярность 4) Парень       "Мститель" устранила каждый элемент из этой системы и таким образом постепенно уничтожила Виолетту. Итак, как же это было.       На Елену, несмотря на плачевное состояние ее внешности, давно уже заглядывался один милый паренек по имени Микки. Она воспользовалась выпавшей ей возможностью – Микки обучался на факультете журналистики и вел газету колледжа, а также работал над одной колонкой в городской газете.       Елена, помахав своими поредевшими ресницами, договорилась с ним о публикации некоторой информации и фотографий. По началу студент испуганно отказывался, но пылкие заверения Роу о том, что это сделает его известным журналистом, заставили его согласиться.       Девушка попросила разместить собранную ею компрометирующую информацию на родителей Виолетты. Уже давно ходили слухи о том, что её отец, занимающий должность главного бухгалтера мэрии, причастен к хищению муниципальных средств, предназначенных для нужд города. Что касается матери Виолетты, то по неподтверждённым данным она состояла в интимной связи с ректором колледжа, что, вероятно, объясняло, почему Виолетту не исключали, несмотря на все её проделки.       После нескольких тайных ночных вылазок Елене удалось собрать необходимые доказательства. Материалы на отца Виолетты она направила в Федеральную прокуратуру, а компрометирующие фотографии матери с ректором (содержащие материалы категории 18+) были опубликованы с помощью Микки.             Газеты колледжа и городские газеты разлетались как горячие пирожки, популярность Микки, как журналиста-расследователя росла, а первые два элемента системы "Д и три П" исключились (то есть деньги и престиж).       В день выпуска газеты Елена впервые увидела слезы на глазах Виолетты. Но это был еще не конец. Да, отца уволили, да, семья Виолетты лишилась своего богатства, да, честь матери Ви пострадала и она потеряла львиную долю своих клиентов в магазине одежды и ее линейка дорогих и безвкусных тряпок не распродалась, но остались еще два элемента - популярность брюнетки и ее парень.       Для завершения миссии "уничтожить Виолетту" Елене необходимо было преобразиться до неузнаваемости.       На очередном отдыхе в Италии Елена закупилась новой одеждой и просидела немало часов в местном ателье, так модница обновила гардероб. По приезде домой она выкинула всю мешковатую и застиранную одежду, на место нее пришли пиджаки, шелковые юбки (конечно длинные, чтобы закрывать ее тощие ноги-палки), широкие классические брюки (облегающие ей нельзя, причина понятна), элегантные аксессуары и дорогие украшения. Новый стиль Елены разительно отличался от того, что носили другие девушки в колледже.       Роу снова начала красится, давно забросив это дело во время депрессии. Правда сейчас ее макияж напоминал сценический грим: она наносила толстым слоем тональную основу самого светлого оттенка, искусно красила губы там, где их уже не было, использовала накладные ресницы. Затем дополняла образ париком блондинки       Преображение произвело настоящий фурор. Эффект усилили фотосессия и публикация в газете колледжа — Микки снова оказал неоценимую помощь.       В первый день после своего преображения Роу с трудом заставила себя войти в колледж. Дрожь пробегала по телу при одной мысли о том, чтобы переступить порог учебного заведения. До этого она полчаса просидела в тишине машины, до последнего сомневаясь в правильности своего решения.       Однако её опасения оказались напрасными. Тщательно подобранный образ превратил её худобу из недостатка в главное достоинство. Белая кожа, изящные ключицы и тонкие руки в сочетании со строгой закрытой одеждой стали настоящим трендом. В моду вошли хрупкость и утончённость — качества, которые полностью противоречили образу Виолетты. К тому же та заметно поправилась. И в этом была немалая заслуга Елены. Притворяясь тайным поклонником, она регулярно оставляла у двери Виолетты сладости, сдобренные специальными стимуляторами, вызывающими неутолимый голод. Так был разрушен еще один элемент влияния Виолетты — её популярность среди студентов.       Оставался последний и самый сложный пункт схемы "Д и три П" - парень.       Виолетта, несмотря на все что с ней приключилось, не забывала о нем и даже более того - он стал для неё последней соломинкой, надеждой в этом безумном вихре несчастий, который, не без помощи Елены, закружился вокруг неё. И этой соломинкой был вовсе не её татуированный и мафиозный бойфренд Брэд, а Маркус — парень, в которого Ви уже давно была влюблена, но боялась признаться в своих чувствах.       