Жизнь только начинается

Несколько первых дней в маленьком поместье лейтенанта Сасакибе прошли для Ичиго и Курокаге, как одно мгновение. Они в основном только ели и спали, сказалась усталость при их путешествии и пережитый стресс. Их никто не беспокоил. Все, кто был в курсе их пребывания в Сейрейтее, понимали, что им нужно хорошенько отдохнуть. И вот спустя неделю, Ичиго созрел для вопросов, но задавать их кроме как Курокаге и лейтенанту Сасакибе не было возможности. К лейтенанту, Ичиго с вопросами лезть не рискнул. Поэтому, днем, будущий капитан, почти в течение двух часов пытал свою подругу вопросами по поводу того, что он не понял во время разговора с генералом и капитанами. Так же его интересовало всё, что касалось той должности, на которую он согласился, и так как она очень долгое время общалась с Ичимару, то ей было, что рассказать ему. Но не на все вопросы у Куро были ответы, поэтому Ичиго с нетерпением стал ждать, когда к ним придут в гости капитаны. К счастью Ичиго гости к ним пришли в этот же день, только вечером, кое-как пришедшие в себя после недельного загула, капитаны Кераку и Укитаке. В это время Куро сидела на веранде дома и смотрела в вечернее небо, отдыхая от настойчивого допроса, а Ичиго, утолив свое любопытство лишь частично, сидел в доме и читал какую-то книгу, которую нашел в небольшой библиотеке хозяина дома. - Добрый вечер, доченька, - пропел радостно Шунсуй, от чего Курокаге вздрогнула. - И вам не хворать, капитан Кераку, - недовольно буркнула девушка, а потом, кивнув второму гостю, более вежливо добавила. - Добрый вечер капитан Укитаке. - Главное, мне вот так просто, не хворать и еще с каким-то недовольством, а ему прям, добрый вечер, - забубнил себе под нос расстроенный Шунсуй. Джууширо, который слышал это недовольное бурчание, только легонько задел его локтем и одобряюще шепнул, чтоб он не брал в голову, ссылаясь на семейные черты характера. - Здравствуй, а где Ичиго? – в свою очередь, озираясь, поинтересовался капитан тринадцатого отряда. - Он в доме, читает, - сообщила она и вопросительно посмотрела на капитанов. - А зачем вы пришли? - А мы по делам, к будущему коллеге, - деловито сказал, все еще обиженный Кераку, а потом еще более деловым тоном добавил, - ну, и ты можешь послушать и даже задать несколько интересующих тебя вопросов. - О, - протянула Куро, на такое заявление, - какая честь! Она произнесла эти слова так, что капитаны дружно вздрогнули, узнав нотки в голосе присущие только одному их знакомому. Она заметила это и только мысленно усмехнулась на их реакцию. «А ведь придется к этому привыкать», - подумал Кераку: «она, как-никак очень долго общалась в основном только с Ичимару». - Может, ты нас в дом пригласишь? – вежливо поинтересовался Укитаке. - Хорошо, проходите, - взяла себя в руки Курокаге, новоявленный отец начинал потихоньку ее бесить, а потом, заходя в дом первой, крикнула, - Ичиго! Хватит читать, к тебе гости пришли, теперь ты просто обязан их как минимум пару часов вопросами пытать, как меня ты сегодня замучил! Они зашли в дом. Комната, в которую они попали, была очень просторная, в центре стоял низкий стол, на полу лежал пушистый ковер, а на нем были разбросаны многочисленные подушки. У одной из стен стоял большой диван и пара кресел у окон. Все в комнате было обустроено для комфортного отдыха одного человека. Ичиго сидел возле окна в кресле и смотрел слегка недовольно на тех, кто побеспокоил его покой. - Эм, - замялся Ичиго, на такое заявление Куро, - здравствуйте, капитан Кераку, капитан Укитаке, присаживайтесь. Капитаны поприветствовали Ичиго и оба сели на подушки возле стола. Отложив книгу, Ичиго присоединился к ним. Куро шмыгнув носом и обведя собравшихся пристальным взглядом, удалилась, приготовить чай для гостей. Пока ее не было, разговор никто не желал начинать. Девушка быстро принесла чай и не забыла прихватить для капитанов еще и саке, по их внешнему виду было видно, что они еще не до конца пришли в себя. Когда она поставила поднос с чаем и саке она вопросительно посмотрела на гостей и остолбенела. Столько благодарности в глазах, сколько ее было в глазах у Кераку, она видела впервые в жизни. - Угощайтесь, кто что будет? – неловко спросила девушка. - Я, пожалуй, буду саке, если никто не против, - быстро проговорил Шунсуй, сам налил себе и сразу же выпил. Капитан Укитаке только с укоризной посмотрел на друга. - Я буду чай, - сказал он, - спасибо за беспокойство. - Всегда, пожалуйста, капитан Укитаке, - она налила всем чаю и, решив не тянуть, задала вопрос, который волновал ее с самого начала, - раз уж вы пришли и готовы отвечать на вопросы, то первой спрошу я. Что вообще должен делать лейтенант? - Многое, - задумчиво проговорил капитан Кераку, - писать сметы и отчеты, следить за порядком в отряде, заниматься тренировкой отряда, составлять графики дежурств и … - Хватит, - перебил его капитан Укитаке, видя, как расширяются в ужасе глаза Куро, - тебя послушаешь, так лейтенант должен делать всё. Хотя половина из перечисленного это прямая обязанность капитана отряда. Теперь пришла очередь Ичиго удивленно смотреть на капитанов. Он и представить не мог, что ему предстоит делать что-то подобное. - Не волнуйтесь, все не так страшно, как кажется, - постарался успокоить обоих будущих офицеров Джууширо, - если тебе, Куро, интересно, то спроси об этом лейтенанта Сасакибе, думаю, он