Музыка звезд

Саша глядел куда-то ввысь, словно между звёзд, пытаясь разглядеть непостижимые человеческому глазу уголки вселенной. По крайней мере, так представлял себе Гоша: запредельный мир, который может увидеть только кларнетист. А ему - не дано. На крыше больницы было довольно тепло и пусто, за исключением двух мужчин: помоложе и постарше. Первый находился здесь на лечении и, когда была возможность, выбирался на крышу играть на любимом кларнете. Второй - квалифицированный врач-хирург, наблюдающий своего пациента даже не в рабочее время. - Ты всегда хотел стать врачом? - С детства. - Почему? - Отец. - Понятно. - юноша на секунду задумался: - получается, это была твоя мечта. А ты говорил, что мечтать не умеешь. - он приподнялся на локтях и засмеялся. Лицо Гоши из задумчивого приобрело удивлённый вид. - А ведь и правда. Мечта... - Наверняка сам смог. Сотворил свою реальность. Без чьей-то помощи. Ну, почему-то мне так кажется. Молодой врач улыбнулся, словно засмущался. - Я вот не знал кем быть... Если бы не пошёл на кларнет, возможно, пошёл бы делать суши, ну или в театр. - Но ты же музыкант от Бога! - Гоша даже встрепенулся, насколько его обескуражило такое заявление. - Да ну... - рыжеволосый отмахнулся: - Годы тренировок и только. - Неужели только это? - По большей части. Но да, я люблю музыку. Люблю свой инструмент и вряд ли пересяду на другой. Если бы не это, щас я бы не бродил ночами по больнице, дудя классику. - Саша... - Аушки? - Как думаешь, а применимо ли это правило в отношениях? - Какое? - Если любишь человека, то будешь добиваться его до конца. Будешь находить подход, чтобы делать его счастливым. Потратишь годы, чтобы создать пространство, где вам обоим будет хорошо. - Ну... Звучит логично. Но тут тонкость: объект любви может отказать. Тогда и труд впустую. - А мне... Стоит трудиться? Саша замер, затем отвёл взгляд, делая вид, словно не услышал вопрос. Он догадывался о чувствах Гоши, но к такому скорому вопросу он был не готов. Но врач повторил вопрос, тогда кларнетисту пришлось обыгрывать: - Ну, если твоя возлюбленная против, просто задари её цветами. Женщины такое любят, - юноша рассмеялся, глядя на врача. - Ой, уже светает. Я ещё хочу поспать перед завтраком. Пошли уже. Рыжеволосый резво вскочил, поднял кларнет, нежно проверив его сохранность, и в припрыжку отправился к двери: - Идёшь? - Иди, я должен прибрать срач, что мы тут развели, - монотонно произнес Гоша, разглядывая пустые банки из под газировки. - Да, прости, что не помогу. Откровенно говоря, просто лень. Да и ты, как благодарный слушатель, должен с радостью прибрать вместо своего обожаемого, великого и прекрасного кларнетиста! - закрутил Саша, делая пируэт. Гоша натянуто улыбнулся, наблюдая, как дверь за юношей закрылась. Саша спустился этажом ниже. Сердце колотилось. От услышанных слов что-то в нем заходило ходуном. - Такое в лицо спрашивать... Он что, и правда в меня влюблен? Ну бред же... - рыжеволосый почесал голову кларнетом: Хотя, как он меня разглядыаает последние дни... Ну, не то чтоб я совсем против попробовать, но давать надежду этому несчастному не хочу... Хотя "врач" в крутой больнице - даже как-то удобно, ха-ха... Чем не спонсор моей будущей музыкальной карьеры? Фу, что за лень, Саша? Я и сам зарабатываю достаточно. - Он посмотрел вниз: так, дружище, прекращай. Гоша конечно горячий мужчина, но... Чья-то тяжёлая рука легла ему на плечо. Юноша замер. Вторая рука проползла по боку и легла на живот. - Не бойся... - Саша узнал Гошин голос. - Как я мог тебя не услышать? Как же моё право бурчать себе под нос всякое, чтобы никто не слышал? - он перемнулся с ноги на ногу, - Блин, точно - больничные тапочки. Их явно придумали в разведке! - Саша... - мужчина прислонился к нему сзади и обнял. На удивление самого юноши, объятия были тёплыми, сильными и приятными. Никакого отвращения или желания отстраниться. - Погоди. Не надо... - кларнетист