Мгновения Метрополиса

Я горел. Нервный, я то и дело припускал зафиксированный на воротнике галстук. Как он бесит. Только сейчас я жалею, что решил надеть костюм по случаю, но жаловаться бесполезно и глупо, мой промах — я потерплю. Думал я, спиною вжимаясь в кресло салона: у меня было чувство, что затонированное стекло, находящееся от меня в нескольких сантиметрах, сейчас сплавится вместе с моими лбом, щеками, глазами: от него во всю пёрло стоящей снаружи жарой. Я решил не просить его открывать, помочь тут нечем. — Отец, кондиционер. — напористо попросил я, не подавая виду. Сил моих больше нет терпеть это удушие. За окном, один за другим, мчатся пейзажи чужого города, но мне не интересны улицы, кишащие гражданскими; те виды за окном лишь задают какую-то атмосферу этой никчемной поездке… Сегодня душный, летний день. Мы с отцом и Диком едем в семейном авто на мероприятие в Метрополь. Уже здесь… В который раз убеждаюсь, что Готэм лучше, атмосфернее, и там, по известной только Богу причине, нет такой ебучей жары. — Ты вспотел? — хоть Дик за меня беспокоится, ему, скорее всего, тоже не особо хорошо, отцу-то вообще по барабану. Мне должно быть тоже, но за язык меня будто кто-то тянет. — Выжимать можно. — с улыбкой на лице отвечаю я и увожу взгляд с зеркала в окно. Дик ржёт, но по-доброму, поэтому мне и вставить нечего. — Не волнуйся, мы найдем способ приподнять твоё настроение. — и ещё раз спасибо ему, но если он ещё раз скажет что-то подобное, задействуя присутствие отца, я ему врежу. — У меня нормальное настроение, иначе бы я не поехал. — ну правда же, с чего мне молчать, говорю, как есть. — Тебя пригласили, так что… — но он не находит, что сказать дальше, думает, что сам пойму. Я и без того понимаю. — До скольки? — Будем? Это долгий банкет с кучей посторонних и смежных с ним мероприятий, конкурсов, так что часов до десяти вечера, верно, Брюс? — я смотрю, как Дик поворачивает свою довольную рожу к отцу. — Да. — это всё, что выдаёт отец. Как всегда. Я уже мысленно похоронил себя где-нибудь под банкетным столом. Кондиционер помог мне не сплавиться, но теперь тошно было из-за мыслей о предстоящем… Мы приехали в гости вслепую, так что я не расчитывал на общение с шишками, которых знал отец, поэтому забил болт на посторонних. Я вообще здесь, так, для шарма, для форсу бандитского. Дик сразу же куда-то съебался, на последок сказав мне, что он скоро вернётся и чтобы я вёл себя хорошо. Хорошо вёл? Это его привычка дурацкая или какая-то суперспособность что-ли — видеть меня в подгузниках? Мне уже шестнадцать, чтоб его. Я совсем его не винил, но хотел, чтобы он стал относиться ко мне серьёзней. Из дел ровными счётом ничего, поэтому, решив для начала оценить обстановку, я прошёлся по округе: пробовал еду — на вкус, людей — на общение. Обычное светское засратое мероприятие, коих за всю мою жизнь было штук сто, если не больше. Я проторчал за столом, пока время не стало поджимать к шести вечера, поглащая соус с криветками, он меня зацепил. Дик приходил пару раз, проверял меня, пытался затащить в какой-то конкурс для приглашённой сюда молодёжи. Я отказался, свалив всю вину на соус. — Я объелся, Дик, отстань. — я не хотел, чтобы мои слова звучали как глупая отговорка, поэтому поднял в руках пустую тарелку. — Да ладно. Пошли, тряхнёшь жиром. — вот он улыбается, а я на него серьёзными глазами смотрю. — Ты серьёзно? — он не любит, когда я кривляюсь, но я делаю это, причём прямо ему в лицо. — Ладно, я понял… Дэм, но всё же, если решишься на что, дай знать. — Дик похлопал ладонью по карману, где, очевидно, покоился его телефон, и ушёл. — Решусь… Но знать не дам. — с меня хватит этого дерьма. Я практически тут же встал из-за стола, не дожидаясь, пока Грейсон исчезнет из моего