подробно расскажет, что именно должен делать лейтенант и даже научит. Я же скажу, что лейтенант обязан во всем помогать капитану и поддерживать его. - Спасибо, - Куро поблагодарила капитана за ответ, мысленно уже проклиная тот день, когда согласилась стать лейтенантом Ичиго, а потом толкнула соседа в бок со словами, - теперь твоя очередь задавать вопросы. - Э, - протянул задумчиво Ичиго, - у меня после слов капитана Укитаке про обязанности капитана и лейтенанта, как-то желание узнавать дальнейшие подробности, вот сейчас сразу, отпала, может, постепенно все выясним, а? Так сказать опытным путем. - Хорошо, - согласилась Куро на предложение, - но у меня есть еще один вопрос. - Какой? – озадаченно спросил Ичиго, она до этого не проявляла никакого интереса к тому, что ее ждет, даже на его вопросы как-то без энтузиазма отвечала. Капитаны тоже с интересом посмотрели на девушку. - Кого Ичиго может взять в отряд? И как вообще он должен это делать, – этот вопрос в принципе ее не интересовал раньше, но тут внезапно всплыл в голове. - Кого он захочет, - быстро ответил Кераку, ему не терпелось перейти к тому, собственно, зачем они и пришли к ним сегодня. - Не торопись, Шунсуй, - проговорил Джууширо, понимая, куда так торопится друг, - думаю, мы должны объяснить им подробнее ответ на этот вопрос. - Вот ты и объясняй, - отмахнулся капитан восьмого отряда и налил себе еще саке, - у тебя это неплохо, я погляжу, получается. - Дело в том, - начал капитан Укитаке, - что четырнадцатый отряд будет не таким как все остальные. Его специфика не может меняться со сменой капитана, как это происходит с другими отрядами. Новый отряд – это отряд особого назначения. Главная задача твоего отряда, Ичиго, будет заключаться в том, чтобы отражать атаки при нападении противников, когда другие отряды не справятся со своей задачей. - То есть, - удивился и испугался не на шутку Ичиго, - я должен буду сидеть в засаде и вмешиваться в войну, когда другие уже не смогут сражаться. Это же ужасно! Я не согласен. - Ты не совсем правильно меня понял, - поспешил успокоить его Джууширо, - ты не должен сидеть в засаде, ты просто со своим отрядом будешь что-то вроде козыря в последующих войнах. Также тебе разрешено помиловать любого преступника и уговорить любого шинигами перейти в отряд. Никто из капитанов не сможет тебе возразить, если ты придешь и скажешь, что забираешь шинигами в отряд. - Стоп! – Куро не поверила своим ушам, - и что Ичиго сможет любого преступника помиловать и в отряд себе взять? – удивлению не было предела. - Да, а почему бы и нет, если преступник согласится служить Ичиго силой и правдой, - подтвердил капитан Кераку слова своего друга. - А если Ичиго решит Айзена помиловать? – вдруг спросила Куро, - ему это тоже позволят сделать? Кераку и Укитаке дружно подавились, первый саке, а второй воздухом. Куро с интересом наблюдала за такой реакцией, впрочем, как и Ичиго. - Надеюсь, ты так делать не будешь Ичиго? – мягко спросил Укитаке, приходя в себя от услышанного им вопроса. Такого поворота событий они не ожидали. - Я подумаю, - спокойно сказал Ичиго. А Куро увидела страх в глазах капитанов и поняла, чем именно она может манипулировать, если что. Ичиго, конечно, так не поступит, она понимала, что не настолько он был уверен в своей силе, да и цена победы в той зимней войне, по его рассказам, была для него велика, чтоб сейчас ответственность за Айзена на себя брать. - Вот и думай как можно дольше и прейди к выводу, что тебе он не нужен, - быстро затараторил Кераку, а потом более спокойно добавил, - вообще-то, на самом деле, мы по другому поводу сегодня пришли. - И, правда, - спохватился Укитаке, - я и забыл. Засыпали вы нас вопросами с порога, а о главном сказать не дали. - И что же сегодня вас привело сюда? – заинтригованно спросил Ичиго. - Генерал вчера подписал приказ о твоем помиловании Куро и дал разрешение, на то, чтобы мы сняли с тебя и Ичиго браслеты. Также он позволил ваши совместные тренировки до поступления в Академию, - как-то уж очень торжественно объявил Шунсуй, а потом радостно добавил, - только под нашим присмотром, конечно. - А как же то, что я скрываюсь пока? – в недоумении спросил Ичиго, - я же не умею контролировать свою реацу, чтобы ее совсем никто не видел и не чувствовал. - Мы все предусмотрели, не волнуйся, Ичиго, - поспешил успокоить его капитан Укитаке, он сегодня что-то уж слишком часто успокаивал молодежь, - мы принесли вам обоим новые браслеты. А что касается тренировок, они будут проходить под барьером, который я и Шунсуй будем создавать на время снятия ваших браслетов. - Ну, если так, то ладно, - успокоился Ичиго, - где мы будем тренироваться? - Здесь, неподалёку, - улыбаясь такому рвению, сказал капитан Укитаке, а потом, посмотрев на озадаченное лицо Куро, спросил ее, - ты не хочешь? Я не вижу радости на твоем лице. - Нет, почему же, хочу, - проговорила Курокаге, - просто я не снимала браслет восемьдесят лет, страшно немного. «Чего боишься? – возмутился, до этого молчавший Асагири, - я же рядом, если что помогу». - Не бойся, - покровительственным голосом сказал капитан Кераку, - если что мы с Джуу будем рядом. - Хорошо, - вздрогнув, как-то неуверенно сказала Куро, - тогда пойдемте, уже вечер. До темноты мы должны вернуться. - Да, пойдемте, - и с этими словами, Ичиго вскочил из-за стола, готовый пуститься в путь. Капитаны