Не суетись, Субин~а

Честное слово, эти шоу совсем не веселили, а только усугубляли ситуацию. Субин стоял посреди сцены перед десятком камер, в окружении стаффа, ведущих и мемберов. А перед ним стоял Ёнджун. И он сам виноват, что вытянул его, мог же выбрать кого-то другого! Чхве медленно подошёл ближе, натянул улыбку и собрал остатки контроля. — Ёнджун-а, — он провёл по щеке, ужасно мягкой и горячей. — Я… — кто его дёрнул наклониться так близко, — тебя… — настолько тихо, что без микрофона точно бы никто не расслышал, — люблю… — он окончательно перестал сопротивляться желаниям, поправил чокер на шее старшего, наклонился ближе и… Правда, почему всё должно было произойти именно так? Кто создаёт эти игры? Для них это шутки, а у Субина в прямом смысле подогнулись колени, а сердце было готово сбежать куда-то в сторону подсобки. Главное, чтобы темно и никого поблизости. Ёнджун перед ним смотрел в пол, закусив губу, и, честно, сдерживался от улыбки. Получалось не очень, особенно, когда Субин всё же не устоял и завалился на него со всем своим огромным ростом. — Получилось? Нет? Смотрите, он еле держится! — Ведущие подшучивали над ребятами, всеми способами стараясь поддерживать атмосферу. Субин нервно посмеялся. — Хорошо, Ёнджун-щи, твоя очередь! Чхве молился всем богам, чтобы прямо сейчас окончательно не упасть и не задохнуться. Он не ожидал от старшего ничего лёгкого, но всё же вздрогнул, когда чужое дыхание опалило ухо и прошептало ту же фразу, вызывая мурашки по всему телу. Я. Тебя. Люблю. Субин машинально прикрыл глаза и сжал губы так сильно, насколько мог, отчего на щеках вылезли предательские ямочки. Но он выдержал и слегка кивнул. Кивнул себе в знак подтверждения. Он победил в игре, но проиграл в жизни: он без ума от Чхве Ёнджуна.

***

В целом, шоу прошло довольно неплохо, каждая новая попытка выходила изощрённее предыдущей и ребята здорово повеселились, несмотря на всё смущение. Они выяснили, что Бомгю способен подавиться воздухом, а из Тэхёна тот ещё джентльмен. В конце ведущие поблагодарили парней, похвалили за раскрепощённость и группа отправилась в общежитие. Субин надеялся, что на этом его мучения закончатся, но сегодня определенно был не его день, потому что прямо сейчас он ехал в одной машине с Ёнджуном и в очередной раз закатывал глаза. — Ёнджун-а, — старший драматично хмурил брови и тянул руку. — Ты так трясся, — он с ухмылкой наклонился в сторону Субина и снова спародировал его движение. — И правда, самый настоящий пугливый кролик. Младший вздохнул и наконец отвернулся от окна. Посмотреть в глаза он так и не решился, поэтому сконцентрировался на напольных ковриках. Ему было неловко ехать наедине с Ёнджуном после шоу и хоть старший выглядел вполне расслабленно, это никак не помогало выдохнуть самому Субину. — Вокруг было полно незнакомых людей, и я никогда не признавался в любви, — Субин надулся. — Кто вообще придумал такие развлечения. — Малыш Субин-и такой милый и невинный, — старший продолжал тихо посмеиваться. — У нас впереди ещё много подобных шоу, Субин-щи, придётся привыкнуть. Парни одновременно вздохнули. На самом деле, Ёнджун был прав, сколько ещё он будет такой тряпкой? Группа набирала популярность, а это значило ещё более плотный график и приглашения на новые шоу, им стоит быть более спокойными и готовыми к чему угодно. Может, ему и правда нужно полностью отгородиться от эмоций? — А что мы всё обо мне, — настала очередь Субина давить на старшего, — ты свою губу там наскозь не прокусил, а? — Он поднял брови и посмотрел прямо в глаза. Ёнджун снова ухмыльнулся. — Вокруг было полно незнакомых людей, и мне никогда не признавались в любви, — он сморщил нос и показал язык, вот же! Надо признать, на этот раз передразнивания заставили Субина улыбнуться, он хотел было продолжить подшучивать, увидев, что хён отвернулся, но не успел. — И вообще вся обстановка была смущающая, надо было тебе меня трогать, — голос старшего стал тише, — я разволновался не меньше тебя. Вот это уж совсем что-то новенькое. Чхве Ёнджун, весь такой уверенный и всегда заставляющий смущаться окружающих, разволновался? Субин приоткрыл рот. — Разволновался? — Да, мне что, уже и разволноваться нельзя, я, по-твоему, совсем переживать не умею? — Конечно, умеешь, хён, — Субин успокаивающе замахал руками, — я много раз видел. — Ну вот… Ёнджун не успел договорить. За разговором парни не заметили, как машина остановилась у общежития и сейчас менеджер у открытой двери ждал, когда они выйдут.