поля зрения. Он не смотрит и нормально. Сквозь толпу гостей мне удалось просочиться к ограде. Я зашёл за дом, чтобы меня никто не заметил, и полез вверх по усыпанному плющем каменному забору. Растение на нём нехило мешало моему скаутскому подъёму, прилипая к моим брюкам, но я не мешкая перебрался через преграду и приземлился чёрт знает где. Вылизанный «от» и «до» местный райончик для богатых. Оглядевшись, я сразу же заприметил мост и парк совсем рядом. В паре километров. Я привёл себя в порядок, одёрнув задравшийся пиджак, и двинулся к своей цели. Отец меня не ищет, Дик — будет искать, но не найдет. Думаю, что они оба знали, что я способен на подобную выходку, ведь это мой не первый раз. В Метрополисе спокойно, рассуждал я, идя по мостовой, цепляясь взглядом за проходящих мимо людей, что встречались на моём пути, но они, казалось бы, были частью картины перед моими глазами. Это не те спешащие, с дикими, недоверчивыми рожами люди в Готэме — полчище муравьёв. Это просто ламповые прохожие. В этом городе я не чувствую себя под прицелом, скорее потому, что не местный. Не вписываюсь. Если в Метрополе погода на любителя, то люди здесь куда лояльней, это плюс, нельзя не отметить. В Готэме будь готов выходить на улицу в трусах, чтоб у тебя ничего не своровали, да даже если и выйдешь в трусах, и те стащат, ещё и поимеет кто в подворотне. Сплошное беззаконие… Здесь я приковывал взгляды лишь своей официальной брендовой одеждой, но мне плевать, пускай дивятся, любуются. Я сам делаю себе этот вечер, поэтому думал, чем себя занять, спокойно идя вперёд. Проходя мимо парка, расположенного у набережной, и идя прямо по прогулочному мосту, я вдруг уловил непривычные для слуха звуки, выделяющиеся на фоне городского гула. Скорее всего, они появились по мере моего приближения. Я сам для себя внезапно остановился и тут же глянул вниз. Подо мной, вопреки всем моим ожиданиям, располагалась скейтбордисткая площадка. Я улыбнулся своим мыслям — уж совсем не думал, что заинтересуюсь здешними подростками — хотя удивляться было нечему, и замер, осматривая группу парней: их было около восьми, мои ровесники, скорей уж, или на год старше. Сверху я почти не слышал, о чём они говорили, но мне, честно говоря, не было интересно, чем они там обмениваются между собой. В миг моё внимание приковал явившийся на площадку парень с бутылкой «отравы» в руках. Догадаться, что он с той компанией было не сложно. Он крикнул «Алан!» и кинул в темнокожего Алана ту бутылку. — Спасибо, Джо. — Алан, пускай и не поймав бутылки, поднял её с земли с улыбкой, как я понял по интонации, отпил, а дальше пустил питьё по кругу. Какие же они простые, подумалось мне. А тот паренёк, который Джо, взял скейт и один пошёл к малым горкам. Сдалека я плохо видел, но у него была классная доска, вся в наклейках, точно из тематических пабликов; мне вдруг захотелось подойти посмотреть. Джо ловко подцепил её одной лишь ступней и подбросил до рук, хватая одной. Я никогда не пробовал скейтбординг, однако выглядело это дело интересно. Думаю, что нашёл то, чем займусь в ближайшие два часа. Я всё для себя решил и не медля спустился вниз — на площадку, это заняло какое-то время. Внизу она показалась мне куда обширнее, чем сверху. Я не был удивлён такому казусу, но пространство вгоняло меня в положение «на ладони» — я был один, а компания впереди меня казалась мощной. От чего-то у меня в карманах ладони вспотели, но, чёрт возьми, они сами! Я свернул с пути, ведущего прямо к тем ребятам, и пошёл к одиночке Джо. Джо — это Джон? Так ведь? На мосту он показался мне симпатичным, подойдя ближе, я совсем не разочаровался. Джо был стройным, длинноногим брюнетом с вьющейся густой шевелюрой, прилично отрощенной. Он проделывал очередной трюк, когда