попытался убрать руки врача, но собственные - стали ватными и отказывались выполнять команду "на отдаление": - Прек.... В следующую секунду Сашу развернули лицом и прислонили к стене. Их глаза пересеклись. Между ними было не больше дюжины сантиметров. Слова как-то вовсе выскочили у юноши из головы. Остались только два блестящих зрачка напротив, да запах мужского парфюма. И услышанные где-то на переферии фразы, что должны были быть вопросами: - Один поцелуй. Лишь один... Гоша слегка наклонился и прикоснулся к губам Саши своими. Тот не смел пошевелиться, пока врач нежно не обнял его за плечи. Руки кларнетиста произвольно потянулись вверх и легли на Гошины. Это был знак. По крайней мере так почувствовал врач, и вместо одного поцелуя сделал два... три... он уже не считал. Ведь уже на втором Саша закрыл глаза, и они вместе наслаждались друг другом. Гоша прижимался к юноше сильнее, тем самым вдавливая последнего в стену, а тот гладил мужскую спину, да зарывался в кучерявые волосы. Они соприкоснулись сначала ногами, затем коленями и наконец бёдрами, жмясь друг к другу, и надавливая на заведомо приятные места. Саша дышал все громче, периодически открывая глаза и глядя куда-то в сторону, явно стыдясь то ли Гошу, то ли собственного поведения. И каждый раз врач начинал расцеловывать и покусывать шею юноши, от чего тот вновь прикрывал глаза и замирал, концентрируясь на ощущениях. Гоша терпел. Невозможно терпел, пытался не сорвать с молодого тела одежду, не зайти слишком далеко в первый раз, дабы он не стал последним. Он крайне ценил Сашино общество. И если поцелуи можно свести к шуткам или экспериментам, то заняться непотребством при первом сближении в дальнейшем может прервать общение на корню. Хотя идея "получить сейчас, ведь потом может и не быть" никак не выходила из головы. Но Гоша терпел... Ибо "тише едешь - дальше будешь"... Саша наслаждался. В какой-то момент он частично засунул кларнет в карман штанов, и теперь мог полноценно трогать Гошино тело. Руки, спина, ягодицы... Даже лицо. Переодически он обхватывал щеки врача, чтобы тот остановился, и наблюдал, как в глазах того появляется смущение. Это забавляло. После этого Саша медленно пододвигался к лицу мужчины, выжидал несколько долгих секунд и целовал. И каждый раз Гошу это заводило настолько, что он только и мог, что отрывисто дышать, да вздрагивать. А когда в один из таких разов рука Саши случайно коснулась штанов врача в "том самом" месте, от чего последний навалился на юношу, сохраняя положение его руки, и несколько раз еле слышно простонал. - Гоша... Эй, Гоша... Мне же дышать нечем, - спустя какое-то время напомнил Саша, прижатый к стене. - Прости... - Гоша чуть отодвинулся и взял кларнетиста за ту самую руку, продолжая глубоко дышать. - Знаешь... Никогда не думал, что нормально отнесусь к мужику, который из-за меня кончит. - юноша улыбался. Расслабленно и по-доброму. - А я бы никогда не подумал, что буду хотеть другого мужика... - Да... Вот это мы с тобой попали... - с теплом отозвался Саша и легонько погладил второго по волосам. Отдышавшийся Гоша умилился, затем опустил взгляд ниже: - Ты то сам как? Я могу как-то помочь тебе... ну ты понял с чем. Саша, не решаясь что-то сказать, даже скорее боясь что-то сказать, просто притянул к себе Гошу и крепко обнял: - Смерти моей хочешь? - Хех... Гоша нежно гладил Сашу, а тот постепенно успокаивался. Затем врач улыбнулся и прошептал на ухо: " В следующий раз обязательно заставлю тебя кончить", - за что был послан в далёкое плавание и чуть не схватил звездюлей. Так они и стояли ещё очень долго, пока на этаже не стали слышны шаги и разговоры. - Знаешь, - протянул Гоша, - я тут подумал, что все-таки правильно, когда у человека есть мечта... Теперь моя - это ты. - Да явно смерти моей хочешь... - Нет, Саш, ты будешь жить. Это я тебе как твой врач заявляю. - Эх... Да что же мы делаем... - Творим новую реальность. Саша иронично улыбнулся.