Souvenirs (редактируется)

Реальность может замирать

Девушка нервно сжимает в руках подол своей юбки и пытается не расплакаться. Телефон крепко прижат к уху, из-за чего складывается впечатление, что человек, говорящий по ту сторону мобильного, находится совсем рядом и говорит ей это прямо над ухом. Она поднимает глаза наверх, не давая слезам катиться по щекам. Руки постепенно начинают дрожать, а в глазах темнеть. Становится тяжело слушать человека, говорящего ей прямо в ухо, но она всё ещё старается стоять на ногах и не дать эмоциям взять верх над ней, чтобы не разбиться вдребезги. Страх. Это всё, что живёт в её сердце на данный момент. Невероятный страх всего происходящего с ней в жизни. Самым ужасным кошмарным сном является разговор с человеком, с которым она сейчас ведёт «диалог», молча слушая все его слова. Ноги становятся ватными, поэтому стоять уже больше нет сил. На дрожащих ногах, девушка садиться на свою кровать и продолжает слушать дальше слова этого человека. Ногтями она уже продырявила подол своей юбки, но обращать внимание на это она не стала, а лишь продолжила мучить школьную форму дальше. Голова начинает жутко болеть, а мысли расплываться одна за другой. Становится тяжело морально слушать его дальше, но другого выбора нет, поэтому она лишь продолжает крепко прижимать телефон к своему уху, уже не сдерживая слёз. Что происходит внутри? Бушующий страх наполняет девушку с ног до головы. Сердце бешено колотиться, а лёгкие будто разрываются от боли. Тяжело дышать. Хотя, давайте будем честны. Тяжело жить на самом деле. Мы живём, хотя знаем, что в конечном итоге нас всех ждёт одна судьба — смерть. Люди так отчаянно боятся всего, а особенно ошибок, что загоняют себя в толстослойные рамки, откуда живут указанной им жизнью. Что же самом-то деле страшнее: жить или умереть? Испытать за всю свою жизнь все эмоции, которые может испытать человек, или же не чувствовать абсолютно ничего, даже воздуха? Глаза девушки бегают от одного угла к другому, пытаясь остановить поток слёз. Рукавом пиджака вытирает слёзы, чем смывает только сделанный макияж. Она начинает медленно вдыхать воздух через нос и выдыхать его через рот, чтобы нервы прекратили «весёлую вечеринку» и наконец, успокоились. — Ты поняла меня? — слышится по ту сторону телефона. — Да, пап. Я, правда, всё поняла, — стараясь уверенно говорить, отвечает Чеён, а после сбрасывает вызов и полностью выключает телефон. Тотальный контроль в учёбе — это то, что преследует Пак с самого первого класса до сегодняшнего дня. Раньше девушка училась в обычной школе, но из-за того, что жила она дома с родителями, часто была наказана не только колкими фразами, которыми не пренебрегал отец, но и испытывала физическую боль. С трудом уговорив его, она смогла перейти в пансион и учиться здесь, зная, что отец здесь не поднимет на неё руку. Чего требует отец от неё? Первого места абсолютно во всех рейтингах. Он крупный бизнесмен, поэтому ему больше важен статус его семьи, нежели состояние своей дочери. Чеён десять лет пашет и учится, ради высоких отметок, но у неё была слабость — математика, которая перечеркивала все старания. Она не понимала этот предмет. Ни в какую не получалось сделать что-то самой. Репетиторы, большая трата денег и времени, а особенно нервов не помогали в изучении данной науки. Пак потратила на эту математику всё. Итог? Нулевой. Никакого прогресса. Бывает же, что есть предмет, который просто не может воспринять твой мозг, как бы ты не пытался и не старался. Девушка знает наизусть все основы, но сейчас она в старшей школе, а здесь уже изучается высшая математика. Тут без понимая предмета ничего не получится. Её школьный рейтинг подводит только этот ненавистный предмет. Окончательно успокоившись и придя в себя, Чеён встала с кровати и подошла к своему шкафу. Открыв дверцу, можно было увидеть целый отдел со школьной формой академии. Из-за нервов она часто портит свою одежду, поэтому ей приходится покупать новые. Девушка переоделась, снова сделала себе макияж и поправила волосы. Напротив неё стоял не тот человек, которого видят все вокруг. Чего-то не хватает. Жизнерадостной улыбки на лице, которая заставляет улыбаться и других людей. Пак широко улыбнулась и посмотрела на свои глаза полных грусти и отчаяния. «Улыбайся, так будет лучше» — настраивает она себя на нужное настроение, после берёт испорченную одежду в руки и выходит из своей комнаты, где живёт одна.

