Глава 13
5 апреля 2021 г., 13:45
Несмотря на уговоры Дарэна, ближе к вечеру Вильям всё-таки взялся за работу – отправил письмо Майклу, чтобы завтра тот приехал обсудить судьбу спасённых людей. Если информация про подставные трупы всплывёт – это может стать угрозой для жизни Главы, именно поэтому стоило поскорее разобраться с этим.
Очередное письмо от Б.Б. гласило, что лорд отказывается принимать документы о покупке такой большой площади, не подписанные лично Вильямом. Отправлять важнейшие бумаги по почте было ненадёжно, а на дальнюю дорогу не хватит времени. Необходимо найти другой способ, не рискуя быть пойманным.
Вильям смотрел на стол и слышал голоса, повторяющие содержание писем. Они жужжали, мешали сосредоточиться, их источник хотелось уничтожить, разорвать, сжечь. Мужчина смахнул всё со стола и бумаги плавно опустились на пол. Некоторые из них залило чернилами, но сейчас это волновало его меньше всего. Стук в дверь прозвучал словно колокол, подвешенный над самой его головой, заставляя зажмуриться и через силу сипло крикнуть:
— Войдите!
Адель зашла в комнату, тут же обратив внимание на беспорядок. Мужчина поднялся и подошёл к ней, наступая прямо на бумаги, что было странно для человека, который ещё на прошлой неделе отчитал горничную за передвинутый на пару сантиметров подсвечник.
— У тебя какое-то дело ко мне? — Вильям сел в кресло, стараясь успокоиться, прислушиваясь к голосу девушки, который точно принадлежал этой реальности.
— Именно так, — Адель неспешно присела рядом. Вильям заметил, что с их последней встречи девушка похудела, хотя это точно не было вызвано хорошей жизнью. — Один человек притворяется родственником моего бывшего мужа, он подделал документы и сейчас угрожает мне судом.
— С чего ты решила, что он притворяется?
— Перед тем, как Терстон подписал завещание, я проверила всю его родословную.
Вильям вздохнул, запрокидывая голову. Он не мог предвидеть, что появится столько мелких, но неприятных проблем. Казалось, кто-то специально их подкидывал, чтобы отвлечь его от чего-то намного более важного.
— Обойдешься и без клочка земли этого идиота.
— Если ты забыл, там уже как пять лет располагается монастырь, — Вильям тихо выругался и несколько раз ударился затылком о спинку кресла, — просто направь кого-нибудь опровергнуть его притязания, наверняка у тебя есть знакомые в суде.
— Хорошо. Как зовут этого человека?
— Роджер Скотт.
Услышав это имя, Вильям почему-то почувствовал насыщенный запах вина. Он был таким знакомым, но почему-то не мог ничего об этом вспомнить. Выпроводив Адель из кабинета, он посмотрел на разбросанные листы, понятия не имея, что с ними делать. Поэтому просто оставил всё лежать так, давая себе право игнорировать хотя бы что-то в окружающем его беспорядке. Сейчас любые мысли мешали и будто давили на мозг изнутри. Вильям по привычке хлопнул рукой по карману пиджака, но тот был пуст. Дарэн забрал его успокоительные и заставил Вильма весь день мучиться от назойливого жужжания в голове и раздражения, которое появлялось из ничего и оседало комом в горле.
Когда Глава хотел снова сесть за стол, в дверь постучали.
— Входите! — злобно рявкнул Вильям, подозревая, что ему опять доложат об очередной проблеме, требующей именно его непосредственного вмешательства.
Дарэн приоткрыл дверь и тут же наткнулся на разъяренный взгляд господина. Похоже, он слишком резко решил прекратить приём успокоительных, но после передозировки действительно было непонятно какой эффект они могли оказать на ослабший организм. Как только Вильям узнал слугу — бросился к нему, прижимая к закрытой двери и блокируя пути отступления:
— Отдай мне таблетки! — казалось ещё немного, и он перегрызет глотку человеку напротив, лишь бы лекарство оказалось у него в руках.
