Никто не знает о них

      Знаете этот необыкновенный звук улицы? Удивительная смесь шелеста листьев, разговоров на лавочке, шагов, машин, даже возможно мяуканья бездомных котов, пытающихся согреться на редких лучах солнца. Как раз сейчас все вышеперечисленное окружало меня. Совсем недавно переехал в этот район, но уже чувствую особую атмосферу, присутствующую в этом месте. Тихий, полузаброшенный и старый район тех самых «хрущевских» пятиэтажек все еще заполнявших большую часть русских городов. Хотя это место было пожалуй даже старее чем надо, что впрочем и выбило такую низкую арендную плату за жилье. А для человека молодого, только что съехавшего от родителей и не познавшего вкуса жизни это был лакомый кусочек, так что я, не задумываясь, почти сразу заприметил здесь неплохую однокомнатную квартирку на втором этаже. И пока не разочаровался в своем решении: район тихий, соседи вроде приличные да и от работы недалеко, в общем жаловаться не на что. Углубившись в размышления, я не заметил, как подошел к подъезду. Пнув ногой камешек, я поднял глаза. Баб Маня как всегда сидела на привычном месте — скамейке около двери, и сложив руки на трость, отсутствующим взглядом смотрела вперед. Чтобы достаточно точно описать ее образ, достаточно лишь представить «ту самую баб Маню», которая живет в почти каждом доме. И ничем от обычной пенсионерки она в целом и не отличалась. Настолько не отличалась, что никто и сказать точно не может, Маня она или нет. Говорит, что и сама уже имя свое забыла, а так в шутку называли до этого, ну так пусть и зовут. Я, привлекя ее внимание, осторожно помахал. М — Сережа? Ты что-ль? — да уж, зрение у нее всегда никудышное было И — нет, я Игорь помните? Из сороковой. М — ах, конечно, вижу. Куда ходил? И — да тут в магазин сбегал. Салат резать собрался, а помидоров нет. А вы, баб Маня, сами-то как? М — да вишь, не померла еще — она хрипло усмехнулась. — голова только болит. Михалыч до поздна опять бегал, спать не давал. И — дак давайте я схожу к нему, образумлю может. Все равно соседняя квартира. М — да чего уж тут. Я бабка старая, уж одной ногой в могиле, а у него и так проблем по горло. Долги бы все выплатить. И — долги? М — долги. Ты чего же, уж месяц живешь, а про Михалыча не слыхал ничего? Отец у него помер, вот и хочет со всеми почестями в мир иной проводить. А сейчас-то похоронные услуги недешево стоят, вот и носится день и ночь. Да впрочем ты и сам с ним скоро встретишься, спросишь. И — да уж… Соболезную. М — тут уж не поделаешь ничего. Да только все одно мне покоя не дает. И — чего же? М — отец-то его не просто так помер. Если б инфаркт схватил, так и не удивился бы никто. Но нашли его в ванне на полу. Представляешь, целый бутыль отбеливателя выдул. Полный! — громко цокнув, она многозначительно подняла указательный палец. — ладно, ты иди уже чтоль, а то совсем бабку не жалеешь: нервы уже не молоды, чтоб о таком говорить дни напролет. И — и правда пойду, а то заболтался я тут с вами. — впрочем, урчание живота подгоняло меня сильнее, чем что-либо в данный момент.        Зайдя в квартиру, я, даже не положив помидоры в холодильник, сразу упал на кровать. Оказывается, прогулки на природе так утомляют. Повитав в облаках еще пару минут, я и сам не заметил, как заснул.