только одобрительно посмотрели на него, а потом вопросительно перевели взгляд на девушку. Куро же, вздохнув, медленно поднялась, прибрала на столе, и только потом пошла за своим мечем. При этом постаравшись ни чем, не выдать свое волнение по поводу предстоящей тренировки. Через пятнадцать минут все были готовы, что бы отправится на полигон. Так как хоть не далеко было до него, но идти все равно достаточно долго, было решено, что капитаны унесут будущих офицеров на руках с помощью шунпо. Шунсуй был счастлив, что после недолгих рассуждений и споров ему доверили нести дочь. Джууширо был не меньше счастлив, чем его друг. Ичиго не понимал радости на лице капитана Укитаке, но был не против, если его понесет именно он. Единственный кто ворчал – была Курокаге, которая не любила когда ее носят на руках в принципе, тем более, если это всякие малознакомые ей личности, о чем она не повременила сообщить всем. Капитан Кераку на такое заявление обиделся, но ненадолго, он прекрасно понимал, что так просто доверие девушки он не получит. Итак, Шунсуй взял дочь на руки, а Джууширо за талию Ичиго и через пару шагов в шунпо они были на одном из дальних полигонов Готей 13. На нем обычно тренировались капитаны, поэтому он был весьма большим и вокруг был полностью огорожен высокими деревьями. - Теперь ясно, почему вы настаивали на шунпо, - осматриваясь, сказала Куро, - сюда, походу, другим путем не попасть. - Так, мы снимаем вам браслеты, готовы? – Шунсую не терпелось увидеть, на что способна его дочь. - Но тогда меня обнаружат, - растерялся Ичиго, он все еще сомневался в правильности такого решения. - Я поставлю барьер, не волнуйся, - сказал капитан Укитаке и, отойдя, начал шептать заклинание, стараясь чтобы барьер получился попрочнее, он не сомневался в силе их обоих и немного опасался, что простой барьер, может не выдержать. - Но, - Ичиго сомневался, что у них получится полностью скрыть их реацу. - Ичиго, не бойся, этот барьер скроет нас полностью, - Куро начала злиться на такую внезапную недоверчивость Ичиго, - вспомни, меня же не нашли, когда я тренировалась здесь в Сейрейтее. Кстати, барьер, который ставил Гин, был точно такой же. - Ну, хорошо, - только после этих слов он поверил окончательно и потянул левую руку, стоявшему рядом капитану Укитаке, для того, что бы он снял браслет. Браслет, который был на Ичиго, сняли очень быстро, а вот с браслетом Курокаге пришлось повозиться. Оказалось, что для того, что бы снять его, нужен был ключ. После недолгого совещания капитаны решили сломать его, на это у них ушло достаточно много времени. Реацу у Ичиго сразу же окутала всех присутствующих. Он с трудом смог на немного ее уменьшить, что бы она ни мешала другим. «Она стала больше», - удивился Ичиго: «Намного больше. Как же мне с ней теперь справиться?» Он очень удивился подобному сюрпризу и погрузился в собственные ощущения. И чуть не пропустил тот момент, когда сняли браслет с Куро. Хоть вспышка реацу и была короткой, но капитанам стало ясно, что девушка по реацу сейчас дотягивает до уровня лейтенанта, а это еще с учетом того, что она почти не тренировала свои силы. Умение контролировать уровень реацу, очень удивил капитанов. Хоть они и слышали от нее, что у нее почти сразу это получилось, никто ее слова всерьез тогда не воспринял. - Итак, барьер стоит, браслеты сняты, - сообщил всем Шунсуй, - посмотрим, на что вы оба сейчас способны. - Значит учебный бой с Ичиго, - Куро усмехнулась, - только с шунпо не увлекайся, я восемьдесят лет не практиковала его, хорошо? - Хорошо, - пообещал Ичиго, - только ты за мной тоже присматривай, моя реацу выросла и мне нужно время, что бы научиться, как с ней правильно обращаться. Слушая обмен любезностями между молодежью, капитаны отошли к лесу, оставив поляну в их полное расположение, и приготовились наблюдать со всей серьезностью за боем, как ни как им предстояло сделать из этих двоих достойных капитана и лейтенанта. В это время Ичиго улыбаясь, достал Зангецу из-за спины, а Курокаге же с осторожностью, даже можно сказать с долей нежности, вынула Асагири из ножен. Черные клинки блеснули в лучах вечернего солнца. Они начали аккуратно и медленно наносить удары. Куро вспоминала, чему учили ее друзья, а Ичиго изучал новые ощущения и искал разницу в собственной силе. Каждый из них не спешил заканчивать, хотя несколько возможностей было у обоих. Постепенно скорость их атак начала увеличиваться. И уже через десять минут они кружили по полигону уже на приличной скорости. У Ичиго и Курокаге каждый удар был увереннее предыдущего. Но постепенно Куро начала уставать. И ее противник это понял. Он начал наносить более сильные удары, желая победить. «Черт, не хочу проигрывать, - вертелось в голове у Куро, - придется рискнуть». - Хадо номер 4: Бьякурай! – неожиданно крикнула Куро, и белая молния полетела в Ичиго. Молния получилась не такой сильной, как ожидалось, но девушка была рада и этому. Радовало то, что она правильно вспомнила, как это делается без произнесения вслух заклинания. На удивление Куро Ичиго ловко увернулся от удара. - Вот гад! – негодовала Куро. - Ну так, - лыбился довольный Ичиго, во все 32 зуба, - я же с Бьякуей сражался и потом его еще на тренировку уговорил, а это его любимая атака. - Учтем, - шмыгнула носом Куро. После этого она очень быстро попыталась нанести Ичиго очередной удар мечем, но не рассчитав