Мелодия

Шаг, шаг, еще шаг... Передвигаться между деревьями было легче, чем в душной, каменной комнате, но не умоляло того факта, что ее движения все еще были заторможены. Она заставляла свое перенапряженное тело двигаться, немного злясь на Пятого и Алекса, что не отходили от нее ни на минуту, готовые подхватить ее в любой момент. В какой-то момент, девушка не выдержала и слезно попросила их, дать ей хоть немного самостоятельности и парни, скрепя зубами, отступили, но все равно периодически дергались, когда она падала. Она не инвалид, просто это стресс. Все пройдет. Это лишь временные трудности... Пятый все таки упросил ее получить уколы от Вани, хоть ей и приходилось, закрывать глаза и утыкаться ему в плечо. Так было не страшно. Так было спокойнее. С ним воспоминания о боли не были громкими и безумно яркими. Потому что без него все было иначе, без него она снова оказывалась на той чертовой кушетке, куча незнакомых рук удерживают ее тело и снова и снова иголки пронзают ее руки. И хочется сжаться, спрятаться и плакать, плакать, плакать. Давай...Все получиться! Это стало ее мантрой, когда она старательно передвигалась по лесу, под строгим взглядом Пятого или заставляла себя подниматься, после падения, под испуганные вздохи Алекса. Даже когда остаток пути она провела на руках Диего, она умоляла себя, не терять присутствие духа. И умоляла сдержать себя, когда увидела каменистый каньон и затерявшийся среди скал двухэтажный, деревянный дом. Потому что он напомнил ей дом родителей. Небольшой, уютный, от него веяло спокойствием. Едва они приблизились к дому, оттуда выпорхнули Клаус и Элисон, и тогда пришло время для долгого приветствия. Сначала оба были шокированы видом Мэл, потом присутствием Доминика, которого после отправили в подвал, чтобы разобраться с ним позже, после приветствие каждого члена семьи и девушка заметила, как Клаус смутился, подходя к Алексу, будто ожидал от его сестры жуткого неодобрения. Для того, чтобы не отреагировать на столь глупое поведение, тоже пришлось сдержаться. Но она искренне обрадовалась горячей ванне, что подготовила для нее Элисон. Хотя бы потому что, это не ледяной душ в маленьких каморках Лаборатории. Номер Три вызвалась помочь ей, но не сдержала шокированного стона, когда увидела, что стало с ее телом и Мэл не сдержала тяжелого вздоха. - Все в порядке, - устало проговорила девушка. Вода была обжигающе горячей, но девушку это только обрадовало. Она стала часто мерзнуть и даже плотные кофты брата не спасали. Элисон помогла ей вымыть волосы, которые стали неоправданно длинными, смыла грязь с костлявой спины и Мэл мысленно благодарила женщину, что та молчит. Ей не нужны жалостливые комментарии или стенания о ее несчастной судьбе, просто молчаливая поддержка и тишина, хоть и в такой большой семье это невозможно. К сожалению, молчание длилось не долго и уже через некоторое время, она услышала виноватый голос. - Мэл? - Элисон присела рядом с ванной и посмотрела на девушку, - Я не знаю, говорил ли тебе Алекс о родителях.. - Я в курсе, - спокойно ответила она, уткнувшись глазами в стену. Женщина потупила взгляд и сделала глубокий вдох, видимо пытаясь что-то сказать, но Мэл ее перебила, - Не извиняйся. Это не твоя вина. И я больше не хочу поднимать эту тему. Элисон кивнула, но в ее глазах все еще плескалось сожаление. После принятой ванны, Мэл попросила чуть укоротить ей волосы и даже умудрилась начать спор, что не обязательно спрашивать мнение Пятого на этот счет. - Всего лишь до плеч, Элисон. Не на лысо же. И его мнения никто не спрашивает. Ваня вернулась за ними через час и хоть удивленно посмотрела на остриженные волосы, от комментариев отказалась. Потом Седьмая уговорила ее плотно пообедать и помогла спуститься вниз, где Мэл заметила большое фортепиано. Ваня аккуратно усадила ее на большой пуфик и пошла на кухню к остальным обитателям этого дома, когда девушка заметила на крышке инструмента небольшое фото. На снимке, около того самого дома, в котором сейчас сидела она, стоял пухлый мужчина с небольшим животом, что торчал из под строгого, черного костюма. У мужчины были теплые, добрые, светлые глаза и каштановые волосы, его улыбку можно было назвать милой и Мэл подумалось, что эта улыбка ей кого-то напоминает. Рядом с мужчиной стояла худосочная блондиночка и обнимала здоровяка, счастливо улыбаясь. Они явно были влюблены, это было видно по их глазам, по тому, как они смотрели друг на друга. Мэл повернула рамку, где заметила надпись: Хейзел и Агнес. Собачий Каньон. 