***

Всё это время Субин честно старался подавить своё влечение. Шоу совсем выбило его из колеи, и в голове снова и снова прокручивались моменты, заставляя невольно нервничать. Кроме того, они всё ещё жили вместе и хоть он прикладывал массу усилий, чтобы ограничить общение, сказать по правде, получалось не очень. А всё из-за того, что в голову Ёнджуна, казалось, с рождения были встроены все виды флирта, которые он старательно применял. Конечно, это распространялось на всех участников группы, но именно Субину было тяжелее всего. Потому что именно Субину прилетали практически все воздушные поцелуи, чёрт бы их побрал. И ему бы возмутиться, остановить старшего, но он мог лишь смущённо опускать голову и машинально прикрываться рукой. Младший совершенно не владел своими привычками и, как ему казалось, выдавал себя с потрохами. Возможно, из-за этого и случилось то, что случилось. В этот день проходили съёмки клипа в здании школы. Парням и стаффу пришлось подняться раньше обычного и к середине дня все были изрядно вымотаны. Субин устало присел на диван в холле, облокотившись на подлокотник, его сильно клонило в сон. Чхве надеялся немного вздремнуть, но услышал голос Тэхёна, который расхаживал по зданию и снимал всё на камеру. — О, кто тут у нас. Тэхён подошёл ближе, наводя объектив на Субина. Он пытался у него что-то спрашивать, но тот находился где-то на грани сна и только лениво хлопал ресницами, мысленно посылая сигналы, чтобы его оставили в покое. Субин удовлетворённо прикрыл глаза, когда вокруг стало тихо, однако в этот же момент почувствовал движение возле своей головы. Конечно, это были руки Ёнджуна. Он был уверен, что это входило в обязательную программу дня: хоть раз к нему прикоснуться. И, кажется, Субин к этому даже привык, мемберы в принципе были довольно тактильные, их не смущали объятия и подбадривающие шлепки, иногда прикосновения были даже необходимы, в замкнутом кругу группы больше никто не мог дать тепла, кроме них самих. Он даже смирился с повышенным вниманием Ёнджуна именно к себе, пусть и до сих пор часто смущался и не мог дать должный отпор. Поэтому сейчас Субин продолжал сонно щуриться, никак не меняя позы, пока вокруг его головы проплывали волны бледных пальцев, он не пошевелился и когда рука скользнула под его согнутую руку, подпирающую голову, и когда ладошки замерли где-то в районе ключицы. Ну обнял он его сзади, что такого? Но когда к щеке прикоснулись мягкие губы, мозг отреагировал моментально. Это было мимолётное, почти незаметное касание, которого вполне хватило для чувствительного Субина, он удивлённо уставился вперёд, хватаясь за место поцелуя. Тэхён в этот момент продолжал снимать, посмеиваясь с неожиданной сценки, которую потом можно было показать фанатам. Вот они обрадуются. Субину нужно было прийти в себя, поэтому он потерянно встал и прошёлся по холлу, сопровождаемый неугомонным оператором и смотря на возвращающегося виновника. Как оказалось, Ёнджун и сам успел испугаться — по крайней мере, сейчас он держался на почтительном расстоянии и уточнял, не сильно ли младший злится. Он был похож на нашкодившего котёнка, и это выглядело так мило в глазах Субина, что он лишь показал палец вверх, говоря, что всё в порядке, о чём пожалел в ту же секунду. — Ещё раз?