заметил меня, стоящего рядом. По его лицу было понятно, что он удивлён, скорее, свою роль здесь сыграл мой костюм. Я приподнял брови, не знаю зачем, не хотелось вгонять пацана в неловкое положение. — Хей? — он улыбнулся мне и поднял одну ладонь на уровне груди, в знак приветствия, по-детски сжав губы. Милый жест от типичного прошаренного подростка; он был настолько эстетичным, что меня на секунду пробрала зависть. Мне далеко до его уровня, придётся развернуться на ступени своего развития и пойти в обратную… Пока я думал, Джо уже успел отвернуться от меня, видать, я слишком долго молчал, а может моё присутствие ему нахрен не сдалось. Глупый пацан, я даже не знаю, как завязать с тобой диалог. Ладно, не паникуй, приказал себе я и выдал: — М-м-м, долго учился? — раз парень показушничает тут передо мной, то почему бы не спросить, решил я, и Джо ответил мне, как и ожидалось. — Нет, этому трюку нет, — у него был приятный голос, белые руки и голубые глаза. Признать, я редко залипал на незнакомых мне людей, но делал бы это чаще, если бы по улицам тут и там ходили такие смазливые, как этот парень. — Сколько тебе лет? — напрямую спросил я, после чего сам посчитал свой вопрос неуместным. Но Джо был обычным подростком, поэтому я успокоился, когда он без капли сметения ответил на мой вопрос: — Пятнадцать. — он продолжал вертеть скейт под своими ногами, как только хотел, совсем не смотря на меня, а я, стоя напротив него, ахуел. Джо не выглядел на пятнадцать. Если бы я не спросил, то продолжил бы думать, что этому парню около семнадцати лет, хоть по той причине, что он выше меня на голову. Я матернулся про себя. Вот малолетки пошли, и скольким из компании там по пятнадцать? — Ты как будто со свадьбы сбежал. — неожиданно прокомментировал мой внешний вид Джо, после громко усмехнувшись. Пытается наладить контакт? Признать, было приятно, что не только я изучаю своего оппонента, но и он меня, пускай и тайком. Я подцепил пальцами ткань своего пиджака, а Джо оторвался от скейта и встал прямо напротив в какую-то неустойчивую, расхлябанную позу, пока я осматривал себя с ног. — А даже если и так? — я поднял голову и посмотрел пареньку в глаза, в который раз подмечая его нескрытую привлекательность, а он, не зная куда себя деть, почесал затылок. — Ну, допустим. — мято выдал Джо, а потом неожиданно добавил, — Ты хочешь попробовать? — после этих слов он пихнул носком свой скейт так, чтобы он оказался прямо у моих ног. Умный парень. Я поставил одну ногу на доску, пробуя её на устойчивость. — Это персональная, колёса подкрученны так, чтобы мне было удобно. — Джо сложил руки на боках, переминаясь с ноги на ногу. Не знаю, зачем он мне это сказал, наверное, это было нужным. Информация была засчитана, я убрал ногу и снова посмотрел на него, ожидая, что он ещё что-нибудь полезное скажет, но он молчал. Только сейчас я заметил взгляды на себе — это была компашка Джо. Они оживлённо что-то обсуждали, судя по всему — нас.  Джо замешкался, посылая им какие-то сигналы жестами, в которые я не особо хотел вникать. Закончив с ними, он с улыбкой повернулся ко мне. Он всё ещё о чем-то думал, потом наконец решился озвучить свои мысли: — Я Джонатан. Можно Джон. — даже так? Хорошо, Джонатан, мысленно проговорил я. — Дэмиан. — мы пожали друг другу руки, и Джон заметно поменялся в лице — ему стало спокойнее. Он шумно пропустил воздух сквозь надутые щеки, болтая руками. — Ты когда-нибудь катался? — спросил он у меня. — Нет, — честно ответил я, — только на сноуборде. У Джона были большие глаза, но от удивления они стали ещё больше. — О. Тогда ты быстро научишься, если, конечно, катаешься хорошо. — Джон прочистил горло, становясь возле меня. — Давай, прокатись. Я не понимал, чего он от меня хочет, посмотреть