— Я дам Вам их только перед сном.
Вильям не был удовлетворен таким ответом, но нехотя отстранился и направился к рабочему столу:
— Мне нужно закончить одно дело, а ты собери этот хлам и сожги в камине.
Дарэн кивнул и присел возле кучи листов, собирая их, чтобы перенести в камин. На одном из них он узнал размашистую подпись «Б.Б.» и быстро прочитал текст. Его заминка привлекла внимание Вильяма, отрывая от написания ответного письма:
— В чём дело?
Дарэн немного растерялся, но всё же придумал ответ:
— Вы уверены, что их нужно сжечь? Здесь может быть важная информация, о потере которой Вы пожалеете.
— Закрой рот и сожги это к чертям.
Дарэн вернулся к своей работе, а Вильям быстро дописал письмо и отбросил металлическое перо.
— Передай это Мерви, когда закончишь, — мужчина поспешил в душ, чтобы после скорее оказаться в постели и получить свою дозу успокоительного.
Дарэн нашёл на одной из полок спички и поджог листы в камине, а затем бросил взгляд на конверт на столе. Он взял его, всё ещё опасаясь быть пойманным, и заглянул в послание.
«Лично приеду на следующей неделе, чтобы подписать контракт. Тяните время».
Дарэн тут же вернул лист в конверт и поспешил спуститься на кухню. Он понятия не имел, кто такой Мерви, потому что до сих пор не запомнил имена всех новых слуг. Когда он спросил об этом у Линды, женщина со смехом указала на человека, который каждый день приносит газеты. Она удивилась, как за столько времени он до сих пор этого не знал. Тот самый лакей, который помог Дарэну подобрать ключ к кабинету Главы, с хмурым лицом пил чай. Никто не заметил, как его задели эти слова.
Когда Дарэн со стаканом воды зашёл в спальню Вильяма, тот от нетерпения ходил по комнате кругами: то выглядывая в окно, то незаинтересованно разглядывая картины.
— Наконец-то! — он опустился на кровать, наблюдая за тем, как Дарэн ставит стакан на тумбу и достаёт из кармана долгожданную баночку. Слуга разломил таблетку пополам и протянул Вильяму. — Почему только половина?
— Нельзя принимать много лекарства после передозировки.
Вильям взял таблетку и запил водой, надеясь хоть немного облегчить страдания.
— Ложитесь на кровать.
— Что ты собираешься делать?
— Ничего необычного.
Слуга присел на край постели, ожидая, когда Вильям положит голову на подушку. Глава, недоверчиво поглядывая на него, всё же лёг и укрылся одеялом. Дарэн наклонился вперёд, протянул руки и положил их на щеки господина, пальцами касаясь висков. Он медленно массировал, сначала совсем незаметно, затем увеличивая нажим. Головная боль медленно уходила, то ли из-за действия препарата, то ли из-за умелых движений. Однако Вильям точно понимал, что этот маленький ритуал успокаивал и был намного приятнее, чем когда он сам делал то же самое. Дарэн коснулся точки между бровями, провел вдоль них большими пальцами.
— Закройте глаза и постарайтесь ни о чём не думать, — Вильям послушно расслабился, ощущая, как пальцы начали массировать точки немного выше ушей.
Ладони Дарэна не были мягкими, как у большинства его любовников, но он не чувствовал какого-то дискомфорта. Даже наоборот, Вильяму нравилось ощущать прикосновения огрубевшей от мозолей кожи. Он доверился этим рукам и даже не открыл глаза, когда те коснулись самого уязвимого места человеческого тела — шеи. Дарэн провёл по ней, сжимая со стороны затылка, он прожигал взглядом расслабленное лицо напротив. Внезапно в его голову закралась мысль, от которой он незаметно вздрогнул: ему хватит сил задушить ослабевшего Вильяма. Дарэн свел пальцы на шее, готовый сдавить её, но вспомнил, что Линда и Мерви видели его уходящим в комнату Главы. Если завтра утром кто-то обнаружит труп Вильяма, все подозрения падут на него. Парень отстранился, стараясь незаметно выровнять сбившееся дыхание.
