Знаешь, Малфой…

Холодный ветер трепал лысые кусты у берега озера и немногим студентам добавлял желания остаться на улице подольше. Именно поэтому Драко расположился там — подальше от недовольных, любопытных и всех прочих. — Малфой? Ты что здесь делаешь? — знакомый голос оторвал слизеринца от словаря древних рун. На коленях у него лежал наполовину расшифрованный текст. Драко поднял взгляд на Поттера и про себя усмехнулся: волосы героя Магической Британии как обычно пребывали в лютом беспорядке. Чёрные пряди колыхались из-за ветра. — Занимаюсь, — ответил Малфой и потряс толстой книгой. — Ты несколько дней не появлялся в Большом зале, и я подумал… — Гарри растерялся. Никому из преподавателей или его друзей не было дела до того, что один из слизеринцев не ест со всеми. «Вдруг он сам не хочет приходить? — гриффиндорец почувствовал себя глупо. — Это же Малфой». — Э-э, не бери в голову, — Поттер уставился себе под ноги. Осень давала о себе знать. Трава пожухла, каждая вторая кочка скрывала лужу, а ботинки Драко оставались идеально чистыми и блестящими. Гарри даже стало немного стыдно, что он мало следит за своим внешним видом. — Не все жаждут меня видеть, Поттер, — слизеринец поднялся с камня и запихал словарь и пергаменты в сумку. — Я удивлён, что ты меня искал из-за этого. Мы ведь не друзья. — Когда тебя волновало подобное? Уголки губ Малфоя против его воли приподнялись. Он давно ни с кем не разговаривал ни о чём, кроме учёбы. И от беседы с Поттером, пусть и короткой, его настроение слегка улучшилось. Слизерин с трудом возвращался к прежним порядкам. Только ленивый не напоминал о том, на чьей стороне находился их факультет, что только сильнее разобщало его студентов. Седьмому курсу доставалось даже больше, чем ни в чём не виноватым первачкам, потому что он состоял и из бывших шестикурсников, и из тех, кто должен был выпуститься. А это означало двойное давление. Многие отказались возвращаться в Хогвартс, чтобы доучиться, и Драко бы тоже последовал их примеру, но он не мог. Как Малфой он обязан был обеспечить себе хоть какое-то положительное будущее — себе и своим возможным потомкам. А затворничество в маноре к этому явно не вело. Помилование его семьи не могло обелить их поступков. Драко отлично это понимал. Поэтому он остался. Наследник богатого рода, который мог бы всю жизнь не работать, собирался окончить школу и продолжить обучение где-нибудь ещё, а затем, возможно, занять в министерстве приличную должность… — Когда заклинание ослабнет, я снова смогу портить всем аппетит, — сказал Малфой. — Какое заклинание? — Гарри, как оказалось, терпеливо ждал его ответа. — А, ты не в курсе? — слизеринец замер с приоткрытым ртом — Поттер удивил его уже дважды за пять минут! «Интересно, а если мы будем разговаривать целый час? — Драко засмеялся. — Мерлин, о чём я думаю…» Пока гриффиндорец молча оценивал странное поведение Малфоя, тот уже успокоился. Только тень улыбки маячила на его лице. — Кто-то из твоих поклонников заговорил дверь в Большой зал, чтобы презренный Пожиратель не имел возможности туда попасть. — И как же ты… — Гарри ошарашенно посмотрел на Драко. — На кухню дверь меня пускает, Поттер. Только не говори, что не знал о её существовании. Слизеринец потуже затянул шарф и вздохнул. За рунами он даже не заметил, что проголодался. Слабое урчание в животе тут же подтвердило его ощущения, и он неторопливо пошагал к замку. — Знаешь, Малфой, — гриффиндорец взъерошил и без того торчащие во все стороны вихры и поравнялся с Драко, — я тоже пропустил сегодня обед, потому что пошёл за тобой. «Да он не перестаёт удивлять!» — Малфою стало до ужаса любопытно, что же Поттер выдаст дальше. — Может, составишь мне компанию? — На кухне? — Драко остановился. Такой вариант его бы разочаровал, хотя… — Нет, — мгновенно ответил Гарри, — «Три метлы». И я угощаю. — Откуда такая щедрость? — Это же мои поклонники виноваты. — Ладно, я согласен.