***

Докурив до конца сигарету, Чон кладёт её в пепельницу и встаёт с кровати, на ходу надевая первую попавшуюся свою одежду. В постели всё ещё спит Сана, поэтому он старается не издавать шум, чтобы не разбудить её. Заботится о ней? Может быть, а может быть и нет. Чувства? Тут точно нет. Любви между ними нет. Чонгук знает о чувствах Саны к нему, но его пульс не меняется ни на один удар, когда он видит её. Бесспорно, она красивая, умная и с ней комфортно, но сердце не трепещет. Хоть они спят вместе уже долгое время, но он ни разу ничего не чувствовал к ней что-либо. Парень идёт в ванную комнату и принимает душ, полностью уходя в собственные мысли. Честно признаться, его с того самого вечера мучает кое-что — зачем она носит эти чёрные ленты? «Может, ей нравится?» или же «может, это модно?» — он постоянно задавался этими вопросами. Обыскал весь интернет, чтобы хоть что-то найти, но информации об этом ноль. Есть только чёрные нити, а лент нигде нет. Тогда он забрал книгу себе и всё же прочитал её сам. «Красивая история о любви» — так он дал своё название этой книге. Выйдя из душа, на ходу суша волосы полотенцем, он застал уже проснувшуюся Сану, которая сидела на кровати. Она встала и подошла к нему, обнимая Чона за торс. Чонгук просто поцеловал макушку девушки и отстранился. — Я голодна, — отпуская парня из своих объятий, сонно проговаривает Сана. — Собирайся, и пойдём завтракать, — ответил он, после его слов девушка поспешила в душ. Спустя несколько минут, Чон уже сидел на диване и ждал, когда Сана соберется, и они смогут пойти в столовую. В руках Чонгук держал телефон и просматривал новостную ленту, закинув одну ногу на другую. «Акции компания «Jeo Corporation» стремительно падают вниз из-за появившейся сильной конкуренции» — в глаза попадается эта статья и настроение стирается в минус. — Чон~а, — ласково позвав парня, обращается к нему Сана, — Идём, — хватая его руку, говорит она. Парень выключает телефон и кладёт во внутренний карман пиджака, а после они выходят из комнаты. «Отец в ярости» — понимая, сложившуюся ситуацию в компании, думает про себя Чон.

***

Сна не было ни в одном глазу всю ночь. Ким лежала на кровати и до утра держала в руках записку, которую получила вчера от незнакомки. Обычно мозг должен отдыхать ночью, но в этот раз он работал в бешеном темпе из-за раздумий Джен. Девушка перебрала все варианты, которые только могли бы быть, обвинила и саму себя, что тогда упала и не догнала автора записки. Дженни думала обо всём подряд всю ночь и теперь выглядит не особо хорошо. К сожалению, Ким видела только спину убегающей, поэтому чисто по логике она не сможет вычислить её из всех учениц школы. Вместо этого, её мозг будет подозревать абсолютного каждого, а если она ещё и свихнётся, то вообще станет и подозревать саму себя, учитывая её психические расстройства, то этот вариант вполне вероятен. Пока мозг был в размышлениях, тело само по себе сделало все утренние процедуры, не отрывая Джен от мыслей. Собравшись, она взяла записку и положила в карман пиджака. Ким понимала, что если сейчас уйдет, не выпив свои лекарства, то сто процентов потеряет сознание из-за недостатка сна. Её здоровье как хрупкий хрусталь, который стоит на краю стола: если не поддерживать жизнедеятельность своими препаратами, то этот хрусталь разобьется и его уже нельзя будет склеить, самочувствие будет намного хуже, чем вообще может быть.

