Дневник благородного альтмера с Синих Гор

      День одиннадцатый

      Вчера приходил Фаренгар, знатно с ним погудели. В бухом угаре он "по секрету" мне сообщил, что здесь недалеко есть затопленная башня. Сейчас это место зовётся Глубины Илиналты. И внутри эта Илиналта не такая уж и затопленная. С какого-то перепугу у Фаренгара руки чесались пойти в эти Глубины и всыпать их обитателям по первое число. Пришлось забияку тормозить: на ногах он еле стоял. Я сделал себе заметку на будущее, буду в тех краях — загляну.       После попойки проспался и на следующий день принялся сводить де́бет с кре́дитом. Сводится туго. Из необходимых пяти с хвостом тысяч септимов у меня в кармане звенели аж целых семь сотен. Всю мою выручку с проданного богатства я благополучно спустил в Вайтране в "Котелке Аркадии" на покупку синих зелий. И их же все попил, пока дракона с Айрилет гамселил.       И как-то чисто механически (заедая поганый привкус утреннего перегара капустно-луковым салатиком) я подумал: а из чего делаются все те зелья, что я литрами во время боя заглатываю? Помнится, Геральт тысячу раз предупреждал, что его эликсиры простому человеку пить нельзя. Самым безопасным у него оказалась Белая Чайка. Я раз попробовал. Оказалось, знатная водяра, ещё и галлюциногенная слегка. А если остальные зелья ещё сильнее — то можно только представлять, из какого яда оно там намешано. Здесь та же песня, подозреваю. А печень садить не хочется.       В итоге Фаренгар оказался прав: мне надо приводить свою магическую силу в порядок. А значит, вступления в Коллегию мне не избежать. По сему, Высокий Хротгар всё же подождёт.       Но перед этим я куплю дом в Вайтране. Ибо я так решил.       (Далее записи похожи не на дневник, а на заметки в ежедневнике. И те порядком почёрканные. Так что представляю текст, максимально схожий с оригиналом. (прим. Автор))       — д. 12. — вернуть Армену фамильный меч. — Парные башни Валтейм, вынес банду разбойников. — бал. 1,1к сеп. Лучше машу местным одноручным оружием (?) - (зачёркнуто).       — д. 13. — Авениччи. — заказ на ш. Чистые Родники. — Бивень для Изольды. — Вынес банду разбойников. В шахте обнаружились браконьеры. — Теперь торгуюсь лучше. — бал. 1,2к сеп + торг. — Нашёл в городе Небесную Кузницу, Йорлунд - мужик! — Том "Трансмутации" — просто нечто! - (зачёркнуто).       — д. 15. — Обследую окрестности. Видел мамонтов. Обалдел. К великанам лезть не стал.— п. Логово Плута. Внутри какие-то паршивые dh'oine. — А пещерка-то немаленькая! — бал. 2,7к сеп. - (зачёркнуто).       — д. 16. — Поспал, подумал, пошел в город. Попросился заточить меч в кузницу Арианы. Она, кстати, дочь милашки Провентуса (кто бы мог подумать). Там же встретил неких интересных личностей, по колориту смахивающих на зеррикан. Тут они звались алик'рцы. И стража их явно не невзлюбила, не пускала дальше ворот. Искали эти южане (если родина алик'рцев именно на юге) некую женщину их рода, которая затаилась в Вайтране. Говорили, что она редгардка. — Судя по её же реакции, нужная редгардка работает у Хульды. Эта дура с ходу чуть мне руку не отпанахала! Что ж, опираясь на личный опыт, скажу: невиновные так себя не ведут. Слышал, южане расположились в Рорикстеде? Хм... А мне заплатят за находку? — Кемату был крайне рад увидеть беглянку. Её ждёт суд в Хаммерфелле за предательство и шпионаж на Доминион и Талмор. А я разбогател на полтысячи септимов разом. - (лениво и криво зачёркнуто).       — д 17. — Похоже, заболел. Руки трясутся, как у старика. Один из стражников сказал, что я выгляжу хуже, чем он себя чувствует. Обидно. Целый день искал способ вылечиться. Нашёл бесплатный. Оказывается, здесь в ходу весьма "прогрессивный" метод лечения. Надо помолиться в чьём-нибудь храме. Божеств-то Девять, так что выбор ошеломляюще велик. Преклонил колено пред алтарём в храме Даники. Как ни странно, помогло. По такому случаю решил сегодня побездельничать. Пришёл домой и завалился спать. - (оставлено).       — д. 18. — Кажется, я спас человека. Да, сам до сих пор в шоке.       Вот сижу сейчас и пытаюсь понять, почему этот поступок не идёт у меня из головы. Ладно, об этом подробнее. Это произошло относительно рано утром, я как раз проходил мимо чьей-то фермы, когда на тракте заметил повозку с разбитым колесом. И всё бы ничего, если бы не два момента: на повозке лежал один-единственный габаритный и явно тяжёлый ящик. А рядом с разбитым колесом сокрушался шут. Самый что ни на есть натуральный: в цветастом трико, смешных носатых сапогах и колпаке с двумя мягкими верхами-рожками. Правда, традиционные бубенцы на колпаке отсутствовали. Шут суетился, скакал и охал так, будто поломка на дороге — это трагедия вселенских масштабов. Оказалось, что ряженого звали Цицерон, на возу лежит его маменька (да будет земля ей пухом). А там, чуть в гору, у дороги стоит ферма милсдаря Ванция Лорея с женой. И этот Лорей, имея инструменты, отказывается помогать несчастному Цицерону. Так вот, шут обещал вознаграждение, если я уговорю этого Лорея починить колесо. Повозка вновь будет на ходу, Цицерон увезёт свою мамочку и перестанет донимать фермера, а я получу свои септимы. И все довольны! И делов-то — всего-то уговорить мужика помахать стамеской.       