Дневник благородного альтмера с Синих Гор

Девятнадцатый день Начала морозов

      Сразу по приезду в Виндхельм стражник у ворот вместо приветствия посоветовал мне пройти в местную таверну. Меня-де на днях искали.       Я грешным делом подумал, что это опять Лидия в истериках начала терроризировать помощника Белетора, отправила парня за тридевять земель с гневным бестолковым письмом. Но нет, гонец был из Коллегии, от моего одногруппника Онмунда. Оказывается, я пропустил Праздник ведьм. Он в Тамриэле отмечается каждый тринадцатый день этого месяца. Молодой норд рассказывал в письме, как много народу было в этот день в Коллегии. Его лично назначили помогать Финису Гестору, мастеру-призывателю. Онмунд жаловался, что с "преподом" было скучно. Норд больше завидовал Бренлине Марион, которая целый день помогала Сергию Турриану зачаровывать оружие. Скука развеялась, когда вечером Финис с немногочисленными друзьями, прибывшими в Коллегию, позвал его в Мидден.       Про Мидден я знал. Это весьма запутанная, многоэтажная подземная тюрьма под Коллегией. Раньше, по крайней мере, была таковой. Позже (как я понял) местных заключённых члены Гильдии магов (смотри учёные, преподаватели, а может, и сами ученики магической альма матер) использовали в своих экспериментах. Последствия не заставили долго ждать — по коридорам бывших казематов теперь часто можно встретить ходячих скелетов и драугров. И это не считая иной нечисти, которая шляется в лабиринте Миддена.       Но вот Онмунд писал про другое. Оказывается, помимо тюрьмы под Коллегией схоронена реликвия куда более опасная, чем оживший вооружённый мертвец. Мастер Гестор повёл группу в зал, где в центре на постаменте находилась то ли перчатка, то ли рука существа явно не из этого мира. На этом моменте я откровенно поржал. Вспомнил, как Геральт начинал шипеть и материться, поминая лихом порталы, телепорты и колдушек из Аретузы. Даже парочку его знакомых. А ещё вспомнил покромсанные магией тела и оторванные конечности, в частности, у монстров. Так молодые маги упражнений ради на практике учились расправляться с противниками. Это уже я наблюдал в рядах бригады Врихедд лично.       В письме же Онмунда обошлось без крови. Оказывается, мастер Гестор со товарищи ходит к этой деснице, аки... бесопоклонник (назовём это так). И каждый Праздник ведьм они с друзьями-однодумцами приходят к этой перчатке провести что-то вроде шабаша. Ни черта толкового, естественно, не произошло: грамотеи постояли в кружке, покамлали, побили поклоны. Перчатка на их камлания не отреагировала. Посему, выполнив всю необходимую акробатику, кружок угомонился и пошёл в город квасить. Ясное дело, Онмунда с собой не позвали. Спасибо, хоть из подземелья вывели. Но пресловутая перчатка ныне снится молодому норду в кошмарах.       Изюминку к истории Онмунд добавил как мог: перчатка-де, по его домыслам, однозначно принадлежала какому-то даэдра. Или даэдре, я толком не разобрал, почерк у мага тот ещё. Если бы мне это о чём-то говорило... В общем, намёк понятен: буду в Коллегии — разберусь.       Но вот хладный град Виндхельм меня откровенно задел за живое. Стоило оказаться на главной площади города, как я узрел пренеприятнейшую картину. Огорчился безумно: двое "досточтимых" представителей человеческого общества открыто оскорбляли данмерку. И всем было плевать. Ну, почти всем...       — А скажите-ка, любезные, с какого перепугу пропоица и нищеброд сквернословят и орут на даму посреди улицы? Она шпионка, говоришь? Докажи.       Крикун лишь медленно развернулся в мою сторону и попытался сфокусировать нетрезвый взгляд на моём лице.       — Оп-па, а кто это у нас тут? Защитничек нарисовался? Гляди-ка, тоже ушастый! Ха! И почему я не удивляюсь, а? Ворон же ворону, как говорят... Или вы с ней в другие игры играете? С таких как вы станется, уши-то одной длины, даром, что цвет морды разный... Так что, она у тебя каждый день ночует, или по графику, а, ушастый?       Женщина покраснела и спрятала лицо в ладонях. Оборванец, что сопровождал пьяного "умника", гортанно заржал и начал выкрикивать на всю улицу оскорбительное "серая шалава". А я начал-было творить рукой пасы для огненного шара, но передумал. Стражник, наблюдавший всю сцену от начала до конца, поправил меч у себя на поясе. Ненавязчиво так поправил, чтоб я специально увидел. Женщина в слезах убежала прочь (как я потом узнал, в сторону городского рынка), а расисты, горланя брань в две глотки, отправились гулять по улицам. Через время маршрут уточнился: два урода направились оскорблять аргонеан в доках.       От того же стражника узнал, что пострадавшая данмерка, Суварис Атерон, проживает с двумя братьями в Квартале Серых. Как, собственно и все тёмные эльфы в городе. Уродов же зовут Рольф Каменный Кулак и Ангренор Награждённый. Эти два ушлёпка создавали проблему городу в целом: их пьяные крики по ночам на деле выводят из себя не только меров. Сами же тёмные эльфы проживают в Виндхельме не от хорошей жизни. Родной Морровинд они вынужденно променяли на холодный город после извержения Красной Горы в начале этого века. Нынешний же ярл Виндхельма, Ульфрик Буревестник, слишком занят войной с Талмором и Империей, чтобы реагировать на подобные "мелочи". Его больше интересует сторона Вайтрана в политическом конфликте, нежели благополучие целого квартала в собственном городе. Тем временем тот самый Рольф — родной брат военачальника Ульфрика, Галмара. Непонятно, правда, отношение между братьями. Один считается доверенным лицом Ульфрика, второй облизывает кружки по трактирам. Но дёргать сонного медведя за лапу всё же не стоит. Неизвестно, что учинит Галмар, тронь кто-нибудь его бестолкового братца. Так что городская стража просто наблюдает цирк со стороны и старается не допускать откровенных мордобоев и поножовщины на улицах Виндхельма. Осаждать стены столицы Скайрима никто не хочет.       Что-то мне это напоминало. Пока я испытывал один приступ дежавю за другим, к воротному подошёл ещё один страж и зашептал новости. Как он ни старался, но я уловил два слова: "труп" и "опять".       — Что, неприятности?       — А? Чт... Да. Произошло очередное убийство. Молодую девушку зарезали. Да, у нас тут маньяк орудует в добавок ко всему. Хочешь подробностей — иди на городское кладбище, там это и случилось.       Хм... А Виндхельм, оказывается, интересный городок! Ублюдки, данмеры, маньяки, убийства... В роли детектива я ещё не был. Эх, мне бы сейчас Геральтов медальон... Как он с ним творил всякие чудеса по дороге в Лок Муинне!.. Ну да ладно, хотеть не вредно. Обойдусь и так.

