Дневник благородного альтмера с Синих Гор

Двадцать второй день месяца Утренней Звезды

(В этом месте в дневник на манер закладок вложено несколько полученных писем. От Бриньольфа, Онмунда, Фендала и Астрид).       — Что я вам скажу, молодой человек, так это то, что я вас уважаю, — поднял в тосте свой кубок Фестус. Мы как раз стояли на веранде и смотрели на подземное озеро аккурат за бортиком. — Не будь я тем, кто есть сейчас, возможно, события бы развивались совершенно иначе.       — Прошу, милсдарь, давай без этого.       Старый маг лишь засмеялся в ответ.       — Знаешь, Астрид ведь за тебя переживала. Так громко и красиво начать — и вдруг затишье ни с того, ни с сего. Все забеспокоились, правда. Ну, пожалуй, кроме ящера, разве что...       Я кашлянул.       —... Эм-м, в общем, весточка твоя пришлась весьма кстати. Знаешь, я рад. Хоть Астрид и повесила на меня роль письмоносца. Действительно! Ты жив, здоров, вполне бодро выглядишь и полон планов на будущее....       Я покосился на старого мага, будто он оказался братом Шеогората. Как минимум, дальним родственником.       —...Ещё и старика вытащил на свежий воздух в кои-то веки не убийства ради, а бутылочки-другой весьма неплохого вина. — Фестус к намёкам остался слеп. — А главное, я теперь пойму, почему ты так редко будешь наведываться в Фолкрит. Подумать только, в ряды Братства затесался золотой мальчик!..       — Фестус! — Раздражённо зарычал я. Впрочем, тот опять и ухом не повёл. Старик всё озирался вокруг и в целом выглядел как восторженный мальчишка. Логично, уж кого-кого, а старого матёрого убийцу вряд ли испугаешь мрачной рожей да рявканьем. У него лепшая подруга в Убежище — древняя вампирша с внешностью милой девочки. Так с чего ему...       —... С чего ты вообще взял, что я — "золотой"? И давай без шуток про глаза. У тебя это на лице написано.       — Вот прям дословно, что ли, правда? — Хохотнул старикан. — Ну, а если честно, то я о тебе справки наводил. Поразнюхал там и сям, поспрошал народ слегка. И много чего интересного о тебе узнал.       По закону жанра после этих слов слушатель всегда напрягается в ожидании откровений. Так как внимательный и комплексный вгляд со стороны даёт два повода для раздумий:       а) именно таким образом можно узнать где и в какой период своей жизни ты накосячил так серьёзно, что отмазаться или скосить под дурня уже не выйдет.       б) если подобные твои косяки увидел и собрал воедино исключительно нынешний спикер — это повод заткнуть ему рот раз и навсегда.       Однако тут возникали нюансы. Во-первых, милсдарь Фестус Крекс был в Тёмном Братстве, как и я. И в отличии от своих коллег по цеху догмы Братства чтил. С чего бы мне ершиться и проявлять непочтение к традициям в глазах старших? Во-вторых, он весьма сильный и старый маг. И это недооценивать не стоит. И в-третьих, я его позвал для того, чтобы выпить в компании, понимающей моё нынешнее состояние. Кто-кто, а Фестус был для этого идеальной кандидатурой. Так что откровения насчёт моей особы можно просто выслушать и принять к сведению.       — Я весь во внимании.       После чего я узнал, что обо мне наводили справки в Коллегии (никак старый садюга Гестору весточку посылал). И в "Буйной фляге" (хотя скорее всего, не прямо, а через городских скупщиков). Естественно, имена информаторов тактично опускались. А вот источник сведений о недвижимости моей Фестус скрывать не стал: планировал маршрут специально, проехал мимо, пока к нынешней резиденции добирался. В "Шпиле" даже внутри побывал, откуда и привёз весточки от Бриньольфа и Онмунда. Фендал своё письмо передал лично. "Оказался такой милый молодой человек", — и старый садист расплылся в морщинистой улыбке. Чёртов доверчивый босмер! "Ох, развалю я всё таки тот кружок недалеко от поместья! И этому олуху уши надеру. Достало непотребное соседство! Чтобы мой квартермейстер всяким... личностям корреспонденцию не отдавал!" Хоромы мои старик оценил, у местных сплетников поспрашивал, по чём домики до покупки торговали. Сложил суммы в уме... Докинул затраты на декор...       — Отсюда и разуменья о золотом мальчике. Жизнь в городе стоит немалой копейки, уж я-то знаю о чём говорю. В Винтерхолде тоже особо тепло не было. Зато правила Коллегии делали жизнь и магию такой скучной... Ты ведь должен понимать меня, особенно сейчас. Свои новообретённые способности ты в стенах Коллегии применить безнаказанно не сможешь. Рожу твою голодную они ещё как-то, да стерпят, но вот распространение вампиризма...       Что ж, я понимал. Это осложняло ситуацию с группой и раскопками.       — Зато койка да тумба что у убийц, что у магов — твои без всякой оплаты, — закончил Фестус. — А к холоду я привык ещё со времён лекторства. Но вот смотрю я и в толк не возьму. Домик в Вайтране, поместье в Виндхельме, целый дворец в Солитьюде! Даже собственная земля и дом своими руками недалеко от нас. А теперь эта тайная фазенда. Не пойми неправильно, жилище нынешним клыкам твоим под стать. Но как вышло, что ты эту фазенду так ловко заграбастал? Я впервые слышу и о пещере Стынущая Кровь, и о том, что тут кто-то вообще жил.       Я отхлебнул хороший глоток из кубка.       — Хочешь, расскажу, почему я так долго не был в Убежище?       Ну, вообще-то рассказывать пришлось довольно много. И про Фендала, и про Полулунную лесопилку, и про Солитьюд с бардами и местной магичкой. Фестус слушал со скучным видом. Оно и ясно, то побоище стало в последнее время любимой историей Убежища, затмив достижения Бабетты и самого мага.       Мы плавно переместились с улицы в дом.       Милсдарь Крекс всё не унимался, так его восхищало убранство поместья. И действительно, целиком вырезанное в скале, оно идеально подходило для того, кто носил гордый титул "Дитя Ночи". Отсутствие окон избавляло хозяина и его семью с челядью от проблемы солнечного света (если таковой каким-то чудом и проникал в пещеру). Разве что небольшой садик да пенек для колки дров лишь слегка подсвечивались сквозь тусклые окошки толстого стекла прямо за входной дверью. Так что освещение внутри целиком и полностью возлагалось на факелы и мириады свечей по всему зданию. Кованые люстры и роговые светильники вдоль стен в купе с резной массивной мебелью, коврами и дорогим убранством комнат сразу давали понять: сие есть обиталище клыкастого вельможи.       Однако, стоило заметить: давала знать это лишь атмосфера в целом. Детали вносили прагматизм. Таких же шкафов, сундуков, витрин и столиков хватало и в моих ранее обретённых домах. Например, вот такую оружейную стойку под посохи я в Озёрное два месяца назад заказывал. Тут же, в центральном зале, таких стояло с десяток вдоль стен по обеим сторонам от входа. Но были и приятные нюансы. Например, в спальне, на втором этаже (аккурат напротив кухни, где мы с Фестусом сейчас сидим) располагался камин. А подле — два кресла, точь-в-точь как в покоях Харкона. На первом же, в нише под балконом, располагались два фешенебельных гроба. Приценивался недавно, подумывал заказать себе один такой в Озёрное. Стоит целое состояние, знаю не по наслышке.       Почему же я, уже имея столько недвижимости, здесь так надолго задержался? Это. Моё. Жилище. Для. Вампира. Да, ещё издали взглянув на мрачные очертания дома, можно сразу понять, кто его хозяин. Но вот той холодности замка в северном море тут не было совсем. Угрюмо? Да. Мрачно? Несомненно. Массивно и тяжело? Пожалуй. Но как-то одновременно тепло и уютно.       