***

Спустя несколько часов Субин считал, что заслуживает медаль за выдержку, он не понимал, как смог так успешно окончить съёмки, к нему постоянно лез Ёнджун, тряслись руки и в голове всё путалось. Совершенно не удавалось собрать все мысли в кучу. Но, видимо, выработанные рефлексы действовали за него и к ночи удалось завалиться в кровать, не заработав проблем. Они укладывались в график и отлично справлялись со всеми задачами, это не могло не греть душу, и даже если мемберы безумно уставали, все чувствовали себя хорошо от осознания удачно выполненной работы. Субин гордился группой. Он ставил под сомнение только себя. Если так будет продолжаться, никакие натренированные неосознанные действия ему не помогут, он начнет грузиться всё больше, летать в облаках и плохо справляться с работой. Так нельзя, он не может подводить группу, он, черт возьми, лидер! Но Ёнджун действительно его беспокоил, с этим пока ничего не удавалось сделать. Он нравился ему весь и уже давно, сейчас Субин признал это окончательно. Его голос, движения, изгиб губ, тонкие пальцы. Чхве Ёнджун овладел его сознанием. Это нельзя было скинуть на гормоны, нехватку внимания или любви, он взрослый осознанный парень, окружённый заботой мемберов и семьи, и он влюблён. По уши и бесповоротно. Проворочавшись в постели ещё с полчаса, Субин забросил попытки уснуть, ему нужен был расслабляющий чай, иначе всё могло закончиться встречей рассвета. Бомгю на соседней кровати крепко спал, и пришлось приложить немало усилий, чтобы тихо выбраться из комнаты. Однажды Субин уже нашумел посреди ночи, и в тот раз его здорово напугал гневный шёпот младшего, больше как-то не хотелось. Этот мелкий мог выглядеть по-настоящему зловеще. Для него до сих пор было загадкой, как они друг друга не поубивали. Он наконец выбрался в коридор и зашёл на кухню, совмещённую с гостиной. У холодильника вырисовывался чей-то силуэт и Субину сначала стало даже легче, что он тут не один. До тех пор, пока он не понял, кто перед ним стоит. — Ёнджун-хён? Почему ты не спишь? Послышался громкий стук: Ёнджун уронил бутылку с водой, которую как раз доставал из холодильника. — О, господи! Кто ж так пугает посреди ночи, Субин-а! Он был в мятой белой футболке и пижамных штанах, растрёпанный и сонный. Тусклый свет подсвечивал уставшее лицо. Субину он сейчас казался ужасно уютным, хотелось уткнуться носом в его ключицы, крепко обнять и так пролежать до утра, пока мир снова не заживёт привычной жизнью. Хотя бы сейчас, когда измученный мозг был согласен практически на всё, он бы с радостью отбросил формальности и провёл ночь в объятиях старшего. А дальше бы он разобрался. — Ну, не господи, но если тебе так больше нравится. — Ха-ха, смешная шутка, — Ёнджун опустился за бутылкой, закрывая холодильник и наблюдая, как Субин достаёт чашку и включает чайник, — я ещё не ложился, воды захотел. А ты чего чай посреди ночи пьёшь, Субин-а? Что-то случилось? — Не знаю, хён, не спится что-то, может, хоть ромашковый чай поможет. Надеюсь, мы не разбудим мелких. Ёнджун внимательно следил за младшим, который подозрительно медленно перемещался по кухне. Он открыл бутылку и отошёл к окну. Что-то изменилось в последнее время. Лидер был какой-то рассеянный и иногда выпадал из разговора, он, конечно, умело всё скрывал, но только не для Ёнджуна, который всегда замечал перемены в настроении младшего. — Я побуду здесь, чтобы ты не сидел один. — Хорошо, хён. Они устроились на диване. Субин бережно держал в руках кружку, забравшись вместе с ногами, ему было одновременно неловко и слишком сонно, чтобы переживать. Он сильно вымотался, морально и физически, и сейчас это помогало сохранять спокойствие, у него просто не было сил на лишние эмоции. Парни молча сидели в мягкой полутьме, создаваемой маленьким светильником, Ёнджун листал что-то в телефоне. И этот момент отдавал необъяснимым комфортом, здесь не нужны были слова, они чувствовали состояние друг друга и знали, как иногда, после особенно тяжёлого дня, важно вот так посидеть в тишине. Вся застенчивость и страхи Субина отошли на задний план, стало легче дышать. Убрав пустую чашку на стол, он устало опустил голову на плечо Ёнджуна. Старший накрыл его руку, переплетая пальцы, и так же облокотился на голову младшего, он никогда не отказывал мемберам в поддержке, ему нравилось о них заботиться. — Субин-а, что бы у тебя там ни было, всё пройдет. Может, сейчас тебе кажется это сложным и непосильным, но ты справишься, разве было хоть что-то, с чем мы не справлялись? Я в тебя верю. — Для большей уверенности Ёнджун крепче сжал руку. На его слова последовал тихий ответ. — Спасибо, хён, правда, спасибо. Я ценю твою поддержку. Субин знал, что не пройдёт. Он был уверен, что не сможет изменить того, что есть, но он действительно был благодарен Ёнджуну. За то, что остался сидеть с ним, хотя явно сам нуждался в отдыхе, за то, что не задавал лишних вопросов, и за то, что делился своим теплом. Возможно, это усиливало его тревогу из-за возникших чувств, но прямо сейчас, в моменте, он был счастлив находиться в гостиной вместе с Ёнджуном, держась за руки, плечом к плечу.

