бертольд

— я не могу без тебя, — в очередной раз его голос сорвался на крик. ком в горле мешал дышать, а груз на сердце не давал нормально жить. подушка впитывала поток нескончаемых слез, уже какой раз за последние несколько месяцев. сердце все никак не могло успокоиться. глаза уже болели, но эмоции невозможно было удержать, они будто жили своей жизнью, но это было невыносимо. иногда кажется, что лучше вообще не иметь эмоций, но райнер прошёл этот период, когда только узнал о смерти бертольда. от шока он не мог понять и принять эту информацию. и лишь по приезде на Родину у него случилась истерика. это было просто отвратительно. один раз он чуть не задохнулся из-за сбитого дыхания. сжимая изо всех сил пальцами подушку, в голове неосознанно всплыл образ улыбающегося берта. райнер вновь прокрутил в голове их последнюю посиделку на стене перед битвой, но тогда бертольд не улыбался. стараясь убрать подстающие к глазам слезы, бертольд отворачивался, чтобы райнер не заметил, но ему так и не удалось скрыть их от него. райнер крепко обнял его, невесомо поцеловав в макушку. более менее усмирив дыхание, райнер встал. оглядевшись вокруг, его взгляд зацепился за рамку, стоящую на столе. он медленно побрел к нему, взял фотографию. их с бертольдом совместная фотография. рука сжалась, костяшки побелели. райнер осел на пол, прижимая небольшую рамку к своей груди. плакать больше не хотелось: внутри было пусто, будто сердце вытекло, смешавшись со слезами, но даже не смотря на это опустошение, ему было больно. чертовски больно. — бертольд, — тихим хриплым голосом начал райнер, — знаю, ты бы не одобрил того, что сейчас со мной, как я себя веду, но я не могу без тебя, — он горько усмехнулся, — я не могу идти дальше, потому что у меня больше нет мотивации. тебя я никак не смогу вернуть, поэтому. зачем вообще пытаться что-то предпринимать?! — он сжал губы, — бертольд, — райнер взглянул на фотографию, — я так и не сказал, что люблю тебя. безумно люблю…