скорость нападения и то, что они все-таки в лесу, она споткнулась и упала на не успевшего как-то среагировать Ичиго. - Ну, все я победила, - улыбаясь, сказала Куро, лежа поперек друга, - сдавайся! - Согласен, - сквозь смех сказал Ичиго, эта ситуация его позабавила, - я сдаюсь, только слезь с меня. Они встали и начала поправлять одежду. Тихо бросая друг другу разного рода шуточки по поводу поединка, который только что состоялся. В сторонке за всем этим тихо наблюдали офигевшие капитаны. Такой скорости сразу, они не ожидали от обоих. Ладно, Ичиго, у него опыта в боях было много, и он через многое уже прошел, в том числе и через возвращение собственной силы, но вот Куро вообще не имела подобного опыта. Это было удивительно. - Какая у меня сильная доченька-то выросла, - тихо вздыхал счастливый Шунсуй, - вся в меня. - И чем же? – спросил Джууширо, сдерживая смех, - они оба очень сильные. А Ичиго умеет себе друзей искать. - Ты думаешь, я не сильный, - шутливо обиженным голосом спросил Шунсуй. - Сильный, сильный, - заверил Укитаке своего друга, а потом, видя, что они закончили, сказал уже громче, - молодцы. Для первого раза вполне не плохо. Ичиго тебе придется научиться за этот месяц контролировать свою реацу, чтобы не навредить ученикам в Академии. - Да я уже это понял, - сообщил он всем, - она немного изменилась и выросла. - Доченька, - протянул Шунсуй, - ты молодец. Я такого не ожидал. И кидо великолепно получилось. До какого уровня ты можешь без заклинания? - До второго и несколько из третьего, - почему-то на этот раз смущенно сказала Куро, ее впервые, кроме Гина кто-то с такой искренностью хвалил, и это было очень странно слышать. - Может, мы уже вернемся, - спросил Ичиго, смотря в небо, - скоро совсем стемнеет. - Конечно, - согласился с ним Джууширо. Он достал из кармана два браслета. После того как их одели Ичиго и Куро, проверил еще раз, что бы не чувствовалась их реацу. Только после этого он убрал барьер, отмечая про себя, что в следующий раз придется ставить его совместно с Шунсуем, сегодня барьер устоял чудом. Они вернулись домой, так же как и уходили – с помощью шунпо. Приземлившись возле крыльца, они заметили, что хозяин дома уже вернулся. В одной из комнат горел свет. - Так, в следующий раз, мы придем послезавтра, - сообщил капитан Укитаке Ичиго, - будем помогать тебе эмблему отряда выбирать. - А почему не завтра? - спросил озадаченный Ичиго. - Завтра у нас утром собрание капитанов, а потом работа, - сказал Укитаке, - так что отдохни хорошенько, выбрать будет нелегко. - В принципе я могу и зайти, - сообщил Шунсуй всем собравшимся, - у меня дел после собрания нет. - А что вы делаете на собрании? - заинтересовался Ичиго, он про них только пару раз слышал от капитана Зараки и то он говорил про них с отвращением в голосе. - Эм, нет Ичиго, ты лучше себе этим голову пока не забивай, это ооочень скучное мероприятие, - Шунсуй сделал страшные глаза, от чего Ичиго поежился на месте, а Куро тихо захихикала, - и оно тебе очень быстро надоест. - Тогда ладно, но потом расскажите, - улыбнувшись, сказал Ичиго, - мне, ведь теперь все интересно. Я должен знать, на что согласился. - Непременно расскажу тебе, Ичиго-кун, - пообещал Джууширо, - эх, ладно, нам уже пора, до послезавтра. - До встречи, – сказал Шунсуй всем. Он еще хотел дочь обнять на прощанье, но Курокаге ловко увернулась от его рук. Капитан вздохнул и махнув рукой расстроенный скрылся в шунпо. Капитан Укитаке и Ичиго, наблюдая за этой сценой, с трудом сдержали смех. Он проводил друга взглядом и с довольной улыбкой отправился домой. Как не крути, а вечер у них всех удался. Ичиго и Курокаге стояли на крыльце и смотрели в небо. - Хороший вечер получился, правда? – улыбаясь, спросила Куро. - Да, - вздохнул Ичиго, - только слегка утомительный. - Ты бы с ним все-таки по приветливее вела себя, - к ним на крыльцо вышел лейтенант, чем напугал уже стоявших там, по дому лейтенант Сасакибе перемещался бесшумно, - он же очень переживает и не знает, как подойти к тебе Курокаге. - Может не он один не в курсе, - буркнула девушка, прекрасно понимая, о ком говорит Сасакибе, - это ведь, знаете ли, нелегко спустя столько лет лицом к лицу встретить того, о ком только гадости всю жизнь слышала. - Согласен, это нелегко, - согласился он с ней, - пойдемте в дом, а то я смотрю кое кто уже готов стоя уснуть, - и он указал на почти задремавшего Ичиго. - Да, пора спать, - они все зашли в дом и уже через десять минут, весь дом погрузился во мрак. *** - Что ты здесь делаешь? – недовольно спросил Джууширо у сидевшего на крыше его дома Шунсуя, - ты вроде домой ушел. Капитан Укитаке сегодня за день сильно устал с отчетами отряда, да и вечер выдался очень уж насыщенным, что не говори, а он был вымотан. - Вот скажи, почему она меня сторонится? Не подпускает близко, – в голосе капитана слышались усталость и грусть, и еще злость, - я ведь ей ничего не сделал. Вообще ничего! - Может именно поэтому? Ты ведь ничего еще не сделал для нее, кроме как поучаствовал в ее появлении на свет, - устало заметил Джууширо. - Но, я, же ее отец! Почему я должен что-то делать? – возмутился Шунсуй, - и вообще она не дает ни единого шанса, что-то сделать, просто отталкивает. - Ты просто торопишь события, - успокаивающе проговорил Джууширо, успокаивать всех ему начинало надоедать, - вспомни, что она говорила про свою мать. Она