***

Бомгю лениво плёлся на кухню за водой в не самом лучшем расположении духа. Неизвестно по каким причинам он непозволительно рано проснулся и не мог уснуть обратно, чему был совершенно не рад. Но увиденная картина подействовала на него не хуже холодного душа, он замер с рукой под футболкой и открытым ртом. Пока сзади тихо не подошёл Тэхён, заставив вздрогнуть. Бомгю схватил его за плечо, указав на диван, и прошептал прямо на ухо: — Ты видишь то же, что и я? Тэхён расплылся в улыбке и кивнул. — Конечно, Бомгю-я, мы с тобой в одной комнате. Кажется, у тебя скоро не будет соседа. — Ну нет, что за глупости, я не позволю, — Бомгю, конечно, личность ворчливая и шумная, но Субин был лучшим соседом, он был тихий, чистоплотный и не смотрел на него изподлобья, вот как сейчас Тэхён. И от него не стоило ждать чего-то непредвиденного, с ним просто было спокойно. — Они там что, всю ночь проспали? Неудобно ведь. — Не знаю, хён, но судя по тому, что они жмутся, как котята, видимо, всю ночь. Спорим, как проснутся, будут жаловаться на боли в шее? Повезло, что сегодня выходной, иначе бы я весь день слушал двух нытиков. — Какой ты чёрствый! Как думаешь, нам стоит их разбудить? — Не, пусть спят, чем позже проснутся, тем меньше шума. — Как ты вообще оказался в нашей группе?! — Бомгю старательно сдерживал голос, из-за чего шипел почти у самого носа довольно смотревшего на него Тэхёна. — Это потому что я красивый и талантливый, а ещё у меня прекрасный голос. — Ой, нет, всё, мне нужно вернуться в комнату, меня сейчас стошнит. Возможно, у Субина была реакция на шёпот Бомгю, а возможно, он просто вовремя проснулся, в любом случае ему пришлось притворяться спящим, дожидаясь, когда младшие уйдут обратно в комнаты и пока Бомгю осторожно накрывал их пледом. Хотелось оттянуть момент возвращения в реальность. Да и было как-то неловко. У него затекло всё тело, но это стоило того. Пальцы Ёнджуна всё ещё крепко обвивали его собственные. Как они так долго проспали в совершенно неудобной позе? Утро было солнечным, лучи ярко освещали комнату, и Субину казалось, что он всё ещё проживает самый лучший и тёплый сон. Он откинулся головой на спинку дивана, разглядывая солнечных зайчиков на спящем Ёнджуне, брови которого свелись к переносице, когда Субин слегка пошевелил затёкшими пальцами. — Я не знаю, сколько времени, но уверен, что ещё рано просыпаться, — вдруг пробормотал Ёнджун. Он освободился от руки Субина, расстроив младшего, который хотел ещё немного насладиться моментом, но затем неожиданно завёл эту же руку за свою спину, уткнулся куда-то в район груди и обнял Субина вокруг талии. — Субин-а, давай ещё немного посидим, я тут уснул из-за тебя, а пока дойду до комнаты, уже проснусь, хочу ещё немного поспать. Он придвинулся ближе и снова расслабленно засопел. А у Субина сердце готово было выпрыгнуть, можно было лишь надеяться, что Ёнджун действительно хочет спать и не заметит, как сильно стучит буквально у него под ухом. — Хорошо, хён, — он решился обнять в ответ, натягивая стянутый Ёнджуном плед, он чувствовал себя раздетым, вот так прижавшись к старшему посреди гостиной. Они не делали ничего запретного или неприличного, да и ребята их всё равно уже увидели, но Субину казалось, что его чувства слишком явно раскрыты. — Субин-а, тебе некомфортно? — Что? Ёнджун вздохнул. — Твоё сердце, оно так громко стучит, это мешает мне уснуть. — А… Нет-нет, хён, всё нормально. Я просто задумался. — Тогда хватит думать, слишком рано для этого, — для надёжности он ткнул младшего в бок, отчего тот дёрнулся, — если продолжишь думать, тебе же хуже. Субин знал, что ему лучше послушаться и, шумно выдохнув, прикрыл глаза, крепче прижимая к себе Ёнджуна. Спустя несколько минут общежитие снова погрузилось в тишину.