***

После завтрака все ученики академии разошлись по своим урокам, и теперь коридоры были пустыми. Урок вокала, совмещённый с «А» классом, не приносил былого удовольствия Ким. Её мысли заняты запиской, которую она сжимала у себя в руке. — Ну что ж, проверим ваш вокальный прогресс за прошедший семестр, — слышится, будто издалека, голос учительницы Чхве. Джен поворачивает голову и смотрит на макушку впередисидящего Чона, — Чонгук! Первым будешь ты, давно не слышала твой вокал, — обращается к нему Чхве. Парень встаёт со своего места и направляется в сторону музыкальных инструментов. Берёт в руки микрофонную стойку и ставит её посредине кабинета. — Будешь петь, а капелла? — парень мотает головой, давая понять, что нет. — Можно на синтезаторе? — поворачивается к учительнице корпусом, — Только я не могу петь и играть одновременно. Можно ли кто-то будет играть? — Конечно можно, — любезно соглашается преподавательница, — Кто хочет сыграть… — Ким Дженни, — перебивает её Чон, — Хочу, чтобы играла она, — Джен наконец-то спускается с небес на землю и здраво оценивает всё происходящее. «Скотина. Специально делает» — смотря на его самодовольную улыбку, думает про себя она. Отказаться она не может или всё же может? — К сожалению, я не смогу, — всё же решается на отказ, — Знаете ли, сегодня полнолуние и мне крайне тяжело связаться с волнами Вселенной, чтобы грандиозно сыграть свою партию, — заправляя волосы за ухо, говорит она. — Тогда петь я тоже не смогу, — не отстаёт от неё Чон. «Задолбал» — начинает злиться на него она. — Я поставлю тебе высший балл, если ты просто сыграешь, — пытается уговорить Джен учительница Чхве. — Высший балл? — удивляется Ким, — Так уж и быть, я сыграю, — встаёт со своего места Джен и направляется к Чону. Тот идёт обратно к музыкальным инструментам и берёт синтезатор, и ставит его рядом с микрофонной стойкой. Дженни садится на стул и просто смотрит на Чонгука. — Что? — спрашивает он у неё. — Ноты не хочешь дать мне? Или мне импровизировать? — Джен всё ещё говорит с сарказмом, что немного подбешивает Чона. «Пуп земли нашлась» — думает про себя Чонгук. — Импровизируй, — коротко отвечает он, а после отворачивается. Jungkook — 2U (для удобства, советую включить её, и постарайтесь читать текст так, чтобы попадать под мелодию и лирику песни) Дженни нажимает на клавиши и первые ноты эхом разносятся по залу. Красивая и медленная мелодия, отдающая грустными нотками истории с плохим концом. Пальцы изящно переплывают с одной клавиши на другую, создавая единство и гармонию мелодии. Чон приближается губами к микрофону и начинает петь, ловя ритм мелодии, которую на ходу придумывает Ким. «Красиво поёт» — пролетает в мыслях у Джен No amount of tears in my eyes — Нет такого количества слез That I won't cry for ya, oh no — Которые бы я не пролил ради тебя, нет With every breath that I take — Каждый вдох, который я делаю I want you to share that air with me — Хочу, чтобы ты делилась им со мной There's no promise that I won't keep — Нет такого обещания, которого бы я не сдержал I'll climb a mountain, there's none too steep — Я заберусь на гору и не найдётся для меня слишком крутой When it comes to you — Когда дело касается тебя There's no crime — Нет никакого преступления Let's take both of our souls — Пусть наши две души And intertwine — Соединятся Красивая мелодия Джен и прекрасный голос Чона сливаются воедино, и кажется, что всё было спланировано, что будто они это делают с множеством репетиций до этого, слишком красиво… Честно говоря, Ким ожидала не этого. В мыслях у неё было напакостить и испортить выступление, но кто же знал, что такой парень, который всем видом кричит о брутальности, может иметь такой ангельский голос, который сбил Джен с мыслей и подсознательно заставил подстроиться под его вокал. Нет, она хотела совсем другого, но пальцы сами нажимали на клавиши так, чтобы играть под такт вокальной линии. Cupid ain't a lie — Купидон — это не ложь Arrow got your name on it, oh yeah — На его стреле твоё имя, да Don't miss out on a love — Не упусти любовь And regret yourself on it, oh — Чтобы не жалеть потом. «Не упусти любовь, чтобы не жалеть потом…. Чтобы не жалеть потом…. Чтобы не жалеть потом….» — мелодия перестаёт играть, потому что Дженни после этой строчки с ужасом в глазах замирает и вспоминает подобную фразу, сказанным другим человеком. В голове всплывает голос, который она не знает, кому принадлежит. «Не упусти мою любовь.