Фатализм

— Я просто рад, что ты выжил. — К сожалению, да, я выжил… Погодите! «К сожалению»? Тому не понравилась эта часть ответа Малыша, но особого внимания он решил сначала не придавать. — Как тебе эта планета, Малыш? Видел что-то подобное когда-то? А я вот видел. На юге Вьетнама парочку раз похожая погода была, я тогда… Тому пришлось замолчать, так как ещё полностью не пришедший в себя Малыш крепко обнял его, не желая отпускать. Нежно погладив его по спине и плечам, Том усмехнулся. На планете, на которую они приземлились пару дней назад — Фобоносе — местный поведал о некоторых удобных уютных бункерах, которые пустуют тут со времён начала войн. Капитан Меган уже решилась исследовать по совету местного крепость, отправив туда Эйприл на разведку. События развивались стремительнее, чем кто-либо мог себе это представить. После ужасного крушения корабля Эйприл стала в разы раздражительнее из-за огромного количества работы, возникшей из-за убогого проектирования шаттла ещё где-то на бумагах проекта «Астрогражданин» и малого количества времени, потраченного на дальнейшую разработку спасательной капсулы. Ресурсов стало катастрофически не хватать, но надежда на счастливое спасение не покидала вдохновлённые души Астрограждан. Что касалось кого-то кроме несчастной мастерицы на все руки, которая стала основной помощницей капитана, то отчуждённые от них Том Томсон и Малыш Бронко так и застыли в неисследованных ими отношениях. Обеды вдвоём, мимолётные шутки. Оба любили рассказывать друг другу истории из своей жизни, от которых становилось не по себе — даже несмотря на то, что один из них их по большей части выдумывал. Однако Бронко всё ещё восхищался энтузиазмом собеседника и его стремлению к свободным приключениям, ровно как и Том с жалостью и умилением наблюдал за добротой и пытливостью Малыша, воспитанного быть хладнокровным преступником. Но на этом же многое и заканчивалось. Тому часто приходилось наблюдать частые панические атаки у Малыша или же просто видеть его грустным. Это оставляло какое-то странное чувство, словно он что-то пропускает. Что он виноват, хотя ничего особенного не делал. Тем не менее, Том понимал, что не может повлиять ни на что из происходящего. В том числе и на то, о чём он так упорно не знает, но продолжает тревожить его и Бронко почти каждый день, с нагнетающим удручением, продолжая издеваться над дальнейшей возможностью обоих чувствовать себя радостными в результате выживания. И каждый раз Томсон обязывал себя быть рядом, утешать, прижимать к себе и просто молчать. Порой в попытках развеселить Малыша Тому посчастливилось найти где-то в своих сапогах две банки супа, пистолет в перчатках и аптечку под сиденьем кресла, и он всегда смеялся над этим. В большинстве случаев они просто молчали друг с другом. Без фантазий, без историй, позволяя себе только тишину и безмолвные, нежные касания, которые могли выразить всё без слов. Совместный сон Тома и Бронко в объятиях друг друга уже давно намекали Меган о чём-то. Сама капитан, несмотря на возражения А.С.Т.Р.О., старалась оставлять их наедине друг с другом как можно чаще, не желая возиться с ними вообще и пересекаться с кем-то, кроме Эйприл, она не особо желала. Благодаря Эйприл, шаттл наконец был почти полностью отремонтирован. По прогнозам А.С.Т.Р.О., оставалось не так много времени до потенциального спасения, но проблема с количеством необходимых ресурсов всё ещё оставалась актуальной и немедленно требовала решения. Ровно как и проблема с дисциплиной, решить которую казалось вполне не тяжело. — Пусть каждый выкажет своё мнение. Оно, пожалуй, должно было сложиться за всё немалое время вашего путешествия. Экипаж, понурив головы, спокойно слушали указания А.