наверняка наговорила ей массу гадостей про тебя. - Думаешь это единственная причина? – с каким-то странным воодушевлением проговорил Шунсуй. - Я не знаю, - честно признался Джуу, - но ты ведь завтра свободен, вот и проведи этот день с ней. Хотя я бы на твоем месте больше времени уделял отряду. - Ой, только не начинай, - отмахнулся он от постоянных нравоучений друга, - но я думаю, ты прав, - Джуширо было обрадовался, что его услышали, и он, наконец, займется отрядом, но следующие слова, убили всю радость на корню, - я должен еще раз попробовать найти общий язык с дочерью. - Вот завтра и попробуешь, а теперь вали домой, завтра утром рано собрание, не опоздай! – и с этими словами капитан Укитаке зашел домой и хлопнул дверью. Шунсуй еще с минуту посидел на крыше, а потом вздохнул и тоже отправился спать. *** Утром капитан Кераку сдержал слово, данное себе ночью на крыше у друга. Он сразу после собрания капитанов скрыл свое реацу и пошел в гости к своей дочери, намереваясь провести весь день с ней. Куро с неким сарказмом встретила предложение своего отца, который просто излучал энтузиазм и рвение хотя бы подружиться сегодня. Но она помнила слова лейтенанта Сасакибе, про ее отношение к капитану. Поэтому скрепя сердцем она согласилась провести часть дня с Шунсуем. Ичиго, чтобы не мешать им взял книгу и пошел к себе в комнату. У капитана Кераку радости не было предела. Дочь согласилась, а еще они остались наедине и никто не помешает их беседе. Они решили начать с чая, точнее это решение пришло после недолго спора. Капитан хотел саке, он думал, что так будет легче начать разговор, но Куро наотрез отказалась пить спиртное. Поэтому за чаем, сначала было тихо, никто не знал с чего начать разговор, но потом слово за слово и у них начинал складываться разговор. Оказалось у них было много общего. Им обоим не нравится, когда их заставляют работать, но по сравнению с Шунсуем, которому в принципе было лень что-либо делать, Куро просто не нравилось, когда ею командуют. Сильно удивило обоих, что им нравятся одинаковые блюда, особенно паровые булочки, которые идут вместе с саке, и что они оба не любят порошковый зеленый чай. По поводу булочек Шунсуй был удивлен, но потом выяснилось, что Накаёши их просто не любил и всегда во время патруля, заходя в гости к девушке, приносил их, так как почти каждое дежурство начинал в баре. Также им обоим не нравится сражение. Точнее они не видят в большинстве битв смысла. Кераку попытался пошутить про то, что в ее возрасте еще рано рассуждать как старушке, на что получил быстрое замечание про то, что она удивлена, что капитан Кераку считает себя стариком. Шунсуй только обиженно шмыгнул носом, но ничего не сказал. Куро очень удивилась, когда он начал рассказывать про то, как его заставили в свое время поступить в Академию шинигами. Но потом с большим интересом слушала про его с другом приключения во время учебы. Девушка заметила, что ее отец очень общительный и добрый по отношению к окружающим, а про себя она не могла такого сказать. Куро была немного замкнутым и молчаливым человеком, сказалось ее одинокое существование в отдаленном районе. Хотя мама ей и говорила массу всего плохого про этого шинигами, но она не могла не признать, что ей он начал нравиться. Так же она отметила про себя, что капитан оказывается еще и бабник, ведь большая часть его историй были про то, как он попадался во время своих похождений. И так в разговорах у них ушло несколько часов. Только перед самым обедом к капитану Кераку прилетела адская бабочка от лейтенанта Исе о том, чтоб он срочно появился в отряде. Он расстроился. Куро, видя расстроенного капитана, заверила, что если он хочет, то всегда можно продолжить разговор и в другое время. Так рано заканчивать беседу Шунсуй не планировал, и уходить, когда только начал складываться разговор не хотелось. Но работа, есть работа, и с печальным вздохом Шунсуй побрел в отряд. *** Утром следующего дня сразу после завтрака капитаны Кераку и Укитаке пришли в гости к Ичиго и Курокаге для выбора эмблемы отряда. Хоть это было и не к спеху, но генерал сказал сделать это до того, как они поступят в Академию шинигами. - А можно поподробнее про эмблему отряда, я о таком раньше и не слышал, - спросил Ичиго, когда все расселись вокруг стола на подушках в главной комнате дома, - Куро мне рассказывала немного, но я все равно ничего не понял. - Здесь нечего особо и рассказывать, - заметил капитан Укитаке, - эмблема отряда – это цветок, несущий в себе некий смысл, а иногда и просто говорит о том, кто является капитаном отряда и его отношение к жизни. - А некоторые просто не обращают на это внимание, - добавил капитан Кераку, - например, капитан Куротсучи. У него на эмблеме чертополох, что означает строгость, независимость, месть. Хотя ему больше подходит базилик. - Отвращение, ненависть, - произнесла Куро, чем удивила всех присутствующих, - а что? Мама занималась моим воспитанием, иногда правда, так что я знаю значение некоторых растений. - Вот и хорошо, - обрадовался Шунсуй, - значит, быстро закончим с этим делом. И займемся более интересным занятием. - Это, каким? – с любопытством спросил Ичиго. - Ну, - протянул Шунсуй, - мы тут подумали, что тебе пора начать тренировки контроля реацу. Поэтому сразу после выбора эмблемы пойдем на полигон тренировать тебя. - Ясно, - озадачился этим Ичиго, его раньше