Позволь моей душе уйти/ Даруй мне свободу

Его руки были завязаны за спиной, хоть он и не порывался никуда сбежать. Новичок бы испугался, стал ёрзать или того хуже, пытаться убедить бандитов отпустить его. Но Сонхва был не из пугливых. Он мастерски держал лицо, пытаясь понять мотивы бандитов и запомнить каждую мелочь. Ему уже не было чего терять: его любимый человек пропал, работа под угрозой, того и дело, скоро даже жить будет негде. Не сводя глаза с похитителей, он напряжённо молчал. Два амбала зажимали его с обеих сторон на заднем сидении так, что он не мог двинуться. Водитель, тоже не худой мужчина, то и дело посматривал на Пака сквозь зеркальце спереди. Они молчали, пока авто двигалось. Хмурясь, парень пытался вглядеться в дорогу, чтобы понять, куда его везут, но темнота за окном делала своё дело и понять это было невозможно. Но дорога длилась недолго и вскоре автомобиль остановился где-то на обочине. Водитель повернулся и посмотрел прямо в глаза Сонхва, улыбаясь. Парень поморщился, когда водитель кивнул вышибалам и те оба поднялись по команде, хлопая дверями. Они остались одни в машине, что не могло не напрягать Сонхва. Он поморщился и свёл брови, пытаясь успокоиться, но страх так и давил в груди. Водитель вдруг улыбнулся и поднялся с сидения: — Не бойся ты, — сказал он, выходя из авто. Секунда передышки и задняя дверь снова открылась. Две сильные руки потянулись к нему и схватили за шкирку, волоча за собой. Парень оказался на ночной улице, вися на руках какого-то громилы. Не так он себе представлял этот вечер. Руки резко разжались и отпустили Сонхва, от неожиданности он повалился на землю. Они были где-то посередине трассы и единственный источник света — фары авто, бьющие куда-то вперёд. — Что вам надо? — наконец спросил Пак, продолжая сидеть на сырой земле. — Это я должен у тебя спрашивать, — ехидно ответил главный компании. — Что тебе нужно в нашем городе? — Я провожу независимое расследование… — С какой целью? — мужчина подошёл так близко, что его колени были прям перед лицом Сонхва. — Я ищу кое-кого, — всё так же спокойно отвечал парень. — Послушай сюда, — мужчина выставил колено вперёд и толкнул Пака в грудь, тот пошатнулся, — ты залез туда, куда не нужно было. Ты знаешь, что бывает с такими выскочками, как ты? Сонхва распахнуто смотрел в глаза обидчику, не проронив ни слова. Кто эти люди? Может это именно они? Неужели те, кто причинил столько боли многим людям, стоят сейчас перед ним? — Я надеюсь, мы понимаем друг друга, — снова улыбнулся тот. — Хм, почему вы так усердно пытаетесь меня заставить молчать? Не вы ли убиваете людей в округе? — Ах ты, щенок, — рассердившись, главарь пихнул парня в грудь такой силой, что повалил Сонхва на землю. Он не успел встать, когда на него сверху начал давить ботинок. — Ты помереть захотел прям здесь? Так я могу устроить! Ты хоть понимаешь, во что ввязался? Тебе не жить, если продолжишь! — Мне и так не жить, — оборвав зрительный контакт, парень повернул голову. В щеку больно давил песок. — Так мы ускорим этот процесс, — мужчина убрал ногу с груди парня и дал сигнал громилам, всё это время хранившим молчание. Они начали подступаться к парню, спокойно лежавшему на холодной земле. Главарь отошёл в сторону, пройдясь прямо перед глазами Сонхва. Теперь уже четыре руки подняли его расслабленное тело. Это был будто не он, он не чувствовал ничего кроме обиды на весь мир. За что судьба к нему так несправедлива? Когда его резко дёрнули с земли, вдалеке показалось, что Ёсан стоит там… Кровь потекла из носа, обжигая губы. Он не считал удары и просто принимал всё, что прилетало. Его глаза были устремлены туда, где, как ему показалось, Сонхва видел его. Он безразлично повернул голову в сторону мужчины, стоящего облокотившись на багажник. Тот, сложив руки на груди, молча наблюдал за происходящим. Сонхва от бессилия повалился на землю, корчась от боли: его лицо было всё в крови, а тело в синяках. Немного откашлявшись, он думал, что удары прекратятся, но ему в живот смачно вписалась чья-то ступня. Он закашлял кровью и закрыл глаза. В глубине души, Пак надеялся, что на этом его жизнь закончится. Но удары прекратились, когда главный махнул рукой. — Хватит, я думаю, что он понял свои ошибки, — всё так же отстранённо держась, произнёс мужчина. — Труп нам ни к чему. Сонхва прижал колени к груди, свернувшись в комок. Он почти перестал понимать, что происходит. Когда авто скрылось за поворотом, абсолютная темнота поглотила его. Вокруг не было ни одного источника света: город слишком далеко, а дорога не освещается. Вокруг только бескрайние поля и ничего более. Он не знает, сколько прошло времени прежде чем он поднялся. Сев на мокрую от росы траву, он пощупал свою голову, оценивая, насколько сильно кровотечение. Вытерев мокрые руки о траву, Сонхва похлопал себя по карманам — где-то должен быть телефон, который он в спешке закинул в карман джинсов. Достав свой мобильник парень понял, что тому пришёл конец — экран был разбит вдребезги и не представлял возможности им воспользоваться. От злости Сонхва швырнул его куда-то в траву. Оглядываясь вокруг он понял, что не знает с какой стороны они приехали сюда. Но ему нужно выбираться отсюда каким-то образом. Медленно переставляя ноги, он шёл по краю трассы. Его одежда была разорвана и вся в крови, но он продолжал идти. Холодная трава щекотала его лодыжки и оставляла зелёные следы на одежде, когда парень падал прямо на обочине. Абсолютная темнота и нет больше ничего. Он, и только он один, остался наедине с этим суровым миром. Человек, который никогда не покидал пределы освещённых городских улиц, не знает, что такое темнота. В наших городских головах не укладывается то, что ночь — хищница и кровожадная убийца, которая обхватывает тебя своими чёрными руками и только и ждёт, когда ты усыпишь своё внимание, а она потом усыпит тебя… В местности, где даже луны нет, ночью не видно ничего дальше своей вытянутой руки. Сердце замирало от осознания того, что ты посредине неизвестности и что-угодно может поджидать тебя за спиной. Он в очередной раз упал на колени и глянул вдаль неизвестности. Под ним пронёсся ветерок, который быстро скрылся волнами на траве. Стоя на коленях, трава доставала ему до подбородка, щекоча его раны. Он медленно сполз на землю и упал посредине мягкой, но ужасно холодной растительности. — Неужели этот день пришёл так быстро? — спросил он у затянутого тучами неба. — Ты забираешь меня к себе, Ёсан? Наконец-то мы снова будем вместе! Забери меня отсюда. — Ещё не время! Вставай и иди, придурок, — прокричала дымка, нависающая над путником. — Ты не можешь просто так сдаться. Когда ты стал таким нытиком? ВСТАВАЙ, Я СКАЗАЛ! Сонхва подскочил, забыв про боль в руках. Он точно что-то слышал и ему не показалось. Второй раз за последние часы он слышал его. — Так ты всё это время был рядом?