2015. Любовь сильнее воинов. - Приятно познакомиться, дядюшка Хейзел, - тихо прошептала девушка, ставя рамку обратно на место. Почему-то она почувствовала смущение и легкую толику стыда. Этот человек хотел спасти ее, возможно даже пытался ее найти, а она даже не подозревала о его существовании до определенного момента. Ей стало интересно, как бы прошло их знакомство, но ее мозг так и не смог нарисовать ни одного сценария. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, она быстро провела пальцами по пыльным клавишам и проиграла пару мелодий, которые разучила еще в детстве. Девушка не играла много лет, но обрадовалась, когда осознала, что руки все равно помнят, как надо играть. Проигрывая старую мелодию, знакомую с детства, она не заметила, как в большую гостиную заглянул Алекс. - Да это она, - весело проговорил брат, протягивая ей горячую кружку с чаем. Доигрывая последние ноты, девушка с интересом посмотрела на брата, и ее губы невольно растянула улыбка. Ей все еще не верилось, что она имела счастье, снова видеть его. - М? - Твоя мелодия. Я ее где хочешь узнаю, - хмыкнул парень, усаживаясь в большое кресло. Мэл хмыкнула в ответ и застонала от удовольствия, когда сделала глоток любимого напитка. Когда чай был допит, а за окном порядком потемнело, девушка осознала, что полдня не видела Пятого. - Где наш весельчак - затейник? - Он и Диего говорят с парнем, что пришел за тобой, - беззаботно ответил Алекс, аккуратно взяв сестру на руки, - Тебе надо прилечь. Ваня говорит, что тебе надо отдыхать. - Я не устала, - недовольно буркнула Мэл, когда Алекс уже поднялся на второй этаж, - Зачем мне целыми днями отлеживать бока, когда по силам я чувствую, что могу горы свернуть. - Ой ли, - рассмеялся парень, бережно укладывая сестру на кровать, - Тебе надо восстанавливаться, чтобы ноги быстрее заработали. На самом деле, я поговорить с тобой хотел. На счет Клауса. Да и в принципе, Пятый попросил меня тебе все рассказать. Только пообещай, не злиться. Мэл настороженно замерзла, после слов брата и трижды пожалела, что не умеет читать мысли. Парень сел напротив сестры и в его взгляде, она заметила смущение. - Почему я должна злиться? - Ну, - потупив взгляд, ответил Алекс, - В общем, чтобы тебя найти нам пришлось пойти на нестандартные меры и я уговорил Клауса призвать Эмили. Это она тебя нашла. Точнее, она знала, где тебя искать, потому что уже находила тебя, когда это было необходимо. Так она сказала. У вас сильная кровная связь и она нашла тебя меньше, чем за день, когда мы потратили на это больше пяти месяцев. Тишину, что опустилась на комнату, можно было назвать пугающей. Мэл напряженная, словно струна, не отрываясь, смотрела на брата и пыталась совладать с бурей, что поднялась в ее груди. И прежде, чем задать сопутствующий вопрос, ей потребовать более трех минут, чтобы голос звучал ровно. - Эмили? Эмили, которая Грин? Которая моя биологическая мать? - Мэл, мы не знали, что нам делать. Пятый все время был в поисках, его почти никогда не было дома, мы не получали никакой информации. А потом случайно, когда Пятый вернулся у нас с ним завязался диалог, в следствии которого, мы сделали вывод, что можно попробовать этот способ тебя найти. Не знаю, что у тебя в крови, но это тебя прячет. Тебя невозможно отследить. Поэтому тебя Комиссия долго найти не могла, по-крайней мере Эмили так думает... - Думает? - в шоке переспросила девушка, - Она еще здесь?! - Она хотела поговорить с тобой и... - Так, стоп! Алекс, ты сам себя слышишь? - вдруг яростно прошептала девушка, - О чем мне говорить с призраком? Я понимаю, почему ты так поступил, но Клаус? Он ведь боится призраков! Пусть отпустит ее и дело с концом, мне нечего