С.Т.Р.О., иногда переглядываясь. Деление на две самостоятельные пары и без того небольшой группы людей не сулило ничего хорошего и наоборот, усложняло работу. В том числе и несчастному ИИ, которой приходилось наблюдать за происходящей каждый день молчаливой враждой. Меган с серьёзностью держала в руках стандартную зажигалку программы «Астрогражданин», недоверчиво вглядываясь в полупрозрачное пламя. А.С.Т.Р.О. сказала, что такой способ сплочения человеческой команды был записан как один из алгоритмов действия при определённых случаях недопонимания. В её памяти было множество других вариантов, но Астрогражданам требовалось всего-то прояснить ситуацию, выяснив их отношения друг к другу максимально честно. Взгляд Меган изначально пал на Эйприл. Девушка сидела чуть левее капитана. Остальные участники круга затаили дыхание. Мэг поспешила убрать вторую ладонь с зажигалки, положив её на пол. Нехотя она заметила, что перед этим вечером Малыш хорошо постарался во время уборки, и сидеть на чистом полу стало гораздо приятнее. Эйприл слегка нахмурилась, ожидая услышать о себе несколько хороших слов. — Дорогая член экипажа Энджелл, — начала капитан Манн. — В нашей непростой ситуации я, будучи вашим лидером, очень рада, что у нас нашлась такая талантливая мастерица. Кто также, как и я, неравнодушен к поэзии… Кто способен помочь с любой системой в шаттле, не жалея сил для общего блага… Эйприл всё больше чувствовала, как сердце начинало биться чаще, заставляя покраснеть от лестных слов капитана всё больше и больше. Сидевший напротив капитана Том внезапно почувствовал, как кто-то трогает его за пальцы, касаясь ладонями, пытаясь то ли привлечь к себе внимание, то ли просто взяться за руки. Малыш. С глазами полных отчаяния и страха, он крепко сжимал правый кулак, а его тяжелая ладонь осторожно коснулась и спины Томсона. Том, затаив дыхание, нервно повернул голову. — Томсон, чёрт тебя побери! Раздавшийся внезапно глас Эйприл заставил перекинуть всё внимание на Астрогражданина в жёлтом скафандре. С глупой улыбкой, Том нехотя устремил свой взгляд на мирный танец пламени зажигалки, а тишина только сильнее начала ослаблять любую уверенность или надежду в своих словах. — Член экипажа Том Томсон, капитан требует продолжения ритуала! В последний раз взглянув на Малыша, Том протянул руку. Меган осторожно передала ему зажигалку. — Ну-с, с Богом!.. Хех. Да, конечно. Хотите знать моё мнение?.. Томсон мило улыбнулся. — Хотите знать, да или нет? Да? Чего молчите? Молчание - знак согласия, значит, хотите, да, хотите...Так вот... Замечтавшись в собственной каше слов, в голову Тома приходили лишь идиотские наборы букв, что в дальнейшем складывались в странные словосочетания, пугая мужчину не на шутку. Здоровый кабан весь из себя, прошёл через огонь и воду, везде поработал, побывал на краю света... А сейчас, в компании из остальных трёх человек, не считая искусственный интеллект шаттла по имени А.С.Т.Р.О., не может и двух слов связать! Впрочем, Томсона можно понять. Неизвестная планета, неизвестные намерения коллег - неизвестно всё. Кто бы на его месте не поддался бы страху? По крайней мере ему казалось, что Меган вполне адекватно вела себя в такой нестандартной ситуации и оставалась в спокойствии, точно настоящий капитан. Но о соблюдении правил Том думать не хотел, особенно когда смотрел на вечно испуганного Малыша Бронко, который глядел на него в ответ своими влажными от слёз щенячьими глазами. — Прекрати тянуть кота за его чёртов хвост, Томсон! Пока Меган не рявкнула на улыбающегося мужчину, Бронко сидел вполне себе тихо. — К-капитан Манн!.. Но… — Никаких «но», Малыш. Почувствовав хоть какую-то, пусть и косвенную, но поддержку, Том набрался смелости и рискнул сказать что-то более внятное. — Вы, мои дорогие, отнеслись к своей главной задачей, остаться последними осколками человечества, серьёзно. И я поражён! Вы настолько преуспели в этом, что сами потеряли свою человечность!.. Гордо улыбаясь, Том считал себя героем. Сидящий рядом Бронко не находил себе места, волновался и чуть ли не в слезах ожидал его дальнейших слов. Примерно такое можно ожидать от этого Томсона, верно? Это всё очередная ложь, да?.. — Но это относится не ко всем, мои господамы… Если бы у А.