Часть 1
27 февраля 2021 г., 22:36
В Облачных глубинах царил мир и покой. Казалось, это место не может пошатнуть ни одна мирская суета. Горы как всегда полнились зелеными деревьями и учениками в белых одеждах, которые вели себя так, словно они не дети вовсе, а уже старые мудрецы, которым не требуется выплескивать свою энергию наружу, которые уже и не помнят, что такое веселье. Конечно, все это было плодом первого впечатления, а оно, как известно, зачастую бывает ошибочным, но природную тишину деть никуда нельзя, поэтому остается только догадываться, как обучающие развлекаются, не создавая лишнего шума.
В маленьком доме практически на отшибе тоже царила тишина. Это место, притаившиеся в сени деревьев, пользовалось своеобразной славой, ведь всем было известно, что здесь живет Второй нефрит клана Лань вместе со своим супругом. Многие удивлялись, как Лань Цижень, известный своими консервативными взглядами на жизнь, позволил такое «непотребство» в своих владениях, но вопросов в лицо главы ордена никто не задавал.
Развалившись прямо на полу Вэй Усянь читал какой-то старый свиток, похищенный из тайной библиотеки ордена. Комнату заливал яркий свет утреннего солнца, освещая все предметы вокруг так, будто боги благословили их все. Мужчина время от времени выписывал какие-то интересные уму моменты в лежащие рядом листы. Лицо писавшего было запачкано тушью, но он этого не замечал, увлекшись своей работой.
В домик, сверкая белыми одеждами, вошел Лань Ванцзи.
— Вэй Ин, нам нужно поговорить, — голос мужчины был странно отстраненным.
— Я весь твой в любое время дня и ночи, ты же знаешь, — поднимая глаза, сверкнул улыбкой Усянь.
— Мне сложно это говорить, но нам нужно расстаться.
— Если ты куда-то уезжаешь, то это не значит, что я останусь тут и не последую за тобой. Я не прикован к дому цепями, — Вэй постарался улыбнуться, начиная понимать, что дело не в обычном отъезде из Глубин.
— Пожалуйста, не заставляй меня произносить это вслух, — с горечью в голосе произнес Лань Чжань, смотря прямо в глаза, которые начали наполняться болью.
— Нет уж, огласи мне приговор, сделай то, что делали многие другие, убей меня, — Вэй Ин начал подниматься, готовясь к …
— Мы разводимся, расстаемся, уходим друг от друга, — Ванцзи рубил словами словно самым острым топором.
Усянь чуть пошатнулся и улыбнулся:
— Вот как, — он чуть усмехнулся, — а почему ты так решил?
— Посмотри на нас, я вижу, что все наши чувства остались далеко в прошлом, что все угасло, и мы только лишь по привычке продолжаем цепляться друг за друга, — тихо сказал заклинатель. — Нужно отпустить то, что прошло, открывая себе новые пути.
Вэй Ин прикрыл глаза, пряча глубоко в себе боль и обиду, а потом ярко улыбнулся и посмотрел в янтарные глаза напротив:
— Знаешь, а ты пожалуй прав, нам давно уже нужно было прекратить эту глупую игру в глубокие чувства и перестать мучать друг друга.
— Хорошо, что мы это выяснили, — заметил Ванцзи.
— Если ты не против, то я сейчас же начну собирать вещи, мне уже не терпится отправиться в путь по новой жизни, — все так же продолжая сверкать улыбкой, сказал Усянь.
— Да, конечно. Я тогда пойду и не буду тебе мешать, — после этих слов Второй нефрит действительно вышел за дверь.
Вэй Ин, как заведенный, начал бегать по комнатам, хватая разные вещи, а потом тут же бросая все обратно. Улыбка все так же не сходила с его лица, создавая вид крайне безумно счастливого человека. Только вот внутри него сердце словно билось о сотни кинжалов, ранясь с каждым вздохом все больше и больше. Заклинатель чувствовал, что возводимые им барьеры рушатся один за другим, что он становится слабым и беспомощным перед тьмой, которая постоянно его окружала. И ему не хотелось бороться, не хотелось подавлять то, от чего он после поклонов отгораживался из-за всех сил.
— Так, спокойно, — мужчина в какой-то момент остановился по середине комнаты, — только самое нужное.
Нож, деньги и, конечно, флейта. Ходя по дому, он внезапно понял, что ничего вокруг ему не принадлежит. Все, что его окружало, принадлежало ордену Гусу и его заклинателям, в кои его так и не приняли. Он был самым бесполезным обитателем Глубин. Шестым пальцем на левой ноге, такой же бесполезный и неудобный. Нахлебник, занимающий место, показывающий дурной пример всем остальным. Он отчетливо понял, что Лань Чжань поступил правильно, избавив свой клан от такой заразы.