***

      Дом знаменитого Авентуса Аретино нашёл без труда. Жители по городу ходили спокойно и размеренно. А возле его особняка всяк, даже нищий, ускорял шаг. Дверь замкнута на замок. Впрочем, когда меня это останавливало?       Когда я уже внутри поднимался на цыпочках по ступенькам, то услышал тихое постукивание кинжала об половицы и монотонное бормотание мальчишеского голоса.       — Милосердная Матушка, пошли мне свое дитя, ибо грехи недостойных должны быть омыты в крови и страхе...       Голос был уже чуть охрипший, мальчик "молился" достаточно долго.       Стоило мне показаться в дверном проёме комнаты, как тот, кого звали Авентус, прервал бормотание и радостно закричал:       — Наконец-то! Мои молитвы услышаны!       Я окинул глазами прославившегося на весь Скайрим пацанёнка. Обычный мальчик десяти лет, большие карие глаза, короткие русые волосы торчком, тощенький, костлявый. Как и большинство мелких шалопаев, бегающих по улицам здешних городов. В Вайтране шайка таких вот беззаботных барбосов пару раз меня чуть с ног не свалила. А этот спокойно стоит над скелетом человека. И держит в руках нож. Которым минуту назад тыкал в измочаленный кусок мяса, раньше бывшим человеческим сердцем. Именно этим, похоже, и занимался ребёнок, когда я вошёл в дом... Неужели всё необходимое для обряда малец собрал сам?       — С тобой всё нормально?       — Получилось! Я знал, что вы придёте, я знал! Я творил Чёрное таинство, снова и снова. С телом... и со всем остальным. И вы пришли! Ассасины из Тёмного Братства!       "Кто? Откуда??? Постойте, этот мелкий ВЫЗЫВАЛ тех ребят, что недавно меня на ноль умножить хотели? А так можно вообще? D'bloede maere, se'essea en beag'anwer...       А библиотечная зелень не врала. Странно... Все таверны в курсе, а братство не чешется? Хм... Если Ураг говорил именно об этом..."       Я продолжал молча таращиться на пацана, стараясь сделать лицо более грозным. Блин, никак не привыкну к новой физии. Всё вспоминается старая одноглазая и перекошенная. Там даже напрягаться не надо было...       — Я так долго ждал! Но теперь Тёмное Братство здесь. И вы примете мой контракт.       — Контракт? "Оп-па, стоять, я что, кого-то грохнуть должен? На заказ? Я такие поручения разве что при нильфах во Врихедде получал... Но то была война! А чтобы так, на ровном месте, от какой-то сопли? Эм... Звезда в шоке."       — Моя мама, она... она умерла, — начал давить на жалость малец. — И теперь я совсем один. И они меня отправили в тот ужасный приют в Рифтене. Благородный. Начальница там — злая, жестокая женщина. Зовут её Грелод Добрая. Но она совсем не добрая. Она ужасная. Со всеми нами.       "Разумеется, — думаю, — любая женщина покажется тебе злобной фурией в сравнении с твоей покойной матушкой, как же. Но ведь это не повод для найма убийц! Тем более, таким... экзотическим способом." Но пацан всё не унимался:       — Я убежал, пришёл домой. Я творил Чёрное таинство — и вы пришли! И теперь убьёте Грелод Добрую!       — А как же детишки там, в Рифтене? — (вроде так город назывался, да? Я ведь правильно расслышал?) — Их-то ты оставил на расправу Грелод. Хорошо подумал?       — Поэтому вам и надо спешить! — Искренне лучились глазёнки Авентуса. — Мне тут одиноко, честно говоря. Я ненавижу тот приют, правда. Но у меня там друзья. И я по ним скучаю. И хочу защитить...       Глаза мальчонки начали наполняться слезами. Хоть он и крепился как мог в глазах "наёмника", всё же предательски зашмыгал сопливым носом. Вот холера! Эхом в голове пронеслось наставление библиотечной зелени: "...если опередишь их с заказом пацанёнка — возможно, повторяю, ВОЗМОЖНО, с тобой захотят поговорить, не убивая." Ну что ж, заказ я забрал. Похоже, мне пора ехать в Рифтен. Или у меня есть варианты?

