green & gold

Какой, если не зеленый? Почему именно зеленый? Если честно и без прикрас, то Луи сам не знал ответа на этот вопрос. Просто понравился, вот и все. Но он знал того, кто разжует ему эту тему, даст наводящие вопросы лично для него и расскажет много нового. Может быть, если ему, Луи, прольют побольше света на тему цветов, то он все осознает и поймет. Может быть, все зависит от рассказчика — некоего учителя по колористике — от его слов зависит то, каким будет ответ Луи. И Луи знает, что не ошибся с выбором. С выбором учителя, конечно же. — Хьюи, — он подходит к старшему близнецу сзади и касается плеча, на котором задрался рукав красного поло. — Есть минутка? У меня важнейший в жизни вопрос. — Боже мой, — тот поворачивается на его голос, округлив глаза, но Луи выглядел спокойно, так что паника с лица Хьюи быстро пропала. — Что-то случилось, Лу? — Расскажи мне про цвета. — Рассказать… про цвета? — он честно подумал, что словил глюк, или просто неправильно расслышал, но младший в ответ уверенно кивнул, пристраиваясь рядышком поудобнее, и весь прямо-таки источал интерес к тому, что же сейчас скажет Хьюи. — Э, хорошо, ладно, ммм, с чего бы начать... Старший задумался, потому что понимал, что знает достаточно много «про цвета», но Луи ничего не уточнял, и Хьюи, за недостатком конкретики, даже не знал, за что схватиться сначала. — Ладно, скажи, если вдруг я неправильно понял твой вопрос, но я начну с теории цвета- Обычно братья не давали Хью свободу знаний, в том плане, что знай сколько влезет, но жужжать об этом тысячи и тысячи дней подряд не надо, пожалуйста, утомляет. А тут сам пришёл, попросил. И слова против не вставляет. Хьюи рассказывает цветовую теорию — о том, какие цвета сочетаются, какие сочетаются хуже, а какие не стоит сочетать, потому что это общепринято выглядит ужасно. Потом Хьюи рассказывает, как смешиваются цвета в принципе, потом как народ узнал, чем и как можно красить ткани, и прошёлся по всей истории цветов одежды. Разумеется, со стороны это выглядит до одури странно. Луи, такой вечно нелюдимый и отстраненный, ластится к брату, просит ему объяснить что-то, липнет и буквально виснет на нем, цепляясь к новым знаниям, почти что ловя их из губ в губы. Для Луи в этом не было ничего особенного — но потому что любопытство ударило в голову. Любопытство и дух азарта. Предвкушение. Что-то сладкое, неизвестное, бьющееся где-то под сердцем или даже прямо в нем, пульсируя и переливаясь. Жажда знаний — скажет Хьюи, и будет прав. Как и всегда. Старший брат не бывает не прав (особенно когда не игнорирует правила из Энциклопедии Юных Сурков). Слушать его интересно, слушать его полезно, и Луи заслушивается, отпадает от реальности, теперь внешнего мира больше нет, есть только он, Хьюи, его чарующий голос и куча фактов о цветовой гамме, дальтониках, психологии цвета, куча-куча-куча всего, которая откладывается где-то в голове. — А ещё, между прочим, считается, что зелёный цвет имеет успокаивающие свойства! — совершенно внезапно бросает старший брат, и так многозначительно смотрит на доминирующий цвет одежды младшего. — Красный, кстати, почти у всех ассоциируется с горячими чувствами, например, красные розы всегда значили пылкую любовь. Ну, то есть, считается, что на языке цветов, красные розы — это настоящая страстная любовь! Синий, естественно, холодный, нелюдимый, я даже не знаю, почему мы носим одежду этих цветов, когда, будем честны, психологически совсем не вяжемся с ними. Хьюи потёр руки друг об друга, потом о футболку, засмотрелся на яркий красный цвет этого предмета одежды, а потом снова поднял взгляд на Луи. Зелёный. Хм. — Хотя, тебе зелёный как раз очень подходит, — близнец придвинулся, и поправил Луи капюшон толстовки, которую тот и сам пристальным взглядом изучал, словно там вот-вот появится что-то новее ткани и цвета. — Ну в том смысле, что ты внушаешь доверие людям. И спокойствие. Ну и ты сам же почти всегда такой спокойный, да? Хах. Как-то прям повезло, наверное. Хью хлопнул ладонями по коленками, поднимаясь с насиженного места. — Ну что, я ответил на твою просьбу достаточно, чтобы удовлетворить твой интерес, а? — Ага, — младший тройняшка слегка не ожидал того, что лекция закончится так скоро, — вполне. Спасибо. Интерес удовлетворен с лихвой, и Луи треплет брата по голове, благодаря еще раз, а после падает в кресло неподалеку и начинает переваривать полученную информацию. Хьюи, говорящий про страстную любовь, оксюморон. Он улыбается этой шутке, хихикает, но… Красный выглядит круто, честно. Если бы была возможность — Луи выбрал бы его. Ему бы подошел этот цвет, Луи уверен, но Хьюи он идет больше. Хьюи краснеет, когда Дьюи, подслушавший его монолог, подходит сзади и хлопает по плечу, говоря, что вот кому-кому, а ему красный подходит как никому другому, и Луи согласен с братом. Что же касается его самого — как Хьюи и сказал, зеленый спокойный цвет. Приятный глазу. Он может смотреть на него вечно, и вечно быть счастливым. Своим выбором он доволен, хотя кажется, что выбора-то и не было — что он с самого начала был привязан к этому цвету. И даже в таком раскладе Луи скажет, что он всем доволен.