Музыка нас связала

      Солнечный свет слегка пробивается через неплотно закрытые шторы и падает прямо на лицо Хизаши. На удивление Айзавы, он не просыпается от этого, продолжая сон. На часах раннее утро и парень сам не знает почему проснулся. Хотя, он не жалеет, учитывая картину перед ним.       Хизаши отращивает волосы и милое каре растрепалось по подушке, пока освобожденное от геля. Шота несмело протягивает вперёд руку и касается одной завитой пряди. Совершенно невинное движение - оно не может разбудить никого, даже беспокойно спящего человека, а Шоте все равно кажется что он уже совершил подвиг. По крайней мере перед самим собой.       Рука продолжает движение. С небольшой дрожью он кладет ее на голову друга, аккуратно поглаживая растрепанные и запутанные волосы. Взгляд гуляет по лицу парня. Следит за слегка подрагивающими светлыми ресницами, молясь всем существующим богам, чтобы Хизаши не проснулся. Он слегка зарывает пальцы в волосы. Такие мягкие и приятные на ощупь!       Айзава тихо придвигается поближе. От Хизаши всегда пахнет солнцем. Немури в шутку его так и зовёт, толкая Шоту в бок, подбивая постоянно признаться их "карманному солнышку". Единственный человек, знающий о его чувствах. Девушка все время пытается их свести, а Хизаши беспечно пропускает все это мимо глаз и ушей. От Шоты это, конечно, не ускользает и он молча качает сжатым кулаком, выразительно глядя на Немури, чтобы не смела проболтаться. Будто угрозы Айзавы чего-то стоят.       Кстати говоря, в одной кровати они оказались тоже по ее вине. Как-то получилось, что они втроём оказались после бара в слишком далекой и незнакомой, для пьяного ума, части города. Эта лисица специально сняла им двухспальной номер. Потом отправила их туда прежде, чем они успели понять что к чему.       Может быть он даже благодарен ей. Это была прекрасная возможность поближе рассмотреть друга. Сейчас Шота активно ей пользуется.       На щеках и плечах парня редкие веснушки, которые почти незаметны, особенно когда тот замазывает их. Стесняется такой мелочи. Шота думает, что они очень милые. И что он влюбляется ещё сильнее. Видеть Хизаши так близко, таким открытым — от этого в груди разливается теплое щемящее чувство доходящее до мелкого покалывания кончиков пальцев. Шота хочет его поцеловать. Шота придвигается ещё ближе и тыкается в его губы своими. Сердце в груди бешено колотиться, да и страшно-то как! И все равно он чувствует себя абсолютно счастливым. Как и Хизаши, так вовремя открывший глаза.