ей сказать. - А ты злишься на призрака, что крайне глупо. Мэл дернула плечом и застонала от бессилия. Алекс угрюмо посмотрел на сестру и нервно вздохнул. Он понимал ее, но ему было необходимо, чтобы Мэл поговорила с Эмили, чтобы с уст матери услышала рассуждения человека, который долгое время жил в Лаборатории. Поэтому он знал, что поступает нечестно, но переступить себя никак не мог. - Не хочешь говорить с Эмили, хорошо. Давай тогда поговорим о родителях. - Нет. - Ладно, позже, но, Мелодия, ты должна с ней поговорить. Если бы на ее месте была мама, то... - Нет! - неожиданно зло прикрикнула девушка, тыкнув пальцем в грудь брата, - Нет, не смей даже близко сравнивать их! Мама абсолютно другой человек! Она бы никогда не родила ребенка, зная, что над ним будут проводить эксперименты! Мама нас всегда оберегала и никогда не давала в обиду. Она никогда бы нас так не подвела. Эмили сделала в точности наоборот! - И получила пулю в лоб, за то что передумала! - спокойно проговорил Алекс, - Она была ребенком, Мэл. Беспечным, безрассудным и одиноким ребенком, которого отдали в Лабораторию, за хорошее вознаграждение. Тебе не обязательно прощать ее или любить, но быть выслушанной она заслужила. Девушка сделала глубокий вздох, чтобы успокоиться. Внутри все сжималось от мысли, что где-то по дому шастает призрак ее матери и у нее снова появилось дикое желание сбежать. Она не хотела говорить с Эмили, не хотела думать о Эмили, мечтала быть никак не связанной с Эмили, но им действительно необходимо поговорить. Все равно от нее не отстанут, пока она этого не сделает. - Блять...Хорошо. Алекс довольно улыбнулся и улегся рядом с сестрой, заботливо приобняв ту за плечи. Медленно проводя рукой по ее волосам, он начал тихо напевать знакомый мотив и пел до тех пор, пока Мэл окончательно не успокоилась. Оставался еще один вопрос, который он хотел обсудить с сестрой и тут ему необходимо было быть максимально осторожным. - На счет Клауса. - М? - Только обещай не злиться. - Господи, ну что там еще? - Я очень долго ждал момента, когда ты снова окажешься в кругу семьи, прежде, чем сделать один очень важный для меня шаг и вот ты здесь и мне кажется, что лучшего момента и быть не может. Завтра в полдень я хочу сделать ему предложение. Мэл резко поднялась со своего места и в ужасе уставилась на брата. - Кому? - Клаусу. - Сделать что? Алекс приподнялся в след за ней и слегка нахмурил брови, пытаясь выглядеть максимально серьезным. - Я люблю Клауса и хочу сделать ему предложение, - парень достал из кармана простое обручальное кольцо и протянул его сестре. Она уставилась на украшение с легким недоумением. - Это папино кольцо. - Ага. - Тебе всего двадцать лет, - проговорила она, смотря как брат кивает в ответ, - Тебе еще рано жениться! Сколько вы вместе? Даже года нет! И мы говорим о Клаусе Харгривзе, который праздную жизнь любит больше, чем...Чем все! А делать предложение с папиным кольцом, считаю, совсем кощунство! - Это называется - традиция. И он практически чист, не считая алкоголя, но все в рамках приличия, - пожал плечами Алекс, - Я слежу за этим. И с учетом всех обстоятельств, не вижу смысла тянуть. У девушки было такое ощущение, будто ее несчастная челюсть отпала и укатилась куда-то далеко, потому что слов она хотела сказать много, но в место этого получилось какое-то несвязное мычание. Шок медленно проходил и в голове снова мелькнула мысль, что она все равно будет на его стороне, потому что всегда так было и будет. Чтобы он не выбрал. Как бы ей не хотелось, чтобы он поступил иначе. - Ты придурок, - тихо прошептала девушка, прикрыв глаза, - Мать ведь говорила тебе, чтобы ты всегда был ответственен, а ты поступаешь безрассудно. - Так ты не против? - Я? - ее брови слегка приподнялись, - Как я могу быть против тебя, кусок идиота? Хочешь положить свою жизнь на алтарь глупости и упрямства? Тогда кто я такая, чтобы тебя останавливать? Но учти, - Мэл серьезно посмотрела на брата, - Если твой женишок заставит меня надеть на твою свадьбу платье с рюшами, я за себя не отвечаю. Ее брат облегченно рассмеялся, прежде чем ее обнять. Он