Ну, в общем, пошёл я на ферму. Разговорился с милсдарем. Они с женой живут счастливо и мирно, поклоняются некоей Маре, в любви друг к другу живут и в гармонии с окружающими. Ага, почти со всеми. Стоило мне упомянуть при Ванции о шуте, тот стразу ощетинился.       — Только посмотри на него! Он совсем свихнулся. Шут? Тут, в Скайриме? Тут скоморохов не бывало уже лет сто! И он везёт огроменный ящик. Говорит, что это гроб, и он хочет похоронить свою мать. Мать-перемать. У него там что угодно может быть. Оружие. Контрабанда. Скума. Не хочу я в это дело ввязываться. По этой дороге ездит стражник. Довольно часто проезжает. Можешь ему рассказать про дурака. Хоть так я от него избавлюсь. Достал уже у меня под окнами стонать. Что скажешь?       — А вдруг нет? А вдруг он реально мать свою хоронить везёт? И нечего будет стражнику предложить, кроме паскудных домыслов и голого кукиша, а? — Вворачиваю в ответ. — Что дурак, оно, может, и так. Лопочет он и вправду не всегда к месту. Но в целом он тебя не просит сделать что-то невозможное. Ты же можешь починить колесо? Можешь. И тогда ты сам решишь свою проблему. Этот ряженый уедет своей дорогой и таки оставит тебя в покое. Как ты и хочешь. Что ты скажешь на это?       Ничего на это не сказал Ванций. Только согласился, что повёл себя не по людски. Поблагодарил меня, взял инструменты, поцеловал жену и пошел смотреть поломку.       Надо было видеть радость Цицерона, когда он заприметил ящик в руках фермера. Разве что из штанов своих не выпрыгивал. Вручил мне увесистый кошель, щедро рассыпался в благодарностях и клялся, что век не забудет доброй услуги. Ванций же в это время ругался, пытаясь собрать куски колеса в кучу. Но это уже меня не касалось. Я развернулся в сторону города и пошел, довольно тряся нечаянным заработком в кожаном кисете. Позже посчитал: разбогател я аж на четыреста пятьдесят септимов. Неплохо. Можно было и выпить.       В "Гарцующей кобыле" взял пива и вышел на улицу. Укрылся от солнца под навесом лавки Белетора, местного торговца всякой всячиной. Там же торчал стражник, вечно бдящий порядок на торговой площади. Ну, я по доброте душевной и рассказал ему о странном происшествии на тракте. Честное слово, никогда не думал, что так напугаю стража порядка: у того, кажется, аж доспех разом потускнел.       — Напомни-ка, где ты этого шута видел?       — Эм-м... У Лореевой фермы, на дороге. А что?       — Фермер Ванций жив?       — Да. Собирал разбитое колесо. Матерился, хотел идти домой за ободом. Цицерона же пытался напрячь костром, чтобы разогреть смолу... В общем, дело там кипело. А что, что-то не так?       Но стражник меня уже не слушал. Проходящий мимо патруль он экстренно направил проверить ферму и прочесать окрестности.       — Увидишь ещё раз в Тамриэле шута — беги оттуда что есть духу. — Тем же следом получил я инструкцию. — Здесь эти ряженые ничего хорошего никому не сулят. А трупы после них убирать не охота.       — Трупы? Это шутка такая?       — Смешная до коликов. Серьёзно, не знаю как в твоих краях, но в Тамриэле скоморохов боятся. Не будь я в курсе, что ты тан-чужеземец, я бы тебя точно патрулю Стендарра сдал. Вдруг ты из этих... поклонников Шеогората, в общем. Бешеный какой. Встретить шута и уйти от него живым. Да ещё и с его деньгами... Давно я таких сказок не слышал! Больше никому об этом не рассказывай, понял?       Вот теперь сижу я и думаю: то ли это я не умею делать добрые дела, то ли мне попросту везёт на всякие странности.       Когда пошел относить кружку, получил от Хульды новости. В славном городе Рифтене проживает некий скульптор лиц. При желании и звонкой монете он может из любой образины сделать писанного красавца. Вот это уже действительно сказка! Я не поверил. Но вдруг буду в Рифтене...       А ещё Хульда упомянула Виндхельм. Нет, не в плане порта и поездки в дальние края. В этом городке проживает ныне знаменитый на весь Тамриэль мальчик. Авентус Аретино. Сиротку так достало проживание в детдоме, что он сбежал. И зачем-то призвал какое-то Тёмное Братство. Да призвал так, что об этом теперь знает весь Скайрим. Ну, призыв всяких чудиков — дело откровенно не моё, но буду в Виндхельме — разберусь. В конце концов, за это могут заплатить.