***

      — А ну стоять! Сюда нельзя! — Тормознул меня стражник ещё на ступеньках у входа на местный погост. Странно, кстати, что он открыто располагается в городе. Так себе изюминка, как по мне. Обычно в городах достаточно храма некоего Аркея с его подземными усыпальницами. Местная жричка этого самого божества, кстати, уже была тут как тут. А то, их рыжую монашескую рясу за версту видать. И вряд ли кто её наденет просто так, покрасоваться.       — Что тут произошло?       — Ещё одну девушку убили. Сусанну, из "Очага и Свечи". Всего пару дней назад она мне выпивку приносила... Ну, в общем, на этом и всё наше знакомство.       — Ты сказал, что случай не первый, так?       — Точно, — кивнул шлемом страж, — Сусанна уже третья. Всегда одно и то же: молодая девушка, убита ночью, тело разорвано в клочья. А у нас война, почти всех людей забрали. Печально признавать, но мы и так еле справляемся, нам попросту некогда.       — Помощь нужна? — Вижу, что нужна, аж пищит. Молодого парня шлем не скроет. Ему бы не караулы на погосте нести, а девок в трактире на коленках греть... Хоть бы и такую, как эта Сусанна...       — ...Поспрашивай зевак, может, они что и видели. Я тело осмотрю, пока до него крысы не добрались.       Я усмехнулся про себя. Кто там будет тело осматривать... Бедолагу аж мутит от одного взгляда на труп. Будет рад, поди, когда аркеева жричка заберёт покойницу в свои пенаты.       Естественно, допрос ничего не дал: в нужный момент все как обычно смотрели не туда. Жричка, кстати, реабилитировалась, приметила, что кошель девицы не тронули. А значит, это не случайность при ограблении. Про себя я отметил, что жертва — нордка. Так что и крикуны тут не при чём. Стражник же упорно тупил, вертел головой и старался сотворить чудо: осмотреть тело, на него не глядя.       — Слушай, я действительно могу помочь с расследованием. Дело не безнадёжное, можно разобраться и прекратить резню...       Наверное, я этим предложением честь его мундира задел. Служивий напрягся.       — Если думаешь, что справишься лучше, чем легион стражников — вперёд, действуй. С Йорлейфом только сначала поговори. Пусть даст тебе полномочия. А то ведь нельзя, чтоб каждый дурень к людям приставал под видом расследования. Если он разрешит, тогда и поговорим.       В общем, Йорлейф (местный аналог вайтрановского Авениччи) был гораздо общительнее. Стоило мне заикнуться о желании примерить роль местного Марлоу, как управляющий сразу выдал мне карт-бланш. Чем я позже и похвастался своему кладбищенскому знакомцу.       — Что ж... Хелгрид унесла тело в Зал мёртвых, чтобы подготовить к погребению. Она у нас немного сумасшедшая, но с покойниками лучше неё никто не справляется.       Что ж, это было предсказуемо. Понял, принял, не дурак.       Не вдаваясь в подробности, скажу лишь, что не зря я бегал по катакомбам Зала мёртвых в поисках этой Хелгрид. Наблюдательная жричка озвучила то, что я подозревал с самого начала: тело растерзали целенаправленно, имитируя поведение чего-то крупного и дикого. На деле девушку умертвили и выпотрошили такими же инструментами, какими орудует сама жричка. Ну, пожалуй, её интерес в этом деле я проигнорирую как абсолютно абсурдную версию. Она хоть и разговаривает с трупами, но никому этим не вредит. А вот кровавые пятна, ведущие двумя дорожками от могилки, меня заинтриговали. Одна из них предсказуемо вела в Зал мёртвых. А вторая куда?       Идти по такому следу можно было и без хвалёного ведьмачьего чутья. Дорожка привела к порогу закрытого дома. Добротный такой домина, в респектабельном квартале Виндхельма, стража улицу исправно патрулирует. Если на девушку напали тут, странно, как никто ничего не заметил?       