***

Прошло несколько бессонных ночей прежде чем Субин удостоверился в причине своего беспокойного сна. Это определённо был Ёнджун. После того случая ему ужасно хотелось вновь засыпать со старшим под боком, даже если это будет диван гостиной. Поэтому ближе к ночи, когда Бомгю уже сонно ронял телефон, а остальные разбредались по комнатам, Субин решил рискнуть. На кухне горел ночник и во всём общежитии было тихо, кажется, ему повезло. Он открыл чат, усаживаясь за стол. Вы, 23:15: Ёнджун-хён, ты ещё не спишь?

🦊, 23:16: Неа, что такое?

Вы, 23:17: Можно к тебе зайти?

🦊, 23:17: Конечно

Субин не мог найти правильных слов, чтобы объяснить, чего он хочет, а когда оказался в комнате, вообще забыл, как разговаривать. Ёнджун был после душа, с влажными волосами и в одних спортивных штанах. По его телу всё ещё были разбросаны капельки, которые было заметно даже в слабом свете настольной лампы. Когда Субин закрыл дверь, старший всё ещё складывал вещи, стоя спиной к нему. — О, я, наверное, не вовремя? Ёнджун обернулся. — Привет, Субин-и, я уже почти всё доделал, не переживай, — он улыбнулся, закрывая шкаф, — ты чего там стоишь? Проходи. Субин неуверенно прошёл глубже в комнату, но снова остановился, на этот раз в центре, не зная, куда ему лучше сесть. Комната у Ёнджуна была такого же размера, как у младших, но кровать стояла одна, и даже при том, что она была больше, создавалось ощущение простора, в отличие от их комнат. У него царил свой личный порядок из расставленных повсюду пакетов и коробок из-под одежды и обуви, но в остальном старший любил чистоту. — Субин, чего ты там встал, давай, садись, рассказывай, — Ёнджун забрался на кровать и похлопал на место рядом с собой. — Как будто в первый раз? Он был прав. Изредка Субин заваливался на кровать старшего и жаловался на всё, что его раздражало и расстраивало, вываливал все мысли в одном потоке слов, на что получал советы или просто мысли Ёнджуна о проблеме, а потом со спокойной душой уходил к себе. Это было похоже на приём у психолога. Но тогда он не чувствовал смущения, это происходило спонтанно, без особых раздумий, да и спать с ним Субин тогда не напрашивался. Он аккуратно залез на кровать, подперев под спину подушку, хотелось полностью улечься под одеяло, но сейчас это было бы слишком. — У тебя всё хорошо, Субин? — Ёнджун сидел, скрестив ноги и немного наклонив голову, пытаясь заглянуть в глаза. — Я… Я что-то плохо сплю в последнее время, не знаю. Мысли в голове и без того путались, и сидящий рядом Ёнджун, всё ещё немного влажный, совсем не помогал в этом. Субин уставился невидящим взглядом куда-то в район груди и нахмурился. У Ёнджуна было красивое тело: широкие плечи, переходящие в подкачанные руки, выступающие ключицы и подтянутый торс. И хоть младший не жаловался на свою фигуру, его плечи и грудь были намного уже, и он всё равно немного завидовал. — Субин-и, тебя что-то беспокоит? Да, ты. Субин вздохнул и с мольбой посмотрел в глаза старшему. — Я просто никак не могу уснуть, хён, и подумал, может, ты знаешь методы, которые помогут мне расслабиться и спокойно засыпать. Старший загадочно усмехнулся сам себе и начал спихивать Субина с кровати. — Слезь-ка. Знаю один способ. Субин не успел ничего осознать, буквально скатываясь на пол, как его уже притянули обратно, накрывая одеялом. Ёнджун выключил свет. Всё происходило так быстро, что младший и не понял, как оказался в его руках. Он снова просто поддался. — Ляг, как тебе будет удобнее, но чтобы я мог тебя обнять. Старший так и не оделся и от этого было жутко неловко, но Субин пересилил свой страх и устроился на плече, положив руку на грудь, касаясь пальцами ключицы и немного шеи. Его крепко обняли. Кожа у Ёнджуна была горячая и мягкая, и от этой близости становилось жарко. Субин чувствовал, как бьётся пульс в венке на шее. — Ты так рассопелся, Субин, сделай несколько глубоких вдохов, чтобы выровнять дыхание, — Ёнджун шумно вдохнул, медленно поглаживая младшего по спине. Он зашептал, — давай, вдох, — Субин вдохнул, — выдох, — он чувствовал, как расслабляется в тёплых руках. Старший продолжал шептать, дыша вместе с Субином, и нежно водил по спине. — Постарайся сейчас ни о чем не думать, расслабься. Сейчас никаких забот, проблем, откинь их. Тебе нужно отдохнуть, чтобы набраться сил. Тихий голос успокаивал Субина. Было темно, тепло и безумно комфортно. Ёнджун гладил его ещё некоторое время, пока младший полностью не расслабился и не задышал ровно, он положил руку ему на голову и зарылся носом в волосы. — Сладких снов, Субин.