на мой уровень способностей? Я только встал, но этот парень меня остановил. — Постой, — сказал он, — для начала сними пиджак, будет не удобно. — он прав. Джон хотел взяться за моё плечо, но что-то ему помешало. Тогда я сам стянул с себя пиджак и дал ему. Он замешкался, но взял, устроив мою вещь у себя на предплечье. Я снова встал, а Джон тут же показал мне, как правильно расположить ступни на доске и объяснил принцип работы ног при повороте. —…Просто наклоняешь в нужную сторону, засчёт чего переносишь вес. — с улыбкой объяснил он мне, предворительно показав всё на своей ноге. Физику я знал хорошо, и если бы Джон знал, что я ещё год назад получил инженерскую степень, думаю, сильно бы передо мной не распинался. Мне стало странно на душе, когда я сделал первые шаги. Джон больше не объяснял, просто, отправил в «свободное плавание», а мне хотелось ещё немного послушать его. — Я положу твой пиджак?! — крикнул он мне. — Да! — о чёрт, а мне нравится. Я глянул на Джона, который отнёс мой пиджак к своим друзьям на лавку. Он им что-то говорил, потом посмотрел на меня. Я тут же отвёл взгляд, тупо из-за того, что мне стало некомфортно. Справиться с управлением было непростой задачей, я быстро понял слова о персональной доске: она была слишком чувствительной и было трудно ехать прямо, не прилагая усилий, но думаю, дело в равновесии, раз Джону так удобнее, значит у него хорошо развита координация движения… и он быстрый. Но привыкнуть — не проблема для меня. Мне потребовалось сделать два захода, чтобы обуздать доску Джона, что даже понравилось; клянусь, гордости во мне было больше, чем когда я покорил Эверест. Я ехал между атрибутикой, по ровному асфальту, пробовал направлять скейт в разные стороны, стараясь удачно войти в поворот. Разгон стал для меня кайфом, как только я, совсем неожиданно, проникся атмосферой этого вечера. Я — сын известнейшего миллиардера Готэма, сбежал со светской вечеринки и теперь гоняю на чужой доске где-то по парковой зоне. Хотел бы я с радости вслух послать всё к чёрту, но тут меня остановил Джон, нарисовавшийся прямо позади меня. — Ты соврал. — сказал он мне. — Что? — Что кататься не умеешь. — я его понял, поэтому улыбнулся, довольный собой. — Я быстро учусь. — пояснил ему я, останавливаясь. Он тоже улыбнулся, что вышло более чем обоятельно, потом сказал: — Тогда нужно научить тебя большему. Пошли. — и он повёл меня обратно. — Сначала посмотри, как это делаю я. — готов поклясться, он хочет меня впечатлить. У Джона это получилось. Он много знал, сначала показывал азы, потом что-то и посложнее, а я запоминал. Джон совсем не выглядел нелепо на скейте, он выглядел на нём очень хорошо. Достаточно хорошо, чтобы я смог залипнуть, смотря на него, и перестать понимать, что он говорит мне. Я понимал, что с самого начала я был заинтересован именно в нём, а не в скейтах. И здесь я из-за него, а учение — это бонус. На миг я почувствовал себя восьмиклассницей, и мне стало стыдно. Мы начали с олли. Как мне сказал Джон — это базовый трюк, и дело тут заключается в поднятии доски в воздух без помощи рук. Интуитивно не понятен, поэтому освоение приходит с практикой. — Давай сначала просто попробуешь приземлиться на доску. Без потерь, хах. — он шутит, а у меня на губы улыбка лезет. Я ненавижу себя. Я встал на доску, расставив руки, а Джон тут же взял меня под локти, заботливый, чёрт тебя побери. Я давно подкатал рукава, поэтому чувствовал его пальцы прямо на своей коже. Меня на миг пробрало дрожью. Он держал меня крепко, пока я прыгал на скейте и пытался поднять его при помощи ноги, расположенной ближе к болтам. Джон сказал, что держусь я хорошо, и лучше мне сразу начать пробовать делать олли. Мы пробовали это дело меньше часа, пока у меня наконец не