С.Т.Р.О. были руки и голова, то она наверняка бы ударила себя ладонью по лбу от стыда. — Да пошёл ты нахер! Хлесткий удар по лицу Тома от Эйприл. Напряжённое ожидание дальнейших действий. Испуганный Малыш. Разгневанная Меган… Тяжело дыша, Энджелл крепко сжимала кулаки в грязных перчатках. Щека жертвы, Томсона, тут же покраснела. Касаясь поражённого места дрожащими пальцами, раскрыв рот от неожиданности, Том словно потерял дар речи. Капитан Меган, наблюдая ситуацию, расслабилась. Что уж поделать? Она не размышляла о том, были ли эти слова ложью в этот раз. Манн знала: Том явно сведёт себя в могилу раньше всех остальных Астрограждан. — Капитан, похоже, идея с ритуалом была провальной… Меган покачала головой. — Нет. Снова. Жестом она попросила коллег вернуть ей зажигалку. — Проблема лишь в вас. В вас, а не только во мне. Я прожила гораздо больше лет, нежели каждый из вас вместе взятых. Но вы не видите мою мудрость. Это неприемлемо! — Меган постепенно перешла на крик. Закрыв ладонями лицо, Малыш опустил голову вниз и крепко зажмурил глаза. Том, заметив это, помрачнел и бросил хмурый взгляд на капитана. Похоже, что дела пойдут только в худшую сторону. А это означает только одно - выживать вскоре придётся в одиночку. Томсон искренне не понимал, как вообще можно так грубо обращаться с Бронко. Каждый раз, когда Меган и Эйприл обсуждали их ситуацию, Том только пожалел о том, что решил тайно подслушать их. Едва не желая Малышу смерти, оскорбления сыпались как песок. Женщины испытывали нежелание работать или жить рядом с ними, считая обоих недостойными выживания. Так себе, биомусор. Грязь из под ногтей, в конце концов. Но это не обижало Томсона. Он слишком сильно хочет помочь его коллеге Бронко. Утешить, помочь. Поддержать разговор, стащить аптечку дабы обработать новые раны, что подозрительным образом появлялись вновь и вновь. Если бы не этот чёртов ритуал, то все могло быть гораздо лучше! Малыш бы предпочёл вместо этого спрятаться с Томом около шлюза и заниматься чем-то более спокойным. Такими спокойными, которые лечат душу своей теплотой и любовью. И Томсон, понимая его, был готов все эти вещи. Но сейчас все были на пределе. Будто бы сидя на иголках, Эйприл не могла оставаться на одном месте и озадаченно оглянулась в поисках чего-то нового. Будто бы она могла на что-то рассчитывать!.. Наконец, тишина исчезла. — Надо бы на прогулку побрести… Томсон? — А-а? Том немного удивился. Перед глазами пронеслась вся жизнь, и смотреть на на странный вид из иллюминатора. И продолжать лгать себе во всём, тем более о том, что происходит вокруг него. Тем более Тому все это надоело. Надоело смотреть на страдающего Бронко, выслушивать наказания и наезды на него от Эйприл и Меган. Хоть и будучи искусственным интеллектом, А.С.Т.Р.