Знал, ты меня погубишь.

Каждый человек задумывается о любви хотя бы раз в жизни. Задумывается так, что создается ощущение, будто бы других тем для философских мыслей не существует. О любви говорят, о любви пишут книги, о любви снимают фильмы и за любовью бегают. Но значение любви сильно преувеличивают. Арсений в этом уверен. Любовь вообще понятие эфемерное.    Все по-разному говорят об этом чувстве, но зачастую это сплошной океан розовых соплей. Люди употребляют приторно-слащавые слова во время обсуждения этой темы. Такие же слащавые, как имя Сеня, которое Попов на дух не переносит. Любовь не дарит тебе крылья, скорее вырывает их с корнем. Любовь не заставляет тебя чувствовать себя целым и нужным, скорее ломает и рвет тебя на мелкие куски. Любовь, как наркотик. Поначалу тебе очень хорошо и радостно, а потом больно, потом тебя ломает. С течением времени приходит чувство, будто тебя выворачивают на сквозь и вытряхивают все органы. Создается впечатление, словно вскрыли все вены, и тот, кто когда-то тебя любил, смотрит как теплая багровая жидкость с прочным металлическим запахом вытекает из тебя на какой-то пошарпанный и холодный бетонный пол.    Арсений раньше верил и в чудо, и в любовь, и в смысл жизни. В его жизни все это было. Причем было чем-то настоящим и прочным, как константа. Арсений в Антоне души не чаял и млел в таких родных объятиях. Он верил, что это навсегда и что такого он больше нигде и никогда не найдет. Такого, как Антон, он действительно не найдет. Но вот счастье было не навсегда.    Розовые очки, о существовании которых Арс даже не подозревал, с оглущающим треском разбились во внутрь. Было больно, было паршиво, было мерзко, до рвотных позывов. Чувство использованной и выброшенной игрушки Арсений никогда не сможет с себя смыть. Оно въелось глубоко под кожу и течет там вместо крови. Антон Арсения использовал. Антон Арсения вообще любил?    Арсений всегда был не таким, как все. Странным, донельзя ранимым, со своим отдельным миром в голове. Жизнь давалась ему нелегко. Свою дочь он не видел уже очень давно, фанаты своим излишним сованием носа в чужие дела заставляли закрываться в себе, многочисленные проблемы и изнеможение приводили к выгоранию. Измена человека, разукрасившего его серый мир, сломала окончательно. Уверял меня, что любишь, И мы вместе—навсегда. Знала, что меня погубишь. Мне нужна твоя душа.   Уже на следующий день на пороге их квартиры появился Антон. Арсений, казалось, готов был заскулить побитой псиной. Выглядел он также жалко. Голубые глаза, когда-то искрившиеся позитивом и счастьем, сейчас напоминали пустые стекляшки. Грациозная и статная фигура была слишком зажатой и осунувшейся, а в мешках под глазами можно было спать. Но он молчал. Ничего не предъявлял, не скандалил и не выставлял с вещами за порог. Антон думал, что лучше бы накричал или ударил. Но это Арсений, и такого отношения к себе он не заслужил. Не заслужил от слова совсем. Лежит на огромной холодной кровати, свернувшись клубочком, и смотрит куда-то в пространство.    Антону страшно, как никогда. Он ненавидит себя за то, что ходит на все эти тусовки, устраевыемые камеди, оставляя Арсения одного в пустой квартире. Он ненавидит себя за то, что пьет там до свинячего визга и совершенно не контролирует себя. Он ненавидит себя за то, что причиняет любимому человеку боль. Причем не только душевную, но и физическую. Руки Арсения уже давно увенчаны маленькими шрамами, которые тот оставляет лезвием канцелярского ножа. В нем нет этого юношеского максимализма с мыслью, что это поможет облегчить страдания. Арсений так определяет себя живым, потому что пока по венам течет кровь, а ты чувствуешь боль—ты живой человек. Хотя морально он уже давно, кажется, умер.    Антон ложится рядом и прижимает мужчину к себе. Он все еще здесь, все еще дышит и дрожит в его руках. Антон больше никогда не уйдет на эти долбанные корпоративы и Арсения в это болото не потащит. Антон обязательно отправит Кузнецову обратно в Воронеж и Шеминова в пешее эротическое. Слишком велика ему в этот раз цена счастья. Слишком дорого обходится образ гетеросексуала, который нахуй никому не всрался. —прости меня, Арс. Я там напиваюсь, чтобы не так тяжко было находиться в цирке уродов. В этот раз потерял над собой контроль. Ты будешь прав, если пошлешь меня куда подальше и выставишь за дверь. Ненавижу себя за то, что позволяю им всем мной управлять и что сам себя не контролирую, но я по-прежнему тебя люблю. Все будет хорошо. Я больше никуда не уйду, обещаю. —я слишком быстро привязываюсь к людям и очень тяжело переживаю их предательство. Я начал заживо себя закапывать еще тогда, когда только увидел тебя семь лет назад. Это медленная смерть, но мы же все когда-то умрем? —нет, потому что ты ангел, Арс. Все ржут над тем, что ты хочешь крылья, но... Они у тебя правда есть. Просто никто кроме меня не видит и не хочет их видеть. —помоги мне создать себя, потому что это и есть смысл жизни, и не оставляй одного. Я больше не хочу выгорать и терять тебя. Пожалуйста, Антош, пожалуйста. —не потеряешь. Ты никогда больше не потеряешь меня. Что такое любовь? Нельзя ответить на вопрос правильно или точно. У каждого свой ответ, свое понимание. Любовь нельзя описать словами. Ее можно только почувствовать и передать человеку через касания, свои действия и взгляды. Нежное касание чужих губ своими и теплые объятия—самое лучшее признание в любви. Потому что самое главное и важное мы лучше всего говорим без слов.