получилось. — Афигеть, — вырвалось у Джона, — ты просто не человек! — я его не совсем понял, но, вероятно, он был в шоке с моих умений. — Думай, как хочешь. — пожал плечами я. Джон подпрыгнул на месте и схватил меня за руку, от чего я затупил. — Пошли пацанам покажешь? — его лицо выражало крайний восторг, который привёл меня в состояние, в котором я не смог ему отказать. Мы пошли к тем ребятам, и Джон представил им меня; оказалось, что здесь все с одной школы, большинство — его одноклассники, к примеру Алан. Потом Джон попросил меня показать то, чему он успел меня научить. Фурор был похлеще, чем с моего выступления на степендию в университете, и тупо потому, что я был в туфлях. Им удалось развести меня на болтавню, но я не желал раскрывать своей личности, поэтому отвечал скудно, но со вкусом. Мы сходили в магазин, меня напоили «отравой» и дали затянуться флешкой, ребята, в целом, хорошие оказались. Джон позволил мне кататься, сколько влезет, а сам сидел на лавке, и я никак не мог перестать смотреть в его сторону — для меня он стал главным событием этого вечера. Через время он стал учить меня петлять. Мой внешний вид слегка изменился под обстановку. Прощай укладка, жилет, заправленная в брюки рубашка; галстук я не снял, но он, спущенный, телепался на мне, что выглядело по-бандитски в паре с моей физиономией. На Метрополис сошли сумерки, жара ушла, и мне даже стало прохладно. Я надеялся, что меня заберут до того, как ребята решат разойтись, не хотелось сидеть одному… Теперь. Джон сидел рядом, мы разговаривали, и я не понимал, как ему так легко удаётся меня рассмешить. Он оказался очень интересным собеседником: не капал на мозги и мог легко выслушать, на ходу придумывал интересные темы и комбинировал их. Я всегда ценил людей по достоинствам. Сколько плюсов у этого парня? У меня спирало дыхание, всякий раз, когда он касался меня при разговоре. Он очень тактильный. За несколько часов общения я узнал о нём достаточно много, чтобы тайно восхищаться. — Знаешь, — вдруг начал Джон, — ты очень интересный... — было видно, что он старается правильно подобрать слова, что у него не особо выходит, — Ты не от сюда? — спустя короткую паузу, спросил он. — Нет, я из Готэма. — совсем обыденно ответил я. Джон состроил удивлённое лицо, скорее всего, он не это ожидал услышать. — А. Понятно. — он улыбнулся мне, потом отпил из банки, — Так ты… зачем приехал? — На частный праздник. — И сбежал? Я поднял плечи, поджимая губы. — Ну да. — Ого, ну ты даёшь. Тебя ищут, наверное. — Джон поражал меня своей сообразительностью. — Скорее…— я потянулся к своему пиджаку, нащупав там телефон, я достал его и сразу выключил, когда увидел восемь пропущенных, — Скорее да, ищат. — я покачал головой и опустил телефон в руках. — Перезвони? — Джон был слишком хорошим, наверное, у него никогда не возникало проблем с родителями. — Неа. Найдут по отслежке. — отмахнулся я. — Да кто ты такой? — Джон рассмеялся, смотря на меня, и прикрыл лицо ладонью. Такой притягательный. Я не смог ему ответить. Не видел в этом смысла. Пугать его не хотел, да и вряд ли ему вообще нужно это знать. — Я хочу найти тебя в Инстаграме. Он у тебя есть? — вот бы мне научиться так же легко озвучивать свои желания, как Джон. За вечер я уже не раз представил его своим парнем, но мой разум позволял мне говорить самому себе, что это всё несерьёзно. — Есть. — я дал Джону свой фейковый аккаунт. Он около минуты влипал в экран с серьёзным лицом, пытаясь разобрать мой никнейм, потом усмехнулся: — Что-то на арабском. — изрёк он, поднимая на меня свои голубые глаза. — Да, это мой второй язык. — пояснил Джону я. — Воу. Сколько всего ты умеешь. — удивился он. — Я ещё несколько знаю. У каждого свои ценности. — так же ответил я. Джон казался мне