учили подобному, но у него мало что получалось. - Думаю, у тебя получится, - сказала Куро, видя выражение лица Ичиго. - Конечно, - улыбнувшись, сказал Ичиго, - и ты мне в этом поможешь. Я ведь видел, что у тебя неплохо получается сдерживать реацу. А теперь вернемся к эмблеме. Кстати это единственное, что я должен выбрать? - Нет, еще ты должен решить, каким цветом у тебя будет подкладка у хаори, - сказал Джууширо, - думаю, ты заметил, что она у всех капитанов разного цвета. - Цвет что-то должен значить? – спросил Ичиго. - Необязательно, - сказал Шунсуй и вопросительно посмотрел на свою дочь, - может саке принесешь, а? - Зачем, - удивилась Куро, - сейчас же только утро, для саке не время еще. - Ну, пожалуйста, - протянул Шунсуй. - Хорошо, - не стала спорить с ним девушка, - я сейчас. Кому-нибудь еще что принести? - Нет, спасибо, - за всех ответил капитан Укитаке, сверля недовольным взглядом друга. Курокаге ушла за саке на кухню. Пока ее не было, Ичиго задал еще несколько уточняющих вопросов по поводу цвета подшивки хаори. И потом задумался. Капитаны решили не мешать думать будущему капитану и просто сидели и ждали, когда вернется Куро и принесет саке. - И что ты надумал, - спросила у Ичиго Куро, когда вернулась на свое место. Саке она отдала отцу. - Я решил, каким будет цвет подшивки, - неуверенно сказал Ичиго, после пяти минутного раздумья, - только не знаю, хороший ли выбор я сделал. - И какой цвет ты выбрал? – на Ичиго устремилось три пары любопытных глаз. - Красный, - сказал Ичиго. - Хороший цвет, - сказал Джууширо, - а почему именно красный? - Просто, раз мой отряд должен быть, что-то вроде козыря в войнах, то логично предположить, что ему чаще других придется сражаться, - пояснил Ичиго, - а красный – это цвет крови. - Эм, - удивилась Куро, - не думала, что ты способен делать такие выводы из разговоров, но мне тоже цвет нравится. Теперь эмблема. - Вот тут я ни малейшего понятия не имею, какой цветок подойдет, - развел руками Ичиго, - я в цветах и их значении плохо разбираюсь. - Ой, а я походу, знаю, какой цветок у нашего отряда будет, - так-то странно заулыбалась Куро. - И, какой же? – спросил капитан Укитаке, и все с интересом теперь посмотрели на девушку. - Только ты это, сильно не злись, хорошо? - тихо попросила Куро, потихоньку вставая из-за стола и отходя подальше от своего будущего капитана. - Ну, хорошо, не буду, - пообещал Ичиго, не понимая таких действий подруги. - Я просто подумала, что раз подшивка у твоего хаори будет красная, то и цветок должен быть такого же цвета, - Куро начала объяснять причину своего выбора, - да и значение цветка подходит - совершенное превосходство, как и отряд Ичиго должен превосходить все остальные тринадцать отрядов Готея. Капитаны уже поняли, про какой цветок она говорит. - Так что за цветок? – Ичиго начал злится, от того что все знают, а он нет. - Я про клубнику или землянику, - тихо прошептала Курокаге и для безопасности решила отойти еще немного подальше и сесть рядом с капитаном Укитаке. - Вот зараза! – Ичиго посмотрел обиженно на девушку, он ненавидел, когда кто-то проводил параллели между его именем и этими ягодами, - я тебя сейчас точно убью, Куро, это же не смешно. Он обиженно посмотрел на Куро и в завершении всего прикусил нижнюю губу в знак обиды. Видя, все это капитан Кераку не смог сдержать смех. А капитан Укитаке, наоборот залюбовался таким видом, который был сейчас у Ичиго, это было настолько мило, что он с трудом сдержал порыв обнять и утешить его. - А что вполне хороший цветок, точнее ягода, но отряд-то необычный будет, так что, почему бы и нет, - едва сдерживая смех, проговорил Шунсуй. - Итак, с эмблемой отряда походу решили. – Курокаге все еще не могла успокоиться и хихикала. - А вот я не согласен с эмблемой, - Ичиго показывал всем своим видом глубочайшее недовольство. - Почему? – Куро давно так не веселилась и улыбалась от всей души. - Да надо мной смеяться будут! – Ичиго ненавидел такое значение своего имени. - А ты в глаз и проблем ноль, - Шунсуй хихикал, почти также как и его дочь. Джууширо же отметил еще одно сходство между этими двумя, у них был похожий заразительный смех. Ичиго был удивлен, видеть смеющеюся Куро ему раньше не приходилось, но это не помешало ему злиться на подругу за такую злую шутку. - Нет, я еще раз говорю, я не согласен! – заявил Ичиго, давая всем понять, что разговор по поводу этого закончен, - давайте подумаем еще, может, есть варианты и получше. - Хорошо, - согласилась Куро, - не хочешь, так не хочешь. Будем думать дальше. - А расскажите, какие эмблемы у других отрядов, - попросил Ичиго, - может мне тогда легче станет выбирать. Вот, например, какой цветок у вашего отряда, капитан Кераку? - Стрелеция, она означает: мужественность, неординарность, целеустремленность, - гордо произнес Шунсуй, - и это все про меня и мой характер. - Ага, особенно, целеустремленность, - ехидно заметил Джуширо, на что получил шутливо-обиженный взгляд капитана, - а у меня цветком является подснежник, и он символизирует надежду. - На что? - не удержалась и спросила Куро. - Каждый надеется на что-то. Просто надежда, на лучшее, - как-то печально заметил капитан Укитаке, а потом поспешно добавил, - это же просто эмблема отряда и она на самом деле может быть любой. И не забывай, Курокаге, тебе ее на шевроне носить. - Да, помню я, - отмахнулась Курокаге, - ну