Спустившись вниз к предгорному поселку, Вэй первым делом купил новую одежду, дабы избавиться от белых одежд ордена Лань, в которые облачался последние годы. Он раздумывал куда бы податься, в Юньмэн — не вариант Цзян Чэн все еще не принял его невиновность и корил за все грехи этого мира, к Не Хуайсану — тоже не вариант, слишком много у этого человека тайн и интриг, беспокоить Вэнь Нина тоже не хотелось — у него своя жизнь, в которой он не должен быть привязан сыгранной мелодией.
У него осталось всего одно место, откуда бы его никто не погнал, и где бы он никого не потревожил. Гора Луаньцзан. Конечно, ему можно было бы обосноваться в деревне Илин, но слишком уж там много людей, которым обязательно будет интересен новый заклинатель, а когда жители увидят, что меча то у него и нет… Многие еще помнят заклинателя темного пути.
***
Гору пронизывал холодный ветер, который, казалось, несет в себе предсмертные крики покойников, Вэй Ин шел по такой знакомой заросшей тропе, вспоминая эпизоды из прошлой жизни, помня, как именно по этой тропе он вел остатки ордена Вэнь… И вот он снова здесь, снова изгнанник, но теперь он был один и за ним никто не следовал… Хотя, может это они кричат, проклиная Усяня в своей смерти? Он не знал, и знать не хотел. Пока Вэй Ин шел к своей цели, разные мысли одолевали его. В основном о смерти. Зачем жить, если жить больше не для кого? У него нет друзей, из семьи теперь только брат, который его презирает, у него нет дома, где бы горел теплый очаг, у него нет любимого человека. Вернее, это Вэя нет у него. В своем небольшом странствии он видел счастливых людей, видел, как им просто в радость смотреть на небо, сеять рис, знать, что жизнь продолжается, и завтра настанет новый день. А у Усяня не было таких чувств, его словно лишили крыльев, выкорчевали с корнями жестокими словами, думая, что это взаимно. Конечно, он сказал, что это взаимно, а как иначе? Как можно сказать человеку, который больше тебя не любит о том, что в сердце нет места, где бы не было его? Сказать о том, что каждый вздох наполнен любовью, нежностью и преданностью, и воздух без него — яд? Вэй Ин не захотел рушить чужую жизнь, поэтому пожертвовал своей. Снова. Он повторяет эту ошибку уже второй раз. Но как бы ему не хотелось прекратить свое существование, упорная жажда жизни не давала ему воткнуть в себя нож. Слишком уж было бы просто. Нет, вместо этого в Илине он купил два мешка риса, два мешка редиса и острый перец. Половину он съест, половину посадит и вырастит, ну или попытается, как в старые добрые. Вэй также решил проблемы с посудой, одеждой и, конечно, листы для записей, все это он сгрузил в купленную по дешевке полу-разваленную телегу и двинулся в путь, туда, где уже однажды пытался быть счастливым. Хороший повод, чтобы попытаться снова. Только прежде Вэй Ину нужно было кое-что сделать. Сущую мелочь. К тому времени, как он оказался в месте будущего обитания, начался мелкий дождь. Вокруг все оказалось таким же, как и после его перерождения — разрушенным, забытым, пустым. Никто бы не решился поселиться здесь. Никто, кроме старейшины Илина. Он начал прохаживаться между заброшенных грядок, намечая фронт работ, притрагивался к разрушенным постройкам, думая о том, как все восстановить и привести в надлежащий вид. У него было много будущих забот, которые уже будоражили. Но… Холодный ветер с дождем усилился стократно, говоря о том, что пути обратно нет, об этом же шептала легкая мелодия флейты, разрывающая мертвую тишину погребальных холмов. Уже давно в этих местах не звучала музыка, не звучать бы ей еще столько же…***
Лань Ванцзи поднимался вверх, замечая, как вокруг все изменилось, что под ноги больше не лезет трава, а ветки деревьев не норовят выколоть глаза. Мужчина знал, что Вэй Ин пошел сюда, ведь нигде о нем не было никаких вестей и только лишь странники с Илина говорили о каком-то странном отшельнике, решившим покончить на вершинах гор в окружении мертвецов. Лань Чжань сам не мог сказать зачем идет в это место, почему следил за слухами, и почему обрадовался, когда появилась ниточка, ведущая к бывшему мужу. Просто в какой-то момент ему стало не хватать воздуха вокруг, и он помнил, что только лишь один человек был способен восполнить эту