Разговор в библиотеке

— Ну что, дочитала наконец? — проговорила Нудяся, поправляя очки в тонкой стильной оправе.  Она сидела, закинув ногу на ногу, и той, что стояла на полу, отстукивала нервный ритм. — Доела свой кактус?  — Прекрати, — шикнула я на нее. — Не ела я кактус, мне нравилось ее читать, хоть это было не просто. Столько всего там намешано, да и стиль с непривычки воспринимать было непросто первые пару глав.  — Ага, как же, — неверяще зудела Нудяся. — Отстань от человека, — встал на мою защиту Кэп. — Мы тут вообще-то собрались не для того, чтобы Алису мучить, мы тут обсуждать собрались. Делись, Алис.  — Я даже мысли в кучу не могу собрать, для этого вас всех и позвала.  — А может, просто полежим? — это Лень, дородная тетка неопределенного возраста. Пичкает меня пирогами и сериалами. Все чаще сдаюсь ей на милость. Но не сегодня. Сегодня пропустила мимо ушей ее предложение.  Я задумчиво почесала бровь и осмотрела присутствующих и помещение, в котором все собрались: это была круглая комната, клянусь, без единого угла. Сверху донизу стены были заставлены стеллажами. На одних были книги — много книг, на других — детские рисунки и фото. В одном стеллаже прятался мини-бар. А мы все сидели в кружке на креслах-мешках в центре комнаты. И лишь Нудяся выбрала привычный стул.  — Все кончилось хорошо? — с надеждой спросила Оптимуля.  — Наверняка нет, все плохо, все умерли или их забрали инопланетяне, — грустно прошептала Пессимистика. — Так, цыц! — шикнула я на них, призывая к молчанию. — Про «Маленькую жизнь» мы поговорим в другой раз. Я тут вас всех собрала по другому поводу.  Они все взволнованно зашептались. Все, кроме Пессимистики. Та сидела и безразлично смотрела на стену. Лучше уж так, чем слушать ее нытье на пару с Нудясей.  — Говори, Лис, — это Кэп. Мой защитник и самый прагматичный из всех нас. Везде найдет выгоду и даст совет.  — Спасибо. Я прочистила горло, взглянула на присутствующих. Те смотрели в ответ. Внимательно. Вот за что я была им благодарна, так это за то, что умели слушать.  — Вопрос первый. Нужно ли мне вообще писать?  И ребята стали повторять, перебивая друг друга: — Конечно…  — Безусловно…  — Что за глупый вопрос?  — А может, просто полежим?  Все зло посмотрели на Лень, но та невозмутимо пожала плечами, откусывая кусок пирога.  — Предлагаю отправить Лень в отпуск, а то она лениться устала, — зло шикнул Кэп, и Лень поперхнулась, закашливаясь.  — Не ссы, — сказала Оптимуля. — Кэп шутит.  — Ну вообще не совсем.  — Мы снова отвлеклись! — пронудела Нудяся. — Говори, Лис.  — Мне нужно дописать историю Виктории.  Все согласно закивали, и лишь Лень демонстративно потянулась и зевнула.  — Но я не знаю, о чем там можно продолжить?  — Пусть все выздоровеют и поженятся.  — Пусть все умрут, ну пожалуйста!  — А давай напишем, что он сделал пластическую операцию и снова к ней вернулся? — это снова Оптимуля. Моя радостная девочка. Она как солнышко озаряет все вокруг, и я давно замечаю, что Кэп бросает на нее недвусмысленные взгляды. И я понимаю его, её свет притягивает.  — Пусть она долго плачет, пусть ее утешают, а она посылает всех, сильная и независимая. — Это Нудяся.  Лень громко зевнула и выдала: — Ну какая же скукота! — Она потянулась, разминая косточки. — Скука смертная. Может, все же немного экшена? А то я вот прям щас усну.  — А это мысль… — шепчу я, и гомон вокруг замолкает.  — Кто-то умрет, это будет немного драмы, кто-то останется ни с чем. Кого-то, может, похитили или заберут. Одно маленькое расследование. Кэп, помоги.  — Я боюсь, родная, ты не вытянешь детектив. Если только это будет совсем маленькое расследование. А вот про остальное очень даже неплохо.  — Спасибо за честность, дорогой. И мне нужен план. Ну что, поехали?  — Она будет долго мусолить в голове произошедшее и при этом делать что-то. Например, расследование. Пойдет к нему на работу, с секретуткой поговорит пускай, — Нудяся поправила тонкие очки. — А потом секретутка умрет, — горестно вздохнула Пессимистика.  — И сделает пластику и вернется мстить! — Глаза Оптимули светились счастьем, а Кэп смотрел на это зрелище, приоткрыв рот.  — А потом устроим танцы, и пение, и много слонов. — А может, просто полежим?  — Стоп, какие пластики? Какие слоны, вы издеваетесь?! Кто такое читать будет?  — Я! — закричала Оптимуля, а я улыбнулась ей в ответ.  — А я считаю, что все произошло в начале, надо как-то теперь ее вытаскивать. Дать почувствовать любимой и желанной. Можно даже без мужика оставить, пусть для себя поживет.  — Без мужика не полный хэппи энд!  — А кто умрет?  — А ты уверена, что вытянешь?  — Ничего на полу-у-учится… Мы все умрем. Они все умрут, — рыдала Пессимистика. — Получится, все будет хорошо!  — Лиса, ты все сделаешь, а мы поможем. План примерно накидали, теперь надо вспомнить детали и начать.  — А потом кончить, — глупо захихикала Оптимуля и покраснела.  — Да, я думаю пикантная сцена не помешает, — сделала себе очередную пометку в блокноте и улыбнулась. — Ну что, за дело!  Я размяла пальцы, хлопнула коньячку для храбрости и открыла тот самый файл.  — А может, все же полежим?  Все зло посмотрели на Лень.