***

Утром Субин не сразу сообразил, где находится и с кем, он чувствовал себя героем фильма про студентов, которые просыпались после вечеринки в чужих кроватях, но потом увидел знакомые пальцы, держащие его за запястье, и вспомнил вчерашний вечер. Как же просто оказалось уснуть рядом с Ёнджуном. Во сне он закинул на него ногу, ну совсем как коала, вцепился в старшего мёртвой хваткой. Субин осторожно сменил позу, оставляя руку на шее, и поднял глаза: лицо старшего было совсем близко. И он соврёт, если скажет, что ему не хотелось его поцеловать. Поцеловать в шею, в скулы, в губы. Ёнджун неожиданно дёрнул во сне рукой, напугав младшего, и что-то проворчал, вызвав у Субина улыбку. Отсюда совершенно не было желания уходить: с одной стороны был тёплый, спокойно дышащий Ёнджун, а с другой — огромное мягкое одеяло. Его окутывало уютом, которого он давно не ощущал. Но ему нужно было возвращаться в свою комнату и, желательно, до того, как проснутся остальные, ему и так повезло, что был выходной и младшие дрыхли без задних ног. Субин начал аккуратно выпутываться из объятий. — Нет, Субин-и, — промычал Ёнджун, крепко прижимая его обратно, — не уходи. — Ты так легко просыпаешься, хён, — у него не оставалось выбора, кроме как улечься обратно на старшего, — доброе утро. — Доброе утро. Это потому что ты тёплый, а я хочу держать тепло при себе, — он немного развернулся в сторону Субина, обнимая второй рукой, — не пущу, лежать. — Я не собака… — Тшш. Ёнджун снова уткнулся в макушку Субина. — Ты слишком много суетишься, Субин-а, — продолжал он, — ты всегда долго валяешься на выходных, полежи ещё. — Долго валяюсь я в своей кровати, я просто не мог уснуть, и ты мне очень помог, спасибо, Ёнджун-хён, — Субин снова попытался выбраться, — но я… — Тшш! — Ёнджун нахмурился, он хотел спокойно полежать перед завтраком, хоть и поздним, а не пытаться удержать вредного младшего. — Субин, просто ляг и лежи. Субин сдался. Если быть честным, он бы с удовольствием лежал так хоть весь день. Поэтому он устроился поудобнее и окончательно размяк, отчего снова захотелось спать. — А если мы уснём, и нас придут будить, — прошептал он, — это не будет странно? Ёнджун усмехнулся. — Хюнини постоянно раньше с нами спал, разве это было странно? Ты снова придумываешь, Субин-а. — И правда, Кай часто лез к нам ночью, — Субина это успокаивало, — ты прав, хён. — Я всегда прав, — уверенно отозвался старший, но тут же ойкнул, когда Субин ткнул его в бок, — всё-всё, ладно, молчу. Они лежали в тишине ещё какое-то время, размеренно дыша и находясь близко к состоянию дремоты. — Хён… — Субин позвал еле слышно. — М? — Ты когда-нибудь влюблялся? — Младший почти не дышал и нервно теребил одеяло рукой, лежащей на груди Ёнджуна, не веря, что рискнул задать такой вопрос. Повисла секундная пауза. — Я не уверен, Субин-а, большая часть моей подростковой жизни прошла в учёбе и тренировках, возможно, мне был кто-то симпатичен, но не помню, чтобы в школе было что-то серьёзное, а потом мы дебютировали, дальше сам знаешь, — он вздохнул, и Субин почувствовал, как его ухо сжали пальцами, иногда Ёнджун совсем не контролировал эту привычку, — почему ты вдруг решил спросить? — Я задумался, что тоже никогда не влюблялся, мне хотелось бы знать, каково это — чувствовать влюблённость, как отличить, что ты