Когда руки исчезли, Вильям приоткрыл сонные глаза, выпрашивая продолжение.
— Засыпайте. Я буду рядом и разбужу, если Вам будут сниться кошмары.
Дарэн устроился в кресло рядом, равнодушно рассматривая серые глаза. Раньше он видел этот взгляд каждый день. Наверное, Вильям не обижал его только когда они засыпали вместе, но, несмотря на это, Дарэну было неспокойно и он из-за страха не мог закрыть глаза в присутствии господина. К тому же Вильям спал тревожно и часто хватал его во время сна. Наконец-то Глава закрыл глаза и Дарэн смог расслабиться. Он посмотрел на полки и тихо поднялся, чтобы выбрать книгу. Сидеть без дела длительное время он просто не мог. Зажатая энциклопедиями и автобиографиями политиков, тонкая книжка со знакомым названием молча взирала на парня. Он вернулся в кресло и открыл её.
Герои были уже давно знакомы, как и сюжет, перечитанный десятки раз. Дарэн любил такие нежные и спокойные книги, окутывающие тебя туманом иллюзий, через который невозможно разглядеть суровую реальность. Слуга не знал, сколько времени прошло, он уже прочитал треть, когда услышал шепот:
— Опять читаешь эту гадость, — Дарэн поднял взгляд и наткнулся на пару зрачков, наблюдающих за ним, — что ты только нашёл в этих сказках.
Дарэн задумался, а затем тихо ответил:
— Когда я читаю их, представляю себя на месте героев.
Вильям забрал книгу из рук и прищуренными глазами пробежался по строкам, зачитывая вслух:
— «Она прижалась к своему любовнику, роняя слёзы на дорогой пиджак. Ладонь коснулась мокрых от слёз щёк...». Ты хочешь, что бы кто-то плакался тебе?
— Я хочу, чтобы кто-то выслушал меня, — Вильям строго смотрел на него, не оставляя возможности умолчать. Дарэн вздохнул и продолжил, — обнял, и так же утёр мои слёзы.
— Я могу тебя выслушать.
— Не стоит. Вы выслушиваете жалобы тысяч людей и лишние Вам ни к чему, — парень поправил одеяло и вернул книгу обратно, — Вам стоит меньше волноваться о чужих проблемах и задуматься о своих.
Сейчас в нём говорил врач, но его внутренний голос был готов послать Вильма куда подальше. Господин отчего-то решил проявить нежность, хотя сам нанёс раны, которые сейчас так доброжелательно предлагает подлечить. Наверняка он просто издевается: как плохой актёр с жалостью бросает платок в руки полуживого человека на земле, чтобы тот мог стереть кровь со своего лица.
Наконец-то в комнате стало тихо. Единственным, что можно было услышать, стало спокойное дыхание двух человек.