ребёнком, пускай он был всего на год младше. — Когда у тебя день рождения? — на ходу со своими мыслями, поинтересоваться я, после узнал, что день рождения у Джона в том же месяце, что и у меня — в ноябре, но в конце, мой был в начале месяца, о чём я тут же сказал ему. Наш диалог прервал Алан, он позвал Джона к себе. — Я сейчас. — Джон улыбнулся мне, когда вставал с лавки. Мне определённо не нравилось то, что происходит: нервничая, я сжал смартфон между ладоней, будто бы приговорённый. Совсем не хотелось слышать то, о чём они говорили, ведь я и так всё прекрасно знал. А я-то надеялся... Слышу громкое "хорошо", значит они разошлись. Джон быстро подошёл ко мне и взял в руки свой рюкзак, лежащий на лавке, а после закинул его на плечо. Моё сердце съедала досада. Не уходи. — Пошли. — совсем неожиданно он встал напротив меня, потом, не мешкая, взял мой пиджак. Я поднялся и забрал его у него. — Да. Нас ждали, и я был приятно удивлён, что меня не оставили. Всей компанией мы шли по мостовой, и внезапно я почувствовал, что нахожусь под опекой. Я приобрёл некую решимость, что случалось, когда я находился в кругу, в котором не чувствовал себя лишним. Это дарило мне возможность идти с улыбкой на лице и спокойно разговаривать с парнями. Ещё Джон шёл рядом, и, глядя на него, я хвалил небеса за то, что сегодня они подарили мне его. Я мог бы дать ему всё, что он захочет. Я бы хотел, чтобы такой человек, как он, себе ни в чём не отказывал. Я был рад тому, что мы обменялись инстаграмами, это значило, что я смогу поддерживать с ним отношения. Но я не верил в любовь с первого взгляда. Никогда не думал о своих стандартах, кроме того, что мне могут нравится и парни, и девушки. Но готов поклясться: если бы мне выпал шанс провести ночь с этим парнем, я бы его ни за что не упустил. И я думал об этом, идя по мосту рядом с Джоном, как вдруг передо мной замигали фары авто. Кто-то из ребят сразу заголосил: «Гляди какая тачка!», а я был готов провалиться сквозь землю... Ребята сильней звопили, когда мерс остановился прямо у нас. Из машины, как и ожидалось, вышел Дик, и все разом обернулись на меня, как только он на меня посмотрел. — Вот ты где. — он улыбнулся мне, растерянно осмотрев меня, потом ребят. — Здравствуйте. — замял паузу он. — Времени нет, полезай. Поехали домой. — Дик махнул рукой в сторону машины. Парни зашептались. — Я ж говорил, что он какая-то шишка. — слышу за спиной. Сейчас я ничего не чувствовал, кроме позора, лучше бы с бомжами перекантовался ночь, и на утро бы сам пришёл, чем стоял вот так, словно чужой. Дик выразил свою нетерпимость, сложив руки на груди. Я понимал, что он и без того мной не доволен, как и отец, так что делать было нечего. — Пока. — всё, что мне удалось выжать из себя, хотя я даже не посмотрел на них. Я дошёл до дверей, чувствуя, как мне сверлят затылок. Почему они не расходятся? Дик залез в машину, и, под звук заведённого мотора, собрав всю волю в кулак, я вдруг обернулся. На Джона. — Найди меня. — это было похоже на сцену из какой-нибудь драмы: я кинул в него свой пиджак, он, не растерявшись, поймал его, после чего я быстро юркнул в салон, чтобы он не успел мне его отдать. Мне стало не по себе, так что я не побоялся ещё раз посмотреть в оконо, но тут же испугался. Следующим, что я увидел — был Джон. Он стоял совсем рядом и смотрел на меня через стекло, хотя я точно знал, что он меня не видит. «Ты мне понравился» — прочитал я по губам. Моё сердце ушло в пятки, и в ту же секунду мерседес тронулся, заставив меня подскочить на месте. Я был в шоке. Мне мгновенно стало плевать, что подумает обо мне Дик или отец: заметавшись, я быстро встал на колени прямо на сидении и не мог перестать смотреть на Джона, пока он с компанией не скрылись из виду.

Я найду тебя