Жизнь после смерти.

Царица вечно-ясная, Душа моей души! Зову тебя, прекрасная, Зову тебя, спеши! Но знаю, на свидание Придёшь ты не одна: Придёт моё страдание, Мой грех, моя вина. … Шатаясь, отодвинешься, — Чуть ослабею я… И молча опрокинешься Во мглу небытия. Зинаида Гиппиус — «Тварь».

***

Кромешная тьма стояла всюду, куда только хватало человеческого поля зрения. Тишина была невообразимой: словно звуков и вовсе не существует в этом месте. Вероятно, так и есть? — Где я? Боже, ничего не помню… — раздался из тьмы голос. Темноволосый парень, явно ещё молодой, пытался что-то разглядеть. Это выглядело даже смешно: взрослый человек в панике моргает глазами. Смешно и… несколько ничтожно. — Здесь кто-нибудь есть? Ау! Прошла секунда, две, минута… наконец, послышался и второй голос. Он был нечеловеческим — слишком хриплым и низким. — Есть. Парень встрепенулся, принявшись паникуя оглядываться по сторонам. — Люди всегда были самыми эмоциональными существами. Ребёнок — ладно, но чтобы взрослый… удивительно даже для меня, — из бесконечной тьмы, которая словно растворилась, появилось демоноподобное существо. Оно было чёрным, хотя и четко выделялось на фоне пустотной тьмы, с таким же цветом глаз. Высокое, худое… впечатлительных особ оно бы с лёгкостью напугало до смерти. К счастью или нет, наш герой не входил в их число. — Кто ты? — Я — твой друг и проводник. — Ч-что… подожди, проводник куда? Где я вообще оказался? Что это за место? — парень чуть успокоился, смотря собеседнику прямо в глаза. — Это ты подожди. Слишком много вопросов. Ты получишь на них ответы, но сейчас давай прогуляемся немного. Существо развернулось, медленно уходя обратно туда, откуда пришло. — Стой, не уходи! — он кинулся в след существу. Вскоре, они поравнялись. Молчание длилось, кажется, пару минут. Существо не горело желанием заговорить о чём-то, оно просто спокойно шло вперёд. Так, словно торопиться было некуда и оставалось лишь идти, думать о своём. Хотя, вероятно, так это и было? Торопиться здесь и впрямь некуда. — Ты так и будешь молчать или, наконец, скажешь хоть что-нибудь? — прервал тишину брюнет. — А что тебе сказать? — Например, как тебя зовут. Существо усмехнулось. — И что тебе даст мое имя? Ты всё равно его никогда не слышал, как и все обычные смертные. Многие из вас даже не слышали имён тех, кого сами придумали. Азазель, например. — В каком смысле «придумали?» — В прямом. Не существует всех демонов, ангелов, падших, про которых говорят в ваших земных религиях. Даже Бога и Сатаны никогда не было. Люди, на самом деле, придумали их. Существуют более высшие существа, но они совершенно не такие, какими их представляете вы. Их невозможно увидеть ни одному человеку. Парень глядел вперёд, задумавшись над словами существа. Вопросов стало ещё больше, но ни одного ответа на них он так и не получил. — Но кто тогда ты? Ты же… так похож на типичного демона. — Разумеется. Но так видишь меня ты, не правда ли? Ты же не можешь знать, как я выгляжу на самом деле. В этом и весь смысл — ты видишь меня таким, каким может меня представить твой мозг. — Вопросов стало больше, — парень все так же завороженно смотрел в пустоту перед собой, — И как я сюда попал? Где я вообще? — Потом, всё потом. В голове этого молодого человека сейчас творился сущий кошмар из клубка мыслей. Он никак не мог развязаться в отдельные, но связанные между собой ниточки, называемые мыслями. Но, решив не сдаваться, парниша захотел разузнать побольше. В силу своего разыгравшегося любопытства. — Тогда расскажи мне что-нибудь про людей или людской мир, раз все вопросы потом. Я вижу, ты многое знаешь о нем. — Здесь ты оказался прав. Могу рассказать тебе про души, — существо не выражало никаких эмоций, словно они у него вовсе отсутствовали. — Давай. — На Земле многие верят в перерождение душ. Это отчасти правда. На самом деле, все в вашем мире состоит из душ: растения, животные, люди… даже, например, мягкая игрушка или стул. Понимаю, если тебя это удивило. Наверное, это трудно понять человеческому мозгу точно и правильно. Но души делятся на живые и неживые. Думаю, несложно догадаться, какие куда. — И что, души живут вечно? — Смотря про какие ты говоришь. Неживые остаются навсегда, даже после уничтожения носителя. Живые же уходят после смерти. — Куда уходят? На небеса или в ад? — О, мальчик мой. Ада и рая не тоже существует. По крайней мере, они не такие, какими вы их представили. Вот скажи мне, что такое, по-твоему, рай и ад? Парень призадумался. На ум ему приходили сказки, прочитанные в детстве, религии, слова