О. казалась самой адекватной в этом проклятом шаттле. Хорошая вещь в том, что она даже пыталась поддерживать мужчин в команде, умело могла словами заставить замолчать кого угодно в частом появлением ссор и прочих нехороших дел между ними. Пожалуй, нужно что-то сделать. Подготовить список дел, приспособиться и… Не врать себе. Том потерялся в собственных мыслях, фейковых воспоминаниях из фантазии, а некоторые из них Томсон вспомнить и не может - это был сон или же реальный момент их жизни? Так или иначе, впереди стояли новые цели. Дождавшись тихого часа, Том принялся записывать ручкой на бумаге какие-то слова… Которые Малыш разобрать бы не мог совсем. — Ты это… Почему не спишь? Бронко задумчиво почесал затылок и присел рядом. Улыбнувшись в ответ, Томсон отложил список в сторону. — Да так, вспоминаю былые деньки. Малыш сейчас уже был вполне спокойным и даже немного весёлым. И его улыбка стоила дороже золота для Тома. — Д-да… Слушай, Том… — Агась? — У тебя же прямо совсем крутое прошлое было! А что… Что ты будешь делать теперь, когда это всё… Сдерживая слёзы, Малыш поднял голову, будто рассматривая потолок. Том снова почувствовал что-то горькое внутри, такое обидное. Это было отвратительно. Протянув руки, он просто желал Малышу чего-то хорошего, что можно было бы «слепить» из небольшого выбора различного оборудования… Ах?! «Слепить из оборудования»? Взгляд Тома пал на лежащую на полу брошенную ручку и каракули на бумаге… Точно! Том, спохватившись, быстро поймал эту идею. Может, так он даст Малышу понять, что действительно любит его? — Хей, Малыш. Принеси мне во-о-он ту груду хлама, и я покажу тебе фокус. — Ох, фокусы? Я… Только слышал о таком и никогда не видел сам, но люди говорят, что это весело! С более бодрым взглядом он отправился вперёд в поисках нужных вещей, как можно более аккуратнее и тише, и вернулся через две минуты обратно к Тому, который уже расслабился. Скоро это всё закончится, осталось немного времени, и они вдвоём останутся рядом, давая друг другу смысл жизни и переходить через любые препятствия вместе. Ещё минута кропотливого труда, и Томсон уже держал в руках странную груду соединённых между собой скотчем мусора… А вот и ручка! — Малыш, а, Малыш… Смотри-ка сюда! Сделав резкий глубокий вдох, Бронко с восхищением глядел на прибор в руках Тома. — Дай-ка сюда свою культяпку. Самодельная тату-машинка застрекотала, и умелая рука Тома, направляя её, пытался что-то набить на предплечье Малыша. Было больно, но терпимо. Совершенно не отказываясь, он увлечённо глядел за работой партнёра, стараясь не трястись. — Хей, не стоит так волноваться. Осторожнее, а то сейчас что-то не так ка-а-ак сделаю!.. Вздрогнув в последний раз, Бронко замолчал. Терпимо, терпимо. Совершенно не больно. Всё, что надо - подождать. И вскоре физическая боль исчезнет, оставляя только холодный дискомфорт снаружи. Пусть Том и Малыш состояли в дружеских отношениях, на самом деле оба знали, что это не так. Наконец, татуировка была набита до конца. Усмехнувшись, Томсон принялся за свою руку, хитро улыбаясь Малышу. Выходит, у них теперь… Парные татуировки?! Оба были не против. И оба знали о своих чувствах друг к другу. И именно сейчас пришло время открыться полностью. — Ого! Не знал, что ты ещё и художник! Прямо как Эйприл, наверное… — Да уж, красиво получилось. Но всё же криво вышло… Бронко улыбнулся, кладя ладонь на плечо партнёра. — Мы все не идеальны, Томми. У каждого из нас есть грешок. Это хорошо, знаешь? Тем более, когда ты действительно талантлив, и это… — замявшись, Малыш потупил взгляд. — Ты для меня идеален, Малыш… И я не вру об этом. Я никогда больше не буду тебе лгать. Обнявшись, оба едва не плакали от переполняющих их эмоций, чувств и слов. Теперь они вместе, навсегда, вдвоём. — Т-том? Н-ну, ты это самое… Нравишься мне, понимаешь? Пальцы Тома переплетались с пальцами Бронко. Они глядели друг другу в глаза. Томсон никогда так не чувствовал себя не просто нянькой, а действительным защитником. Он никогда не отпустит Малыша, его любимого ангелочка. Светлый, милый, невинный… И, к сожалению, отчаянный. Они вдвоём обязательно должны выжить.