Что ж, как я позже узнал, домина тот звался Хьёрим. И будь я проклят, если скажу, что взлом этого поместья мне дался легко! Руки после ещё полночи тряслись. Я уж грешным делом подумал, что опять какую-то болячку подхватил. Долго на меня Хелгрид таращилась, пока я пред алтарём Аркея поклоны бил... Правда, был я при этом хорошо укушанный, но то уже детали.       Ну да ладно, взлом Хьёрима и его дальнейший обыск выявили ещё более пугающую истину: убийства случайными не были. Фальш-панель в одном из шкафов скрывала комнату с каким-то полуготовым ритуалом. И раскиданные черепа с костями ясно давали понять: феечек с единорогами сюда не приглашали. В довесок к этому на полке одной из тумб я нашарил ещё одну любопытную улику. Под стопкой листовок о Мяснике я нашёл кулон. На длинном толстом шнуре с серебряными вставками закреплён малахитовый череп, который обвивает неравной восьмёркой серебряный змей, кусающий свой хвост. Вещица броская, если бы я где-то такую встретил — запомнил бы наверняка. Хм... Мне бы показать этот кулон кому-то из магов... Уж пусть такие окажутся здесь, в Виндхельме. Как же неохота ехать за советом в Коллегию!       На этой оптимистической ноте я благополучно вышел из Хьёрима, чуть не нарвался на ночного стража, пожелал ему доброго здоровья и направил стопы свои в сторону Квартала серых. План был прост: найти там таверну и провести внутри остаток суток. Оную не нашёл, зато ввалился в питейную с гордым названием: клуб "Новый Гнисис". Вечер в клубе мне скрасили оба братца милсдарыни Суварис, Авал и Фарил Атероны. Неплохие ребята, я так скажу. Авал, правда, немного раздражал. Целый вечер плакался на трудности с отъездом на какой-то Солстейм. На пару с Фарилом по такому случаю затеяли игру "отправь Авала баиньки". Сопротивлялась жертва недолго. Вот только Фарил меня постоянно подкалывал насчёт нетвёрдой руки. А хозяин клуба весь вечер бурчал на нас из-за разлитого мёда... Ну я ж не специально, чес'слово!

Двадцатый день Начала морозов

      Рано по утру чувствую себя препаскудно. Ох и шельма же этот Фарил... Ему бы Ярпена в собутыльники... А мне надо тут маньяка ловить! В общем, расследование продвигалось и набирало обороты. Как тут весь мой прогресс чуть не похерился. И виной тому — женщина и сплетни. А нет бы стать посреди улочки, вдохнуть морозцу да подумать...       Знаете такую милсдарыню, как Виола Джордано? Нет? И хорошо. Я вот имел удовольствие с ней пообщаться. И скажу так: у этой dh'oine сердце льва и мозги курицы. Те самые листовки, что я нарыл в Хьёриме — её рук дело. И в этом надо отдать женщине должное: это больше, чем сделал кто-либо из местных жителей для того, чтобы провести расследование. Но в остальном эта beanna своими подозрениями может довести здравомыслящего до ручки. Уже потом я узнал, что она — ведущая сплетница города. А поначалу я воспринял её слова за чистую монету. "Монета" же была такова, что Мясник — это никто иной, как придворный маг Ульфрика, Вунферт Неживой. "Ну он же "Неживой", у него прозвище какое говорящее! А ты нашёл в доме кости и... и... обряд там хотели сделать. А ну как подобными гадостями Неживой втайне от Ульфрика и занимается?". Железная логика, согласен. Учитывая, что самого милсдаря Неживого я в глаза ещё не видел, ага.       Ну да ладно, чуйка моя молчала, голова болела исключительно с перепою, никакие оплошности из обозримого будущего мне дули не тыкали — поэтому я продолжил "великое дело Марлоу" дальше. Прогулявшись по площади мимо "Очага и Свечи", я подумал, что неплохо было бы заглянуть к одному из свидетелей, ранее мною допрошенных. Он по совместительству владел местным музеем и с виду вызывал доверие. Звали его Каликсто Корриум.       Личностей, подобных ему, я знал чуть с другой стороны. И искренне надеялся, что в этот раз ошибусь.       — Пришли глянуть на суповую ложку Исграмора? Или заскочили погреться? — Заулыбался имперец, стоило мне закрыть за собой двери.       — Да уж, — решил отшутиться я, — неуютно тут у вас. Ветер со стороны доков продирает до костей.       — Точно, — ещё шире улыбнулся хозяин музея, — к нашим ветрам после Саммерсета надо привыкнуть. Хотя, наверное, Саммерсет для вас — родина лишь формальная. Спальник привычнее кровати?       — А так заметно? — Что-то чуйка моя начинает подавать до неприличия явные признаки жизни. А я так надеялся... Улыбка собирателя диковинок стала ещё шире.       — А что за ложка? — Решил я подыграть.       — Вон там, на столе, возле фонаря лежит. Да, можно взять в руки, — включил режим гида Каликсто.       Я был в недоумении. Ибо во все глаза таращился на обыкновенную вилку.       — Я знаю, о чём вы сейчас подумали — это же вилка, а не ложка. — "О как! Значит, я не один такой. А то я уже грешить на клубную выпивку начал." — Никто не может есть суп вилкой. Ха! Вы ещё не знаете, на что был способен Исграмор!       Люди не меняются. Только не такие. В любом из миров, худшем ли, лучшем ли обязательно найдутся подобные любители наживы. Попросту говоря, hav'caaren.       — Слушай, тут такое дело... Ко мне в руки не так давно попала одна безделица. Вещица видная, скажу честно. Да вот только что за штука — не в курсе. Может, в твоём музее ей место найдётся? Глянешь? — И протягиваю имперцу тот самый кулон.       — Хм... Хм-м-м... Да, это определённо он. Камень Колеса, древний символ власти в Виндхельме. По традиции его носит придворный маг. Я бы с радостью его приобрёл. Но при условии, что ты действительно хочешь от него избавиться. Я дам тебе за него... скажем, пятьсот золотых.       Чуйка моя истерически хихикала, надрывая живот. Я осмотрелся, внимательно прошёлся взглядом по полкам стеллажей. В голове созрел вопрос: а все ли здешние экспонаты попали в музей... официально? Сказки баить всяк гаразд, да веры тем словам...       — Может, я сначала отнесу этот амулет придворному магу?       — Вунферту? — Встрепенулся Каликсто. — Ещё чего! Это чисто церемониальная вещь, она для другого не нужна. Кроме того, я бы на твоём месте постарался с ним не общаться. У меня от него мурашки по коже. Говорят, что он погряз в некромантии.       Ударили по рукам, имперец скрупулёзно отсчитал монеты и вручил мне кошель. В который раз испытав приступ дежавю, я поспешно покинул музей.       После всего услышанного лучшей из моих идей было навестить Вунферта в холодных покоях Ульфрика. Он же по городу бегает и девушек на ремни пускает (по мнению милсдарыни Джордано). И всякий раз вгоняет в благоговейный ужас несчастного милсдаля Корриума. Как такого не допросить, ага.       Хорошо, что Вунферт оказался разумнее меня и не так горяч на голову. Когда я заикнулся, что имею на руках его дневники, доказывающие, что милсдарь маг балуется запрещёнкой, Неживой повёл себя крайне живо. Отфыркался, что является членом Коллегии Винтерхолда и интересуется магией стихий. Лично его волнуют способны уничтожить противника, но никак не оживлять оного. Или кого ещё. И вообще, на кой ляд порядочному выпускнику Коллегии и придворному магу вести дневники? То ли дело — протоколы проведения опытов...       Зато кулончик его заинтересовал. Вунферт с моих слов даже опознал его как Амулет некроманта. И тут же пожурил, что я его продал этой "бестолочи из музея". Впрочем, мои опасения подтвердились: обряд, вскользь описанный, был связан с воскрешением давно почившего. Маг возжелал подробностей и параллельно уткнулся в записи Мясника.       — Что ж, обряд этот мне известен. Правда, исключительно в теории. — Молвил Вунферт после того, как я закончил рассказ. — Но и этого достаточно, чтобы я в точности мог сказать: он действительно не завершён. Нужна ещё одна жертва. И судя из закономерности по первым трём смертям, четвёртую девушку должны зарезать сегодня ночью. Предположу и место — Каменный квартал, с большой вероятностью. Если хочешь предотвратить печальное событие и поймать Мясника — тебе надо встретить закат на рынке. А дальше всё просто: труп так или иначе будет. Но вот чей — зависит от твоей реакции.       