укачивал ее в объятьях, прежде чем громко всхлипнуть и Мэл понимала причину его слез. Она тоже хотела бы, чтоб их родители были на его свадьбе, что их мать с гордостью смотрела на сына, который стоит у алтаря, а еще чтобы там был отец. Отец, с которым ей так и не удалось помириться. И от этого было безумно больно. - Попроси Клауса, чтобы он зашел ко мне, - попросила она брата, когда он засобирался идти на кухню, раздобыть ей еды. Она пыталась правильно подобрать слова для разговора, но почему-то не могла выдавить из себя ни одной умной мысли. Но когда Клаус зашел к ней в комнату, она невольно вздохнула с облегчением. Ей больше не нравилось находиться в одиночестве, даже на небольшой промежуток времени, потому что она сразу чувствовала безотчетный страх, а Клаус это был ходячий разрушитель спокойствия. - Малышка моя, - пропел Четвертый, уваливаясь к ней в кровать, - Ты волосы подстригла? Мне нравиться. - Алекс даже не заметил, - хмыкнула Мэл. - Даже если и заметил, скорей всего тебе не сказал, чтобы не смущать, - довольно проговорил Клаус, - Ты меня из-за Эмили позвала? Я знал, что ты будешь против, но у нас выбора не было... - И из-за нее тоже, - кивнула Мэл, положив голову на плечо Клауса, - Алекс уговорил меня ее выслушать, но для начала мне надо поговорить с тобой наедине. Без всяких призраков. - Мы одни, - пожал плечами Клаус. Мэл на секунду замолчала, пытаясь сообразить с чего начать разговор. Столько всего крутилось в голове, но раз она собралась, надо все сделать быстро и максимально безболезненно, чтобы заняться делами более важными. - Я хотела бы, чтобы ты больше не смущался обнимать при мне Алекса, - серьезно проговорила она, тщательно подбирая слова, - Все прекрасно знают, что вы состоите в отношениях и я не хочу быть той злобной стервой-сестрой, что ставит вам палки в колеса. Я не против ваших отношений. - Правда? - испуганно спросил Клаус, - Просто раньше ты была в этом вопросе крайне категорична. - Хочешь упрекнуть меня в гомофобии? - хмыкнула Мэл, - Нет, это как раз таки меня не смущает. Раньше меня смущал тот факт, что ты юзаешь все что не приколочено, но ты вроде неплохо справляешься с этим. Да и ваша разница в возрасте тоже смущала, но лишь потому что просто думаю Алекс для тебя слишком зрелый, - она улыбнулась, когда Клаус счастливо рассмеялся, - Но сейчас и это меня не волнует. Думаю, что должна тебя отблагодарить за то, что ты был все это время рядом с ним. Даже в самый тяжелый период в его жизни. Поэтому не мне быть противницей того, что между вами там не происходит. Клаус улыбнулся, с благодарностью посмотрев на девушку. - Мне важно было услышать от тебя эти слова. Мы действительно думали, как сказать тебе, что мы живем вместе, как пара и я искренне переживал, как ты отреагируешь на это. Мэл задумалась над своими следующими словами, ведь ей было важно, чтобы он понял, на сколько важно ей было донести до него эту мысль. - Клаус, когда я была там...И думала, что вы все погибли...Единственная моя надежда была о том, что именно ты был с ним там. Потому что я знала, что с тобой ему не было бы страшно. И всегда вспоминая об Алексе, я думала и о тебе. Он любит тебя. Правда любит. Она заметила, как мужчина постарался незаметно стереть слезы со своих щек и нежно улыбнулась ему. Вот все они так. И она не исключение. Лишь бы скрыть свои эмоции. Дурная привычка... - Завтра в полдень, - тихо прошептала девушка, слыша как ее брат поднимается по лестнице, переговариваясь с Пятым, - Надень свою самую лучшую рубашку. - Зачем? - так же шепотом спросил Клаус, поднимаясь с кровати. - Потом спасибо мне скажешь, - быстро подмигнула она мужчине. *** - Она здесь, - проговорил Клаус, смотря в сторону окна. Девушка слегка поежилась, ей показалось, что температура в комнате стала значительно ниже. Но еще большую неловкость она чувствовала из-за того что теперь все кто был в комнате смотрели исключительно на нее и трижды пожалела, что ноги не пришли в норму. - Она говорит, что ты изменилась, - смущенно проговорил Клаус. - Не без помощи твоих лабораторных друзей, - холодно проговорила девушка