действительно влюблён. У нас такой загруженный график, что совсем нет времени, да и сил. — У тебя всегда по утрам такие мысли лезут или это мне повезло? Субин оставил одеяло в покое и замер. — Прости, кажется, это было не к месту. — Ёнджун настолько привык отшучиваться, когда оказывался в непривычных ситуациях, что это не всегда удавалось сдерживать, он накрыл руку младшего своей, поглаживая большим пальцем, и продолжил; его взгляд гулял по солнечным лучам на стене, — я тоже не знаю, как это понять. Может, ты просто это почувствуешь? Наверное, только с опытом, хотя это звучит не очень заманчиво, но только пробуя, мы можем узнать, как будет лучше и правильнее и чего мы на самом деле хотим. Младший притих, обдумывая его слова, он не был уверен в своих действиях, но очень хотел попробовать. Ёнджун приятно гладил руку, ему было очень комфортно находиться рядом с ним, и они всё ещё лежали в одной кровати под одним одеялом, значит, старшему тоже хорошо, ведь так? Субин ощущал, насколько горячая у Ёнджуна кожа, он поднял глаза на губы. — Ёнджун-хён, пообещай на меня не злиться. Ёнджун удивлённо поднял брови. — Почему я должен на тебя злиться? Я пустил тебя в свою постель, а ты начинаешь с этого? Субин приподнялся на локоть, чтобы лучше видеть его лицо. Наверное, делать это, лёжа в кровати, было немного безумной идеей, но он хотел ловить момент, пока ему хватает смелости и пока они могут спокойно побыть наедине. Старший выжидающе молчал, боясь спугнуть раньше времени, он почувствовал, как его руку сжали пальцы младшего. — Ёнджун-хён, это может прозвучать странно, и если тебе это не понравится, я пойму, пожалуйста, не злись на меня, но я думаю, — он глубоко вздохнул, — я думаю, ты мне нравишься. Ёнджун улыбнулся. — Почему ты улыбаешься, я не шучу, мне сложно… — Субин уже начал возмущаться, но старший, освободив руку, взял его за подбородок и дотронулся до нижней губы, заставив замолчать и недоумённо поднять брови. — Субин-а, ты снова суетишься. Я думал, ты никогда этого не скажешь, но я дождался, это такое приятное ощущение, пожалуйста, продолжай. Ёнджун провёл по его щеке, что только сильнее сбило Субина с мысли, он отвёл взгляд, не зная, как продолжить разговор, всё происходило не так, как он себе представлял. Вместо него вновь заговорил Ёнджун. — Субин, не бойся, я тебя не ругаю и не отвергаю, я просто хочу услышать, что в твоих мыслях прямо сейчас. Правда. Продолжай, я слушаю. Мне тоже есть, что сказать, я буду рад, если ты со мной поделишься тем, что чувствуешь. А я потом поделюсь с тобой, договорились? Эти слова и то, как тихо он их произносил, успокаивали Субина, но он снова начал теребить одеяло, уставившись в грудь старшего, боясь поднять глаза. Он не знал, с чего начать, а когда всё же начал говорить, его голос срывался. — Мне просто иногда сложно сдерживаться рядом с тобой, я не знаю, как это объяснить, — он прочистил горло, наблюдая, как старший нежно гладит его неспокойную руку, — помнишь, мы были на шоу, где нужно было говорить «я люблю тебя»? — Субин на секунду поднял глаза, увидел кивок и снова отвёл взгляд, — мне было всё равно, когда я был в паре с кем-то другим, но с тобой… У меня так всё тряслось, это было так странно, и когда ты шептал мне на ухо, ох, — он откинулся на подушку, закрывая лицо руками, — это так