Как ни странно, но моим любимым местом в поместье была кухня. Наверное, потому, что именно так я её и представлял. Большой стол с красной скатертью, широкие скамьи по обе стороны. У дальней стены жаром пышет печь, наполняя коридоры чудным запахом выпечки. По дороге к ней можно задержаться у длинной стойки. А нырнув в её недра, можно выудить наружу пару бутылей вина. Или фиал с напитком, более для меня подходящим. Но главное — здесь было сухо, уютно и тепло всегда. Когда всю свою жизнь скитаешься по сырым пещерам, лесам и канализациям, о чём-то подобном можно разве что мечтать. Что ж, как говорится...       Но вот очередной хлопок возвестил открытие новой винной бутылки. А огонёк заблестел в зенках у старого хрыча, стоило мне вывернуть повествование в сторону Рассветной Стражи и рандеву у Харкона.       — Подумать только, как же наши ребята скучно живут... Тут под носом, оказывается, происходят такие реформаторские процессы, такие реки крови текут — а мы, как последние отщепенцы, на всякую шушару таланты растрачиваем... Даже обидно! Понял, понял, молчу...       — Ну значит, так. Смекнул я, в общем, что то, как свои дела ведут Стражи Рассвета, ни к чему не приведёт. Если уж хочешь узнать что-то о своих врагах — нужно лезть в их логово. Ну, я и полез! В общем, так я оказался в Волкихаре, познакомился с Харконом и обрёл то, что обрёл. А дар, как ты сам понял, не абы какой, это тебе не стрелы левитации или древний гримуар. Поэтому теперь я с этим пытаюсь освоиться. А пока осваиваюсь, естественно, показаться на глаза нормальным людям не могу. Не все будут на мои клыки реагировать как ты. Да и мне к голоду нужно... привыкнуть.       —... А это сложно, понимаю. Главное, что ты правильно действуешь в непростой для себя ситуации. Сначала думаешь, потом клыки скалишь. Зато теперь у тебя решается куча вопросов с зельями! Отравить тебя невозможно, холод тебе особо ни по чём. Заболеть чем-то ещё ты не сможешь. Огня, правда, берегись, это теперь твой главный противник. Ну и в бою... Ты — маг, дальняя атака высасыванием жизни для твоего врага обернётся смертью. А для тебя же — это шанс подлечиться в случае чего. Главное — напасть первым.       — Эффект неожиданности, ясно. Старые лекции вспоминаешь?       — Нет, долгое время Бабетту прикрывал. Или, точнее, она меня прикрывала. Я тогда только в гильдию пришёл. В магии-то уже был дока, но касаемо неприметности... Что ж, долго я при ней в роли "папулечки" ходил...       — М-м, а сейчас уже и до "дедулечки" дорос, да? — Ну, что поделать, не сдержался я. Фестус на ремарку зашипел, как оцелот. И мигом сменил тему.       — Ладно, так откуда такие хоромы-то, а? Кого ты так удачно загрыз, признавайся.       — Не поверишь, одного-единственного Стража Рассвета. И того под прикрытием, как оказалось. Орк налакался до синьки, так что очухался уже, считай, при смерти.       — Красота! — Чуть не хлопал в ладоши старый убийца. —Жаль, я этого не видел! Но всё же, при чем тут Страж?        И я показал Фестусу приглашение. Его я получил ещё в начале месяца, где-то числа пятого. Меня приглашали в гости на званый ужин в этом самом поместье, спрятанном в пещере чуть южнее Инеевого маяка. И вряд ли бы я его вообще нашёл, если бы не Ронтил. Он как раз ошивался неподалёку в поисках пополнения ингридиентов для волкихарского алхимика. Ну, и своих нехитрых торговых запасов, полагаю. Паренёк чуть из штанов не выпрыгивал, так хотел быть полезным. Что ж, не напрасно, на пиру я оказался вовремя.       — И тут же приметил, что из присутствующих я один отличался крайней... бледностью и нездоровым цветом лица, характерным больше для слуг, чем для гостей. Странно, не находишь?       — Ещё бы! Продолжай!       — К тому же, всё то время, что я плёлся в седле за лошадью Ронтила по заснеженной дороге, я пытался вспомнить одну вещь. С кем же я успел так закорешиться, что был удостоен чести отужинать по приглашению? И в упор не помнил. А это наводило на мысли.       