* * *
Утро началось необычайно тихо: не было слышно стука половника о кастрюлю, кашля соседа, который так чётко передавали тонкие стены, будто он находился прямо над ухом, только тихие шаги и шуршание одежды, а ещё насыщенный запах мужских духов. Дарэн уснул прямо в кресле, которое было намного комфортнее кровати в его комнате. Может, он проспал бы так до обеда, если бы не еле заметное прикосновение к талии. Вильям наклонился к нему, с напряжённым лицом наблюдая, как слугу покидают остатки сна и вместе с осознанием ситуации приходит удивление и страх. Когда Дарэн наконец-то пришёл в себя, сразу оттолкнул Вильяма и вскочил с кресла. Слова, уже готовые сорваться с языка, прервал звук удара стекла о деревянный пол. Это была баночка с таблетками, которую Вильям почти успел достать из его кармана. Дарэн промолчал, многозначительно заглядывая в глаза напротив, и поднял предмет с пола. — Мы же договорились, — медленно проговорил слуга. Вильям не мог ничего ответить, он и сам понимал, что обещал неделю не принимать таблетки. Руки сами тянулись к заветной баночке, а мозг подкидывал идеи как её можно незаметно добыть. Вильяму казалось, что его принимают за ребёнка, которого застукали за кражей сладостей, и это отвратительное ощущение не могло не раздражать. Дарэн протер глаза, которые слезились от яркого света, и убрал таблетки обратно в карман. — Не делайте так больше. Иначе мне придётся уменьшить дозу. Вильям сжал зубы и нахмурил брови, прожигая взглядом человека напротив, будто тот был его смертельным врагом. Наконец-то прорычав что-то неразборчивое, он вихрем покинул комнату, громко хлопнув дверью. Дарэн упал в кресло и закрыл глаза. Он не думал, что взрослый мужчина будет вести себя как ребёнок. Дарэн вышел из спальни Главы и тут же наткнулся на горничную, которая только собиралась туда войти. Девушка от удивления распахнула глаза, осматривая его вид: растрепанные волосы, рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, помятая одежда и сонные глаза. — Я уже прибрался здесь, можешь заняться своими делами, — заметив странную реакцию служанки, он спросил: — Что-то не так? — Просто, — девушка замялась и отвела взгляд, — ты выглядишь так, словно всю ночь провёл в комнате Главы и только недавно проснулся. С каждым словом нарастала тревога, но, несмотря на это, Дарэн улыбнулся и похлопал девушку по макушке: — Ты почти угадала. Ближе к утру у господина разболелась голова. Я помог найти подходящие таблетки и ждал пока они подействуют, чтобы со спокойной душой пойти спать, но не заметил, как уснул прямо там. Только что я получил хороший нагоняй и даже не успел привести себя в порядок. — Надеюсь, с тобой всё хорошо? — Да, ничего страшного. Мне нужно принять душ и переодеться, ты тоже не стой без дела. Горничная кивнула и направилась к следующей комнате. Она стояла долгое время под дверью ожидая, когда Вильям выйдет из спальни, чтобы убраться. Сначала не было слышно ничего, кроме спокойного голоса, который точно не принадлежал Главе, а затем из комнаты выбежал злой и покрасневший господин, будто его только что отчитали. Она могла бы поверить Дарэну, но сейчас девушка была точно уверена, что тот лжёт. Дарэн привёл себя в порядок и отправился в музыкальный зал, чтобы протереть пыль со статуэток и ваз. Фигуры теперь не стояли на крышке пианино, а занимали все подоконники и плоские поверхности. Когда парень взял в руки очередного ангела, наверняка сделанного из какого-то дорогого материала, из главного зала послышался звук, нарушающий тишину поместья: — Какое замечательное утро! — Дарэн чуть не выронил статуэтку из рук от такого громкого восклицания. — Солнце светится, снег блестит, и, заметьте, ни тучки на небе! Ну разве не благодать? Этого человека было сложно спутать с другими. В конце концов, не так много гостей врываются в поместье одного из самых богатых людей страны с сервизом, купленным на ближайшем рынке в полцены. Дарэн наблюдал за тем, как презент с большой радостью был вручён Вильяму, и еле сдержал смех, когда увидел выражение его лица. Глава брезгливо отдал сервиз служанке и последовал за Майклом, который, похоже, с минуты на минуту уже не будет выглядеть таким жизнерадостным. Ближе к полудню, Дарэн закончил помогать кухаркам с готовкой и вышел в коридор. Недалеко от чёрного хода стоял Мерви и застегивал пуговицы на куртке, рядом находилась чёрная, неприметная сумка. В этом не было бы ничего необычного, вот только чтобы принести несколько газет было достаточно и рук. Мерви почувствовал на себе чей-то взгляд и обернулся, но увидел лишь удаляющийся силуэт слуги