стыдно, хён. Вслух всё звучало совсем иначе, чем в голове. Ёнджун аккуратно отвёл его руку от лица, и хоть ему было немного неудобно, потому что вторая рука всё ещё находилась под шеей младшего, ему очень хотелось видеть эмоции на лице Субина. — Нет-нет, Субин-а, совсем ничего стыдного. Посмотри на меня. Субин послушно повернулся. Старший откинулся на подушку, у него всё же затекло плечо, и теперь они лежали совсем близко, можно было разглядеть крапинки в глазах напротив. — Так, значит, я тебе нравлюсь? — тихо произнёс Ёнджун. У Субина не было слов, он последовал движению руки Ёнджуна, переплетая пальцы, его ладони были горячими. — Думаю, ты мне тоже нравишься, — старший перешёл на шёпот, этот момент казался очень интимным и от этого было труднее дышать, а в животе всё переворачивалось, — думаю, я хочу засыпать с тобой и просыпаться, хочу держать тебя за руку и обнимать. Ты такой мягкий и тёплый, я бы хотел в тебе тонуть днями напролёт. — Ого… — выдохнул Субин. Он и не предполагал, что его признание примет подобный поворот, слова совсем из него не лезли, и получалось лишь удивлённо открывать рот. — Я тебе… Когда Ёнджун взял его за голову и начал притягивать к себе, он так испугался, что вцепился в него второй рукой, но старший лишь слегка притронулся губами к его лбу, а затем уложил на плечо, зарываясь пальцами в волосы и мягко массажируя кожу головы. У Субина по всему телу прошла дрожь, когда пальцы прикоснулись к затылку, поднимаясь выше. Ёнджун шептал ему куда-то в волосы. — Тебе не обязательно сейчас что-то говорить, можешь просто ещё немного полежать. Возможно, это будет непросто, и нам понадобится время, чтобы привыкнуть и приспособиться. И нужно будет вести себя аккуратно на камерах, сам знаешь. Но, Субин-а, я хочу, чтобы мы были искренними и не сдерживались в своих желаниях, если у нас действительно есть чувства друг к другу, что бы это ни было и как бы это ни называлось. Я хочу сказать, что я бы не хотел, чтобы было напряжение, я готов выслушать тебя, и ты можешь делать со мной всё, что захочешь. — Прямо всё? — Субин улыбнулся, — а если я попрошу тебя каждый день готовить мне завтрак? — Ах ты мелкий провокатор! Ёнджун начал щекотать младшего, отчего комната наполнилась громким смехом и редкими взвизгами. — Тихо ты, всех разбудишь, — шикнул старший и тут же очутился в объятиях Субина, тот чмокнул его в макушку и накрыл их обоих слетевшим одеялом. — Спасибо, хён. Я тоже не знаю, что будет дальше, но теперь я точно буду лучше спать, — он сильнее сжал Ёнджуна. — Раздавишь, — старший мычал откуда-то снизу, уткнувшись в шею, — я хочу, чтобы теперь ты спал со мной. — Хён, а ты наденешь в следующий раз футболку? — Субин, тебя серьёзно это смущает? — Это может мешать мне спать, хён, ты горячий, — он снова заволновался и не заметил, как сильно старший старался сдерживаться от улыбки, закусив губу. — Хорошо, если ты так хочешь. Бомгю стоял в дверях с ощущением полного дежавю, сначала он даже не поверил своим глазам, но эти двое действительно снова спали вместе, крепко прижавшись друг к другу. Постепенно подходили остальные, спрашивая, всё ли в порядке. Сзади выглядывал улыбающийся Кай, а рядом, скрестив руки на груди, снова стоял Тэхён. — А я говорил, Бомгю-хён, нет у тебя больше соседа. — А ты так сильно хочешь им стать?