В общем, остаток дня я посвятил благороднейшему из дел: обустраивал место засады, кося под дурачка и таская бочки на рыночной площади. После до заката отдыхал. По крайней мере, я так думал. Ближе к вечеру меня начала морить усталость. К моменту икс я почти клевал носом.       Мой клиент появился на площади сразу же после одной девушки. Альтмерка Аривания пришла пожаловаться подруге на тяжёлую и скучную работу в местной конюшне. Меня вывело из сна странное движение. Мимо явно спящего стражника кто-то крался с ножом в руке. Кто именно я не разглядел, но навскидку метнул ледяной шип. Попал. И тут началось светопредставление.       Я окончательно проснулся. Потому, что Аривания завизжала на всю площадь. Видимо, осознала, что ей грозило. Я б тоже орал, но мне было некогда. На меня напал тот, кто получил в бочину шип. И у кого в руке был нож. В перекошенной от боли и гнева морде я еле опознал музейного барыгу. Офигел. Еле увернулся от режущего удара ножом по глазам. Разозлился, припечатал имперца огненной струёй где-то в районе талии, симметрично шипу. Dh'oine согнуло пополам. Тут только подоспел проснувшийся стражник. Но было поздно. Я прицельно, ещё одним шипом, перебил виндхельмскому Мяснику шею. Тело маньяка мешком осело на заснеженную брусчатку, бой был окончен. Стражнику не осталось ничего, как на пару с подругой успокаивать всё ещё орущую альтмерку. Я же полез обшаривать карманы Каликсто.       Кроме печально известного мне амулета я забрал ключ от музея маньяка. Оказывается, он в своём музее и жил. На втором этаже я нашёл третий и последний том его дневника. Выяснилось, что этот маньяк резал девушек с целью вернуть к жизни свою почившую сестру. С которой они вместе облазили полсвета в поисках тех самых артефактов и диковинок для музея. И к которой сам Каликсто испытывал не совсем братские чувства. По крайней мере, так мне показалось из текстов.       В любом случае, Йорлейф был крайне удивлён, узнав, кто на самом деле был Мясником. Я выложил перед ним все собранные улики. Мол, я не с неба всё это взял, вот, ознакомьтесь, будьте любезны. Но в этом не было нужды: тот самый стражник, похоже, до дворца добежал быстрей. Только этим я могу объяснить тот факт, что управитель УЖЕ ЗНАЛ о стычке на рынке. И одобрил мои действия. Я заслужил жирный плюс в глазах Ульфрика. А это в перспективе пахло танством и покупкой нового дома. Хм... хорошо, хоть тут убивать драконов не пришлось.       Амулетик зажал для личного пользования. Меньше знают — крепче спят.       На выходе из дворца стража чуть было мне плечо не отбила. Каждый норовил похлопать, пожать руку или как-то выразить почтение, признательность или благодарность за убийство маньяка. Я же предпочёл тихо удалиться в "Очаг и Свечу". Пора было отдохнуть и подумать о планах на будущее.       Ситуация заставила задуматься. Люди так радуются смерти больного на голову ублюдка... Даже городские власти это поощряют. Плюсом я не мог не заметить траура у одной из семей города. Не последние люди вроде, наверняка местный древний клан. Деталей не знаю, но от стражников слышал, что после смерти одной из дочерей их ещё и обокрали. Попробовать провести расследование, узнать что да как? Э нет, в этот раз без меня. Хотя чую филейной частью, что мне эта смерть аукнется... И опять-таки, мальчонка с чудовищным заказом...        Хм, всё же этот мир меня удивляет. Если есть ритуал призыва убийцы... Значит, на это есть спрос. А сколько вообще стоит убийство в Скайриме? Что ж, выполню заказ мальчонки — узнаю.