Старик кивал головой, мол, точно, наводит, и ещё как. Я продолжал.       — В принципе, позже, когда я уже успел слегка пообщаться с приглашёнными, я понял, что не у меня одного ужин сей вызывал вопросы. Но в отличии от меня, гостей интересовали вещи более тривиальные и относились они к выпивке. Так что, полагаю, именно мне как наиболее трезвому на то время, довелось читать своеобразное... завещание.       — Это, что ли? Больше на меню похоже. Напитки: кровь и вино...Хм... Блюда, я так понимаю, тоже на любителя. Тёмный эльф, норд, имперка, бретонец...       — А, так это меню и есть. Я отсюда и предположил, что хозяин был вампир.       — А-а...       — Там ещё одно письмо лежит. Достань, будь добр, и прочти. Только на этот раз про себя.       Пока Фестус читал, я выжидал паузу. Вспоминал, как этот самый манускрипт обнаружил на своей тарелке в центральном зале. Как начал его читать. И как параллельно осознал три вещи. Первая: зря я парил мозг. С хозяином знаком я не был. Моё имя в его письме оказалось чистой воды лотереей. Вторая: читая завещание, я наблюдал за реакцией гостей. И понял, зачем нас всех сюда созвали. И почему именно я был прихотью почившего хозяина поместья. Третью же начал озвучивать мой нынешний гость:       — Не сочти за дерзость, но предположу, что меню было два. Исходя из твоего рассказа, лишь ты один за столом был вампиром. Полагаю, что остальные гости были людьми.       Я утвердительно кивнул.       — Так как же тогда... "Десерт: рабы"... И как это сочетается с основным меню? Вам что, в зал выводили людей в качестве угощения?       — Не совсем.       — Не понял. ЧТО же тогда на самом деле хозяин подал к столу?       Я усмехнулся: — Даю подсказку: Галтий — имперец, Верин — данмер, Марина — имперка, Игрит — бретонка, Леятил — альтмерка... Мне продолжать?       Не было нужды, судя по открытому рту всё осознавшего Фестуса. Далее, полагаю, его фантазия пустилась во все тяжкие, дорисовывая картины разразившейся кровавой вакханалии. Я их скорректировал несколькими штрихами.       — Пока вдруг ожившие гаргульи (вон там они две и стояли, возле стоек, в качестве статуй) вместе с бардами и челядью угощались гостями (так себе угощение, скажу, можно было и по зубам отхватить), я решил всё же унять своё любопытство и ушёл в коридор. Там-то меня на лестнице и поджидал орк. Да только не в том он был состоянии, чтобы шустро соображать и реагировать. Заприметив характерные покачивания в тени коридора, я ударил туда Аусом...       — Чем, прости?       — Крик со стены в нашем Убежище. Насколько я понял, означает "Страдание". Портит здоровье тому, кто попадёт под раздачу.       — Ситис, я всё забываю, что помимо всего прочего ты ещё и Довакин... Так вот что на той стене зашифровано, выходит... Драконий убийственный крик... Прекрасно! Ну, и чем всё закончилось?       — Ну, пока эта бухая зелень пыталась попасть в меня из арбалета, я ещё пару раз издали его обкричал. А после решил всё же добавить магии. Увидев, что орка закачало сильнее...       — Крики начали действовать, да?! — С безудержной радостью то ли вопрошал, то ли утверждал старый садюга. Я лишь кивнул в ответ.       — ... я решил сколдовать на него высасывание жизни. Как Харкон учил. А другой рукой аккуратненько, прицельно начал метать в него, как в игольницу, ледяные тоненькие шипы. Так сказать, решил вернуть отстрелянное...       Фестус на лавочке чуть скакать не начал.       — Да-а, эффектно вы работаете, молодой человек. Красиво, ярко, грозно! Правда, ни хрена не скрытно, но тут не та ситуация... Тут надо показать себя! Я представляю, как это выглядело... Красота! Эх, я в молодости такой же дерзкий был... Так а как выяснилось, что орк был из Стражей?       — Д'к при нём письмо нашлось. В котором говорилось, что он проник на ужин под прикрытием, вместо одного из приглашённых. Кроме того, кто ещё у нас по Скайриму с арбалетами разгуливает? Вот. В общем, вечер в целом оказался скучный. За весь ужин я убил одного-единственного врага. Толком не пожрал, даже не покусал никого. Зато поместье отхватил. Так что, когда оставшийся в живых слуга вручил мне ключ и дарственную, я благополучно приказал убрать тела. А сам забрал с главного стола графин вина и оленью ногу. И, как последняя скотина, ушёл обжираться. На тот мостик у дома, ага, сидел, болтал ногами и хомячил жаренную оленину.       Ну, а после... Всё как всегда. В Данстар сгоняй, нужных людей найди, с тем поговори, того припугни, то закажи, то оплати, найми людей... И не забывай, всё это надо было сделать тихо и в тайне от Харкона и его людей. Клыкастый лорд своенравен и эгоистичен, всё своё предпочитает держать под рукой. Мне оно не сильно по душе, в Волкихаре сквозняков слишком много. А тризвонить его холуям о том, что у меня личная вампирья фазенда нарисовалась — я тут хочу жить, а не устраивать вечеринки с попойками. А после выгребать от Стражей. И ферму трэллов для "эстетов и гурманов" из числа харконовых вассалов тоже содержать не намерен. А они бы нагрянули, помяни мои слова.       Так что вот такие дела, Фестус. Уже скоро месяц закончится, я знаю, — а я всё привожу себя и новый дом в порядок. Так что можешь так Астрид и передать. Пока с даром вампира-лорда не освоюсь — в Убежище не явлюсь.       Мы ещё немного посидели, посплетничали о делах Братства. За этим делом ушла очередная бутылка вина. Уже на последнем бокале, когда захмелевший Фестус чуть не уронил голову на стол, я узнал интересную новость.       — Ты знаешь, к нам же скоро должен Хранитель приехать! О-о, легендарный Цицерон, последний выживший ассасин из сиродильского подразделения! Вам надо познакомиться, обязательно. Он, правда слегка того... Поговаривают, милостью Матери Ночи мозгами тронулся, но своё дело знает. Эх, посмотреть бы на его работу... Поговаривают, скоморохи были исключительными мастерами... Такие славные убийства, что ты! Вон, один Чемпион арены чего стоил... Ладно, как будешь в Убежище — не тушуйся, пораспроси Хранителя. Он будет рад увидеть новые лица в рядах Братства.       Только что Фестус вышел из пещеры, весело насвистывая какую-то мелодию. Прохладный ветер враз взбодрил старика, поставив его на ноги. А я вернулся домой. Пошёл опять на кухню, вытащил из буфета пару слоек с яблоками. Вернулся на улицу, уселся на мостик, свесил ноги вниз и принялся уплетать выпечку.       Не помогло: перед глазами стояло бледное лицо перепуганного стражника в Вайтране. И странный рыжий шут у телеги с разбитым колесом. Я полез за трубкой.       — D'bloede maere... Как знал, что боком мне та история вылезет... И чем всё это кончится на этот раз?

Двадцать седьмой день месяца Утренней Звезды

      Если у меня когда-нибудь будет семья (повторюсь: ЕСЛИ) — чёрта с два я их поселю в этом доме!       Нет, с самим поместьем всё замечательно. Но вот попытка выйти из пещеры почему-то всегда, ВСЕГДА превращается в побоище. То снежный тролль нападёт, то шайка разбойников. Один раз я нарвался на снежного саблезуба. Но всё это меркнет в сравнении с сегодняшним "визитёром". Да-а, я только что завалил дракона. Той самой комбинацией вампиризма, шипов и периодическим Аусом в его шипастую морду. Благо, дракон попался небольшой, я бы даже сказал, слабенький. Но всё равно, погонял по склону он меня порядочно.       Фестус был прав. Вопрос с экономией зелий решается весьма значительно. И благостно для моего кошелька. Вампиризм же, сколдованный на дракона — это почти как бездонная бутыль зелья лечения. Почему "почти", надеюсь ясно: драконы тоже не вечны.       И ещё. Вампиризм нельзя колдовать с двух рук. Никак.       Жаль.