So You Want To Date My Mom

Возвращаясь домой, Генри был очень доволен собой. Ему удалось взять интервью у каждого кандидата, и никто из них не догадался, чем он на самом деле занимается. Теперь ему оставалось только просмотреть полученные данные и выяснить, кто из них был Настоящей Любовью его матери. Он знал, что это может занять некоторое время, это было важное решение, но он был уверен, что сможет его осуществить. Короткий автомобильный гудок вывел его из задумчивости. Слегка повернувшись, он увидел, как Эмма подъехала к нему и остановилась на обочине. — Привет, Генри. Садись, — она улыбнулась и дернула головой, опустив стекло со стороны пассажира. Генри улыбнулся в ответ, прежде чем открыть дверь и забраться внутрь. Ехать с мамой куда быстрее, чем идти пешком. — Ну, как прошел твой день? — спросила Эмма, мельком взглянув на него и направляясь в лофт. — Хорошо, — кивнул Генри. Чем меньше Эмма будет знать о его дне, тем лучше. Он не хотел говорить что-то, из-за чего он бы добавил еще что-то, и в итоге выдал бы все с крахом. — Просто хорошо? Больше ты ничего не хочешь к этому добавить, — выдавила Эмма с кривой усмешкой. Обычно, задавая этот вопрос, она получала отчет за целый день. Не то чтобы она возражала. Приятно было знать, чем занимается Генри, пока она на работе. — Нет. А ты? — весело спросил Генри, чтобы отвлечь внимание от себя. — Знаешь, забавно, что ты спрашиваешь, потому что я провела весь день, слушая о тебе, — сказала Эмма отчетливым тоном человека, который знал, что знает то, чего не должен знать. — Ч-что ты имеешь в виду, — ответил Генри, изо всех сил стараясь не выглядеть взволнованным. Она никак не могла знать, чем он занимался. Или могла? — Что ж, когда я сегодня утром приехала в участок шерифа, Грэм упомянул, что ты задавал ему несколько вопросов по одному проекту и сразу же ушел. Когда я делала обход, я остановилась поговорить с Джеппетто, который упомянул, что ты был в его магазине и разговаривал с Августом. У меня как раз заканчивался обеденный перерыв, когда позвонил Джефферсон и сказал, что ты сам пришел к нему домой, задал пару троек вопросов, а потом попросил отвезти тебя домой. Поэтому я позвонила твоему отцу, и он рассказал, что ты тоже задавал ему вопросы по школьному проекту. И только что я нашла тебя, возвращающегося из доков. Так что выкладывай. Что ты задумал? — спросила Эмма с таким выражением лица, которое ясно говорило, что давление закончилось. У Генри не было причин навещать всех этих людей, особенно тайно. И он определенно пытался держать это в секрете от нее. Но ему следовало бы уже знать, что она всегда рано или поздно об этом узнает. — Я просто работаю над школьным проектом. Как все и говорили, — с готовностью ответил Генри. Может быть, даже чересчур нетерпеливо. О боже, вот это он попался. — Понятно. Так что ты не будешь возражать, если я поговорю с Мэри Маргарет об этом школьном проекте, — сказала Эмма, делая особый акцент на последних двух словах, чтобы дать ему понять, что она не купилась на это ни на секунду. Генри определенно что-то задумал, и она собиралась выяснить, что именно. Генри ломал голову, пытаясь придумать выход. Но как он ни старался, ничего не получалось. Просто не было способа объяснить, почему он посещал их всех, не выдавая всего. — Ладно, — неохотно признался он со вздохом, — я работал над своей последней миссией. — И что за миссия? Операция «Тарантул», — с усмешкой пошутила Эмма. — Нет, операция «Сваха», — ответил Генри. — Что? — с явным замешательством произнесла Эмма. — Ну, в последнее время ты казалась такой грустной, и я подумал, что если помогу тебе найти свою Настоящую Любовь, ты снова будешь счастлива. Поэтому я собрал кое-какие досье на всех парней, с которыми, как я думал, ты можешь встречаться, — объяснил Генри, внезапно почувствовав себя очень глупо. — О Генри, — выдохнула Эмма, и ее лицо вытянулось. Правда, в последнее время она чувствовала себя не лучшим образом, в конце концов, многое произошло, но она понятия не имела, как это на него подействовало. Если бы она знала, то… точно сделала бы что-нибудь. Она не знала, что именно, но все происходящее было ее проблемой, а не его. И она еще и придиралась к нему! Боже, она чувствовала себя дрянным родителем. Генри покачал ногами, потупив взгляд. О чем он только думал? Что он может просто выбрать кого-то для своей мамы на свидание, и все будет хорошо? Что за глупая идея. Но он поймал себя на том, что смотрит на маму, когда она убрала одну руку с руля и положила ее на его собственную. — Послушай, я ценю, что ты пытаешься мне помочь, но я не ищу Настоящей Любви. Сейчас моя главная забота — заботиться о тебе. Ты — парень в моем сердце, и ты делаешь меня счастливой, — сказала Эмма с мягкой улыбкой. Она хотела быть уверенной, что Генри знает, как много он для нее значит. Когда она чувствовала, что это она против мира, управляемого Реджиной, Генри был тем, кто давал ей надежду. Генри был тем, кто вдохновлял ее продолжать борьбу. Честно говоря, теперь, когда у нее был Генри, она не знала, что будет делать без него. — Правда? — спросил Генри с легкой, полной надежды улыбкой. — Правда. Так что, если ты когда-нибудь будешь беспокоиться обо мне, все, что тебе нужно сделать, это прийти и поговорить со мной. Больше никаких интервью с каждым парнем в Сторибруке, — пошутила Эмма с усмешкой. Хотя она должна была признать, что восхищалась его преданностью делу. Он объехал весь город, и она достаточно часто терялась, чтобы знать наверняка, что Сторибрук больше, чем кажется. — Не каждый парень. Только те, с которыми у тебя есть химия, — поправил Генри, его улыбка теперь была полной ухмылкой. Его мама всегда знала, как подбодрить его, когда он плохо себя чувствовал. Может быть, это была вторая ее суперсила или что-то в этом роде. — Генри, — предупредила Эмма, хотя было очевидно, что она просто шутит. — Ладно, ладно, больше никаких интервью, — со смехом согласился Генри. — Спасибо. А теперь, как насчет того, чтобы мы с тобой съездили за мороженым «У Бабушки», и ты покажешь мне те файлы, которые ты сделал, — предложила Эмма, напоследок похлопав Генри по руке, прежде чем снова сесть за руль. Мороженое делает все лучше, верно? По крайней мере, для некоторых. — Мне казалось, ты говорила, что не заинтересован в том, чтобы найти свою Настоящую Любовь, — спросил Генри с легкой ухмылкой. — Конечно. Но это не значит, что я не хочу знать, что все говорят, — ответила Эмма с выражением лица, которое некоторые могли бы назвать откровенно извращенным. В конце концов, Генри унаследовал свою озорную жилку не только от отца. — Значит, «У Бабушки», — просиял Генри, кивнув. Может быть, Операция «Сваха» и не была таким уж провалом.