и сразу же получила легкий толчок в плечо от брата, - Что? Я согласилась ее выслушать, разговаривать и быть вежливой, согласия не было. Пятый хмыкнул и присел рядом с ней и ей сразу же стало легче. Она была благодарна ему за то, что он единственный не настаивал на общении с призраком, да и в принципе был на ее стороне в этом вопросе. После ее возвращения, его отношение ко всему, что связано с Лабораторией стало вполне однозначным. И когда Алекс снова начал напоминать ей о том, что перед ней стоит призрак ее матери и что она должна понимать, что это был выбор не маленькой Эмили, он сразу же встал на сторону Мэл, едва не поругавшись с Алексом. - Она говорит, что ей очень жаль и что ей необходимо твое прощение. Ее брови взлетели вверх, так же, как и уровень ее раздражения. - Всего-то? Да пожалуйста, мне не жалко. Я прощаю тебя, Эмили, можешь упокоиться с миром. - Обязательно быть такой сукой? - недовольно буркнул Алекс. - Эй! - шикнул Пятый. Шипение Клауса привлекло всеобщее внимание. Он раздраженно посмотрел на присутствующих и снова посмотрел в сторону окна. Наверное, слушает Эмили, - подумала девушка и отругала себя за несдержанность. Только благодаря Эмили ее нашли, только благодаря этой глупой девочке, она сейчас находилась рядом со своей семьей, но злость и обида были на столько сильными, что она не могла контролировать свои действия. Эмили согласилась на этот эксперимент, согласилась родить ребенка и отдать его во благо Комиссии, из-за таких, как Грин, Мэл упекли в Лабораторию, убивая многое в ней, как в человеке, из-за таких, как Грин, убили ее родителей, а этого она была не в состоянии простить. - Она говорит, что ее в Лабораторию отдала мать. Ванде предложили хорошее вознаграждение за дочь, - немного с упреком проговорил Клаус, недовольно смотря на Мэл, - Она навещала ее пару раз, когда Эмили носила тебя и та рассказывала, что переехала в Даллас, у ее доктора Ника была информация про это. - Он тоже полагаю еще жив? - спросил Алекс. - Ага, - кивнул Клаус после минутного молчания, - Он живет в Ривер-Оукс, по-крайней мере, так он ей говорил. У него мы можем, взять адрес Ванды и... - Зачем? - холодно спросила Мэл, - Для чего мне нужен адрес человека, которого я никогда не видела и который даже не знает о моем существовании. Тишина. А потом спокойный взгляд Клауса изменился. Он обеспокоенно сначала посмотрел на Мэл, потом снова в сторону окна. - Я не буду ей этого говорить, - неожиданно проговорил он. Алекс непонимающе посмотрел на возлюбленного, когда тот резко помотал головой. Клаус не спешил продолжать разговор, кажется слушая, что ему говорит Эмили. - Что такое Клаус? И снова раздражающая тишина. Мэл даже на секунду пожалела, что не умеет видеть призраков, потому что понимала, как неловко сейчас ее другу слушать, то что не предназначено для его ушей. - Она говорит, что тебе надо поговорить с Вандой, чтобы сцена со шприцем больше не повторилась. Говорит, что ей было больно видеть, что чуть не сделала ее дочь и что она рада, что смогла тебя остановить. Ее словно окатили ледяным душем. Состояние шока было таким сильным, что она буквально одеревенела на глазах. Она слышала, как Пятый что-то спрашивает у нее, видела, как резко к ней поворачивается Алекс, но никак не могла отреагировать. Значит...Это был не сон и не ее галлюцинация. Ее действительно остановили тогда. Держали за руку и просили опустить шприц. Только вот больной разум, подсунул ей образ, который ей был необходим. Она не сошла с ума, просто у нее получилось то, чего она никогда не умела, увидела то чего видеть не должна была. Скорей всего защита ее мозга ослабла на столько, что увидеть потустороннее стало легко...