есть еще пару подходящих цветов, но боюсь, они тоже будут отвергнуты, также как и мой первый вариант. - Ну, я обещаю рассмотреть все предложенные тобой варианты, и если они мне не понравятся, то я скажу тебе все мои доводы по этому поводу, - пообещал Ичиго Курокаге, - только давай больше без клубники, хорошо? - Хорошо, - пообещала девушка, - больше я так не буду. - Может тогда тысячелистник? – предложила Куро, - он означает бесконечное сражение. Вполне подходит для нового отряда. - Нет, не подойдет, - сказал Шунсуй, - к тому же это цветок одиннадцатого отряда. - Правда, - удивилась Куро, - жаль. Он бы подошел, да и на эмблеме смотрелся бы неплохо. Ладно, тогда может орхидея, она означает усердие. – Ичиго только мотнул головой в знак протеста, - Нет, а лилия? Лилия белая на язык цветов это чистота, девственность, величественность. Как раз про тебя. - Это, в каком же месте это про меня? – с обидой спросил он. У Ичиго предательски начали краснеть щеки, хоть они и недолго знакомы, но Куро умела вогнать его в краску всего парой фраз, брошенными случайно в разговоре. - Ладно, ладно, Ичиго – понимая, почему покраснел Ичиго, сказал капитан Укитаке, - может тебе подойдет тюльпан. Этот цветок является символом чистой любви, а также он может означать славу и гордость. Думаю, это тебе подходит. - Но слава и гордость больше подходят Бьякуи, нежели мне, - возразил Ичиго, - кстати, а что у него на эмблеме? - У капитана Кучики камелия, она означает благородный ум, - пояснил Шунсуй уже допивая, принесенное саке. - А мне нравится, - вдруг сказала Курокаге, - и почему я сразу не подумала про тюльпаны! Это очень красивые цветы. Ичиго давай его оставим. - Ну, хорошо, - с заминкой, но согласился Ичиго, - тюльпан, так тюльпан. Пусть будет в моем отряде слава и гордость. - Вот и отлично, - подытожил капитан Кераку, - а теперь на полигон, тренироваться! - Да, пойдемте, - согласился со словами друга Джууширо, - а то мы уж очень много времени потратили на выбор эмблемы отряда, до обеда осталось мало времени. Они добрались до полигона, также как и в первый раз – с помощью шунпо. Когда барьер поставили, решено было разделиться. Капитану Укитаке доверили рассказать Ичиго о том, как вообще правильно нужно сдерживать свое реацу, чтоб оно не мешало окружающим, а капитану Кераку досталась дочь, которая хотела вспомнить некоторые заклинания кидо, которым ее учил Гин. Шунсуй с радостью согласился помочь ей в этом. Вот так в тренировках у них ушло почти все время до поступления. Ичиго изо всех сил старался запомнить все, чему учили его капитаны. По началу у него не получалось вообще ничего, но постепенно он начал замечать, что получается сдерживать реацу. И к концу месяца он даже запомнил пару заклинаний кидо из первого десятка. Конечно, учить кидо капитан Укитаке не собирался, это была не его задача, но Ичиго так настойчиво просил, что влюбленное сердце капитана сдалось, и Джууширо научил нескольким легким приемам. Куро же пыталась восстановить всё, чему ее учили когда-то. И это было нелегко. Ведь прошло очень много времени с тех пор, как она тренировалась без сдерживающего реацу браслета. Конечно, она и после блокирования реацу тренировалась с мечем, но это было совсем не то, чего ей хотелось. Шунсуй правда не удержался и тоже научил дочь тому, что она должна была проходить в Академии шинигами. Эти тренировки очень сблизили отца и дочь, хотя их сейчас еще нельзя было назвать семьей, но они общались вполне дружелюбно, и Куро больше не отталкивала капитана, а просто снисходительно терпела его постоянные выходки. За несколько дней до поступления их обычные тренировки прекратились. Им нужно было подготовиться к экзамену. Точнее к проверке на наличие реацу. Хоть для них двоих это и была формальность, но они должны были хорошо сделать все задания, что бы поступить в класс А. Куро почти с первого раза удалось на тренировке создать сферу, состоящую из реацу, и умело смогла контролировать его уровень. А вот Ичиго пришлось потрудиться, что бы хоть что-то получилось. Но его упорство сыграло в его пользу и вечером перед экзаменом у него получилось нормальная сфера, которая тянула на вполне хорошую оценку. Экзамен прошел вполне без происшествий. Ичиго хоть и не нервничал, но он случайно чуть не отправил в обморок нескольких претендентов на поступление, потеряв контроль над собой от переживаний, но капитаны, предвидев это, научили Куро подавлять реацу окружающих. Он быстро взял себя в руки и сделал все задания даже лучше, чем делал это во время вечерней тренировке. Вечером, после экзамена лейтенант Сасакибе принёс, результаты экзаменов. В двух документах было написано, что они оба поступили в Академию духовных искусств на первый курс, в класс А. Куро вздохнула с облегчением. Все-таки волнение по этому поводу были, хоть она и не показывала это окружающим. И Куро решила сообщить Ичиго лично об этом. Она шла в комнату к Ичиго, но уже дойдя до нее наткнулась на дремавшего стоя в коридоре отца. - Пропустите, капитан Кераку, - вежливо попросила Куро у стоявшего на пути капитана, - меня Ичиго ждет. У меня для него хорошая новость. - Не торопись, доченька, - до безумия ласковым голосом, сказал Шунсуй, радуясь такой встрече - сама же чувствуешь, он сейчас не один, пусть они поговорят без лишних глаз. А что за новость? - Это, с какого перепугу, я должна давать им побыть наедине?