нехватку. Выйдя на площадь у пещер, заклинатель удивился, как сильно тут все поменялось — от забытья не осталось и следа. Вэй Усянь ушел не сказав и слова около четырех месяцев назад, и Лань Чжань понял, что времени он зря не терял. Вокруг не было ни одного сорняка, не валялось никакого мусора, а на дорожках не было грязи и пыли. Он словно попал в хорошо ухоженный и любимый крестьянский домик. Саженцы на грядках пестрили разнообразием, а в каком-то строении даже кудахтали куры. — Кто Вы и зачем пришли? — раздался за спиной Ванцзи настороженный твердый голос. — Вэй Ин, — обернувшись произнес Лань Чжань. — Я рад видеть тебя в добром здравии. — Я все еще не услышал Вашего имени и цель визита, — холодно сказал Усянь, замечая растерянность в глазах напротив. — Вэй Ин, прекрати дурачиться, это я — Лань Чжань, твой… — начал было мужчина, но запнулся на полуслове. — Ты что, не помнишь? — Лань Чжань, Лань Чжань… кажется, что-то знакомое, где-то я уже встречался с этим именем… нужно только вспомнить, — нахмурившись Усянь потер лоб. — А, точно! Это из того письма! — Что? Ты о чем? — удивленно и со страхом в голосе спросил Ванцзи. — Подождите, никуда не уходите, я сейчас Вам его принесу, — после этих слов мужчина словно на крыльях ветра унесся в пещеры. Заклинатель клана Лань неверяще смотрел в след ушедшему, не до конца понимая, что происходит. — Вот, — спустя пару минут хозяин горы протягивал потрёпанный конверт с именем Лань Чжаня. — Пришлось его поискать, ведь обнаружил я его месяца три назад, так что за внешний вид не судите строго. Достав послание, Ванцзи начал читать текст, написанный до боли знакомым подчерком, мечтая, чтобы все это оказалось неправдой: «Привет, Лань Чжань, как у тебя дела? Думаю, что ты сейчас сбит с толку от происходящего, но я все объясню. Если ты читаешь это послание, значит, что ты пришел ко мне на Луаньцзан. Не знаю, что привело тебя, но знаю от чего ты покинешь меня. Скажу без заморочек — я стер память о тебе, и это письмо тому доказательство. Это заклинание я придумал уже достаточно давно, еще до перерождения, но пригодилось оно только сейчас. Правда забавно? Мне было очень больно от того, что я оказался больше не любим тебе. Хотел даже умереть, но вспомнил о более гуманном способе, потому я прошу тебя, не смей искать способов восстановить мне память! Мне не важно, с какой целью ты захочешь это сделать, важно лишь то, что я больше не хочу тебя знать. Уж слишком много боли. И да, не пытайся создать новые воспоминания со мной-будущим. Я себя предупрежу, но сказать и тебе тоже следует. С любовью не любимый тобой Вэй Ин» Лань Ванцзи неверяще перечитал послание еще раз, а потом еще раз, словно не понял написанное с первого раза. — Это как же… — в глазах заклинателя потемнело. — Там сказано, что тебе тоже было послание, можно я его прочту? — Не думаю, что это… — Пожалуйста, — молящее перебил его Лань Чжань, и мужчина не смог ему отказать. «Здравствуй, дорогой будущий я. Знаю, вернее полагаю, что у тебя сейчас болит голова, но все нормально, поверь так надо. Иногда у тебя будут провалы в памяти, но доверяй мне, то есть себе из прошлого, так надо было сделать. Огромная просьба: не доверяй человеку, который представится Лань Чжанем, и как только он прочитает послание, попроси его покинуть гору и не возвращаться. Я знаю, что ты это прочитаешь.» Лань Ванцзи отчетливо понял, что последняя строчка предназначалась ему, и нелепая улыбка попыталась захватить его лицо. — Господин, себе я доверять привык, а потому попрошу Вас удалиться. Думаю, в Вашем послании написано больше, и Вы должны понять, — Вэй Ин вежливо улыбнулся. — Да, да, конечно, — произнес Лань Чжань, взяв себя в руки. — Надеюсь, что у тебя будет все хорошо. Если тебе что-то понадобится отправь мне послание в орден Лань.- в последний момент голос заклинателя все же сорвался, открывая истинные эмоции грусти и боли. — Обязательно, всего хорошего, — произнес Вэй Усянь, смотря вслед уходящему незнакомцу. Повернувшись в сторону своего дома, Вэй Ин заметил, что все вокруг стало очень мутно. Он плакал. Слезы градом лились из его глаз, но он никак не мог понять, что же так сильно его расстроило. Не мог вспомнить, из-за чего в его груди поселилась разъедающая душу скорбь.