а может она и сама почти была в потустороннем мире... Кто ж теперь разберет. Сквозь шум в ушах, она слышала, как ее зовет Алекс, но она снова оказалась там. В той чертовой комнате. Со шприцем у горла и чей-то тихий шепот звал ее по имени. Картина перед глазами была столь реалистичной, что ее охватила паника. - Мэл... Дрогнув, она обернулась на Пятого. Те же нахмуренные брови, напряженные плечи и поза, будто он готовился к прыжку. И запах. Тот самый, что был ей так не обходим. - Я не хотела, - тихо прошептала она, не отрывая взгляда от парня. Так было проще удержать ускользающую реальность, - Но мне было так больно. Тебя не было. И Алекса не было, а я была совсем одна... - Не оправдывайся, - шепотом ответил он, - Все в порядке. Соберись сейчас, ты мне нужна. Она ему нужна. Мысль об этом успокоила раздраженные нервы. Но картина комнаты все еще стояла перед глазами. Сжав в кулак маленький кулон русалки, она вновь обернулась к Клаусу и только тогда поняла, что ее щеки мокрые от слез. - Где она стоит? Клаус указал на место около окна и ей пришлось повернуться туда. Она тщетно пыталась высмотреть хотя бы намек на силуэт, но у нее не выходило. - Я благодарна тебе за тот день, - сказала она, - Из-за того, что ты остановила меня, я вновь со своей семьей. Но на этом все. Больше я о тебе слышать не хочу. *** Морозный воздух щипал нос и щеки, но она не могла себе отказать в удовольствии смотреть на легкий снегопад. Снег красиво ложился на скалистую местность и она была уверена, что будь ее воля, провела бы здесь остаток своей жизни. Хоть и безумно скучала по зданию Академии. Взволнованный Алекс стоял рядом, периодически то доставал кольцо, то поправлял на ее плечах теплую куртку, которую любезно дала ей Лайла, то беспокойно пинал снег под ногами или же стряхивал снег с ее волос. Он уже почти не злился на ее вчерашнее поведение, так что разговаривать с ним было проще, чем накануне. Даже пытался обсудить с ней все, что они услышали, но Мэл была непреклонна и отказалась обсуждать эту тему со всеми, кроме Ванды, которую она все таки решила "навестить". - Ты слишком нервничаешь, для человека, который решил посветить свою жизнь браку, - безмятежно проговорила Мэл. - А вдруг он откажется? Скажет, что это лишь юношеские порывы...Или как ты там говоришь. - Больше, я боюсь, что он согласиться, - хмыкнула девушка, за что была вознаграждена обиженным взглядом брата, - Ой, ты прекрасно знаешь, что я шучу. Конечно он согласиться. Хочешь, в случае отказа, я его взорву? Алекс лишь в ответ недовольно цокнул и снова достал из кармана кольцо. Он слегка вздрогнул, когда увидел, что кто-то выходит из дома, но тут же разочарованно сник, когда увидел, что это лишь Пятый, который решил принести Мэл согревающий чай. - Ого, мне нравиться прическа. Не хочу тебе об этом говорить, но нам надо потом будет спуститься в подвал и переговорить с Домиником, - хмуро сказал парень, - У него очень много интересной информации, связанной с тобой. Хочу знать твое мнение. - Я только, что вернулась из долгого заточения, - простонала Мэл, - Можно мне просто провести время с семьей? У меня брат без пяти минут жених. В конце концов, ты мне обещал пару месяцев перерыва! - Обещал и сдержу слово, - хмыкнул Пятый, отпивая кофе из кружки, - Но это действительно важная информация. Он услышал, что-то больно походящее на "обманщик" и невольно улыбнулся. Сегодня ее расположение духа было гораздо лучше, чем предыдущим вечером. Он вспомнил ее пустой взгляд, когда Клаус говорил от лица Эмили, то как она сжалась, подтянув к себе колени и он был уверен, она слушала только в благодарность, но не по желанию. Но сегодня, она улыбалась теплым лучам солнца, согревающим ее кожу, Алексу, который явно нервничал напрасно, и ему, Пятому, и он честно мог сказать, что многое бы отдал, чтобы она улыбалась так всегда. Спокойно и безмятежно. - Ал, он идет. Да, сегодня ей было легче, чем вчера. Она улыбалась вместе со всей семьей, что вышли в след за Четвертым и радостно смотрела на Клауса. Ее взволнованный взгляд следил за братом, что приклонив колено, делал предложение возлюбленному и Клаус, одетый в свой лучший костюм, от переизбытка чувств, кивал не в силах произнести хоть слово. Она хлопала вместе со всеми и радостно смеялась, над сопливыми комментариями Лютера. Все смотрели на счастливую пару, а он смотрел только на нее, смотрел и не мог остановить себя, когда она повернулась к нему. - Я люблю тебя, Форест, - прошептал он. В ее взгляде мелькнуло удивление, но потом ее счастливая улыбка