- Куро, уже смогла почувствовать то, что у него сейчас находится в комнате капитан Укитаке, а потом досадно бросила, - а я про поступление хотела рассказать ему. - Ну, пусть поговорят, - протянул он и как-то лукаво улыбнулся, - думаю, как минимум Джуширо есть, что сказать Ичиго, он ведь как ни как четыре года ждал его официального появления в Готее 13. - Да? - удивилась Куро, делая шаг для того, что бы обойти капитана, - значит, судя по всему, в этом вопросе Ичиго стал мне еще и соперником, так что ли. - Не думаю, - Кераку поправил свою шляпу, которая начала спадать на глаза, и окончательно перегородил дорогу к комнате, - мой друг решительно настроен и никто другой ему уже не нужен. - Но я думаю, - улыбнулась Куро, - об этом рано говорить, ведь я еще даже не пробовала обратить на себя его внимание. Лукавые, до безумия знакомые, нотка в голосе опять заставили Шунсуя слегка вздрогнуть, но он сразу же напомнил себе, что как никак ее восемьдесят лет воспитывал Ичимару, а потом еще и отругал себя, он за месяц должен уже привыкнуть к этому. - Посмотрим, посмотрим, - странная улыбка скользнула на лице Кераку, - но почему мы все про них, да про них, может, поговорим о нас, доченька. Нам ведь многое нужно решить. - А разве есть мы? – удивилась Курокаге, - и зачем нам нужно что-то решать? - Думаю, ты в курсе, что для того, чтобы не было проблем при оформлении в Академию шинигами, тебе нужны документы, - начал уже заготовленную речь Кераку, - поэтому я предлагаю тебе официально стать моей дочерью, то есть я хочу официально удочерить тебя. Чтобы потом не было проблем ни у тебя, ни у меня, а для этого мне нужно твое согласие. Наступило молчание. Курокаге не как не ожидала такого предложения от капитана, спустя месяц их знакомства. Нет, она знала, что он захочет поговорить на эту тему, но чтоб вот так сразу и официально удочерить. Такое было удивительно слышать. - Я подумаю над вашим предложением, - сказала она как можно с безразличным видом, но Кераку успел увидеть секундную растерянность на лице девушки. - Хорошо, подумай, только не долго, завтра же у вас уже первые занятия, - улыбнулся как можно теплее он своей дочери, - а я, пожалуй, пойду. Я загляну вечером за ответом. Их разговор вроде уже завершился. Так что спеши к своему Ичиго. В ответ Куро только фыркнула, а Шунсуй еще шире улыбнулся и на прощание добавил. - И фыркает как котенок, - и чтобы не услышать в ответ недовольство и ворчание девушки, быстренько исчез в шунпо. А Курокаге, мысленно придушив его, за такое странное сравнение, направилась туда, куда собственно и шла, в комнату к Ичиго. - Ичиго, о чем вы говорили с капитаном Укитаке? – спросила Куро, когда отдала ему документ о зачислении, - что он хотел? - Если честно, то я не совсем понял, что он хотел, - поделился с ней Ичиго, изучая документ, - он говорил что-то про то, что рад, что я теперь в Обществе душ. И что теперь он может больше времени проводить со мной. Я путем не понял. - Ичиго, - заулыбалась такой наивности друга Куро, - а сколько тебе лет? - Эм, девятнадцать, - удивленно спросил Ичиго, не понимая такой смены разговора, - а что? - Ничего, - сказала девушка, а потом, прищурившись, спросила, - а у тебя девушка была? - А почему ты спрашиваешь? – предательски красней Ичиго, - ну, была. Только не долго. Она меня тормозом назвала и бросила. - Понятно, - улыбнувшись, сказала Курокаге, - а Кераку предложил мне официально стать его дочерью. - Серьезно, - удивился Ичиго, - и что ты ответила? - А я обещала подумать, - а потом, помолчав, добавила, - конечно, я соглашусь. Я просто удивлена была, что он так вот просто предложил мне это. - Да, - протянул Ичиго, - издеваться над людьми ты умеешь, но мне это в тебе и нравится. На твои слова невозможно долго злиться. - Спасибо Ичиго, - заулыбалась Куро, - а теперь спать, завтра будет насыщенный день. - Да, - сказал Ичиго, - спокойной ночи, до завтра. - До завтра, - и девушка ушла к себе в комнату. - Как ваш разговор, - спросил Шунсуй, когда он нашел друга на крыше одной из казарм тринадцатого отряда, но увидев расстроенный взгляд, понял, что он расстроен, - что сказал Ичиго? - Ничего, - печально сказал Джууширо, - хотя я тоже почти ничего не сказал. Он еще совсем ребенок. Шу, что же делать? - Мне тут слова вспомнились одного моего знакомого капитана, который говорил, чтоб я не торопил события и просто потихоньку приближался к дочери, - с улыбкой проговорил Шунсуй, - а сегодня она почти согласилась на мое предложение стать моей официально. Так что я думаю в случае с Ичиго это тоже актуально. - Да, наверное, ты прав, - согласился Джууширо, - к тому же у нас же еще несколько лет их обучения в Академии шинигами, а так как мы их учителя, то будем много времени проводить с ними. - Да, - подтвердил Шунсуй, про намеки на чувства к другу, которые ему дала дочь, он решил умолчать, - все у нас будет хорошо. А сейчас пошли спать. Завтра же опять собрание капитанов утром, и кто придумал делать их не свет не заря. - Шу, - засмеялся Джууширо, - в одиннадцать для тебя рано. Спать ложиться надо раньше, а не саке пить до полуночи. - Вот я и говорю, пора спать, - и с этими словами он отправился к себе домой, а Джуширо посидев еще немного на крыше, тоже отправился спать, решив идти до конца и признаться в своих чувствах Ичиго, только не сейчас, а чуть позже, когда наступит подходящее время.