… Пообещай, что не будешь жалеть потом об этом» — чётко и точно, слово в слово. Память вспоминает эту фразу, а в голове всплывают мутные воспоминания, которые Ким не может понять, откуда они взялись в её памяти. Девушка резко встаёт со своего места и выходит из кабинета. Ноги идут в неизвестном направлении, голова кругом — ничего не соображает. «Люблю тебя, Дженни» — а после следует звонкий смех в голове. Девушка крепко хватает себя за голову и пытается остановить нескончаемый повтор этой фразы в своей голове. Слышатся громкие шаги за её спиной, а через пару секунд сзади Ким обнимает кто-то. — Ты меня слышишь?! — громко говорит ей парень. Он обходит девушку и хватает её двумя руками за плечи, — Дженни, что с тобой? Посмотри на меня, — поднимает голову Ким и заставляет посмотреть на него. — Джун, — всхлипывает она, судорожно хватаясь за ворот его пиджака, — Кто это говорит? Чей это голос в моей голове? — истерически спрашивает она, — Почему мне здесь больно? — указывает на сердце. «Я не могу сказать. Прости меня, пожалуйста, но я правда не могу» — думает про себя Намджун. Парень берёт сестру на руки и уносит её в сторону общежития девочек. Дженни всё так же крепко держит ворот его пиджака, а слёзы беспрерывно льются по её щекам. Истерический невроз. Один из диагнозов Дженни. Основной причиной является психическое переживание. Развиваться это расстройство стало после смерти её матери, сопровождаясь галлюцинациями. Некоторое время она не верила в смерть матери и ей казалось, что она жива. Прошло десять лет со дня смерти мамы Джен, но психическое расстройство не прошло, поэтому время от времени даёт признаки истеричного приступа. Продолжительность приступа бывает разная: она может длиться как и пять минут, так и целый час. Обычно после приступа истерики Ким на время становится безэмоциональной. Эмоции выгорают, и им потребуется кое-какое время, чтобы восстановиться обратно. Уложив девушку в её кровать, Джун вытер её слёзы и поцеловал Ким в щёку. Эмоциональное выгорание — состояние Дженни на данный момент. Она всё так же сильно держит руку брата и пустым взглядом смотрит в потолок. — Это он, да? — безэмоционально спрашивает она у брата, тот безмолвно кивает, — И ты мне ничего не расскажешь, так ведь? — Намджун снова кивает, — Забавно, — начинает смеяться она, видимо, ей становится лучше или же хуже? — Все вокруг знают, а я как идиотка туда-сюда бегаю, чтобы понять, в чём проблема, — продолжает она свой монолог, — Как видишь, мой мозг потихоньку вспоминает, так что, в конце концов, я доберусь до истины, как бы вы этого не скрывали, — громко вздыхает она. — Зачем тебе это надо? — поворачивает голову к ней Джун и всматривается в её пустые глаза. — Знаешь, как мне тяжело от этого? — принимает сидячее положение Ким, — Я не знаю точной причины своей аварии, не знаю подонка, из-за которого так сильно пострадала моя память, — Джен откидывается назад, облокачиваясь об стену, — Я имею право знать. — Тебе станет легче, если ты узнаешь? — встаёт с кровати брат и подходит к окну, открывая её, — Что будешь делать дальше, когда я расскажу тебе? — достаёт пачку сигарет из внутреннего кармана, берёт сигарету и зажигалку в руки, закуривает Намджун, выдыхая дым в открытое окно. — Не знаю, — пожимает плечами Ким, — Но я ведь имею право знать, — упёрто настаивает Дженни. — Вот когда я буду уверен в том, что тебе это не навредит, тогда и расскажу тебе всё, — не поворачиваясь, говорит он. Докурив сигарету полностью, Намджун выходит из комнаты, оставляя девушку одну. Сказал, что принесёт ей чего-нибудь поесть, чтобы голодной не сидела, и идти в столовую за тридевять земель не надо было. Погода немного пасмурная, поэтому яркое солнце спряталось за толстыми тучами. В дверь постучали в 17:26, поэтому Джен встала и подошла к двери, чтобы открыть её. Она подумала, что это брат принёс ей