Маркус был полной противоположностью Брэда. Чистый, невинный ангел, капитан футбольной команды, голубоглазый блондин, самый красивый парень в колледже с ослепительной улыбкой, богатый, вежливый, галантный — мечта всех девушек, в том числе и Ви.       Однако для опасной брюнетки он значил гораздо больше, чем просто галочка в списке успешной и популярной студентки (как это было у Елены). Капитан футбольной команды стал её настоящей, чистой любовью. Рядом с ним она переставала быть той жестокой Ви, которую все знали. Рядом с ним раскрывалась другая сторона её души — светлая и незапятнанная. При виде Маркуса она краснела и смущалась, словно ребёнок. С ним она чувствовала себя просто девочкой — искренней, беззащитной. Её чувства к нему были лишены пошлости и развратного влечения — только чистота и нежность. И Елена это знала — благодаря своим внимательным наблюдениям.       Привлечь внимание Маркуса не составило труда. Оказалось, он питал слабость к «не таким, как все» — особенным, нешаблонным девушкам, и Елена идеально подходила под этот типаж. Кроме того, его привлекали хрупкие и невинные представительницы противоположного пола, рядом с которыми он чувствовал себя настоящим героем-защитником. Ну и, конечно, его манили загадочные, таинственные особы. В общем, классика жанра.       Пара свиданий — и Маркус сражён наповал. Елена научилась угадывать желания человека и воплощать их в жизнь — незаменимый навык в искусстве обольщения. Они начали встречаться, и уже на следующий день об этом знал весь колледж (Елена об этом позаботилась, развернув настоящую пиар компанию).       Ох, ну и надо было видеть лицо Виолетты, когда Елена зашла в колледж в обнимку с Маркусом. В тот день пришлось ненадолго отложить образ невинной фарфоровой куколки и злостно ухмыляться. Это получилось случайно - Роу просто не могла сдержать эмоции, ведь последний элемент в системе "Д и три П" был уничтожен, а значит Виолетта была повержена.       И нет Ви не кинулась на Елену как разъяренная кошка. В ее взгляде не было ни капли злости, только боль, свидетельствующая об очень глубокой ране в сердце. Елена знала, что поверженный враг пролила в тот день больше слез, чем за все предыдущие беды в ее жизни.       Несмотря на триумф и успешно осуществленную месть, Роу не чувствовала радости. Разве что первые минуты. Виолетта не знала, что в тот вечер её слезам вторила другая девушка — её главный враг, разрушивший её жизнь и отнявший самое дорогое - Елена тоже плакала в своей комнате.       Эмоции накрыли её с головой. Впервые за два года она испытывала настоящие чувства — ведь апатия лишала её этой возможности. Да, она отомстила за себя, Трикси и родителей. Да, изменила свою жизнь, перестав влачить жалкое существование. Но теперь она стала похожа на Ви — на того самого монстра, который, как и она, разрушал жизни и причинял боль.       "Я не лучше неё", — думала Елена, свернувшись калачиком на кровати. В тот вечер она приняла решение: закончить план мести и оставить в покое тех, кому ещё собиралась отомстить.       Кроме того, было желание сдаться — уйти на домашнее обучение и больше никогда не видеть людей, ведь такое чудовище больше не имеет права находится в обществе. Роу отомстила, цель достигнута, что еще нужно? Но внутренний голос, к её удивлению, велел не прятаться и не дрожать, а продолжать сражаться. Только теперь у Елены появился другой враг — человеческая жестокость.       Она начала борьбу с "дедовщиной" в колледже. Благодаря обретённой популярности и связям (Елена сотрудничала с главными дизайнерами города и колледжа, запустив ранее собственную линию одежды) девушка реализовала культурную революцию в сознании студентов: пропаганду совести и доброты, пресечение агрессии и буллинга, защиту жертв этого отвратительного явления.       Учёба, реализация социальных и культурных программ, волонтёрская деятельность в колледже, времяпрепровождение с родителями и иногда с Маркусом (к сожалению), который от неё не отлипал, а также стремительно развивающаяся карьера модели и дизайнера - такова стала новая жизнь Елены. Спокойная, и даже, можно сказать, счастливая.       "Но, похоже, всему этому пришёл конец", - с горечью подумала Роу, видя, как открывается дверь и в помещение входит низкорослый полный мужчина с тростью в руках. Горький опыт уже научил её - никакой сказочный принц с чёрным чемоданчиком и сверхъестественными способностями, чье имя Елена запретила себе произносить, не придёт ей на помощь. Она умрёт в этом подвале.