стала шире. - И я тебя, Цифра. *** - Мы поменялись местами. Какая ирония, не находишь? Полумрак помещения заставлял напрягать зрение, чтобы разглядеть собеседника. Он, облокотившись о стену, без особого интереса, смотрел на вошедших и Мэл невольно отметила потрепанный вид и хороший фингал под глазом. Глубокий порез украшал его левую руку, как объяснил ей Пятый, это было необходимо, чтобы вытащить жучок, что был у него в суставе. Но не смотря на это, говорил он достаточно бодро. - Мне сказали, что у тебя для меня есть важная информация. Так что излагай быстрей, у меня дел полно. В глазах парня мелькнула обида, будто ее слова его сильно задели, но ей было плевать. Она хотела праздновать наверху, вместе с братом, а не стоять в пыльном подвале и выслушивать человека, который почти пять месяцев, в буквальном смысле, держал ее на цепи. - А я думал, что заслужил, хотя бы толику благодарности. Ведь это благодаря мне, ты смогла сбежать от Марка. Неприятная дрожь пробежала по ее телу. Она и не знала, что даже упоминание о человеке, могут вызвать боль по всему телу и заставить желудок невольно сжаться. Она выгнулась на кушетке и отчаянно застонала, чтобы вопль боли не слетел с ее потресканых губ. Пытка продолжалась уже более трех часов, а он все не останавливался. Даже больше...Ей, показалось, что он возбудился. Вздрогнув, она выплыла из воспоминания, с отвращением посмотрев на Доминика. - Пулю я ему прямо в лоб всадила. Но не думай, что я дура, ты и сам хотел, чтобы он сдох, иначе бы не дал мне пистолет. Парень растянул свои губы в довольной ухмылке. - И все же прими мою благодарность. Он всегда был маминым любимчиком. Ее гордостью. Конечно, я хотел, чтобы он сдох. Потому что, когда я не слушался, в наказание меня отдавали младшему брату в наказание. А он никогда не питал к нам с сестрой нежных чувств. В принципе, как и мать. Ты ради своего брата, готова на все, а мои родственники даже бровью не повели, когда моя сестра пропала без вести. И про меня не вспомнят, будут горевать по Марку... - Вы были кем? - переспросила девушка. - Братьями. Единоутробными. Наша мать Марта Бирс, ты ее видела, она всегда рядом с госпожой Куратором по правую руку стояла. Она отчаянно пыталась вспомнить женщину, что стояла рядом с Куратором, но не помнила ничего, кроме бесконечной злости и пугающей пустоты внутри. А еще боль, которая стала доброй подругой. Рядом с блондинкой находилось много народа, но она почти никогда не смотрела, потому что было противно. - А еще у нас была сестра. Кристина. Ушла на поиски своего парня, но так и не вернулась. Девушка буквально заставила себя не реагировать. Воспоминание пришло быстро и почти безболезненно. — Так ты и есть та самая Мелоди? — нежно спросила девушка? — Я представляла тебя немного по-другому. Меня зовут Кристина и честно скажу, что не рада знакомству. Кажется так она тогда сказала? Она не могла дать точных гарантий, только то что если бы у нее была возможность, что-то исправить, она бы не медлила. Убила бы сама, не задумываясь. - Стоит ли выказывать сочувствие? - холодно спросила она. - Себе оставь, - ухмыльнулся парень в ответ. - Так, что ты от меня хочешь? Парень разочарованно застонал и попытался сесть поудобнее. Она не могла понять забавляет ли его этот разговор или раздражает. - Ты задаешь неправильные вопросы, - неожиданно заявил он, - Ты только, что узнала о моей семье. Неужели, пропустишь это мимо ушей? Мэл неуверенно обернулась на Пятого, который сидел на ступеньках лестницы и словно хищный зверь со злостью смотрел на парня. Заметив движение, он повернул голову на Мэл и пожал плечами. Для него эта информация была лишь мусором и не несла в себе важности. Но, Доминик был уверен, что ей нужна это информация. Кристина была его сестрой, Марк был его братом, но зачем ей нужна его родословная? Тем более, что... И тут словно гром, среди ясного неба... Марта Бирс была их матерью. Кристина была ее дочерью...