людей. В конце концов, он выдал самый очевидный ответ. — Ну, рай — это место, куда попадает душа без грехов. Там она может получить то, что захочет и жить без бед. Ад же — место для греховных душ. В нем горят жертвы множество лет, а ещё там много демонов. — Ничего другого услышать я не ожидал, — рассмеялся «демон», — Тогда такой вопрос. Что может захотеть душа и как она может гореть? Душа — сложное для вас понятие. На самом деле, душа, именно живая, — простой сгусток, наполняющий тело живых существ. Без него бы тела были простыми мешками с костями и мясом. Так что же может хотеть сгусток? — Ничего, наверное. И гореть тоже он не может. Нервов у него нет, боль чувствовать не может. Тогда что такое рай и ад на самом деле? — впервые за все время разговора парень взглянул существу в глаза. — Грехов, на самом деле, не существует. Их тоже придумали люди. Души распределяется по другим критериям. Их много, так что рассказывать бесполезно. После распределения душа может отправиться в два места. Назову их адом и раем, если тебе так будет легче. Земная жизнь тяжела, так что лучшей судьбой для души после смерти будет упокой, небытие. В нем душа умирает, как тело когда-то. А в «аду» души тоже могут получать боль. Но, как ты уже понял, это вовсе не физическая боль, это кое-что посильнее — моральная боль. Ее может чувствовать живая душа. Существо на момент закончило говорить, словно давая парню возможность переварить поступившую информацию. Все это звучало нереально, невозможно. Но правда такова, как бы не хотелось видеть ее другой. Казалось, продолжения рассказа не будет, однако это оказалось не так. — При жизни каждое живое существо буквально состоит из двух аспектов: души и тела. Тело приносит физическую боль, душа же — моральную. Они приносят гармонию в ваш мир. Поэтому, после смерти многие души мучаются, но с помощью моральной боли. В «аду» они проводят бесконечное количество времени наедине со своими мыслями, размышлениями. В одиночку. До тех пор, пока не сходят с ума. Им никто не может помочь, им не сбежать из того места. Таким образом, души получают своё наказание. Оно не сравнится ни с одним человеческим. — И что, души живут со старыми воспоминаниями? Неужели это не облегчает им наказание? — Логичный вопрос. Вот вспомни что-нибудь из своей личной жизни. Не общепринятые у вас на земле факты, а что-то из своей жизни: семью, твою страну, питомца… Парень остановился. Существо внимательно наблюдало за его раздумьями, попытками что-то вспомнить. Как оказалось, бесполезными. — Я ничего не помню. Даже своего имени и возраста… но почему так?.. — Увы, даже я полностью не понимаю, почему так происходит. Я лишь проводник. Это сделано специально. Чтобы душам не было так легко, — существо смотрело за спину парня, отрешённо отвечая на вопрос. Несколько минут парень задумчиво смотрел себе под ноги. Цепочка за цепочкой выстроились у него мысли, приводя к ответам на его вопросы, заданные ещё в начале. Наконец, он удивленно посмотрел на существо. Оно сделало также. — Неужели догадался? Кажется, не зря я тебе это рассказал. — Нет… ты же не хочешь сказать, что я… — Верно. Ты умер в результате автомобильной аварии. — И если я до сих пор здесь нахожусь, с тобой, а не покоюсь где-то в небытие, то это значит… — Что ты в своём персональном аду, — продолжило мысль парня существо, даже слегка улыбаясь. — Нет, нет, подожди… за что… нет, пожалуйста, не надо!.. — паника вновь обуяла парня. Казалось, если бы он был живым, то разревелся бы на месте. Но в этом и отличие — мёртвые не способны плакать. Они способны только держать все это в себе, никак не выплёскивая. Именно это очень медленно и убивало души изнутри. — Из жизни можно сбежать самоубийством, смертью. Но от моральной боли не убежать, не так ли? Увы, решаю, кого отправить в «ад», а кого — в рай, решаю не я. Это тюрьма без выхода. К ней не привыкнуть, как, например, к физической боли. Моральную боль душа создаёт сама, является ее неотъемлемой частью. В этом и суть. Тьма стала вновь поглощать все, что можно было только увидеть. Теперь и существа не было видно — оно тоже стало «жертвой» тёмной пустоты. — Нет, подожди! Не уходи! Прошу тебя, умоляю! Не бросай меня одного! Я сделаю что угодно, только не бросай меня! — бесчисленное количество слов кидал парень в никуда. Однако это было бесполезно. От собственной участи не уйти никому. В конце концов, он лёг на спину. Под ней ничего не ощущалось, словно тот летал. Мысли, как самые жестокие паразиты, окутали его изнутри. Так и выглядел его собственный ад.