Танцы на стёклах

      Швецова уснула за партой. Прозвенел звонок, и розоволосая резко подскачила. Встала за партой, аккуратно поправляя волосы. Учитель зашла в класс, посадила детей, а сама принялась отмечать отсутствующих. Закончив с этим делом, учитель вызвала Алёну, чтобы та снова спела что-то для класса. Маленькая девочка садится на стул, гитара на коленях. Голубые, уставшие глаза, с некой пустотой и безразличием смотрели в самый конец класса. В стену. Алена напевала строчки из ещё одной своей песни. «Фотоплёнка забита чувствами, мне придется все удалить. Фотографии — не искусство. Фотографировать — не любить…» Саша продолжала наблюдать за подругой. Она снова притягивала ее своим пением. Словно Швецова колдунья, и читает волшебное заклинание. Розовые волосы лежали на плечах девушки, а пальцы перебрали струны инструмента. «Я поймала все твои родинки. Их теперь не смогу забыть. Фотографии лишь пародия, Фотографировать — не любить…» — спасибо, присаживайся. — сказала учитель, и поставила Швецовой оценку. Алена встаёт со стула, и сделав буквально пару шагов, просто падает на пол. Инструмент с грохотом падает рядом. Гриф ломается напополам. Саша, что есть силы подбежала к подруге, и начала тормошить ее за плечи. — Алена! Алена! Алена ты слышишь меня? Алена! — эхом раздавалось по классу. Врачи уже уносят голубоглазую на носилках, но Саша продолжает повторять имя подруги, уже шепотом, взяв девушку за руку. Машина скорой помощи останавливается у медицинского корпуса. Алёну относят в палату. Сашу останавливают на ресепшене. — девушка, вам к кому? — спокойно спрашивает медсестра. — мне к Швецовой Алёне, ее только что увезли, мне надо знать что с ней. — присаживайтесь, и ожидайте. Как только к ней будет можно, мы вам скажем. Горбачева прождала около двух часов. Все это время, она спала в коридоре. К ней подошёл врач, и слегка толкнув в плечо, произнес: — девушка, можете зайти к Швецовой, палата номер 10. — спасибо. — несмотря на полусонное состояние, Горбачева залетела в палату подруги. — Аленка, что с тобой, что случилось? — тихо начала говорить Саша. — я… я заболела… что-то похожее на бронхит., а с моей астмой, это вообще ужасно. похоже, что я здесь надолго… — медленно, стараясь как можно безболезненно выговорить каждое слова, произносила Швец. — бедная. это из-за меня, это все потому что ты спала на этой холодной кровати. прости, надо было сразу ложиться ко мне, почему я с самого начала этого не предложила… — винила себя темноволосая — Саш… — Алена взяла за руку подругу. — ты ни в чем не виновата. если бы я не пришла к тебе ночью, этого всего могло и не быть. не вини себя, прошу… — Швецова смотрела своими голубыми глазами на подругу. Саша села рядом с Алёной, и холодные подушечки пальцев коснулись горячей руки Швец. — все же, извини, что раньше не предложила лечь ко мне. — Горбачева посмотрела на часы, время на которых означало, что кариеглазой пора идти. — слушай, я пойду, но вечером я обязательно приду. — Саша отправилась обратно на урок, но вечером, как и обещала пришла к подруге. В таком ритме прошло полтора месяца. Саша приносила Алёне задания, играла с ней песни, когда той было легче. Они вместе смотрели на звёзды, читали книги и просто веселились. За это время, девушки успели очень хорошо сдружиться. Очередной вечер. Горбачева заходит в палату к Швецовой, но ее там нет. Саша летит к ресепшену, дабы узнать, что случилось с ее подругой. Она волновалась? Определенно да. Хоть и за такое короткое время, но Алена успела стать ей близким человеком. — скажите пожалуйста, а где Швецова Алена? Ещё вчера она лежала в 10 палате. Ее что, выписали? — нет, девушке стало хуже, и ее забрали родители, уже для обследования и лечения у частного врача. — понятно, спасибо… — сухо ответила Александра. девушка не хотела осознавать, что близкий человек сейчас так далеко. и встретятся они не очень скоро. Алена лежала в своей комнате, наблюдая, как капли дождя стекают по наружной стороне окна. Примерно такое же состояние было сейчас у самой Швецовой. Ей не хочется ничего, кроме как снова сидеть рядом с Сашей, и петь песни, которые они писали сами. Перебирать своими пальчиками струны своей любимой гитары, которой уже давно нет, ведь она сломалась ещё в тот день, когда девушка упала без сознания в классе. Еле как дойдя до синтезатора, Алена присела за инструмент, и пальцы коснулись клавиш. Медленная и тихая мелодия начала заполнять комнату. «Вино и сигареты — это все, что нам осталось. Душить друг друга в ванной и снимать свою усталость… Мой сон — твои объятья, а мой космос — гематома. Впечатай меня в стену, чтобы я осталась…» Горбачева выкуривала очередную сигарету. Она стала часто это делать, никто не запрещает, ведь алены рядом нет. Ее девочка очень далеко. Да, именно «ее». Саша очень привязалась к этой голубоглазой девчушке с нежным голосом. Влюбилась? Время покажет. Убрав руки от инструмента, Алена медленным шагом отправилась к кровати. Грохот. Тело розоволосой падает на пол. Через секунду в комнате был врач и мама девушки, а еле как дышащая Алена лежала в кровати. Ее приводят в чувство с помощью нашатырного спирта. Дав девушке необходимое лекарство, а также насильно покормив ее, мама и врач вышли из комнаты, шепчась о чем-то за дверью. — доктор, почему она так часто падает в обморок? почему она не выздоравливает? это что-то серьезное? — потому что её физическое здоровье замешано здесь только наполовину. здесь также играет роль ее ментальное здоровье. поговорите с ней. может ей станет легче, как морально, так и физически. на ее внутренние переживания тратятся все силы, коих у нее не так уж и много. Алена медленно проваливалась в сон, представляя себе темноволосую. 1:44. Горбачева отложила гитару, и опустошив очередную кружку с чаем, наконец-то ложится спать.