и у нее были способности... Марк был ее сыном, его способностью было то, что он отлично управлял болью. Умел управлять самой ее сутью. А Доминик был ее первенцем. Значит, все чем пичкали Марту в первую очередь доставалось ему? Но эксперимент же провалился? Поэтому он стал разочарованием матери? - Мне жаль, Доминик, - спокойным голосом проговорила Мэл. Парень склонил голову и с интересом посмотрел на нее. - Это мне жаль, Мелоди. Мне было жаль тебя, с самого начала, - он неожиданно повернулся к Пятому, - Ты заметил? Она почти никогда не берет в расчет детали, - и снова повернулся к Мэл, - Я и мои брат с сестрой всю жизнь прожили в Лаборатории, но мы не могли оттуда уйти, если бы захотели, а дело ведь даже не в жучках. Его довольный взгляд раздражал. Она знала, что с ее кровью, что-то не так и ее не могли найти просто так, ведь тогда бы Комиссия нашла ее уже давно. Но тогда, как... Мэл снова обернулась на Пятого и он кивнул на ее удивленный взгляд. - В доме...Есть предатель? - Динь, динь, динь, динь, динь! - завопил Доминик, - У нас есть победитель! Наконец-то ты начала задавать правильные вопросы. Теперь ты должна подумать кто бы это мог быть. Твой парень сделал одно предположение, но я хочу послушать и твою версию. - Почему нельзя сразу сказать? - раздраженно спросила Мэл. - Ну хотя бы потому что, я и сам не знаю, - хмыкнул в ответ парень, - Я ведь все это время был у себя дома, если ты помнишь. Но сопоставлять детали у меня явно получается лучше, чем у тебя. Хоть твой парень и считает тебя очень умной. Мэл начала вспоминать, что было до того момента, когда загорелось здание Академии. В какой момент, ее могли предать и не могла вспомнить, ничего. Они все всегда были рядом. Никто не отходил от нее ни на шаг, особенно после свадьбы Оливии, ведь тогда Пятый дал им задание, чтобы они начали активную тренировку. Неожиданно образ парня посетил ее голову и она кое о чем вспомнила. Она обернулась на Доминика. - Парень, что навещал меня в Лаборатории. Он ведь мог быть им? Доминик пару раз моргнул, будто пытаясь вспомнить о ком она говорит, но потом снова без интереса откинулся к стене. - Нет. Думаю нет. Этот идиот, не мог даже к нам без особого разрешения попасть. - Вы о ком? - вдруг недовольно спросил Пятый и Мэл зажмурилась, чтобы не видеть, разгневанных глаз. - О, ее там парень навестил один раз, как бишь его... - Дрейк. Это был Дрейк, - тихо проговорила девушка, - Только давай потом это обсудим, ладно? - Дрейк Милз, нашел тебя раньше, чем все мы? Все это время он знал о тебе? А обсуждать мы это будем потом? Охренела, Форест? - Он такой доминант, - хмыкнул Доминик, за что был награжден разозленным взглядом и криком "Заткнись, пока не убил". Она абсолютно забыла о Милзе, совершенно вылетело из головы и ее обещание, кинутое ему в последней встрече. И она действительно, выполнит обещание, но в первую очередь, ей необходимо узнать, кто из семьи ее предал. Пятый стоял рядом, пылая яростью. - Пятый? - Что тебе? - Прекрати. Не злись. Приди в себя, ты мне сейчас очень нужен. Он какое-то время еще смотрел на нее взглядом полной злобы, но чуть позже, когда она мысленно почти досчитала до тридцати, парень склонил голову. - Мы обсудим это позже, - Она быстро кивнула, - Ты расскажешь мне во всех деталях, как проходила ваша встреча, - Снова кивок, - И больше никогда не... - Пятый! Хватит. Доминик все это время с интересом наблюдал за ними и Мэл почувствовала себя неуютно под его пытливым взглядом. "Будто экспериментальные крысы" - раздраженно подумала она. - Я думаю, это Лайла, - тихо прошептал Пятый и девушка с ужасом посмотрела на него, - В день, когда мы с тобой проверяли твои силы, она сказала, что прячется от матери, но без каких-либо колебаний, она отправилась в Лабораторию, чтобы достать нам униформу и все прошло крайне успешно. - Униформу нам дают, только по специальным талонам, - вставил довольный Доминик. - Да, - раздраженно продолжил Пятый, - Далее, она то появлялась, то исчезала в доме, и не известно что и кому доносила. Она в первый же день знакомства, говорила тебе, что они были подругами с твоей матерью... - Но вчера, когда Эмили была со мной, так и не пришла, - тихо продолжила девушка, - Потому что Эмили могла нам сказать, то что видит...Ведь призраки не лгут.