еды, но открыв дверь, она никого не увидела. Опустив глаза вниз, Ким заметила конверт, который был прошлой ночью. Джен подняла его и достала оттуда записку. «Если хочешь узнать о маме, то буду ждать тебя возле правого крыла корпуса. Поторопись» Прочитав, Дженни сразу же побежала в указанное место. Частота биения сердца учащается. Кажется, что всё твоё тело состоит из одного сердца, который бьётся в бешеном ритме. Мысли только забиты только одной мамой и автором этих записок. Тяжело думать, тяжело бежать, тяжело дышать. Во что бы ни стало, она узнает правду. Не случится того, что было прошлой ночью. Она не сдастся, будет бежать до последнего, чтобы узнать правду. За окном слышится гром — предвещание сильного ливня. Добежав до указанного места, Ким увидела девушку, стоящую к ней спиной. Подойдя к ней, она развернула незнакомку к себе лицом, а после отступила назад от увиденного. Им Наён собственной персоной. «Значит, это была она» — пролетает в мыслях у Ким. — Здравствуй, — первая начинает разговор Им. — Откуда ты знаешь про мою маму? — ни «привет» и ни «здравствуй», сразу к делу. — Мы как бы семьями дружим, как это я не могу знать твою мать? — медленно проговаривает она, — Это же логично. — Не строй из себя умную, — злится на неё Джен, — Откуда ты знаешь причину её смерти? — подходит вплотную к ней она. — Услышала разговор моего отца с господином Ким Джихо, — не отодвигаясь от Ким, произносит она. — Что с ней случилось на самом деле? — нервы на грани, контролировать себя становится крайне тяжело. — Что мне будет за это? Всему есть своя цена, — ухмыляется и тянет кота за хвост Наён, — Хочу знать, что я получу взамен. Ты же, как никто другой знаешь, что абсолютно за всё нужно платить. — Что ты хочешь?! — срывается на крик Ким. Контроль потерян, теперь в ней бушуют все эмоции, слившиеся в один огромный гнев. — Твои акции от всех компаний, — не колеблясь, отвечает она. — Всего лишь акции? Хорошо, я перепишу всё на тебя, — соглашается с ней. Мама дороже всех акций и всех денег, нужно любой ценой узнать правду, — Теперь говори. — Знаешь ли, мне самой было очень тяжело переварить информацию, — начинает она, — Долго думала и не могла понять, зачем так с ней сделали. Ты же не видела её тела, да? — услышав отрицательный ответ, она продолжила, — Хорошо, что не видела. Бесспорно, она обладала неземной красотой, тебе никогда не стать такой как она, — смотря через окно на небо, где тучи отдают ярким светом, потому что где-то поблескивает молния, медленно говорит Им, — Её убил… — фраза обрывается обрывается на полуслове — время 17:44. Выстрел в голову. Гробовая тишина окутывает всё помещение. Все звуки, как будто ты слушаешь через толщу воды. Секундное помутнение в глазах, замершее дыхание и брызги крови, что окрашивают белую стену алыми пятнами. Девушка, словно тряпичная кукла, бездыханным телом падает на пол. Яркие большие лужи крови растекаются по паркету. Грудная клетка не двигается, как и тело, но глаза, ставшие ужасно стеклянными, остаются открытыми. Один. Отрицание произошедшего. Два. Осознание реальности. Три. Ужасающий крик. Она умерла. Точнее, её убили. Насколько же хрупкое существо человек. Хватит одного выстрела, чтобы оборвать нить жизни. — Эй, очнись. Хватит играть со мной, вставай! — Дженни падает к Наён, панически хватает и начинает трясти хрупкое, теперь уже мёртвое тело, — Хватит шутить, это не смешно! Скажи мне! Кто?! Кто это сделал?! — крики Ким охватывают всю территорию правого крыла корпуса общежития девочек, — Наён! Ты не можешь так поступить со мной! Прошу, скажи мне, кто убил мою маму. Хватит играть! — в ответ следует молчание. Крики стихают, превращаясь в тихий бубнёж, и Дженни отодвигается от тела, смотрит на свои руки. Кровь. Везде кровь. Кажется, она въедается в тело Джен, запах проникает глубоко в лёгкие, не давая возможности вдохнуть. Дорогой паркет пропитывается запахом крови. Всё повторяется, как было тогда. Реальность замирает. Шутка? Не смешно. Совершенно. Руки, одежда, ноги — всё вокруг в крови. — Ты не можешь умереть… — шёпотом, как-будто умалишенная, часто повторяет Ким.

Может ли игра чисел привести к летальному исходу?